Фортуна

      Казалось, что достичь абсолютного дна невезения невозможно. Нейтон был уверен, что он и так уже давно прочно обосновался на самом нижнем уровне неудачливости. Но, видимо, у судьбы на его счет были другие планы. Она словно решила выдать ему карт-бланш, абонемент на все виды невезения, какие только можно себе представить. И началось все с опоздания на автобус, который должен был отвезти его домой.              Нейтон стоял на остановке, одинокий и продрогший, и с тоской смотрел на пустую дорогу. Каждая минута ожидания казалась вечностью. Он переминался с ноги на ногу, пытаясь согреться, и в отчаянии думал, что хуже уже быть не может. Но, как оказалось, он сильно ошибался. Небо, до этого просто хмурое, вдруг разверзлось, и на землю обрушился ливень. Не просто дождь, а настоящий ливень, стена воды, которая мгновенно промочила его до нитки.              Но и это еще был не конец. Судьба приготовила Нейтону еще один "подарок". Он, уже смирившийся с тем, что промокнет до нитки, попытался хоть немного расслабиться, сгорбившись под хлипким козырьком остановки. Он не заметил вспышки молнии, но последовавший за ней оглушительный раскат грома заставил его подпрыгнуть на месте от неожиданности. Сердце ушло в пятки. И в этот самый момент его телефон, который он все это время сжимал в руке, выскользнул из ослабевших пальцев и с карикатурной неторопливостью, словно в замедленной съемке, полетел вниз, прямо на мокрый, покрытый грязными лужами асфальт.              Нейтон, как в тумане, наблюдал за падением телефона. В голове мелькнула паническая мысль: "Только не это!". Он резко подскочил, бросился к телефону, схватил его и, не обращая внимания на потоки воды, стекающие по лицу, принялся лихорадочно вытирать его о рукав толстовки, надеясь, что хоть что-то можно спасти. Но было поздно. Экран был разбит. Вдребезги. Не просто трещина, а целая паутина мелких, острых осколков. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что матрица была уничтожена. Телефон был безнадежно испорчен.              Вся эта ситуация казалась настолько абсурдной, настолько неправдоподобной, что у Нейтона началась истерика. Он вдруг громко, нервно засмеялся, запрокинув голову и глядя в мутное, серое небо. Смех смешивался с дождем, слезы текли по щекам, но он уже не мог остановиться.              - Ну не может же человеку достаться столько несчастий на квадратный метр! - пробурчал он сквозь смех, обращаясь то ли к себе, то ли к безжалостной судьбе. Да и какая разница? Вряд ли его мог услышать хоть кто-то. В ближайшем километре, казалось, не было ни души, кроме него самого, его безнадежно сломанного телефона и дождя, капли которого мерно, как метроном, отсчитывающий его неудачи, стучали по крыше остановки. Эта монотонная дробь еще больше усиливала ощущение безысходности и отчаяния, в которое погружался Нейтон. Он чувствовал себя беспомощным, раздавленным, словно все невзгоды мира обрушились на него одного.              - Интересно, а автобусы вообще ходят просто так, по расписанию, или здесь так не работает? - эта мысль, запоздало, будто с издевкой, пришла в голову Нейтону. Он вдруг осознал, что абсолютно беспомощен. Он не может ни посмотреть карту, ни вызвать такси, ни позвонить кому-нибудь, чтобы его забрали, ни даже просто сориентироваться на местности и пойти хоть куда-нибудь – все эти элементарные, привычные действия, которые раньше не вызывали ни малейших затруднений, теперь были недоступны. Все это можно было сделать только с помощью телефона. А телефон был мертв.              Мертв был не только телефон. Мертвым себя чувствовал и сам Нейтон. Это была последняя капля, переполнившая чашу его терпения. Все его надежды, все планы на будущее, все, что хоть как-то держало его на плаву, рухнуло в одно мгновение. Он ощутил себя абсолютно раздавленным, опустошенным, словно из него выкачали всю жизненную энергию, оставив лишь пустую, никчемную оболочку. Внутри зияла черная дыра, поглощающая все его мысли и чувства. И в этот момент ему в голову пришла дикая, абсурдная, но от этого не менее желанная мысль: лечь прямо здесь, на проезжей части, в надежде, что его кто-нибудь собьет. Желательно, камаз. Чтобы наверняка. Чтобы уже не мучиться.              Тело казалось чужим, ватным, непослушным. Каждый шаг давался с трудом, будто он передвигался не по асфальту, а по вязкому болоту. Нейтон не совсем отдавал себе отчет в своих действиях, он двигался словно во сне, ведомый каким-то иррациональным, самоубийственным порывом. Медленно, шатаясь, он дошел до середины дороги и просто лег, безвольно раскинув руки и ноги, будто морская звезда, выброшенная на берег штормом. Очки, слетевшие с носа еще раньше, теперь валялись где-то в луже, бесполезные и никому не нужные. Мокрые волосы противно липли к лицу, одежда, насквозь пропитанная водой, противно холодила тело, а с грязного асфальта несло сыростью и гарью.              