Благодарность Безумного

Оленна Тирелл начала терять терпение. Этот толстый, неуклюжий идиот все еще тянул с женитьбой. Конечно, она имела в виду короля, а не её сына. Она чертовски хорошо знала, что он может отказаться от ее драгоценной девочки из-за своей предвзятости. Он все еще не любил их за то, что они встали на сторону драконов во время восстания. Тем не менее, он вряд ли сможет найти девушку, более подходящую на роль королевы, чем Маргери. — Леди Оленна. Я надеюсь, вам нравится дворцовый сад, — она повернула голову, и увидела семенящего к ней Вариса. — От вашего присутствия в городе стало светлее. — Светлее от моего присутствия? Обычно ты так пытаешься задобрить этих олухов? — Немного очевидно, возможно. Ваша репутация опережает вас. Жаль, что так мало мужчин ценят женщин с умом. Вы были бы ценным приобретением для тех, у кого есть мозги. — Лесть. Мне так давно не льстили по-настоящему. Продолжай, — она махнула рукой в сторону пустого стула. Паук кивнул в знак благодарности и присел на него с почти женской грацией. — Что привело тебя ко мне, лорд Варис? — Боюсь, я не лорд, хотя люди и называют меня так. Нет, я просто удивлен, что вы не вернулись в Хайгарден с вашим внуком, чтобы помочь его жене вникнуть в дела. — Моя невестка более чем способна подготовить себе замену. И у Сансы, кажется, есть своя голова на плечах. Достаточно, чтобы я была уверена, что она станет хорошей леди Простора, пускай и со временем. — Приятно слышать. Быть женой Верховного лорда может быть довольно сложной задачей. Но я подумал, что леди Маргери тоже захочет помочь своей новой хорошей сестре обосноваться. — Можно подумать, что ты хочешь избавиться от нас. Неужели толстопузый король наконец решил избавиться от нас — любителей драконов? — Он не сказал ни слова. Я просто подумал, что вы, возможно, захотите поискать… более выгодные варианты. — Более выгодные, нежели король? Я не знала, что такие есть, — она поморщилась. — По крайней мере из тех, что не женаты, во всяком случае. — А, да. Лорд Вайтвульф, похоже, вполне счастлив в своем браке. Мне сказали, что его иноземная жена ждет еще одного ребенка. Думаю, на этот раз Боги пошлют им девочку, — Варис разгладил воображаемую складку на своих шелках. — Нет, я скорее думаю про его ближайших родственников. — Наследник Старка? Конечно, все признаки указывают на то, что Север переживает своего рода возрождение, но я не думаю, что он может предложить мне столько, чтобы я решила отправить свою девочку в это суровое холодное место. — Робб Старк, несомненно, возьмет себе в жены северянку. Знаменосцы его отца так и не прониклись настоящей симпатией к Кейтлин Талли. Многие из них до сих пор считают оскорбительным, что Эддард Старк был так добр к ней, что построил ей септу. Но… у каждого есть две стороны семьи. Материнская и отцовская. Оленна не упустила из виду этот тонкий акцент на слове — отец. Она прищурилась, глядя на мужчину. — Ты смог встретиться с лордом Вайтвульфом? — Я был в его владениях, да, хотя пришлось применить некоторые… уловки. Впечатляющий молодой человек. Все еще страдает от юношеского безрассудства, но со временем он должен это перерасти. Отцовство и ответственность могут многое сделать для взросления мужчины. — А ты видел… их? Паук медленно, понимающе улыбнулся ей. — Смотря кого вы имеете в виду миледи? Конечно, в Дарах не происходит ничего… необычного. Ну, кроме гигантов и мамонтов. Конечно, не будет ничего, что могло бы заставить кого-то… пересмотреть события, произошедшие в конце войны. Оленна поджала губы в раздумье. Она знала, что Эббен не глупый человек. И он не будет лгать ей. Его преданность семье была слишком сильна. Нет, если он сказал, что у Вайтвульфа четыре дракона, значит, у него было четыре дракона. А это означало, что Эддард Старк перехитрил их всех, когда вернулся с войны со своим предполагаемым бастардом. Она вряд ли могла винить этого человека. Он потерял отца, брата и сестру. Ребенок был его кровным родственником, единственной частичкой сестры, которая у него осталась. Она надеялась, что у кого-нибудь из ее внуков хватит здравого смысла сделать то же самое для Маргери, если ей не повезет оказаться в таком положении. — Я полагаю, моя леди, что Хайгарден, вероятно, примет некоторых… удивительных гостей до конца года. Я думаю, вы и ваша внучка хотели бы быть там, когда они приедут.

