Daddy?

Субботнее утро выдалось напряжённым. Сидеть за одним столом с Мадарой было пыткой — Мейса изо всех сил избегала его надменного взгляда. Ещё пару дней назад он просто подчёркивал её юность и ставил на место, словно капризного ребёнка. Но теперь он знал её секрет. Личный. Интимный. И если бы он рассказал об этом Кейко — Мейсе, пожалуй, было бы всё равно. Но не всё равно было другое: от одного лишь его присутствия на расстоянии вытянутой руки внутри у неё вспыхивал жар. И чтобы подавить подступающее возбуждение, она попыталась сосредоточиться на еде. Варёный рис прилипал к нёбу, а кусок рыбы будто застревал в горле. Но Мейса впихивала в себя завтрак под довольный взгляд матери. — Я так счастлива, — с мечтательной улыбкой произнесла мать, глядя то на Мадару, то на Мейсу. — Я забронировала обед в Kru, а после Учиха-сан предложил провести день в Tokyo Mizu no W. Представляешь? Бассейн на крыше, бани. Можно будет заказать чайную церемонию и массаж, если захочешь. И даже остаться на ночь. — С чего такая щедрость? — не сдержалась Мейса. — Подумал, ты захочешь расслабиться после соревнований. Мейса поперхнулась глотком яблочного сока. Она перехватила взгляд Мадары — тот едва заметно ухмыльнулся. Наслаждался спектаклем. — Пойду соберу вещи, — сказала она, отодвинув тарелку. — Ты меня отвезёшь или мне попросить Ируку? — Мы тебя отвезём. Это же семейные выходные. — Замечательно, папочка, — процедила она сквозь зубы, и вышла из кухни. Нужно было держаться от него подальше. Сегодня — клубный турнир. Ещё один срыв и её отстранят. А значит, прощай, серьёзные соревнования. Пусть это и не была цель всей её жизни, но играть Мейсе нравилось. — Прости её, — услышала она голос Кейко, когда уже почти поднялась по лестнице. — Она у меня вовсе не колючка… просто тяжело сходится с людьми. Ей нужно время, чтобы спрятать шипы. — Я подожду — отозвался Мадара. — Не надо сплетничать обо мне, когда я ещё даже не ушла. Мейса вернулась в кухню. Она забыла телефон, но успела услышать, как мать извиняется за неё, как оправдывается перед Мадарой. — Я не трудно сближаюсь с людьми. Просто, в отличие от тебя… я более тщательно выбираю, кого впускаю. Мейса захватила телефон и, поднявшись наверх, начала собираться. Сакура уже отписалась, что тоже встала и не может дождаться встречи с подругой в клубе. В сообщении — селфи, где та посылает лучи любви и позитива. Улыбнувшись на радостное фото, Мейса поправила волосы и, стараясь выглядеть непринуждённой, тоже сделала пару кадров. Выбрав один из удачных снимков, она отправила его подруге, а после подняла взгляд от экрана. — У вас дурная привычка, — сказала она, увидев, как в открытом проёме её комнаты стоял Мадара и смотрел на неё. — Какая именно? — спокойно уточнил он. Мейса ухмыльнулась, накинула сумку на плечо, и шагнула ближе к мужчине. Несмотря на то, что он был выше, крепче и больше её в два… даже, может, в три раза — её это вовсе не пугало. — Подсматривать. — Я не в первый раз вижу, как девушки делают селфи. Мадара оставался полностью спокойным. В самом деле — в том, как девушки делают селфи, нет ничего… необычного. — А как ублажают себя в ванной? —с вызовом бросила она, глядя на него снизу вверх. — Возбудились? Он не ответил, лишь продолжил пристально смотреть. Мейсе его ответ был не нужен — она уже его знала. Уголки её губ дрогнули, и она прошла мимо, ощущая на себе его взгляд. А потом услышала, как он пошёл следом. Только Мейса успела спуститься вниз, как её тут же подозвала Кейко. Фыркнув, Мейса бросила сумку и телефон в коридоре и поспешила к матери. Мадара остался. Его взгляд невольно зацепился за экран смартфона, который вдруг вспыхнул от входящего сообщения. «Любимка Харуно💗»: «Если продолжишь быть такой красивой, то мужик Кейко переключится на тебя😉» Он усмехнулся и отвёл взгляд. Мейса и правда была красива. Бесстрашная и дерзкая — как это часто бывает в её возрасте. И, возможно, именно поэтому она ещё не до конца понимала, где проходит та самая грань, за которую не стоит заходить. Сообщение подруги лишь заставило его задуматься: возможно, в жизни Кейко отношения с мужчинами не складывались не случайно. — Всё готово? — уточнила Кейко, выходя в коридор. Мадара одобрительно кивнул и прокрутил в руках ключи от машины. — Нас повезёт… он? — Мейса уточнила, правильно ли поняла жест мужчины. Когда тот снова кивнул, она не удержалась: — Мама, ты уверена, что ему не нужны твои деньги? У него нет даже личного водителя. — Потому что я его отпустил, — непринужденно ответил Мадара. — Не хотел, чтобы нам кто-то мешал. — Единственный, кто будет мешаться — уже здесь, — хмыкнула Мейса и потянулась за своим инвентарём и рюкзаком, но мужчина, будто проигнорировав её слова, выдернул вещи из её рук. — Буду ждать в машине. Кейко одобрительно кивнула, и как только за Мадарой закрылась дверь, резко дёрнула на себя дочь. — Мейса, прекрати. Мадара старается. Старается быть лучше, чем прошлые мужчины. И я это ценю. — Старается как можно лучше удовлетворить тебя не только в постели, но и в повседневности? — выплюнула она зло. Кейко с трудом сглотнула. Глубоко вдохнув и выдохнув, она посмотрела в глаза дочери: — Да. Он удовлетворяет меня везде. А ты — нет. Так что веди себя прилично. Пожалуйста. — Постараюсь, мамуля, — отрезала Мейса с безразличной усмешкой и направилась к двери, за которой секунду назад скрылся Мадара.

