B4K3 & BANG: Ghost in the Shell

      Феликс неожиданно вывалился из проёма вместе с трухлявой дверью — вихрем вокруг поднялась пыль, а все в помещении затихли. С непривычки он застонал от боли, чихнул и осторожно, медленно встал на колени, оглядываясь вокруг. Когда пыль подуселась, он заметил несколько женщин и мужчин, сидящих на барных стульях. Они все пялились на него, но выглядели не враждебно, парень за широкой деревянной стойкой даже будто сдерживал смех. Он ловко стряхнул длинные луковые перья от воды и вдруг прокричал:       — Соён! Тринадцатая!              — На счастье, мать твою! — раздалось откуда-то из внутренних помещений натужным женским голосом.       Все вокруг тут же отмерли, тихонько переговариваясь и посмеиваясь, потеряв к Феликсу интерес.       Он в Токио уже две недели, но на сборище ёкаев в материальной форме попал впервые. Впервые вообще встретился с местом, где действует артефакт-материализатор и от непривычки мышцы в теле протестующе ныли, а ноги гудели так, словно он действительно протопал половину города без отдыха.       Пришлось хорошенько потянуться, подвигать конечностями и только потом двинуться к стойке, на запах густого, насыщенного мясного бульона. Парень за стойкой продолжал готовить рамен: быстрыми отточенными движениями нарезал лук, а нож стрекотал по доске. На плите позади кипела большая кастрюля с бульоном, несмотря на то, что заведение уже было закрыто — часы показывали половину первого ночи.       Феликс уселся на высокий стул с самого края и неловко обратился к парню по ту сторону:       — Здравствуйте! Я прошу прощения… — тут он замялся, оборачиваясь к валяющейся на полу двери, в которой не хватало куска доски — вырвал с механизмом замка, когда влетел в поверхность на всех порах. Щепок и пыли от неё вокруг было много. — Ну, за дверь. Не ожидал, что материализуюсь.       Повар усмехнулся и совершенно безмятежно махнул ножом куда-то за спину:       — Не твоя вина, что Соён притащила в этот раз какую-то рухлядь. И двух недель не выдержала, а скрипела как противно, ты бы слышал! — в конце он повысил голос, закидывая кусочки мяса на сковороду.       — Я не скрипела, старый ты комок шерсти! — снова ответили из внутреннего помещения женским голосом.       Несколько посетителей за стойкой захихикали, один даже подавился бульоном и смешно зафырчал.       — Это потому, что ты смазываешь свои суставы, карга трёхсотлетняя, — проворчал парень и посмотрел на Феликса. — Тонкоцу пойдёт?       — Да? — больше спросил, чем подтвердил Феликс. — Но мне нечем вам заплатить.       — Это необязательно. Хотя, если разживёшься хорошими рыбными чипсами — заноси, буду рад.       На сковородке продолжало шкварчать мясо, пока он начал собирать рамен в глубокую миску: налил бульона и нарезал горсть грибов. Его руки двигались уверенно и быстро, а взгляд блуждал то по стойке, то по посетителям, неизменно возвращаясь к Феликсу.       — Тебя как зовут-то? Впервые тут вижу.       — Я Феликс, не так давно прилетел из Кореи. — Он безотчётно разворошил свои тёмные длинные волосы. В душ хотелось почти так же сильно, как поесть горячей лапши. Не столько из-за дискомфорта, сколько просто получить удовольствие, стоя под обжигающими струями воды. Ещё страшно хотелось кофе и всё вокруг потрогать: Феликс очень скучал по возможности осязать мир, пока скитался бесплотным ёкаем по улицам Токио.       В родной стране он знал несколько заведений, где также как тут действовали артефакты, чтобы ёкаи могли обрести плоть, но в новом городе найти такие было сложно. Последний раз он зависал в компьютерном клубе за несколько дней до того, как решился улететь — катал в Генш всю ночь, что обошлось ему в копеечку: пришлось отдать владельцу чек на последние воны.       — А я Минхо. Заходи, если нужна будет помощь или работа. Или ты просто путешествуешь? — расспрашивал парень, пока ставил перед Феликсом тарелку горячего рамена и искал в ящиках палочки.       — Я ищу кое-кого в Токио. — Неуверенно ответил Феликс, распаковывая приборы, пока тарелка лапши прямо перед ним заставляла чуть ли не облизываться от аппетитного аромата.       — Кое-кого? Чуть больше конкретики, иначе я едва ли смогу тебе помочь. — Минхо вернулся к разделочной доске, снова нарезая что-то и иногда поглядывая на Феликса из-под чёлки.       — Мне сказали, здесь живёт ведьма, способная материализовать ёкая.       — Да хоть две! — усмехнулся Минхо в ответ. — Вот, бери, например, мою.       — Но...       Не успел Феликс уточнить, как Минхо уже вдохнул поглубже и громко позвал:       — Соён! Иди сюда!       Во внутренних помещениях что-то бухнулось с глухим звуком, женский голос сматерился и послышался стук.       Минхо хмыкнул недовольно, принял заказ у одного из посетителей и снова заорал:       — Соён! Сколько мне ждать, прежде чем ты уберёшь эту рухлядь из моего зала?              