Под грифом полной луны

Неделя пролетела в странном ритме напряженного спокойствия. Стив вернулся к рутине Family Video: аренды, споры с Робин о саундтреках, попытки не смотреть на телефон каждые пять минут. Его куртка, все еще хранящая слабый медовый шлейф Эдди, висела на привычном крючке за прилавком – немой талисман и постоянный повод для язвительных, но уже беззлобных, комментариев Робин. - Пахнет прогрессом, Стив, – заявляла она, демонстративно принюхиваясь к воздуху рядом с курткой. - Раньше воняло паникой и клубничным джемом. Теперь – лесной мед и... надежда? Или это просто новый дезодорант Эдди? Бунтующий улей? - Заткнись, Бакли, – ворчал Стив, но без прежней раздражительности. Он чувствовал этот прогресс. Запах на куртке действительно изменился, стал мягче, устойчивее. Как и его собственное состояние. Альфа-инстинкт больше не бушевал тревожным вихрем, а тихо мурлыкал где-то на задворках сознания, довольный тем, что его омега был в безопасности и... помнил о нем. Он звонил Уэйну на следующий день после "двери". Старик бурчал, но сообщил - Живой. Спорит о солях для ванны. Значит, почти здоров. - Это было лучше всяких эпикризов. Но с Эдди – тишина. Ни звонка, ни случайной встречи у трейлера, ни появления в Family Video. Стив ловил себя на мысли, что высматривает знакомую фигуру в косухе на парковке, прислушивается к хриплому смеху в толпе. Ничего. Хрупкое доверие, рожденное в жарком котле течки и перед лицом Карвера, казалось, застыло в подвешенном состоянии. Он стыдится? Боится? Передумал? – вопросы крутились в голове, как назойливые осы. Робин, как всегда, оказалась провидцем. - Он же Эдди Мансон, Стив, – сказала она как-то вечером, разбирая возвращенные кассеты. - Он не из тех, кто легко признает, что кому-то нужен. Особенно тебе. Дай ему время. И пространство. Он придет. Или не придет. Но гоняться – последнее дело. Стив знал, что она права. Но знание не мешало ожиданию быть мучительным. Поэтому, когда в пятницу после работы он увидел знакомую фигуру, сидящую на корточках у его BMW и явно что-то рассматривающую в колесе, сердце его едва не выпрыгнуло из груди. Эдди. В своей потрепанной косухе, с гитарным ремнем через плечо, гитары не было, кудрявые волосы спутаны ветром. Он не выглядел больным. Выглядел... сосредоточенным. И немного неловким. - Планируешь угон или просто любуешься дизайном? – Стив подошел, стараясь звучать максимально нейтрально, хотя внутри все ликовало. Он здесь! Сам пришел! Эдди вздрогнул и резко выпрямился. Его карие глаза мельком встретились со взглядом Стива, потом быстро отвели в сторону, к колесу. - Угнать эту шкатулку? Пожалею бензин. Нет, я... – он ткнул пальцем в покрышку, – тут гвоздь. Приличный такой. Если поедешь сейчас – спустит через пару миль. Хотел оставить записку, но бумаги нет. - Он засунул руки в карманы джинс, приняв привычную позу защитной небрежности. Но Стив почувствовал легкую дрожь в его запахе – не паника, а нервозность. Мед с оттенком металла. - О. Спасибо, – Стив кивнул, опускаясь на корточки рядом. Действительно, торчал гвоздь. - Выручил. Опять. - Он встал, отряхнул руки. Тишина повисла между ними, густая и неловкая. Солнце клонилось к закату, окрашивая парковку Family Video в золотистые тона. - Так что... как дела? Уэйн говорил, ты спорил про соли для ванны? Эдди фыркнул. - Уэйн считает, что все, что пахнет сильнее солярки – излишество. А я пытался объяснить терапевтический эффект лаванды после... ну, ты знаешь. - Он замялся, снова глянул на Стива. - Слушай, я... я не просто так тут торчу у твоей машины. Я... подумал. Насчет того наведайся без повода от Уэйна. И... насчет спасибо. Стив молчал, давая ему договорить. Его альфа-инстинкт насторожился, улавливая волнение Эдди. - Я ненавижу быть должным, – Эдди выпалил, слова понеслись быстрее. - И ненавижу это чувство... что ты видел меня таким. Но ты был... окей. В тот раз у двери. И раньше. Поэтому... – он глубоко вдохнул, словно собираясь прыгнуть с обрыва, – ...