dandelion

      — Потрогай там, где чешется. — Тэхен убрал руки, и Чонгук облизнулся, притрагиваясь к своему красному клитору. — Разве чешется здесь?       — Н-нет… Глубже… — Тэхен раздвинул бедра Чонгука шире, чтобы ему тоже было видно мокрую киску.       — Почеши глубже.       Чонгук сглотнул, и проник указательным пальцем в свою киску, ощущая свободу в ней. Он надавил на переднюю стенку и его немного подбросило, а в глазах заискрило.       — Ах…       — Помочь? — Тэхен погладил около лобка Чонгука и тот закивал, медленно двигая пальцем.       Тэ взял его руку поудобнее в свою и начал двигать быстрее, заставляя чужие бедра дрожать, а голос проявляться чаще. Он ломался и дергался, пока его рука не начала двигаться самостоятельно.       — Поверни голову ко мне. — твердый голос Кима было невозможно ослушаться и Чонгук сделал это, чтобы Тэхен поцеловал его в губы.       Это был их первый сознательный поцелуй, и Чонгук не мог оторваться от чужого языка, вылизывавшего его ротик. Его щеки в мгновенье покраснели и ему стало стыдно, хотя до этого никогда не было.       Тэхен аккуратно убрал маленький палец Чонгука из его вагины и проник двумя своими в узкую киску. Она была все еще действительно чудесно узкой, и Тэхен любил издеваться над ней, доводя до грани как её, так и Чонгука.       Резкие движения, подушечки пальцев, прижатые к передней стенке, все это было слишком для все еще занятого поцелуем Чонгука. Как, собственно, и для его киски, которая выплеснула несколько капель на руку Тэхена.       Тот остановился и прервал их небольшую игру языками, чтобы посмотреть на влагу, оросившую его ладонь, но Чонгук только жалостно захныкал. Его вагина горела от прервавшегося оргазма и он накрыл её своими пальчиками, теребя мокрые складки.       — Что это было?       — Я немного… не сдержался?.. П-прости… — Чонгук смотрел на него так трогательно, трогая свою сырую промежность, что Тэхен не сдержал улыбки.       — Неужели ты можешь описаться, словно ребенок?       — Н-нет! — испуганно мотнул головой Чонгук, дрожа от настойчивой руки Тэхена, которая лезла к его пизде. — Нет-нет-нет…       — Тебя нужно просто хорошо почесать, верно?       Тэхен решил не останавливаться на достигнутом и довел Чонгука не только до писклявого крика, но и до мокрого беспорядка, который учинила его сломавшаяся от оргазма киска. Это бурное шипение и слезы Чонгука от собственного поражения сделали его член болезненно каменным.       Тэ не мог оторвать свой взгляд от красных складок, лужи на деревянном полу и мокрых бедер Чонгука, пока не посмотрел на лицо Чона, на котором был один стыд.       — Чонгук, ты сделал такой беспорядок. Кто это будет убирать?       — Я… я не знаю… — плаксиво ответил Гу, его грудь дрожала и сам он дергался от небольшой истерики, пока Тэхен гладил его влажную и чувствительную киску.       — Ты, ты будешь убирать, глупый. — Тэхен толкнул его коленом и тот медленно опустился на пол, растерянно смотря на старшего. — Языком, слизывай остатки языком. И повернись ко мне задницей, я не закончил еще.       Чонгук закивал, поворачиваясь к Тэхену своими мигающими от возбуждения дырками. Тэхен видел, как неохотливо Чонгук лижет мокрое дерево, и улыбался, пока доставал свой член.       Сжимая в руках твердую плоть, он провел головкой между половых губ Чонгука и одним плавным толчком заполнил мигающую щель, выдыхая. Влажное тепло встретило его и поглотило, не выпуская. Он прижал пухлую задницу к себе, заполнив киску полностью, и начал мелко дергаться внутри, изнывая от желания трахать покладистую принцессу намного жестче.              Тэхену просто очень и очень сильно нужна была бесплатная шлюха, которая бы согласилась с ним трахаться. В городе его презирали и даже ненавидели, и стоимость, которую ему называли, была по-настоящему неподъемной. Подвернувшийся принц был более удачной пассией, чем кто-либо из городских профурсеток.       И ему не нравилось его желание сбежать куда подальше, ведь, он еще не отыгрался на нем как следует. Он в самом расцвете сил и уже лишен женского внимания, почему он должен страдать, имея рядом такое молодое тело?       Чонгук уперся щекой в мокрый пол и закатил глаза, подергиваясь вперед и назад. Грубые действия Тэхена приводили его в восторг, но, где-то внутри Чонгука ломало желание путешествовать, найти свою любовь среди огромных членов драконорожденных, забрать свой по праву наследования трон и жить счастливо до самого конца, прямо как в истории про Юнги.       Но что-то ему подсказывало, что Тэхен не собирается отпускать его. Но он ему так сильно помог — разочаровал его, спрятал вместе с ним труп Чимина… Тем более, он знает, кто он, а это слишком! Если кто-то найдет его, или, Тэхен расскажет о нем?!       Было слишком много опасности оставлять Тэхена в живых, и это значило немного для Чонгука. Неужели ему придется поднять оружие против своего друга?       Эти мысли коротким огнем спички бегали в его голове, пока его киска превращалась в «сосуд для спермы», как говорит Тэхен. Он находил свой и тэхенов любовный сок стекающим по его бедрам к полу, иногда он не успевал смыть и тот застывал на его коже пленкой.       В любом случае, что-то грядёт.