Сначала Феликс услышал топот: кто-то уверенно двигался изнутри помещения к ним и, очевидно, был зол. А потом, ещё до того, как выйти из дверного проёма, девушка начала возмущаться:       — Эта рухлядь должна быть дверью в твой зал! Следи за своими посетителями и прекрати скидывать всю работу на меня! — закончила Соён уже почти в ухо Минхо.       Её светлые длинные волосы были скручены на голове в кривой пучок, часть прядей выпала и налипла на лицо и потную шею, а на бледной щеке красовался пыльный след. Рваные длинные джинсы и толстовка тоже замарались пылью, особенно на бёдрах. Соён тут же вытерла ладони о ткань штанов и встала рядом с Минхо, укоризненно глядя на него.       — Да не ворчи, помоги лучше парню. Ему нужен артефакт для материализации. — Тут же сдался он.       Грозный взгляд Соён скользнул по всему залу и остановился на Феликсе. Она подошла ближе, рассматривая его, словно прикидывая, достоин ли он её внимания. Наконец, пытливо прищурившись, она выдала:       — Плата вперёд. Если нет денег, то для начала найди хотя бы новую дверь.       — Не деревянную! — тут же встрял Минхо, не отвлекаясь от готовки.       Феликс так удивился наглости юной ведьмы, что даже начал спорить:       — Да где я тебе найду дверь, которую можно стащить? Я впервые в Токио, не знаю, даже где тут мебельный!       — Нет оплаты — нет артефакта, — отрезала Соён и распустила волосы, пытаясь прочесать их пальцами. — Зачем тебе Рэй-Материя?       Феликс растерянно посмотрел на неё. И правда, зачем ему артефакт?       — Нет-нет, я искал ведьму, которая может меня материализовать. Не артефактом, а вроде как... Навсегда.       Юная девушка, сидящая рядом, не донесла палочки до рта, и лапша шлёпнулась в миску, разбрызгивая бульон по стойке. Соён нахмурилась, а Минхо прокомментировал, не отрываясь от мойки:       — Навсегда в этом мире только капитализм, Феликс. Кто наплёл тебе эту чушь про материализацию?       Феликс стушевался. Он знал, что ищет скорее легенду, миф о призрачной возможности стать материальным навсегда и вести человеческую жизнь снова. Но след этой легенды вёл в Токио — город, утонувший в неоне и цифровых тенях, где даже воздух гудел от невысказанных обещаний. Фонари здесь горят не светом, а hex-кодом, новейшие технологии тесно переплетаются с магией, создавая диковинный мир с глитчами. Иногда Феликсу казалось, что рекламные щиты покрываются мёртвыми пикселями. И сквозь них кто-то смотрит.       По ночам он слышал хрип и голоса давно умерших радиоведущих из старых колонок, которые словно обращались к нему: «Знаешь ли ты, что ищешь на самом деле?»       — Способ существует, я читал об этом. Говорят, есть даже материализованный ёкай, но он не разговаривает. Поэтому его так сложно найти. — Феликс ответил с убеждённостью человека, захваченного идеей. Он знал, что поиск может ни к чему и не привести, и знание это делало его веру только отчаяннее.       Соён задумчиво промычала и отыскала полотенце, чтобы вытереть руки. Минхо продолжал возиться у раковины, пока отвечал, добавляя в свой голос больше сарказма:       — Ёкай, которого материализовали навсегда? Ты путаешь со съёмками «Поезда в Пусан». Ведь это будет зомби.       — Ну зомби разлагается, а тот ёкай — нет. — Немного обиженно ответил Феликс.       Отрываться на разговор было тяжело, чуть остывший рамен был божественнам на вкус, в меру пряным и острым. Феликс замычал от удовольствия, втягивая упругую лапшу в рот.       — А ты откуда знаешь, что не разлагается? — весело уточнил Минхо, разворачиваясь и подходя ближе к Феликсу. — Или тоже читал?       — Ну кто-то бы заметил разлагающийся труп, разве нет? — пришлось говорить прямо с набитым ртом.       — Ага, вот оно как, — Минхо опустил локти на стойку и расслабился. — Феликс, а ты хоть раз видел слона, который прячется в кустах томатов?       — Слона? — Феликс опешил от резкой смены темы, девушка рядом поперхнулась своим ужином снова. Вот проныра, подслушивает и не краснеет.       — Вот как надо прятаться, Феликс! — рассмеялся Минхо.       Что ж, посыл был предельно понятен: раз ожившего ёкая не видели, то это не оттого, как он хорошо прячется. Феликс перевёл взгляд на Соён, она всё ещё выглядела задумчивой, но заметно развеселилась.       — Я думаю, тебе сто́ит взглянуть на кота Бакэнэко. Кажется, им есть чем тебе помочь. — Она наклонилась и зашуршала чем-то в ящиках.       — И как мне её найти? Это ведьма?       — Ещё какая! — воодушевлённо поддержал Минхо, пока Соён писала что-то на найденном стикере. Закончив, она положила бумажку перед Феликсом:       — Вот, найди старый игровой автомат у станций Синдзюку, рядом с выходом к Golden Gai. Ты отличишь его по куче наклеек BlackPink.       — И что мне с ним делать?       — А, точно! — спохватилась Соён, притягивая стикер обратно. — Запусти любую игру про котов и введи в командную строку вот это. — Бумага снова скользнула по отполированной поверхности.       На листке теперь кроме места значился значок тильды, похожий на волну.       — Сообщение на экране укажет путь.       — И заодно по пути приглядись, не найдётся ли нам приличной двери! — с весельем в голосе встрял Минхо.