поэтому я хочу предложить нейтральную территорию. Без трейлеров, без запахов прошлого. Кафе Безумный Макс на выезде из города. Там... там неплохая жареная картошка. И пиво. И никто из баскетбольных туда не суется. Если... если хочешь. Он закончил, уставившись куда-то за спину Стива, щеки его горели румянцем. Это было больше, чем просто спасибо. Это было предложение. Шаг вперед. На нейтральную территорию. Стив почувствовал, как по его лицу расплывается улыбка – широкая, неподдельная, немного дурацкая. Безумный Макс? С их жутким неоном и музыкой в стиле металл-кантри? Это было так по-эддивски. И так идеально. - Картошка и пиво? – переспросил Стив, стараясь сохранить серьезность, но счастье прорывалось в голосе. - Серьезное предложение, Мансон. Думаю, я не могу отказаться от такого дипломатического жеста. Эдди наконец посмотрел на него, увидел улыбку, и его собственная напряженность чуть ослабла. В уголках глаз мелькнули знакомые искорки дерзости. - Не обольщайся, Харрингтон. Это просто картошка. И... разговор. О музыке, например. Ты же все еще не слышал настоящего Метала? - Полагаю, мое музыкальное образование оставляет желать лучшего, – с готовностью признал Стив. - Нужен опытный гид. - Ну тогда собирайся, король, – Эдди махнул головой в сторону своего старенького фургона с наклейкой Адское Пламя на боку. – Моя карета ждет. И да, пиво – за мой счет. За спасибо. Поездка в Безумного Макса была... необычной. Эдди рулил под какофонию своей кассеты с трэш-металлом, периодически что-то объясняя о гитарных риффах и чистоте жанра. Стив кивал, вникая примерно на треть, но наслаждался самой атмосферой: Эдди был оживлен, увлечен, почти как на сцене. Его запах в замкнутом пространстве фургона – кожа, металл, легкая сладость меда и что-то неуловимо электрическое – был живым и не давящим. Кафе оправдало название: неон, чучело койота в ковбойской шляпе, меню с названиями вроде "Бензопильный бургер" и громкая музыка, где скрипка боролась с электрогитарой. Народу было мало – пара дальнобойщиков, группа забитых металлистов в углу. Идеальная нейтральная территория. Они взяли пиво и огромную порцию "Адской картошки", с перцем чили и сыром. Первые минуты прошли в неловком молчании, под аккомпанемент метал-кантри. - Так... – начал Эдди, отхлебывая пиво. – Музыка. Твой черед. Что крутили 'короли' в 83-м? Только не говори 'Duran Duran'." Стив засмеялся. - Обижаешь. Был у меня период The Clash. И... Queen, наверное. - - Queen? – Эдди поднял бровь с преувеличенным ужасом. - Опереточные позеры! Хотя... 'Stone Cold Crazy' – тот еще монстр риффа. Ладно, засчитывается. - Он снова замолчал, ковыряя картошку вилкой. - Слушай, Харрингтон... Стив. Насчет того раза... Я не очень помню детали. Но помню, что ты... не воспользовался. Когда мог. И когда я... ну, был не в себе. Стив почувствовал легкое напряжение. - Я же говорил. Я не... - Знаю, знаю, не мудак, – Эдди махнул рукой. – Но одно – сказать. Другое – сделать. В пылу... всего этого. - Он жестом обозначил нечто расплывчатое, но Стив понял: инстинкты, запахи, уязвимость. - Так что... спасибо. По-настоящему. Стив кивнул, тронутый. - Все в порядке, Эдди. Я рад, что... что был рядом. - Он сделал глоток пива. - А ты? Как... возвращение в мир? Карвер? Эдди поморщился. - Школа – ад. Шепотки, косые взгляды. Кто-то пустил слух, что я связался с альфой Харрингтоном в течку. Без деталей, но достаточно. - Он горько усмехнулся. - Джеффри из Клуба даже спросил, не стал ли я твоей... ну, знаешь. Игрушкой. Жар гнева вспыхнул в груди Стива. - Эдди, я... - Я сам разобрался, – резко прервал его Эдди. Глаза его сверкнули. - Напомнил Джеффри, что он играет на бубне в моей группе только потому, что его мама умоляла меня взять его чтобы не болтался по улицам. И что следующее слово про игрушки – и он будет искать себе нового лидера. И новую группу. Заткнулся. - Эдди выпил остатки пива. Но да, Карвер... они как гончие. Чуют слабину. Уэйн говорит, Джейсон болтает в спортзале, что ты связался с ублюдком-омегой. Но без доказательств – это просто слова. - Слова могут ранить, – тихо сказал Стив. - Да, – согласился Эдди. - Но я привык. А тут... – он посмотрел на Стива, – ...