***

Ситуация закончилась тем, что Джон просто подрался во дворе с Карстарком, чтобы тот оставил свою агрессию и заткнулся. Он крепко избил его, но не злорадствовал и не унижал. Северяне признавали силу, и Рикарду пришлось признать, что лорд Вайтвульф, вероятно, обладал боевыми навыками, способными произвести впечатление на Одичалых. Ему по-прежнему не нравилась идея торговать с ними, но он согласился не вмешиваться и посмотреть, действительно ли это уменьшит количество набегов через Стену. Дом Амберов просил только о том, чтобы Джон попробовал выяснить, что случилось с дочерью Морса Амбера, Роуэн. Девочку похитили Одичалые во время набега около тридцати лет назад. Джон обещал, что сделает все возможное. На следующий вечер они устроили грандиозный ужин, чтобы отпраздновать сбор урожая. У Джона был впечатляющий синяк на левой челюсти, который сочетался с синяком под глазом, который он поставил Карстарку. Его отец сказал Брану не лечить его и настоятельно рекомендовал Джону не использовать ни один из эликсиров, которые мейстер Лювин сделал, используя знания, полученные от Талии. Он сказал ему принять это как знак чести за то, что он смог одолеть человека, который был крупнее и опытнее его. В данном случае, поступки были лучше слов. Однако жевать из-за этого было неудобно. — Может попробуешь пюре из репы вместо мяса, Белый Волк? Джон сердито посмотрел на Теона и, продолжая жевать жаркое, сделал неприличный жест в его сторону. Робб ухмыльнулся. — Арья пытается убедить отца позволить ей уехать в Корону Королевы вместе с тобой. Он сглотнул. — Мы всегда будем рады видеть её. Хотя это может вызвать ревность у Брана и Рикона. — Твоя жена рассказала тебе, что начала обучать ее магии до ее отъезда? — Да. Магия изменения. Она сама не очень искусна в этой сфере, но я думаю, она оставила Арье тексты, которые ей понадобятся. У меня есть еще несколько, если ей они понадобятся. Она сказала, что, по ее мнению, у нее также может быть склонность к иллюзиям, но у Талии было мало времени, поэтому они не начали учиться ещё и этому искусству. — Это так трудно? — Талия не любит магию иллюзий. Считает, что это слишком опасно. Она говорит, что обучать этому следует только тех, кому можно доверять, чтобы они не злоупотребляли этим, а злоупотребить магией очень легко. Грейджой нахмурился. — Что в этом плохого? Джон схватил булочку и разломил ее, чтобы намазать на нее немного масла, смешанного с медом. — Это… Иллюзия воздействует на разум. Талия говорит, что это неудачное название. Можно просто сделать себя невидимым для обычного человека, а можно успокоить агрессивного человека или даже довести толпу до бушующего безумия. Это область магии, которая искажает то, как человек, подвергаемый заклинанию, воспринимает вещи. Моя жена может прочитать вам длинную и подробную лекцию о том, что такую силу не следует использовать легкомысленно, если вообще следует. Она не доверяет ей лишь немного меньше, чем Некромантии, а она считает, что Некромантов следует сбросить в самую глубокую, самую темную яму, какую только можно найти. — Ну, я не думаю, что мать знает, что изучает Арья. Она смирилась с тем, что Брандон изучает целительство, потому что это… ну, целительство. Но те, кто следует Вере Семерых, с подозрением относятся к магии. Джон вздохнул, разрезая мясо на более мелкие, более легко пережевываемые кусочки. — Да. Норды немного похожи на неё в этом плане, но даже они сдержанно уважали заклинателя и школу, где обучали магии соответственно. Они просто считали, что быть сильным телом и разумом более впечатляюще и уважительно. Воин пользовался большим уважением, чем маг, но даже воин часто умел зачаровывать оружие и доспехи. Они полезны. Робб кивнул. — Как украшения, которые ты подарил отцу и остальным, чтобы защитить их от ядов. — Именно так. И я снабжаю своих людей вещами, которые защитят их от холода и случайного утопления, если земля под ними окажется льдом. Это может случиться потому что Дары не так хорошо изучены и на карте недостаёт многих деталей. Робб рассеянно угукнул, и Джон понял, что потерял внимание брата. Он проследил за взглядом рыжего Старка и увидел, что тот снова смотрит туда, где сидят внучки лорда Мандерли. А именно туда, где сидит Вилла Мандерли. Он обменялся понимающим взглядом с Теоном. Джон откусил еще кусочек жаркого и постарался не морщиться, жуя менее ушибленной стороной лица. Судя по хихиканью Теона, ему это, должно быть, не удалось. Он подумывал надраться, когда в комнату вошел мейстер Лювин, направляясь к их столу. — Я думал, ты уже лег спать. — Я хотел, милорд, но сначала проверил воронов, — он протянул небольшой свиток. — Это пришло для вас. Джон вытер руки и взял свиток, сломал печать и развернул его. Даже боль в челюсти не могла остановить улыбку, расползшуюся по его лицу. — Девочка. Сильная и здоровая. У меня родилась дочь! Теон завопил, а Робб закричал и встал. — Отец! Талия родила дочь! Собравшиеся разразились приветственными возгласами, когда Робб обнял его. Теперь у них была маленькая девочка. Его Лайла. Он хотел побежать в конюшню, седлать лошадь и немедленно отправиться домой. Он понимал, что его обязанности удерживали его здесь в данный момент, но желание было сильным. Маленькая Северная Роза. Он молился, чтобы боги сделали ее такой же умной, как ее мать, и такой же свирепой, как лютоволк.

