Благодарность Безумного

Игритт не знала, что и думать о красивом лорде поклонщиков. Она была почти уверена, что он какой-то колдун но он сказал, что нет. Но если он не колдун, как он мог сделать так, чтобы их оружие могло сразить Иных? Один из других Вольных спросил, почему оружие поклонщиков действует против мертвецов, а их — нет. Очевидно, это было потому, что лорд их заколдовал его. У него в снаряжении хранилась особая доска со странными отметками. Прежде чем они двинулись дальше, он достал её и сел на снег, положив себе на колени, и сделал их оружие одинаковым. Теперь её лук слегка дрожал в руке, когда она его держала. Дженасса сказала ей, что любая стрела, выпущенная из него, может убить тварь. Конечно, если она попадёт в цель. Они вернулись к месту, где стояло четыре чардрева. Они наблюдали, как он выпил какое-то зелье, припрятанное в рюкзаке, и сел у подножия самого большого из них, его глаза стали белыми, как у Орелла во время связи с его орлом. Долгое время он сидел неподвижно. Придя в себя, он поднялся с рычанием и какое-то время расхаживал взад-вперед, говоря на странном языке, который, казалось, сотрясал деревья вокруг, хотя он говорил тихо. Успокоившись, он сказал, что им нужно идти к месту с огромным чардревом. Когда Дженасса спросила его, зачем он это сделал, он ответил, что хочет высказать «ему» всё в лицо. Он не объяснил, кто такой «он». И они пошли за ним, хоть и шел он в противоположную сторону от Стены. Они шли шесть дней, пока не увидели самое большое чардрево, которое когда-либо видела Игритт. Оно казалось таким высоким, что могло бы потрогать ветвями небо. Оно росло на каменистом холме. У основания холма, казалось, была дверь, хотя она была сделана так искусно, что её почти не было видно за корнями и тенями. Лорд обнажил свой забавный меч со светящейся серединой. — Всем быть начеку. Он говорит, что за ним всегда следят, и мертвецы постоянно пытаются пробраться туда. Когда они приблизились, твари действительно появились из-под снега и льда, которые разлетелись от их резких движений. Как и было обещано, её лук теперь сработал против них так, как раньше она и не мечтала. Эта битва была быстрой, но жестокой. Они превосходили отряд тварей численностью в четыре раза и быстро с ними расправились. Оставшись стоять в снежном буране, все огляделись вокруг, изо всех сил напрягая зрение и слух, ожидая любого признака чего-то большего. Поэтому все заметили, как странная дверь под корнями чардрева открылась, и к ним вышла маленькая тёмная фигурка. — Лист, не так ли? — лорд вложил меч в ножны, — Давно не виделись. Крошечное существо посмотрело на них странными золотистыми глазами. — Приветствую, Джон Белый Волк. Пожалуйста, заходите. Наша магия не пускает тварей, а наши пещеры и туннели сухие и не пропускают ветер. Единороги не могли пройти в дверь, но существо (Игритт была почти уверена, что это одна из Детей Леса) позвало других, и они быстро соорудили импровизированное укрытие для животных, чтобы защитить их от ветра, и сказали, что будут за ними наблюдать. Тот, кого приветствовал поклонщик, Лист, жестом пригласила их войти. — Хорошо, что вы пришли. У нас есть кое-кто важный для вас. Иные серьёзно ранили его. Мы делали всё возможное, чтобы помочь ему, но он слабеет. — Кровавый Ворон ничего об этом не говорил, — он последовал за Листом по одному из сухих, тёмных туннелей. Большинству из тех, кто был с ними, предложили отдохнуть в больших комнатах, созданных в скале какими-то силами, создавшими пещеры. Толстые, бледные корни и сухие камни служили сиденьями. Игритт пошла за Джоном, а женщина по имени Дженасса и Тормунд держались в конце цепочки молчали, чтобы не привлекать к себе внимания. — Кровавый Ворон мыслит не так, как смертные. Больше нет. Он видит то же, что видят деревья, а значит, видит все годы, что