тут у меня есть вынужденный союзник с бейсбольной битой в багажнике и репутацией 'Избивателя'. Не самая плохая защита. В его словах не было насмешки. Было признание. Стив почувствовал прилив тепла. - Всегда пожалуйста. Если что – звони. День или ночь. - Может, и позвоню, – Эдди сказал неожиданно легко. Он отодвинул пустую тарелку. "А теперь музыкальный экзамен, Харрингтон. Ты сказал 'Queen'. Докажи, что не позер. Спой что-нибудь. - Что?! – Стив опешил. - Здесь? Сейчас? - А то! – Эдди ухмыльнулся во весь рот, его прежняя ирония вернулась в полной мере. - Нейтральная территория, помнишь? Никто не знает тебя здесь. Давай, 'король', покажи голосовые связки! Хотя бы 'We Will Rock You'! Бу-бум-ц! Бу-бум-ц! Стив застонал, но что-то в вызове Эдди, в его смеющихся глазах, в этой абсурдной ситуации заставило его... расслабиться. По-настоящему. Он оглядел почти пустое кафе. Дальнобойщикам было все равно. Металлисты в углу орали свою песню. - Ладно, Мансон, – Стив вздохнул с преувеличенной покорностью. - Но только если ты потом сыграешь мне того самого 'монстра риффа' на воображаемой гитаре. - Он откашлялся, чувствуя себя идиотом, и под аккомпанемент кантри-металла застучал кулаками по столу: Бу-бум-ц! Бу-бум-ц! Эдди засмеялся – громко, хрипло, по-настоящему. И присоединился к стуку. Бу-бум-ц! Бу-бум-ц! И когда Стив, краснея до корней волос, но с упорством, достойным лучшего применения, затянул хрипловатое - Buddy, you're a boy, make a big noise playin' in the street... - , Эдди не просто стучал. Он смотрел на Стива. И в его взгляде не было насмешки. Было что-то теплое, удивленное и... благодарное. За эту нелепую, искреннюю минуту нормальности. На нейтральной территории. Под аккомпанемент Безумного Макса. Они допели песню под смех официантки и хлопки пары дальнобойщиков. Эдди вытер слезу смеха. - Окей, Харрингтон. Ты выжил. И даже не облажался полностью. Твой черед требовать 'монстра риффа'. - Он встал, принял театральную позу, вообразив гитару, и пальцы его забегали по невидимым струнам, рот скривился в немой рык. Беззвучный, но яростный метал-рифф заполнил пространство их столика. Стив смотрел на него, на этого неистового, талантливого, сложного человека, который прошел через ад и теперь делился с ним своей страстью в захудалом кафе. Запах Эдди – кожа, металл, мед и чистая, живая энергия – смешивался с запахом жареной картошки и пива. Альфа-инстинкт тихо мурлыкал, но это был уже не зов обладания. Это было удовлетворение. Признание. И предвкушение. - Неплохо, Мансон, – улыбнулся Стив, когда Эдди закончил свой концерт с глубоким, преувеличенным поклоном. - Но я думаю, мне нужно услышать это вживую. На настоящей гитаре. Когда-нибудь. Эдди выпрямился, его глаза блестели. - Когда-нибудь, Харрингтон. Может быть. Если будешь себя хорошо вести. - Он накинул косуху. - А теперь – домой. У меня репетиция завтра. А у тебя – царство видеокассет. Они вышли на прохладный вечерний воздух. У фургона Эдди задержался. - Так... нейтральная территория, – сказал он, избегая прямого взгляда. - Она... сработала? - Лучше, чем я ожидал, – честно признался Стив. - Даже с музыкальным экзаменом. Эдди кивнул. - Окей. Тогда... может, повторим? Через неделю? Здесь же? Только... без пения. Я принесу кассету с настоящим 'Corrosion of Conformity'. Для образовательных целей. Предложение. Снова. Четкое и на равных. - Договорились, – Стив протянул руку. Не альфа омеге. Союзник союзнику. Друг... другу? Эдди посмотрел на руку, потом пожал ее. Крепко. Его пальцы были покрыты мозолями от струн. - Договорились, Стив. Он сел в фургон, завел двигатель с ревом, который заглушил бы любой метал-рифф, и помахал рукой, выезжая с парковки. Стив стоял и смотрел ему вслед. Запах выхлопных газов смешивался с запахом осенней ночи и... легким, едва уловимым шлейфом меда, оставшимся от Эдди. Он вернулся к своему BMW. Гвоздь все еще торчал в колесе. Стив улыбнулся. Не проблема. У него теперь был повод заехать в гараж Уэйна в выходные. Спросить совета. И... навестить. Мир был не просто интереснее. Он стал теплее. И громче. На одну гитарную струну громче.