***

      Найти нужный игровой автомат на самом деле оказалось несложно.       Огромная наклейка женской группы BlackPink была криво прилеплена прямо над экраном, наполовину закрытая другими. На корпусе обнаружились ещё наклейки: и сами девушки, и их лайтстик, даже строчки из песен. Некоторые были совсем старыми и затёртыми, другие выглядели свежими, словно кто-то постоянно обновлял эти кодовые знаки. Внушало большую надежду найти того, кто так заботился о заблудших ёкаях.       Ведьма как-то улучшила клавиши: Феликс мог их нажимать, даже не находясь в материальной форме. Он уже ввёл нужный символ, и оставалось только нажать Enter.       Вокруг — ни души. Феликс ещё раз окинул взглядом пространство около себя. Он стоял там, где заканчивается свет неоновых вывесок и начинается узкая щель между домами. Ветер шевелил под ногами обрывки чеков — кто-то явно играл здесь до него. Автомат гудел тихим, прерывистым звуком, как старый холодильник в пустой квартире. Рядом валялся перевёрнутый стаканчик с остатками какого-то напитка. Лёд ещё не растаял. А в воздухе разливался запах озона, будто где-то рядом перегорела лампочка или недавно прошёл дождь. Асфальт совершенно сухой, а все лампочки вокруг целы.       Феликс слышит, как где-то вдалеке смеются люди, но звук не приближается. Он выдыхает и прожимает клавишу ввода — неоновая вывеска в виде стакана над головой начинает мигать с противным, стеклянным звуком. Экран загорается белым, а в середине постепенно проявляется текст, будто кто-то набирает его прямо сейчас:                         /\_/\                         ( o.o ) ║ BANG ERROR 0xC4T                         > ^ < ║ TRY SING «PINK VENOM»        Восьмибитная мелодия немного режет уши, но ничего больше не происходит. Феликс оглядывается, обходит игровой автомат с разных сторон, изучая наклейки: ничего нового. Он пытается тапать на все клавиши подряд, но экран не гаснет, не даёт новых подсказок. Тогда Феликс наклоняется и шарит взглядом по асфальту. Бинго! Прямо рядом с его полупрозрачным кроссовком в неровном синем неоне отблескивает монетка.       Он поднимает её и подносит ближе к глазам, чтобы рассмотреть.       На одной стороне монеты — схематичная мордочка кота, нарисованная ASCII кодом, на другой — загадочное BANG. Феликс только надеется, что BANG не случится с ним, когда вставляет монетку в приёмник. Та падает внутрь с привычным звоном, но ничего не изменяется.       Феликс ещё раз тыкает по клавишам: надпись на мониторе мигает пару раз, но не изменяется, а писклявая мелодия начинается заново. Точно, Pink Venom! Он закатывает глаза, вздыхает, но тихонько подпевает, подстраиваясь под музыку:       — This that pink venom, this that pink venom, this that pink venom.       Его низким басом получается даже смешно, и он улыбается, чувствуя себя немного сумасшедшим. Наконец, экран снова становится чёрным, а текст на нём сменяется на:                          /\_/\                           ( #.# )   >> B4K3's W4IT <<                           = ^ =                            ╔═════════════════╗                               Neko-Maru 404                                 2-44-13 Kabukicho                                 Tokyo 160-0022                           ╚═════════════════╝       И ниже загадочный кусок кода, который, кажется, сто́ит запомнить:             # Хван принимает гостей только после:             $ ping -t 3 160.0022.404               $ nc 160.0022.404 3141                 > KnockKnock "↑↑↓↓←→BA