видели они. Это может изменить многое. Они свернули за поворот и наткнулись на ещё одного из Детей, который старательно наполнял рот человека в кожаной одежде Ворон чем-то, похожим на жидкий бульон. Он был старше и не так красив, но его длинное лицо во многом напоминало лицо Джона. — Дядя Бенджен! — лорд поспешил опуститься на колени рядом с бледным и явно умирающим человеком. Ворона едва заметно улыбнулась. — Джон. Дорогой Джон. Неужели мой разум покинул меня? — Нет. Ты мыслишь здраво. Это я, — мужчина поднял дрожащую руку, коснулся лица, и Джон взял её и прижал к своей щеке. — Твоё ожерелье. То самое ожерелье, которое я дал тебе в Винтерфелле. Где оно? Я наложил на него исцеляющее заклинание. Оно должно было помочь тебе с любой раной. — Эта крутая штука? Потерял её. Кажется… помню, как одна из тех тварей пыталась меня схватить. Но вместо этого порвала шнурок. Джон издал рычащий звук и потянулся за волшебной палочкой, которую носил на поясе. — Зелье было бы лучше, раз уж он так долго в таком состоянии, — Дженасса расстегнула сумку на поясе, вытащив оттуда бутылочку для занятий. — Зелья действуют изнутри, — она вложила бутылочку в его протянутую руку, и он с хлопком откупорил её, прежде чем приподнять голову мужчины, чтобы тот мог выить. — От него кисло пахнет, — он закашлялся. — Я принесу лекарство от тошноты. У меня в седельных сумках есть немного, — она повернулась и поспешила обратно по туннелям тем же путём, которым они пришли. Тормунд кивнул мужчине. — Это Бенджен Старк. Первый следопыт Старого Ворона. — Мой дядя. Брат моего отца, — когда бутылка опустела, он положил голову мужчины себе на колени. Цвет его лица уже начал улучшаться. — Остальные мужчины, которые были с ним, были найдены мёртвыми. Они встали, но уже с синими глазами. Лист кивнула. — Они пали от рук Иных. Недалеко отсюда. Был один, кто успел спасти твоего дядю, прежде чем тот тоже пал. Ему пришлось поторопиться, чтобы привести его к нам, и поэтому он не мог задерживаться, чтобы сжечь их тела и не дать им восстать, — она посмотрела на них. — Ещё день, может, два, и нам пришлось бы что-то предпринять, чтобы помешать ему восстать. Дженасса вернулась с новыми бутылками. Джон взял их и откупорил одну, другого цвета. — Извини за вкус, но это должно уничтожить любую заразу, — он помог дяде подняться и помог ему выпить содержимое. — Спасибо, что спасли его. Я волновался с тех пор, как лорд-командующий сказал, что он пропал, — ворон допил бутылку, и Джон заставил его немного подождать, прежде чем предложить выпить другую, похожую на ту, что он ему дал. Тормунд потянулся за одной из пустых бутылок и понюхал её. — В чём разница между этой и той его палочкой? — Зелья действуют только на того, кто их выпил, но действуют изнутри. Посох, во всяком случае, этот посох, действует на всех, кто находится в пределах его досягаемости. Он полезен на поле боя, но если вы находитесь в самом разгаре боя, то исцелите и врагов, — Дженасса взяла пустую бутылку и сунула её в сумку. — Если только эти враги не нежить. Это магия жизни. Наши исцеляющие заклинания могут ранить и даже убивать нежить. Если бы ей не нужно было следить за крепостью и их сыновьями, мы бы взяли с собой Талию. Она чертовски полезна против таких тварей, как эти. Старк с трудом сел. Он выглядел гораздо лучше. — Сейчас я благодарен, что ты на ней женился. Полагаю, эти тоники — из тех эликсиров, которые она варит, как упоминал твой отец. Джон с облегчением фыркнул. — Ага. Но ей пришлось остаться, чтобы присматривать за крепостью и нашими детьми. Если я не могу взять её с собой, то хотя бы могу взять с собой инструменты, которые она для нас мастерит. — Отличную партию ты нашёл. Надеюсь, ты не забываешь хорошо с ней обращаться. — Ага. Я научился этому, наблюдая за отцом, -мужчины помогли друг другу подняться, и Старк