Но, несмотря на все эти неудобства, Нейтон вдруг почувствовал странное, почти болезненное, облегчение. Ему стало все равно. Абсолютно все равно. Холод, дождь, проезжающие мимо машины – все это казалось таким далеким, таким незначительным по сравнению с той пустотой, которая воцарилась у него внутри. И еще – ему нестерпимо захотелось спать. Глаза закрывались сами собой, помимо его воли, веки налились свинцовой тяжестью. Глупый, уставший от бесконечных неудач мозг отказывался адекватно воспринимать реальность, он просто не мог осознать всю чудовищность и реальную опасность его положения, не понимал, что он лежит на дороге, где его в любой момент может переехать машина. Нейтон погружался в какое-то странное, беспамятное забытье, на границе сна и реальности, где уже не было ни страха, ни боли, ни отчаяния, а лишь всепоглощающая пустота и безразличие.              Что-то настойчиво вторгалось в его сон, мешая, раздражая. Нейтон чувствовал, как нечто кричит ему прямо в ухо, но веки, будто налитые свинцом, отказывались размыкаться. Это нечто не давало ему покоя. Злило. Почему ему не дают даже нормально умереть? Почему не дают хотя бы просто поспать? Пожалуйста.              Внезапно резкая, жгучая боль пронзила щеку, задев скулу. Нейтон вздрогнул, боль отрезвила его, заставив приоткрыть глаза. В них тут же начали падать холодные капли дождя, все еще не прекратившегося. Он несколько раз моргнул, пытаясь сфокусироваться, и, наконец, увидел... Джейкоба. Перед ним стоял Джейкоб, тот самый Джейкоб, что казался Нейтону таким подозрительным и одновременно достаточно привлекательным. В груди Нейтона что-то екнуло. Неужели крупицы везения еще принадлежат ему? Или это очередной обман, очередная иллюзия? Неужели ему действительно улыбнулась удача?              - Вот это ангел спустился ко мне, - прохрипел Нейтон, пытаясь пошутить. Его голос звучал хрипло, как у пьяного, и странно глухо, будто доносился издалека.              Глаза Джейкоба расширились еще сильнее. До этого момента он смотрел на Нейтона с явным шоком, но теперь в его взгляде читалось осознание: Нейтон точно был не в себе. Страх за этого странного, полубезумного парня ледяной хваткой сжал Джейкоба. Он осторожно приподнял Нейтона на руках, и тот даже не пытался сопротивляться – ему, кажется, было уже все равно. Джейкоб не знал, что вообще можно и нужно делать с людьми, которых чуть не сбил машиной. Он чувствовал себя совершенно беспомощным, растерянным, но при этом ощущал странную, почти болезненную необходимость позаботиться об этом парне. Молча, все еще находясь в шоке, Джейкоб усадил Нейтона на переднее сиденье своего автомобиля. Джейкоб совсем недавно получил права, и лишиться их сейчас было бы настоящей катастрофой, но в данный момент, глядя на бледное лицо Нейтона, на его полуприкрытые глаза, полные боли и усталости, это казалось Джейкобу не таким уж и важным. Главное сейчас – помочь парню, понять, что с ним, и убедиться, что он в безопасности. Сердце Джейкоба бешено колотилось в груди, а в голове роились тревожные мысли. Ему было страшно.              - Эм… Тебя, может быть, подвезти домой? – голос Джейкоба дрогнул, выдавая его неуверенность. Этот неуверенный тон заставил Нейтона приоткрыть глаза и с каким-то странным, почти испуганным любопытством взглянуть на парня. Неужели он тоже может испытывать растерянность? Эта мысль пронеслась в затуманенном сознании Нейтона, вызвав у него легкое удивление.              - Я бы и согласился, но, боюсь, я не знаю, где живу, - прохрипел Нейтон без тени эмоций в голосе, будто констатируя какой-то очевидный факт.              - Что значит – ты не знаешь, где ты живешь? – Джейкоб нахмурился. С каждой минутой ему становилось все более не по себе. Беспокойство за этого странного парня росло, превращаясь в липкий, удушающий страх.              - То и значит. Я переехал только вчера и еще не знаю, как от школы добраться до дома, - объяснил Нейтон, все еще не глядя на Джейкоба. Его голос звучал устало и безжизненно. - А еще, опережая твой вопрос, сразу отвечу, что нет, я не могу никому позвонить или открыть карты, так как у меня сломался телефон, а номер бабушки я наизусть не знаю. – Закончив говорить, он устало откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Казалось, силы окончательно покинули его, и единственное, чего ему хотелось, – это забыться, погрузиться в спасительное небытие.              Джейкоб замолчал, пытаясь переварить услышанное. Ситуация казалась ему все более абсурдной и пугающей. Что вообще происходит с этим парнем? Почему он такой странный?              - Ты сможешь сориентироваться, если я дам тебе карту, и показать, где твой дом? – наконец спросил Джейкоб, пытаясь взять себя в руки.              - Я мог бы попытаться, - Нейтон слегка приоткрыл глаза, - но не уверен, что действительно получится. Надежды в его голосе не было ни капли.              - Давай хоть попытаемся, - тяжело вздохнул Джейкоб. Он достал свой телефон и протянул его Нейтону. Только сейчас Нейтон начал по-настоящему ощущать холод. Он понял, что промок до нитки, и его тело била мелкая дрожь. Неприятное ощущение липкой, холодной одежды, прилипшей к телу, заставило его поежиться.              Нейтон взял телефон и несколько минут молча вглядывался в карту, пытаясь сосредоточиться. Но разноцветные линии и крошечные домики на экране расплывались перед глазами, не складываясь в единую картину.              - Класс. Я нихера не понимаю в этих домиках. Просто класс, - пробормотал он наконец, поднимая взгляд на Джейкоба. В его глазах читалось отчаяние. - Не понимаю. Ни черта. Я не знаю, где мой дом.              Джейкоб еще никогда не видел настолько уставших людей, людей, которые перестали бы бороться, сдались. Единственным исключением был его отец, но о нем Джейкобу вспоминать совсем не хотелось. Воспоминания об отце всегда вызывали у него боль и гнев на душе, поэтому он старался гнать их прочь. Но сейчас, глядя на Нейтона, Джейкоб не мог не провести параллель. В глазах Нейтона плескалось то же самое отчаяние, та же самая безнадежность, которые он так часто видел в глазах своего отца. И это сходство пугало Джейкоба, заставляло его сердце сжиматься от непонятного, щемящего чувства. Ему не хотелось, чтобы этот парень был как его отец, хотелось спасти, даже если он был ему незнакомцем.              - Ммм, тогда, может быть, я отвезу тебя туда, где тебе смогут починить телефон, а пока ты мог бы побыть у меня. Как тебе такая идея? – Джейкоб уже просто накидывал варианты, отчаянно пытаясь найти хоть какое-то решение, чтобы помочь этому странному, выбившемуся из сил парню. В его голове роились десятки мыслей, одна безумнее другой, но он старался сохранять спокойствие, хотя внутри все клокотало от беспокойства. Ему отчаянно хотелось помочь Нейтону, вытащить его из этой трясины отчаяния, но как это сделать, Джейкоб пока не понимал.              - Ага, хорошо, спасибо, но у меня нет наличных денег, только на счету. Я тупо не смогу расплатиться за ремонт телефона. Но предложение реально годное было, если бы это произошло не со мной, - последние слова Нейтон пробормотал почти неразборчиво, обращаясь скорее к самому себе, чем к Джейкобу. Голос его звучал совсем слабо, будто последние силы окончательно покинули его.              Сердце Джейкоба сжалось. Он видел, как Нейтон угасает, как отчаяние затягивает его все глубже. Надо было что-то делать, и делать немедленно.              - Я оплачу ремонт. Только давай все же уедем отсюда, - в голосе Джейкоба снова зазвучала уверенность. Этой уверенности, этого непоколебимого спокойствия всегда так не хватало Нейтону. Зато у Джейкоба этого качества было в избытке. Может, в другой ситуации, Нейтон, возможно, позавидовал бы ему, но сейчас он чувствовал лишь слабое подобие радости. Хоть раз жизнь не повернулась к нему своей неприглядной стороной, хоть раз ему не пришлось столкнуться с очередным ударом судьбы. От этой мысли на губах Нейтона появилась слабая, едва заметная улыбка. Он снова закрыл глаза, проваливаясь в тревожный, беспокойный сон, где реальность смешивалась с обрывками воспоминаний и странными, пугающими видениями. Дрожь все еще не отпускала его, а холод, казалось, проник уже в самые кости. Но сквозь эту пелену полузабытья Нейтон чувствовал, что он больше не один, что рядом есть кто-то, кто не даст ему окончательно погрузиться во тьму. И это слабое, едва ощутимое чувство давало ему хрупкую надежду на то, что, может быть, все еще будет хорошо. Может быть, он еще сможет выбраться из этого болота отчаяния и безнадежности.              Сердце Джейкоба билось неровно, отдаваясь глухим эхом в груди. Всю дорогу, пока стрелка спидометра нервно подрагивала, а дворники яростно боролись с потоками дождя, он пытался унять странное волнение, комом подступившее к горлу. Что же заставило его так сильно переживать за этого парня? За этого промокшего до нитки, растрепанного почти незнакомца, которого он чуть не сбил?              Мысли метались в голове, словно пойманные в клетку птицы. "Во-первых," - начал прокручивать Джейкоб в голове, пытаясь разложить все по полочкам, - "он напомнил мне отца". Да, именно таким он видел его в своих детских воспоминаниях - потерянным, с мокрыми прядями волос, прилипшими ко лбу, и глазами, полными неизбывной тоски. Воспоминание об отце, ушедшем так рано, больно кольнуло в груди.              "Во-вторых," - продолжал он свой внутренний монолог, пытаясь найти более рациональное объяснение, - "я чуть не сбил его. Сбил на своей машине". От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок. Потерять права, лишиться свободы передвижения – перспектива была, мягко говоря, не радужной. Джейкоб судорожно вцепился в руль, словно пытаясь удержать не только машину, но и ускользающий контроль над ситуацией.              Но была и третья причина, самая простая и самая искренняя. "В-третьих," - признался себе Джейкоб, - "его действительно жалко". Жалко до щемящей боли в груди. Вид этого промокшего, дрожащего от холода человека, с отчаянием в глазах, всколыхнул в душе Джейкоба волну сочувствия, которую он никак не ожидал от себя испытать.              