***

      — Тебя никто не ждет, нигде. У тебя есть только я. А свои детские мысли о побеге ты можешь оставить себе.       Пальцы на ногах Чонгука поджались и он приподнимает бровь, когда Тэхен чуть ли не рычит на него от злости.       — Откуда ты знаешь о моей маме, о эльфах, о магии-       — Да потому что это я Колдун из твоего Королевства. Это мой плащ ходит и говорит по замку, поэтому ты и не видел его лица. Твои вопросы просто ломают мне голову, ты же по-настоящему глуп, как козленок. Я общаюсь с людьми, а ты ни с кем даже дружбы не завел в замке.       Чонгук испуганно смотрел на Тэхена, вжимаясь в кровать.       — Я же —       — Да ты идиот настоящий, кто бы тебя выпустил из замка? Твоя мама знает где ты, но ей наплевать на тебя, потому что ты больше не девственнен, какая от тебя польза? А Чимин, Чимин жив, но твоя пустая голова даже не могла подумать о том, почему он не такой, каким ты его представлял себе.       — Мама знает?..       Тэхен выдохнул. Тяжелый камень упал с его плеч. Чонгук бесконечно бесил его своей глупостью, своим предложением о побеге с самого начала, своей инфантильностью. Он не хотел жить обычную жизнь при дворце и своем женихе, ему хотелось приключений. Но он не может больше терпеть бесконечные вопросы.       — Да, твоя мать знает, что я выебал тебя, что я выпустил тебя, что я подговорил уличных побирушек подружиться с тобой. Иначе как бы ты связался с ними? Чонгук, ты можешь восторгаться слухами о Юнги и его похождениях, но я тебя уверяю, твой побег был спланирован мной от начала и до конца. А побег эльфа — это даже не побег, это просто шлюшье путешествие. Он настоящая шлюха, и ты хотел быть как он. Ты не самый умный, я вижу, но чтобы настолько не видеть, что ты выводишь меня и свою мать из себя, и продолжать это…       Чонгук всхлипнул, его плечи дрожали. Его расстроили слова Тэхена так сильно! Он так обижен на него.       Что-то действительно грянуло.       — Ты так восторгаешься Юнги и этими грязными слухами, вымаливаешь их у меня, мечтая сделать также, но ты не понимаешь — ты человек. Ты не выдержишь и десятую часть того, что выдержала эта шлюха. Ты обычный человек, слышишь меня? Я могу отвести тебя к эльфам, продать за пару монет, тебя отведут в бордель, где твоими жалкими дырками будут пользоваться все подряд, кому не жалко. Но ты не понимаешь этого, ты все еще хочешь стать настоящей шлюхой. Почему я запрещаю тебе? Это не моя прихоть, а твоей матери.       — То есть, с самого начала… Ты все рассказал матери?       — Да.       — Но почему она позволила тебе лишить меня девственности? Почему ты?       — Потому что ты не оказался достойной женой для Чимина. Держать тебя в замке было незачем, и если уж по правде, ты можешь уйти куда угодно. С тебя сняли почести, ты будешь отличной шлюхой где-нибудь в другом месте. А мне больше не нужно будет жить в этом дрянном месте.       — Ты не любишь меня?       — Кто будет любить тебя, Чонгук? Няни уж сильно избаловали тебя, а твоя связь с братом испортила тебя окончательно. Ты безнадежен. Я могу исполнить твое желание, чтобы тебе не было так обидно. Выбирай — хочешь стать шлюхой, вернуть все назад, или быть самкой для сношений, жениться на Чимине и спокойно жить с ним. Я отпущу тебя.       — То есть, я могу пожелать что угодно?       Тэхен вздохнул, кивая.       Чонгука волновало что угодно, кроме огромного монолога Тэхена. Это изводило, на самом деле, глупость Чонгука была всеобъемлющей и совершенно не милой, как можно было бы подумать. Возможно, Чимин в самый первый раз повелся на это.       Доверился рассказам Тэхена. Может, если бы не Королева, он бы рассказал о настоящем положении дел. Но он просто не мог позволить себе неподчинение. Ему была слишком дорога голова на плечах.       Сейчас он смотрит на лицо Чонгука и все, что ему хочется сделать, уйти. Но сейчас он готов ослушаться приказа, чтобы избавиться от надоедливого принца, который не видит грани. Ему хочется закончить это все здесь, уйти в свои мысли и немного расслабиться.       — Ты можешь подумать. Если есть чем.       — Я же могу загадывать длинное желание? — он словно проигнорировал его слова, жалобно заглядывая в его глаза.       — Какое угодно. Мне наплевать, что ты загадаешь. Потом с этим разбираться будешь ты.       — Хорошо. Я немного подумаю. Ты будешь здесь?       — После того, что я тебе рассказал, конечно. Мне не нужно, чтобы ты сбежал.       — Но ты оставлял меня раньше одного и не переживал, что я сбегу…       Тэхен кивнул, поджимая губы.       — Потому что ты глупый. Куда ты сбежишь.       — Мой маленький одуванчик, ты наконец-то вырос. Теперь я могу быть уверен в том, что ты будешь под надежной защитой.       Чонгук выбрал то, что он всегда хотел.       Чимин выглядел по другому, если он был драконорожденным. Его лицо было не таким, как представлял себе Чонгук, но тем не менее, с ним был брат.       И где-то неподалеку Тэхен, наблюдающий за ними.       Чонгуку было спокойнее. Чимин вроде бы уже и казался не таким опасным и грубым, как раньше, когда Чонгук попросил о его любви. Если он действительно так доверился окружающему миру и оказался разбалованным, нужно ли ему что-то большее, чем то, что было уготовлено с самого начала?       Его глаза устремлены к небу, когда он находит своё спокойствие. Он не подходит для вечных путешествий, для разных членов, для грубостей и обманов. Ему нужно что-то такое же, как он.       — Ты знаешь, как размножаются драконы? — Чонгук облизывается, прижимаясь к Чимину в повозке и мотая головой. — Подготовить?       — Ну как? — Чимин улыбнулся, поглядывая на Чонгука.       Чонгук просто не знает, что каждое его желание вполне может обернуться против него.       — Так как ты не из нашего вида, тебя пустят по кругу среди нашей семьи. Мало ли, ты не выдержишь меня в период спаривания.       Лицо принца заставило Чимина засмеяться. Мальчик совсем не имел представления о том, как все происходит.       Чонгук ни разу не слышал о такой практике. Может, конечно, потому что до этого о драконорожденных было не так много известно, а еще потому, что они были единичными случаями, называющихся бастардами.       А тут он пожелал целое Королевство драконорожденных, должно быть понятно, что у них окажутся самые приятные для него традиции. Но его всю жизнь учили о том, что он должен принадлежать одному… а тут сразу несколько.