огляделся, словно до этого он был слишком слаб, чтобы обращать внимание на окружающее. — Как долго я здесь? Лист внимательно наблюдала за мужчиной. — Почти целую луну. Ты был силён и упрям. Цеплялся за жизнь. Мы делали всё, что могли, чтобы помочь тебе, но ты начал угасать. Мы боялись, что придётся действовать, но тут Джон Белый Волк пересёк Стену. Он сказал, что твои сородичи смогут помочь тебе, если мы оставим тебя в живых. Рейнджер нахмурился. — Простите мою грубость, но… кто вы? — Это Лист. Она одна из Детей Леса, — Старк искоса посмотрел на племянника. — Она пришла в Королевскую Корону и дала облики чардревам в посаженных нами богорощах. Тогда я её и встретил. — А. Но кто этот «он», который сказал, что ты можешь помочь? Игритт увидела, как лицо лорда помрачнело. — Бринден Риверс. Бывший лорд-командующий Ночного Дозора. — Кровавый Ворон? Джон, он мёртв уже несколько десятилетий. Пропал во время вылазки. — Ты сражался с ходячими мертвецами и стоишь в пяти шагах от одного из Детей Леса после того, как я вытащил тебя из могилы с помощью зелий, сваренных моей женой-магом. Ты собираешься теперь задавать мне вопросы? Тормунд хрипло рассмеялся. — Выдохни для него огонь. Это должно его убедить. — Не говори глупостей. Мы окружены корнями деревьев. Он нас всех убьёт. Джон посмотрел на Лист. — Он сказал, что не ответит на мои вопросы, пока я не встречусь с ним лично. Где он? — Сюда.

***

Корни в этой комнате разрослись и извились, образовав некое подобие трона. Оно бы легко нашло себе место в кошмарах, но ещё больший ужас нагоняло иссохшее существо, восседавшее на нём. Корни проросли в него и сквозь него, и самым пугающим из них был тот, что пророс через глазницу. Дженасса надеялась, что глаз исчез прежде, чем это произошло. — Если вы хотите, чтобы мы вытащили вас из этой штуки, я не уверен, что мы сможем это сделать. Лицо мужчины расплылось в улыбке. — Сомневаюсь, что даже те чудесные эликсиры, которые создаёт его жена, смогли бы меня спасти, если вы попытались. Эти корни поддерживают меня больше, чем что-либо другое в последнее время. Иначе я бы давно умер. Бенджен Старк смотрел с ужасом и восхищением. — Я бы не поверил. Но… альбинос. И родимое пятно. Ты и вправду Бринден Риверс. — Да. Это он, — Джон изучал своего несчастного родственника. Хотя он и понимал, что доверять ему не стоит, в глубине души он жалел его. Только человек с самым чёрным сердцем не пожалел бы этого человека. Но он всё ещё был опасен. — Ты хотел, чтобы я пришел к тебе. Я здесь. — У тебя были ко мне вопросы. Задавай их. — Ты видишь далеко. То ли сквозь чардрева, то ли глазами зверей. Ты видел, как мы сражаемся с мертвецами? — Конечно. С теми, что снаружи этой пещеры. Но и с теми, на которых ты охотился. — Лидер. Который ехал верхом. — Ходок. Джон кивнул. — Когда он упал, большинство остальных пали вместе с ним. Мне уже доводилось сражаться с мертвецами, но я видел, как случалось похожее, но только тогда, когда тот, кто их поднял, не сделал достаточно, чтобы его создания продолжали жить и после его смерти. — И здесь то же самое. Те, кого Ходок поднял, пали вместе с ним. — Но упали не все. По крайней мере один не упал. Почему? Кровавый Ворон оскалился: — Неужели ты сам не можешь до этого додуматься? Джен постучала пальцами по рукояти одного из своих мечей. — Система оповещения. Командиры отрядов меняются мертвецами между собой. Если упыри в других отрядах внезапно падут, что бы там ни было… Ходок, возглавляющий этот отряд, теперь знает, что один из его товарищей погиб. Возможно, знает даже кто именно его убил. — Именно так. Возможно, это просто совпадение, но они не пойдут на такой риск. — Блядь, — Джон потёр глаза. — Спроси, о чем ты думаешь, Драконий Волк. Джен видела, как рука Старка рефлекторно сжала рукоять меча, который он теперь носил. Его собственный