***

Как оказалось, молва о драконах, вновь появившихся в небесах Вестероса, разошлась дальше Севера. И не только до Простора. Конечно, этого следовало ожидать. Теперь на Дарах жило очень много чужаков. Хотя большинство простых людей не были столь образованы, как мейстеры или дети высокородных лордов, они не были полностью неграмотными. Большинство знали достаточно, чтобы написать свое имя или прочитать простые инструкции, даже если их собственные послания часто изобиловали орфографическими и грамматическими ошибками. Это заняло некоторое время. У большинства не было доступа к воронам, а вороны могли переносить только мелкие записки. Вместо этого более длинные письма и сплетни передавались через торговцев и странников. И многие такие послания попали в Западные земли, где мужчины, нашедшие работу в шахтах, принадлежащих лорду Вайтвульф, теперь посылали за своими семьями и друзьями, чтобы сообщить им, что на Севере можно заработать на жизнь, если быть готовым рискнуть холодом. Бедность и пустые животы были сильным стимулом для обретения подобной храбрости. Тайвин Ланнистер, все еще гневающийся на дочь и сына, и обдумывая варианты выхода из ситуации, не был слишком обеспокоен уходом своих шахтеров. За последний год шахты давали мало годной руды. Он платил шахтерам зарплату из выручки портовой торговли, и налогов, собранных с его лордов. Ланнистеры были далеко не бедны, но они не обладали тем богатством, которое имели, когда сидели на горе золота. У него определенно не было достаточно денег, чтобы тратить три миллиона драконов, которые Корона пыталась выторговать у них в обмен на его внуков. Его дочь была безнадежна, разочарование, которое было невозможно спасти, а его сын… Он не мог поверить, что Джейме был настолько глуп, чтобы сыграть прямо на руку Старку. Признать, что он был отцом детей Серсеи! Это было нелепо! Подпитывать заблуждения своей сестры, чтобы утверждать, что ее дети были бастардами, рожденными от инцеста, и лишить своего племянника его права первородства было глупостью, превосходящей все, что он мог себе представить. У него все еще были связи в столице. Если бы был способ вытащить детей из Красного замка, он бы его нашел. Пицель пока находился под слишком пристальным наблюдением, а Варис был ненадежен. И он не доверял блуднику, который служил Мастером над монетой. Но были охранники и слуги, которыми он все еще мог манипулировать. Ему также нужно было вернуть Джейме. Его доставили на корабле прямо в Восточный Дозор, чтобы передать его самому Дозору. Ему нужно было выбрать правильных людей для этой задачи. Он рассматривал Клигана, возможно, под предлогом принятия черного в ответ за то или иное преступление, но он не решался сделать это. Гора был собакой, которую нужно было держать на коротком поводке. Младшего Клигана никто не видел с тех пор, как схватили его детей и внуков. Он не вернулся в Западные земли и с тех пор о нем ничего не было слышно. Тирион ввалился в комнату, по-видимому, трезвый на этот раз. Тайвин заскрежетал зубами, глядя на своего уродливого сына. — На этот раз ты явился вовремя. — Я стараюсь удивлять тебя время от времени, отец. Я бы пришел пораньше, но мне было слишком весело слушать сплетни. — Сплетни — удел молодых девушек и стариков. Когда я говорю тебе быть здесь, я ожидаю, что ты будешь здесь. — Ты только что признал, что я впервые пришел вовремя, так что я здесь, как ты мне и приказал. — Я все еще разрабатываю план по возвращению твоего брата из Дозора. До этого времени мне нужно, чтобы ты управлял бухгалтерией Утеса. — Джейме дал клятву, отец. Он вне твоей досягаемости. — Клятвы можно нарушить! И это даже не первый раз, когда твой брат так поступит. Он нарушил свою клятву, когда убил Безумного Короля. Он