Эти три причины, смешавшись в тугой клубок, терзали его душу. Словно три невидимых нити, они тянули его к этому незнакомцу, заставляя забыть о собственных планах и делах. Наконец, машина остановилась возле невзрачного здания с тускло поблескивающей вывеской. Здесь, в этой маленькой мастерской, затерянной среди серых городских построек, этот мокрый и смешной человек, вызывавший в душе Джейкоба такую бурю эмоций, мог бы починить свой телефон. Джейкоб заглушил мотор и какое-то время сидел неподвижно, прислушиваясь к стуку дождя по крыше и своим собственным, все еще взволнованным мыслям.              Наконец, после минутного колебания, Джейкоб собрался с духом. Нерешительность отступила, сменившись твердым намерением разбудить спящего парня. Он осторожно коснулся его руки, легонько похлопал по ней, будто боясь спугнуть хрупкий сон. Парень не реагировал, лишь чуть заметно нахмурился, словно сквозь дрему ощущая прикосновение.              Джейкоб вздохнул и, набрав в грудь побольше воздуха, решился на более кардинальные меры. Он снова, как и в машине, начал громко звать парня по имени, вкладывая в голос всю накопившуюся энергию. И снова, как и тогда, реакция последовала незамедлительно.              То, как этот парень реагировал на звук своего имени, поражало. Словно по волшебству, стоило Джейкобу громко произнести его, как спящий тут же встрепенулся. Он чуть ли не подскочил, резко распахнув глаза, в которых на мгновение мелькнул испуг, смешанный с непониманием. Взгляд его заметался по сторонам, будто пытаясь ухватиться за ускользающую реальность, сориентироваться в пространстве.              Наблюдая за этой сценой, он невольно затаил дыхание. В этом резком пробуждении было что-то смешное.              - Приехали, - тихо сказал Джейкоб, стараясь смягчить резкость пробуждения.              - Куда? - хриплым ото сна голосом спросил парень, все еще озираясь по сторонам с растерянным видом. В его глазах постепенно проступало осознание происходящего.              - В мастерскую, - терпеливо пояснил Джейкоб, указывая рукой в сторону неприметного здания. - Телефон твой чинить будем. Вставай.              Он протянул руку, предлагая свою помощь, и с легкой улыбкой наблюдал, как парень, окончательно проснувшись, и окинув его жест презрением, самостоятельно поднимается и выходит из машины. В этот момент Джейкоб почувствовал странное облегчение, словно с его плеч свалился тяжелый груз. Он проводил взглядом парня, скрывшегося за дверью мастерской, и откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза.              Тем временем Нейтон, разобравшись с телефоном, который теперь предстояло ждать до завтрашнего вечера (крушение всех надежд на возвращение домой сегодня!), вышел из мастерской. Его переполняла жгучая смесь злости и досады на самого себя. "Какой же идиот, какой непроходимый кретин, - мысленно ругал он себя, - додумался лечь посреди шоссе! Боже, вот лошара!" Каждое слово отдавалось болезненным уколом в висках. Ситуация казалась безвыходной: ни телефона, ни возможности вернуться домой, ни, как назло, ни одного знакомого в этом богом забытом месте.              Единственным спасением казалась наличка, сиротливо лежащая на счету. Нужно было всего лишь снять ее – плевое дело. С этой мыслью Нейтон уверенно направился к банкомату, жестом попросив Джейкоба подождать его в машине. Пока он шел, в голове лихорадочно роились мысли: "Что же сказать Джейкобу про телефон? Признаться, что починка займет больше времени? Напроситься на ночевку? Но как? Что вообще можно сделать в этой идиотской ситуации?!" Нервозность нарастала с каждым шагом, руки вспотели, а сердце заколотилось в предчувствии очередного провала.              И, казалось бы, что может быть проще, чем снять деньги? Но судьба, издеваясь, готовила Нейтону очередной "подарок". Как только банкомат, натужно гудя, начал отсчитывать купюры, он внезапно затих. Экран погас, а в нутре аппарата что-то жалобно звякнуло. Карточка, единственный источник средств к существованию, осталась заложницей бездушной машины.              Нейтон застыл, не в силах поверить в происходящее. Несколько секунд он тупо смотрел на черный прямоугольник экрана, а потом… Ярость, копившаяся все это время, вырвалась наружу. С громким криком, полным отчаяния, он пнул несчастный банкомат, вложив в этот удар всю свою злость и бессилие. Конечно же, это не помогло. Банкомат остался стоять непоколебимой глыбой, а Нейтон, ощутив острую боль в ушибленной ноге, понял всю тщетность своей выходки. Внутри все похолодело. Он остался не только без связи, но и без денег, без малейшего шанса выбраться из этой западни.              Единственной соломинкой, за которую можно было ухватиться, был Джейкоб. С трудом подавив подступивший к горлу ком, Нейтон понял, что придется просить о помощи. Ему нужен был рабочий телефон, нужен был хоть какой-то проблеск надежды в этом сгущающемся мраке. С подкашивающимися ногами, сгорая от стыда и унижения, он поплелся обратно к машине, где его ждал ничего не подозревающий Джейкоб.              - Ты не поверишь, - начал Нейтон, с трудом подбирая слова, - но, похоже, удача сегодня окончательно от меня отвернулась. - Он протиснулся на пассажирское сиденье, стараясь как можно меньше попадаться на глаза Джейкобу. Каждое движение давалось с трудом, тело сковывало смущение, а уши предательски пылали, выдавая его состояние.              - Поэтому... телефон я смогу забрать только завтра вечером, - выпалил он скороговоркой, словно боясь, что если будет говорить медленнее, то окончательно потеряет дар речи. - Но и платить тоже нужно будет завтра... спасибо и на этом, - добавил он уже тише, с горькой иронией в голосе. Взгляд его был прикован к собственным коленям, он никак не мог заставить себя посмотреть в глаза Джейкобу, в которых, как ему казалось, уже читалось разочарование и, возможно, даже презрение.              - А, и еще, - Нейтон судорожно вздохнул, собираясь с силами для очередной просьбы, - могу ли я снова воспользоваться твоим телефоном? - Он запнулся, предвидя закономерный вопрос, и поспешил объясниться: - И снова, опережая твой вопрос: я пытался снять наличку... но банкомат сломался. Именно на мне! И карточку зажевало. Мне необходимо позвонить в банк. Так что?.. - Закончив свою сбивчивую тираду, он резко, будто на пружине, развернулся к Джейкобу и, не глядя ему в глаза, протянул руку в умоляющем жесте, ожидая получить телефон.              Джейкоб же, все это время, молча наблюдавший за Нейтоном, был в полнейшем недоумении. Поток сбивчивых объяснений, сдобренный отчаянной жестикуляцией, обрушился на него, как снежный ком. Он пытался уловить хоть какую-то логическую цепочку в словах парня, но тщетно. Мысли путались, а в голове звучал лишь взвинченный, срывающийся голос Нейтона. Когда тот резко повернулся, протягивая руку, Джейкоб невольно отпрянул, растерянно моргая.              - Еще раз, - медленно, пытаясь унять нарастающее беспокойство, проговорил он, слегка наклонив голову вбок, словно это могло помочь ему лучше понять происходящее. - Что ты хочешь, чтобы я тебе дал? - Взгляд его был прикован к протянутой руке Нейтона, словно он ожидал увидеть в ней нечто необычное, что могло бы объяснить этот сумбур.              - Телефон, - выдохнул Нейтон, чувствуя, как отчаяние ледяной рукой сжимает сердце. - Мне надо позвонить в банк              - Хорошо, - после секундного замешательства ответил Джейкоб, доставая телефон из кармана. - Только в этот раз я все же пойду с тобой, если ты куда-то собрался. - В его голосе звучала не столько просьба, сколько твердое намерение не оставлять этого невезучего парня одного ни на минуту. Он протянул Нейтону телефон, внимательно наблюдая за его реакцией. В глубине души Джейкоб уже начал догадываться, что этот день, начавшийся так неожиданно, преподнесет ему еще немало сюрпризов.              Первый взгляд на банкомат, испещренный следом отчаянного пинав, не оставил у Джейкоба и тени сомнения: Нейтон – ходячая катастрофа, эпицентр невезения, неудачник в самом абсолютном смысле этого слова. Экран, застывший черным безмолвным укором, и корпус, украшенный свежей вмятиной, красноречиво говорили о недавней битве человека с бездушной машиной.              Однако, стоило Джейкобу перевести взгляд на самого виновника погрома, как первоначальное впечатление начало стремительно меняться. Нейтон, на удивление, не выглядел растерянным или подавленным. Напротив, в его действиях сквозила какая-то привычная уверенность, словно подобные казусы были для него обыденным делом. Он ловко, почти на автомате, нашел в телефоне Джейкоба номер службы поддержки банка и теперь спокойно, без тени паники, разговаривал с сотрудником, обстоятельно описывая свою злополучную ситуацию.              Джейкоб, невольно заслушавшись четкой и размеренной речью Нейтона, отошел на пару шагов, предоставив парню возможность спокойно решить свои проблемы. Сам же он, прислонившись спиной к стене, погрузился в наблюдение. Наблюдение за человеком, которого он знал от силы несколько часов, но который уже успел перевернуть его привычный мир с ног на голову.              Вспоминая свою обычную жизнь, сотканную из монотонной череды дней, похожих друг на друга, как две капли воды, Джейкоб вдруг ощутил острое желание перемен. Рутина, еще недавно казавшаяся незыблемой, теперь душила его, как тесный воротник, давила своей предсказуемостью и серостью. И этот парень, этот Нейтон, с его невероятной способностью попадать в нелепейшие ситуации, казался глотком свежего воздуха, ярким лучом солнца в этом царстве уныния.              Джейкоб с удивлением отметил, что за всю свою, пусть и не очень продолжительную, но, как он раньше считал, насыщенную жизнь, он ни разу не встречал столь удивительного сочетания качеств в одном человеке. Нейтон был одновременно нелепым и находчивым, смешным и отчаянным, резким и трогательно беззащитным. В нем было что-то такое, что притягивало, заставляло забыть о скуке и рутине.              