клинок был потерян в битве, которая едва не стоила ему всего, но один из Детей Леса принес клинок откуда-то из пещер. Он был в удивительно хорошем состоянии, учитывая, что на нём было столько пыли и паутины, что это указывало на то, что он пролежал здесь уже давно. Но не было ни единого пятнышка ржавчины. Джон сказал, что это — валирийская сталь, что бы это ни значило. Во всяком случае, они, похоже, были впечатлены. А прямо сейчас дядя Джона подумывал убить негодяя в корневом кресле, если тот пригрозит разоблачить его племянника. — Кто создал Ходоков? Падут ли они, если он это сделает? — Иной. Некоторые могут называть его Королём Ночи. Не тот Король Ночи, к которого была королева-труп. Этот создал её и использовал, чтобы соблазнить того дурака. Похоже, это был единственный раз, когда он удосужился превратить женщину в Ходока. Те, кто служит ему сейчас, в основном — сыновья, рождённые Вольным человеком, известным как Крастер. Он выторговал себе безопасность, пообещав отдавать всех своих сыновей Иному. — Вот же ублюдок! — Тормунд выглядел так, будто он хотел кого-то ударить. — Я знал, что нам нужно было прикончить его много лет назад! Но вы, вороны, тоже его защищаете! Даже зная, что он делает! Джон нахмурился и посмотрел на дядю. — Кто такой Крастер? — Он одичалый. У него есть что-то вроде замка. Он разрешает укрываться там от метелей. Правило одно — не трогать его жён. — У него их несколько? — Жёны, — Тормунд плюнул на землю. — Этот ублюдок берёт в жёны собственных дочерей. А когда дочери, рождённые у них, подрастают, он делает с ними то же самое. Сыновей у него никогда не рождается. Мы всегда подозревали, что он их убивает. У Джен чесалась правая рука, державшая меч. Нужно было навестить этого Крастера, прежде чем они вернутся домой. — Дозор об этом знает? И ничего не делает? — Если бы это было в моих руках. Он один из немногих одичалых, кто торгует с Дозором. Нам приказано его не трогать. Взгляд Джона встретился с её взглядом. Им не давали такого приказа. Возможно, они даже позовут Тормунда с собой. Судя по виду, ему это понравится. — Сколько своих сыновей Крастер им отдал? — Важнее то, скольких ему удалось превратить в своих Ходоков, — Джон снова посмотрел на древовидца. — Тринадцать. Тринадцать, которым удалось выжить и стать полезными. Тринадцать, которые теперь воскрешают мёртвых и заковывают их в цепи рабства. — Они упадут, если он умрет? — Они все падут, если падет он. Ходоки. Упыри, которых создали Ходоки. Упыри, которых создал он сам, ибо он создал их гораздо больше, чем своих генералов. И он осознаёт эту слабость. Он не вступает в бой, пока битва не будет практически выиграна. Он не подвергает себя опасности без необходимости. Это может стать проблемой. — Но чтобы он понял, что битва почти выиграна, ему нужно быть достаточно близко, чтобы наблюдать за этим, — Джен поджала губы. — Нам придётся пробираться к нему. Или это сделаете вы. Джон кивнул. Он отлично прокладывал себе путь через поле боя к определённой цели. У него были способы, о которых Король Ночи не мог знать. Способы двигаться быстрее, чем мог уследить глаз. Она видела, как он это делал. — Самое сложное — выяснить, где он. Или предположить, где он будет. — Мы можем догадываться, куда он направится. Они следуют за Вольными, а те собираются вместе, чтобы напасть на Стену. — Что?! — Бенджен сердито посмотрел на двух Вольных, которые были с ними. — Думаешь, мы хотим, чтобы нас превратили в тварей, ворон? Мы хотим на юг. Мы хотим сбежать от этих ублюдков. — Если мы найдём этого Короля Ночи и покончим с ним, вам не придётся отправляться на Юг. Вы сможете вернуться к своей прежней жизни, — Джон посмотрел на Кровавого Ворона. — Ты всё видишь. — Есть места, которые даже я не вижу. Он заслоняет мне обзор, когда я пытаюсь найти его. — Тогда скажи — что ты не видишь?