***

      Чонгук облизывается, смотря на луну. Его тело такое горячее, даже если он голый и стоит на балконе, позволяя ветру ласкать кожу. Он вот-вот придет за ним, заберет в огромный зал, он краем глаза видел, как там красиво.       Он уже предвкушает, как его раскроют ради мужа. Чимин не говорил все, с ухмылкой поглядывая на чуть красное лицо принца, оставляя самое интересное на потом.       — Чонгук, Вас ждут.       Чонгук оборачивается на женский голос и наконец-то ему становится спокойнее. Все переживания растворяются в свете свечей, душном воздухе, жаре, остаются на лестнице, когда огромные каменные двери открываются слугами ради него.       Он стоит, в белом, в самом начале залы, улыбается и ожидает увидеть их всех. Всех, кто будет трогать, наполнять, раскрывать его сегодня.       То, что будет происходить, в его Королевстве назвали бы непозволительно грязной оргии, подрывающей чистоту их общества и их традиции, но здесь Чонгук может находиться в своей маленькой фантазии, за которую не осудят.       Может, Чимин не так уж и плох, как ему казалось раньше.       И никакой колдун, мама, или традиции не нарушат его спокойствия впервые за долгое время. Хотя, его спокойствие нарушают несколько десятков пар глаз, устремленных на него.       Он облизывается, ощущая себя желанным. Это то, к чему он так стремился.       Все внимание уделяется только ему, его нетронутому телу, когда его наконец-то раздевают. Несколько пар рук трогают его сиськи, промежность и оценивают его как самку на своем, рычащем языке, не давая понять глупому принцу их замыслов.       — Расслабься. Мы опробуем тебя полностью. — Чонгук скромно улыбается, пока не цепляется за взгляд Чимина.       Он очень четко видит его, в отличии от остальных. Но, как он знает, его муж не должен присутствовать здесь, чтобы не нарушать великую традицию. Он допускается лишь к финальному оплодотворению…       — Я уверен, эта принцесска не лучше остальных, и через пару заходов потеряет сознание. — Чонгук только сейчас чувствует посторонний запах, духоту, которая вытеснила кислород из просторной залы.       Он с ужасом замечает их члены на своем теле, в своих руках, около лица. Его глаза округляются, когда в него с силой толкается член. Жжение туманится с очередным вздохом травяного взвара и он замечает Чимина, который держит его челюсть открытой, пока его глотку трут пенисом.       — Что, разве тебе не нравится? — он слышит смех и его глаза становятся такими влажными, как по возгласам ниже становится его пизда.       — Чимин, её дырка уж очень узкая, она даже не сможет правильно родить. — Чонгук давится слюной, стекающей тут и там, и заходится кашлем, когда его придушивает чья-то рука. — Но она уж очень красива.       — Уж такой красивой она больше не будет, да, принцесса? — Чимин улыбается, смотря на покрасневшее лицо Чона.       Так вот, что Тэхен имел в виду, когда говорил «Потом с этим разбираться будешь ты.»