нарушил свою клятву, когда лег в постель с твоей сестрой. Он может точно так же нарушить и эту! — И что тогда, отец? Что мы будем делать? Ты думаешь, король не пошлет сюда свои армии, чтобы забрать его обратно? Убить нас всех? — Тирион покачал головой. — Наш дом разрушен. Мы ничего не можем сделать, кроме как попытаться восстановить лицо. — Я ЭТОГО НЕ ПРИМУ! Тирион сжал губы. Когда он был в таком состоянии, с отцом не поспоришь. Тайвин Ланнистер не хотел признавать, что он неправ. — Мы вернем твоего брата и вернем детей твоей сестры. Я увижу, как Баратеон отречется от своих слов, что они не его, и как Джоффри восстановится на своем законном месте, или я сожгу весь его род дотла и сам посажу на трон своего внука! — Королевство этого не допустит. Все слышали, как Джейме признался, что он их настоящий отец. — Джейме солгал, чтобы защитить их! Он доверил этому дураку Старку защитить их от гнева Роберта! — И Старк сдержал своё слово. — Только чтобы держать их в заложниках в Красном Замке. Эго действия это не пустая доброжелательность. Не с тем, что он сделал. — Что он сделал, кроме того, что раскрыл ложь Серсеи и при этом никого из них не предал мечу? — Возможно, тебе нужно поискать сплетни в другом месте. Разве ты не слышал о предательстве самого Старка? — Эддард Старк совершил измену по отношению к Роберту Баратеону? Маловероятно. Черты лица Тайвина разгладились в самодовольной улыбке. — Но он это сделал. Говорят, на Севере есть драконы. Четыре. — Они также говорят о великанах, мамонтах и единорогах. Было бы легко для кого-то сплести несколько историй о драконах. — Я тоже так думал, но рассказы слишком многочисленны и слишком похожи. Им не хватает постоянно растущего приукрашивания простых полетов фантазии. Лорд Вайтвульф вывел четырех драконов, и они достаточно близки к нему и его сыновьям. — Даже если это правда, что с того? — Я думал, ты умен. Его сыновья, рожденные с фиолетовыми глазами валирийцев. Предполагаемый бастард Старка, которого он привез домой после войны. Привез домой в то же время, когда вернулся с костями своей сестры. Сестры, которая находилась в присутствии Рейегара Таргариена более двух лет. Достаточно времени, чтобы зачать и родить ребенка. Тирион побледнел, его рот открылся, когда он понял, что момент совпал идеально. — У тебя нет доказательств. Джон Вайтвульф похож на Старка. Больше, чем большинство сыновей похожи на своего отца. И большинство полагает, что мать мальчика — Эшара Дейн. В ее доме также течет валирийская кровь. — Не в такой степени, хотя это и дает им некоторое пространство для маневра. Мы в любом случае не могли бы донести это до Баратеона. Благодаря идиотизму твоей сестры, он не станет доверять ничему, что исходит из Западных земель и говорит против Старков. Но если подобрать правильные слова, то и эту связь можно ослабить. — И какие же? — Нужно подорвать поддержку короны в других местах. Все еще достаточно глупцов, которые скучают по Таргариенам, и которые предпочли бы сплотиться вокруг тайного сына Рейегара. Люди на Севере могут сказать, что он взял Лианну силой, но на Юге есть те, кто верил, что она сбежала с ним по любви. Их просто заставили замолчать, потому что версия истории, изложенная королем, является общепринятой. — Ты будешь следить за отчетами и торговлей. И ты будешь использовать наши деньги и наши связи, чтобы дать рост этой версии. Используй это, чтобы подорвать власть Баратеонов над королевством. Мы ослабим их, а затем вмешаемся, чтобы посадить Джоффри на трон, пока Роберт повернет свой гнев на Север. А хаос позволит нам вернуть твоего брата. — Ты забыл о драконах? Ланнистер усмехнулся. — Последние драконы были не больше тощей кошки. Сомневаюсь, что они могут представлять какую-то реальную угрозу.