И тут Джейкоба осенило. Ему вдруг стало совершенно ясно, что он просто обязан подружиться с этим парнем. Иначе… иначе он просто задохнется от скуки, зачахнет в этом болоте однообразия в свой последний год старшей школы. Эта мысль, яркая и внезапная, словно вспышка молнии, озарила его сознание, заставив сердце учащенно забиться в предвкушении чего-то нового, неизведанного, невероятно захватывающего.              Погрузившись в свои мысли, Джейкоб не заметил, как Нейтон закончил разговор с банком. Он вздрогнул, когда парень, подойдя ближе, протянул ему телефон.              - Джейкоб, спасибо за телефон. Я закончил, - голос Нейтона звучал чуть приглушенно, будто он тоже был погружен в свои мысли.              - О, да не за что, - Джейкоб взял телефон, пряча его в карман. - Тогда давай поедем ко мне? Ну, раз ты не помнишь свой адрес - предложил он, стараясь, чтобы голос звучал максимально естественно и непринужденно.              - Спасибо, что предложил, мне было неловко проситься самому, - ответил Нейтон, отводя взгляд. - Ты и так помог мне за сегодняшний день, я правда благодарен тебе.              «Моя б воля, я б перед ним вообще не распинался в благодарностях, - пронеслось в голове у Нейтона, пока он произносил эти слова. - Да и ехать в чужой дом... да ну, ёпт. Может, на улице остаться? Чёт я и так ему уже по гроб жизни должен, а этого я точно не хочу». Мысли в его голове метались, как тараканы, за которыми гоняются с веником, не давая сосредоточиться.              Перспектива ночевать в доме едва знакомого парня, пусть и такого услужливого, как Джейкоб, совсем не прельщала Нейтона. Он был уверен, что в незнакомой обстановке, рядом с этим, вызывающим у него смутное беспокойство, парнем, он будет чувствовать себя крайне неловко. Нейтон нутром чуял, что эта неловкость неизбежно перерастет в панику, а та, в свою очередь, может спровоцировать паническую атаку. А вот этого ему сейчас хотелось меньше всего.              Но и оставаться на улице, одному, в этом богом забытом районе, под непрекращающимся дождем, было не лучшей альтернативой. Холод уже давно пробрал до костей, а перспектива провести ночь на мокрой уличной скамейке совсем не радовала. Нейтон поежился, представив себе эту безрадостную картину. "Черт бы побрал этот день!" - в сердцах подумал он.              Сжав зубы, подавляя внутреннее сопротивление, Нейтон, скрепя сердце, принял единственное, как ему казалось, разумное решение. Он устало поплелся за Джейкобом к машине, стараясь не смотреть ему в глаза. В душе боролись противоречивые чувства: благодарность за помощь и острое недоверие к этому слишком уж любезному парню. Что-то в Джейкобе казалось Нейтону фальшивым, ненастоящим, и от этого становилось еще тревожнее. Он не мог понять, что именно, но интуиция настойчиво советовала ему держать ухо востро.              Снова сидя в этой, казалось бы, новой машине, он постепенно приходил в сознание. Образы медленно прояснялись, и он смог разобрать несколько деталей. Первое, что бросалось в глаза – это цвет. Яркий, насыщенный, алый, словно кровь. Этот цвет буквально кричал, притягивая к себе взгляд. Невольная мысль пронзила его разум: «Неужели теперь мне всю жизнь будут попадаться машины именно такого цвета?» Он не сдержался и хмыкнул, представляя себе эту абсурдную картину.              Звук привлек внимание Джейкоба, и тот, не отрывая взгляда от дороги, слегка повернулся к нему. Взгляд его был любопытным, но Нейтон не мог видеть этого, так как страх уже сковал его тело ледяными цепями. В жилах застыла кровь, когда он вспомнил трагическую судьбу своих родителей. Образ страшной аварии вновь всплыл перед глазами, заставляя сердце бешено колотиться в груди. Не в силах больше терпеть это наваждение, он резко, почти истерично рявкнул на парня:              - Смотри на дорогу! Не отвлекайся!              В голосе Нейтона звучала неприкрытая паника, и это не укрылось от Джейкоба. Было видно, что тот удивлен подобной вспышкой гнева, казалось бы, возникшей на пустом месте. На его лице промелькнула тень недоумения, но он ничего не сказал. Молча, Джейкоб повернул голову обратно, устремив свой взгляд на дорогу, по которой до сих пор лил дождь. Дорожное полотно блестело от влаги, а дворники монотонно счищали потоки воды с лобового стекла, создавая легкий убаюкивающий шум.              За окном стремительно темнело. Казалось, что сейчас уже около десяти вечера. Сумерки сгущались, превращая окружающий мир в размытое полотно серых и черных красок. Джейкоб опустил взгляд на панель приборов, подсвеченную мягким зеленоватым светом, и убедился в своей правоте. Действительно, со всеми этими невероятными приключениями время незаметно подобралось к десяти вечера.              