Благодарность Безумного

Их встретили на подходе к лагерю. Он ожидал этого. Если бы он был на их месте, то поступил бы так же. Хотя Джен это не волновало, он согласился оставить меч ей и её людям и войти в главный шатер лагеря только с Призраком. И то, лишь потому, что волк ясно дал понять, что не примет никакого другого варианта. Лицо Костяного Владыки, возможно, и скрывалось под его жутким одеянием, но его взгляд пытался прожечь в груди Джона дыру, когда тот нырнул в шатер и оглядел толпу собравшихся. Тормунд врезался в его спину. — Не загораживай путь, Лорд Счастливчик. — Просто хочу осмотреться, — он провел пальцами по шее Призрака, чтобы успокоить волка. Стройный мужчина среднего роста с волосами цвета смеси соли с перцем внимательно посмотрел на него. — Джон Сноу. Хотя мне говорили, что теперь ты Джон Вайтвульф. Не понимаю, почему другие бастарды за Стеной не берут себе новые имена. Похоже, это было бы разумно, учитывая, сколько презрения на них обрушивается из-за того, над чем они не имеют власти. — Вероятно, вы в этом правы. — В последний раз я видел тебя на том великолепном пиру, который твой лорд-отец устроил для твоего толстого короля. Там стало веселее, когда твои сыновья решили, что им пора родиться. Сначала я слышал о двух, потом о трёх. Кто-нибудь из них выжил? Он был на приветственном пиру? Дозор бы взбесился, если бы узнал об этом. — Все трое. Прошу прощения, что не узнал вас. Я немного… отвлекся. — Ты был белым, как лёд, когда стоял снаружи той комнаты, и выглядел так, будто вот-вот упадёшь в обморок, — его взгляд метнулся к Тормунду. — Тебе следовало перебраться поближе и быть осторожнее. — Ага. Его люди поймали нас прежде, чем мы успели добраться до места. Притащили нас к нему. — Вы привели его и его людей сюда. Зачем? — Потому что я хочу помочь. Манс посмотрел на него с сомнением. — Ты хочешь помочь Вольному народу? — Если это остановит вас от попыток перелезть через Стену и от нападения на людей, пришедших в Дары, чтобы жить там, то да. — Ты владеешь Дарами? — Вы, должно быть, покинули Винтерфелл до этого объявления. Лорд Старк и Лорд-командующий Мормонт подали королю прошение о присвоении мне титула лорда Короны Королевы и назначении меня правителем Даров. Мы усердно трудимся, чтобы хоть что-то сделать с этой землей. Я знал, что могут возникнуть проблемы с вашими людьми, которые иногда там оказываются, но я вижу их слишком часто. И слишком многие из ваших людей предпочитают смерть или плен, чем возвращение сюда, — он кивнул в сторону рыжего. — Он первый, у кого хватило смелости сказать мне, почему. — И что он сказал? — Он говорит, что Иные вернулись. Что ваши мертвецы не остаются на земле, а идут за вами, чтобы пополнить свои ряды. Вот это… мне не нравится, как это звучит. — Почему я должен поверить, что ты говоришь правду? — Мне уже доводилось сражаться с встающими мертвецами. На руку сыграло и то, что Лорд-командующий Мормонт и его люди рассказали про двух разведчиков, найденных мёртвыми после патруля. Они тоже отказались оставаться мертвыми. Дозор собирался выйти на большую разведку, чтобы узнать больше. Я предложил им это сделать вместо них. Манс посмотрел на Тормунда, и тот согласно кивнул. — И зачем тебе это? — Я скажу тебе то же, что и ему: что бы ни шло за вами, оно может последовать за вами. Последовать за вами через Стену или обойти вокруг неё. Тогда это станет и моей проблемой. Думаю, лучше всего положить этому конец сейчас. Я хочу отрезать им путь, пока они не зашли слишком далеко. Многие в палатке рассмеялись. Манс, казалось, хотел присоединиться к ним. — То, что король дал тебе роскошный титул и ты стал отцом нескольких сыновей, ещё не делает тебя мужчиной. Ты ещё почти мальчик. С чего ты взял, что сможешь одолеть то, с чем мы боремся все вместе? Прошло так много времени с тех пор, как люди перестали ожидать от него каких-то героических чудес как по заказу, что он почти забыл, каково это — быть недооценённым. Джон не знал, стоит ли ему злиться или наоборот — улыбаться. — Какое тебе дело до того, во что я верю? Я по эту сторону Стены, с тобой. Дозора поблизости нет, чтобы спасти мою шкуру, если ты решишь меня убить. Тебе ничего не стоит позволить мне и моим людям пойти и посмотреть. Всё, что мне нужно от тебя, это знать, откуда бежал твой народ.

***

Не в первый раз Нед задался вопросом, не было ли причиной смерти Джона Аррена напряжение, вызванное близким общением с Робертом и его вспыльчивым характером. — Какого хрена нам нужно созывать верховных лордов?! Виновата эта шлюха! Мы все это видели! Так и было, это правда. Кэт была права, предлагая ему дождаться, пока Станнис и Ренли будут рядом, прежде чем он сообщит новость Роберту. В конце концов он позвал и сира Барристана, потому что знал, что Роберт уважает этого человека. Вместе им удалось сдержать его гнев. Но он настоял на том, чтобы поговорить с Серсеей. У Джейме был выходной, и никто из них не подумал бы, что они настолько беспечны, чтобы предаваться своему прелюбодеянию в покоях королевы. Они застали их в постели, Серсея с явным энтузиазмом скакала на своем брате. Нед и Станнис заперли короля, пока сир Барристан брал сира Джейме под стражу, а Ренли наблюдал, как стражники сопровождают Серсею в Черные камеры. Оба близнеца оставались там до суда, а их детей переселили в комнаты, обычно предназначенные для приезжих лордов, а не в королевских покоях, которые они до этого занимали. — Нельзя развестись с королевой так же, как с простолюдинкой. И должен быть суд. — Я могу провести свой собственный чертов суд! — Нет, не можешь, — они со Станнисом часами обсуждали всё это, прежде чем рассказали Роберту. — Ты вряд ли беспристрастный судья, ведь ты — потерпевшая сторона. Пусть её судят верховные лорды. Так никто не сможет возмутиться, и никто не сможет открыто помочь Ланнистеру. — Твою мать! — Роберт потянулся к своей чаше. Вино было разбавлено, и ему это не нравилось. Станнис и Нед упорно настаивали, что ему нужно оставаться практически трезвым. — Тебе следовало просто позволить мне убить их обоих. — Они нужны нам живыми, — ответил Станнис, вмешавшись, чтобы дать Неду отдохнуть. — Когда ты взошёл на трон, казна была в полном порядке. Даже после военных расходов. Теперь у Короны шесть миллионов драконов долга. Половина этого долга — у Тайвина Ланнистера. — Ну и что? — Значит, мы можем использовать жизни его детей и внуков, чтобы заставить его простить короне причитающуюся половину. — Вы считаете медяки, — пренебрежительно сказал он. — Да, Роберт. Считаем медяки. Это необходимо сделать. Ты довёл королевство до грани краха! Даже если бы Джоффри был твоим сыном, что бы ты ему оставил? Он унаследовал бы корону, и огромные долги, которые он не смог бы выплатить! Роберт уже собирался открыть рот и накричать на Неда, но вмешался Станнис: — Ты должен об этом знать. Малый Совет пытался заставить тебя это понять. Джон Аррен пытался заставить тебя это понять. Всё это продолжалось слишком долго, Роберт. Трон не может терпеть твои пиры, пьянство и разврат. Долги ослабляют нас, потому что они дают должникам короны власть над нами. Мы должны попытаться использовать этот бардак, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу. Расторгнуть твой брак не составит труда. Мы знаем, что ты способен иметь детей, у тебя слишком много бастардов. Ради короны тебе придётся взять себе новую жену и стать отцом законного наследника. — Слишком рано об этом говорить. — Этого не избежать. Лорды будут кружить, как стервятники. Выискивая слабости. — Я не слабый! — Тогда докажи это! — Как ты смеешь так со мной разговаривать! Нед сжал переносицу пальцами. — Кому-то нужно это сделать, ваша милость. Все были с вами осторожны. Старались говорить только то, что вы хотите услышать. Именно это и привело нас к этой ситуации. Вот почему нас здесь всего четверо, — не то чтобы Ренли особо участвовал в разговоре и, похоже, был рад позволить ему и Станнису говорить всё время. — Джон Аррен изо всех сил пытался тебя обуздать. Я старался изо всех сил. Ты проигнорировал наши предупреждения и мольбы. Ты притащил сюда Старка, но теперь хочешь игнорировать и его. Думаешь, так будет лучше для его народа? Мейстеры говорят, что это долгое Лето означает долгую Зиму. Что, по-твоему, случится с Севером, если их лорда не будет