Нейтон же, не обращая внимания на время, продолжал рассеянно разглядывать салон машины. Его взгляд скользил по деталям, но мысли были далеко отсюда. Он даже не подумал о том, что бабушка могла попытаться дозвониться до него. Все эти события выбили его из колеи, заставили забыть обо всем на свете, кроме пережитого стресса. Сиденье, на котором он уже некоторое время сидел, было мокрым из-за него, промокшего до нитки. Холодная влага неприятно липла к телу, вызывая озноб и усиливая дискомфорт. Желание поскорее избавиться от этого ощущения было нестерпимым. Чтобы узнать, сколько еще ему придется терпеть эти неудобства, Нейтон, наконец, прервал молчание:              - Нам еще долго ехать? – спросил он хрипловатым голосом, выдававшим его внутреннее напряжение.              - Нет, осталось всего пару кварталов, и мы на месте. Минут пять, не больше. Потерпи еще немного, – ответил Джейкоб, не задумываясь. На его губах заиграла легкая, почти мальчишеская улыбка, придававшая его лицу какое-то особое очарование.              Выходя из машины, Нейтон вдруг осознал, что понятия не имеет, где находятся его вещи. Холодный пот выступил на лбу, когда он представил себе пропажу своей драгоценной камеры. А где же очки и наушники? Эти мысли вихрем пронеслись в его голове, вызывая легкую панику. Учебники, к счастью, не вызывали особого беспокойства - их потеря не казалась такой уж катастрофой.              - Ты не видел мои вещи? – спросил Нейтон, повернувшись к Джейкобу с надеждой в голосе. Его брови были слегка нахмурены, а взгляд полон тревоги.              - А, да, вот твой рюкзак, – Джейкоб с готовностью протянул ему рюкзак, который, как оказалось, всё это время лежал на заднем сидении. Нейтон поспешно схватил его, судорожно заглядывая внутрь, находя там каким-то образом даже включающуюся камеру, наушники, которые было невозможно проверить в данный момент, но очков найти он не мог.              - А очки? Ты не видел мои очки? – голос Нейтона дрогнул, выдавая его нарастающее беспокойство. Он принялся лихорадочно ощупывать карманы, словно надеясь на чудо.              - Чего? Какие еще очки? Вот их я не видел, – Джейкоб удивленно вскинул брови, его лицо выражало искреннее недоумение. Он явно не понимал, о чем идет речь, и это еще больше усиливало тревогу Нейтона.              - Да ну, бляха-муха! – простонал Нейтон на чистом русском, не в силах сдержать разочарование. Это было непроизвольное восклицание, вырвавшееся из глубины души. Безысходность ситуации начинала давить на него, словно тяжелый камень.              - Так? Что это сейчас было? Какие-то заклинания? – Джейкоб с любопытством уставился на Нейтона, его глаза от удивления. В голосе слышались нотки игривости, но в то же время и неподдельный интерес.              - Нет, просто снова русский язык вырвался, – вздохнул Нейтон, проводя рукой по волосам. – Радуйся, теперь я еще и слепой крот, без очков я практически ничего не вижу.              - Да уж, похоже, я сегодня сорвал джекпот в виде тебя по притягиванию всевозможных неудач, верно? – Джейкоб усмехнулся, качая головой. В его глазах плясали озорные искорки, а на губах играла легкая улыбка.              - Сегодня определенно да, но, уверяю тебя, обычно моя жизнь не настолько насыщена подобными событиями, – ответил Нейтон, и неожиданно для себя самого улыбнулся. Этот непринужденный разговор каким-то магическим образом ослабил напряжение, сковывавшее его до этого момента. Ему стало удивительно легко от шуток этого парня, от его, казалось бы, неуместного в данной ситуации, но такого искреннего, учтивого поведения.              Оказавшись в прихожей, Нейтон почувствовал, как легкое волнение, подобно противному сквозняку, пробежало по спине. Мысль о встрече с незнакомыми людьми вызывала у него неприятное ощущение, сродни тому, когда наступаешь на что-то липкое и непонятное. Ему с лихвой хватило приключений и новых знакомств на сегодня, хотелось лишь тишины и покоя. Внутренний голос твердил, что больше никаких неожиданностей на сегодня не нужно.              Словно прочитав его тревожные мысли, Джейкоб произнес:              - Моя мама сейчас в командировке, а отец… он живет отдельно от нас. Так что можешь не беспокоиться, дома буду только я, – на его лице вновь расцвела та самая лучезарная улыбка, которая, казалось, могла затмить собой солнце. Нейтон даже моргнул, настолько она была яркой и обезоруживающей. - Ну, почти только я, - поправился Джейкоб, заметив лёгкое замешательство на лице Нейтона, - еще мой младший брат и собака. Но ты не волнуйся, они тебя не съедят, - он подмигнул, явно стараясь разрядить обстановку. Джейкоб видел, как с каждым его словом парень напротив снова начинал напрягаться, словно струна, готовая вот-вот лопнуть. Поэтому он поспешил закончить представление своей семьи, пока Нейтон не сбежал обратно на улицу. - А теперь давай-ка ты отправишься в ванную и согреешься. Если ты сам не замечал, промокнув всю дорогу, то я вижу. И мне совсем не хочется, чтобы ты заболел после первого же дня в школе. Так что поднимайся на второй этаж и поворачивай налево, там белая дверь – это ванная комната. Я сейчас принесу тебе сменную одежду, а полотенца там уже есть. Так что можешь расслабиться и ни о чем не беспокоиться.              