рядом, чтобы подготовить их? Его наследник только что перестал быть юношей. Он, вероятно, едва помнит прошлую Зиму, не говоря уже о том, чтобы подготовиться к новой. — Долгая зима затронет не только Север. Снега выпадут даже здесь. Даже в Просторе. Возможно, сугробы будут не такие глубокие, а метели не такие суровые, как те, с которыми столкнётся мой народ, но достаточно, чтобы нельзя было выращивать зерно. На что Королевство будет покупать еду у Эссоса? У тебя нет золота, Роберт. Ты всё растратил на турниры и пиры. Что будет делать король, когда народ будет голодать? — Ну и что же ты хочешь, чтобы я сделал?! — Маргери Тирелл. Наконец заговорил Ренли. — Что? — Ты созвал верховных лордов для суда. Несомненно, приедут и другие лорды, все любят скандалы, но Мейс Тирелл, несомненно, привезёт свою дочь. Он вряд ли будет единственным, но Тиреллы так же богаты, как Ланнистеры. Возможно, даже богаче. А Простор — самый плодородный край из всех семи королевств. — Любители драконов. Нед быстро терял терпение. — Они были верными подданными короны с самого окончания войны. Они дали клятвы и соблюдали их. И им так же принадлежит часть долга Короны, но не такая ​​большая. Сделать Маргери королевой было бы мудрым шагом, — хотя эта идея не далась ему легко. Тирелл была старше Сансы, но ненамного. Они собирались просить её выйти замуж за мужчину, который годился ей в отцы. Станнис сохранял спокойствие и твёрдость в голосе. — Пора вести себя как король, Роберт. Дело не только в пирах и турнирах. Ты боишься, что этот мальчишка Таргариен соберёт армию и вторгнется в наши заемли. Часть твоего долга — это долг Железному банку. Если они решат, что мы не сможем его выплатить, они могут поддержать его в любой подобной авантюре. Помогут ему нанять мечи, которые ему нужны для возвращения. — Я же говорил вам, что нам стоит беспокоиться о них с тех пор, как он сюда пришёл! — он махнул рукой в ​​сторону Неда. — Этот мальчишка продал свою сестру-шлюху дотракийцам. — Меня не волнуют дотракийцы. Они не переплывут море. Они уважают только силу. Всё, что мы знаем о Визерисе Таргариене — это то, что он избалованный, капризный ребёнок. Он их не впечатлит. Они не пойдут за ним. Но наёмные отряды не так избирательны. Я знаю, что у Золотых Мечей хорошие отношения с Железным банком. Теперь, когда дело Серсеи стало достоянием общественности, самое время выглядеть сильным. Брак с девицей Тирелл покажет, что корона серьёзно настроена на финансовую стабильность. — И если повезёт, она будет столь же плодовита, как сам Простор, — вставил Ренли. Младший Баратеон был здесь, потому что тут была его семья, но он знал, что его слово не имеет такого же веса, как слова Неда или Станниса. — У вас двоих в течение года должен родиться законный наследник. Это во многом поможет уладить проблемы лордов. Роберт сердито смотрел на разбавленное вино. Трезвость делала его раздражительным. Если бы его предоставили самому себе, он бы схватил боевой молот и избил бы Серсею и её брата до смерти. Нед опасался, что то же самое он сделает с их детьми. Он и младшие братья короля подробно обсуждали подобные вещи, прежде чем договориться о том, что они скажут королю. Эти встречи вчетвером, которые происходили почти ежедневно, стали вынужденным компромиссом. Им приходилось действовать быстро, учитывая, что в Красном Замке и при дворе было очень много родственников и сторонников Ланнистеров. Чем дольше Роберт пил разбавленное вино, тем яснее он начинал мыслить, и это было хорошо. Помогало и то, что Серсея и Джейме были арестованы и ожидали суда, а это означало, что Тайвин Ланнистер представлял собой серьёзную угрозу. Возможность военного конфликта была хорошим способом подогреть его интерес. Это мотивировало его оставаться преимущественно трезвым, и он осознавал, насколько далеко зашёл в своём поведении. Он снова начал тренироваться, делая всё возможное, чтобы вернуть себе хотя бы часть былых сил, хотя Нед считал, что этого может быть слишком мало и слишком поздно.