Во время этого монолога, полного инструкций и заботы, Нейтон стоял молча, не в силах вымолвить ни слова. Внутри него ликовала маленькая, ликующая частичка души, которая радовалась тому, что уже второй раз за этот сумасшедший день ему улыбнулась удача. Встречаться со взрослыми не придется! Это известие было подобно глотку свежего воздуха. С детьми ему всегда было проще найти общий язык, а с животными и подавно. Сердце Нейтона наполнилось теплом, и он мысленно вознес хвалу всем богам за такое везение. Поэтому, когда Джейкоб закончил свою речь, Нейтон был готов немедленно штурмовать ванную комнату, чтобы наконец-то согреть свое продрогшее до костей тело.              - Хорошо, спасибо тебе большое, я тогда пойду, – голос Нейтона слегка дрожал от предвкушения. – Наверх, верно?              - Да, наверх, – кивнул Джейкоб, указывая рукой в сторону лестницы.              Не зная, как уйти от этой неловкой паузы, повисшей между ними, Нейтон просто схватил свой рюкзак и, слегка поклонившись в знак благодарности, обогнул Джейкоба. Он направился к лестнице, ведущей на второй этаж. На стене, к которой примыкали ступени, висели фотографии в рамках, но Нейтон почти не обратил на них внимания. Его взгляд был устремлен вверх, к заветной цели – ванной комнате. Ковра на полу не было, и мокрые носки Нейтона оставляли четкие отпечатки ступней на гладком, отполированном дереве лестницы. Этот звук, такой тихий и в то же время отчетливый, нарушал царившую в доме тишину.              Поднявшись на второй этаж, Нейтон быстро нашел глазами белую дверь, о которой говорил Джейкоб. С нескрываемой радостью он толкнул ее, даже не замечая окружающего интерьера. Сейчас это было совершенно неважно. Все его мысли были сосредоточены на предстоящем блаженстве горячей ванны.              Ванная комната встретила его ощущением чистоты и аккуратности. Беленькие стены, начищенное до блеска зеркало, аккуратные тумбочки, в одной из которых он и обнаружил стопку чистых, пушистых полотенец. Коврик на полу, небольшое окно, за которым уже сгустились сумерки, и, наконец, она – ванна. Именно о ней он мечтал всю последнюю вечность, именно она сейчас была центром его вселенной, обещанием долгожданного тепла и покоя. В этот момент Нейтону казалось, что ничего прекраснее этой ванной комнаты он в своей жизни не видел.              Стаскивая с тела холодную и прилипчивую одежду, одновременно запрыгивая в теплую и манящую ванну никакие мысли не лезли.              Уже выходя из ванны в одном полотенце и с комком мокрой одежды под дверью он заметил кучку одежды, поэтому вернулся обратно, начиная напяливать наряд, что так любезно подкинул ему Джейкоб; вообще его несколько напрягала эта любезность со стороны парня, все-таки они знакомы первые день, а тут уже помощь будто они с первого дня их жизней знакомы. Затягивая шнурок на штанах, он все-таки вспомнил, что тот будет повыше него и одежда Джейкоба на нем сидит как мешок картошки.              Нейтон, выскользнув из ванны, обернул вокруг бедер полотенце, оставляя капли воды стекать по напряженным мышцам. Ком небрежно скомканной мокрой одежды он держал в руке, не зная куда бы его деть. Но тут его взгляд зацепился за аккуратно сложенную стопку одежды, лежащую рядом с дверью. Он развернулся и, словно нехотя, принялся натягивать предложенный наряд.              Эта чрезмерная любезность со стороны Джейкоба смущала и немного пугала его. Они ведь едва знакомы, всего-то первый день, а парень уже носится с ним, как с писаной торбой, будто они друзья не разлей вода с самого рождения. Что это? Забота? Или что-то иное, скрытое за вежливой улыбкой?              Затягивая шнурок на штанах, Нейтон вдруг с досадой осознал, что Джейкоб-то действительно будет повыше него. Вот и сейчас спортивные штаны, затянутые шнурочком так, что тот весел до колен, сидели на нем, как на пугале огородном, а серая футболка бесформенным мешком скрывала тощую фигуру. Он недовольно дернул ткань, пытаясь придать ей хоть какую-то форму.              Нейтон ощутил укол раздражения. Ему не нравилось чувствовать себя беспомощным, зависимым от чужой доброты. Хотелось самому контролировать ситуацию, а не плыть по течению, подхваченному чьей-то заботливой рукой. Он поморщился, словно от кислого вкуса во рту. Нет, надо разобраться, что на уме у этого парня. Нельзя позволять себе расслабляться, особенно когда вокруг столько непонятного и нового.              Нейтон еще раз одернул футболку, встряхнул еще влажными волосами, будто сбрасывая с себя остатки сомнений, и вышел из ванной, готовый к встрече с новыми проблемами и неудачами, что ему приготовила жизнь. Взгляд его был тверд, а в глубине карих глаз затаилось подозрение, смешанное с зарождающимся любопытством. Неужели ты что-то задумал, Джейкоб?