ХХХ

Дорога до клуба прошла в безмолвии. Мадара вёл машину спокойно, уверенно, не торопясь. Мейса, устроившись на заднем сиденье, смотрела в окно, делая вид, что не замечает, как он украдкой наблюдает за ней в зеркале заднего вида. Только Кейко пару раз пыталась завести разговор, но дальше он не клеился. Когда они наконец доехали, Мейса быстро попрощалась с матерью и направилась в раздевалку, где её уже ждала Сакура. Поболтав на отвлечённые темы, пока обе переодевались, Мейса на мгновение расслабилась. Она собрала волосы в тугой хвост, словно стягивая в него все ненужные мысли, — и вышла на корт. Она чувствовала себя немного лучше, чем вчера, и определённо лучше, чем за завтраком. Но стоило ей пробежаться взглядом по трибунам и заметить мать, а рядом с ней — Мадару, как пульс резко участился. Не от волнения перед мелкими соревнованиями, а от его взгляда. — Ну что, покажешь потенциальному папочке, как надо махать ракеткой? — усмехнулась Сакура, когда настал их черёд. Они выходили на корт третьими. — С радостью, — хмыкнула Мейса. Сегодня она играла сдержаннее и точнее, но агрессия всё равно ощущалась в каждом ударе. Она не соревновалась с Сакурой — она вымещала накопившееся. Подруга держалась и, похоже, после вчерашнего настроилась уворачиваться и отбивать мячи всерьёз. После того как последний матч завершился, а финальный свисток прозвучал, Сакура радостно подпрыгнула к подруге. На трибунах началось движение — зрители вставали, собирали вещи, кто-то аплодировал, кто-то уже направлялся к выходу. Родственники подходили к своим детям. Не прошло и пары минут, как и к ним подошли Кейко с Мадарой — «сексуальный объект», который вызывал у Мейсы целую бурю раздражения и из-за которого Сакура вчера чуть не получила мячом по лицу. — Отличная игра, Сакура, — сказала Кейко, подойдя к девушкам. — Спасибо, Аоки-сан. Вчера Мейса меня не хило погоняла, — усмехнулась Сакура, сдувая розовую чёлку с глаз. — Это как? — удивилась женщина. — Похоже, она….перевозбудилась и выплеснула всё на корте, — продолжила Сакура с улыбкой, метнув взгляд на мужчину рядом с Кейко. Женщина, опомнившись, что не представила спутника, быстро спохватилась: — Ах, это Учиха Мадара-сан. А это — Харуно Сакура, лучшая подруга Мейсы. — Рад познакомиться с лучшей подругой Мейсы, — коротко кивнул он. Его голос был низким, хрипловатым — и Сакура на миг онемела. Мало того что его осанка, одежда и общий образ выделяли его из толпы, так ещё и голос... Какой бы уставшей она ни была после матча, его тембр прошёлся по ней словно разряд. — А вы... Учиха-сан... кто вы ей? — будто невзначай уточнила она, и Мейса хмыкнула — уж слишком явный интерес звучал в голосе Сакуры. — Он мой жених, — ответила за него Кейко. — Ого, Аоки-сан... вас можно поздравить? Когда свадьба? — спросила Сакура с наигранным удивлением, будто слышит об этом впервые. — В конце лета, — ответил мужчина. — Что?! — резко прервала эту милую беседу Мейса и посмотрела на мать. — А мне когда собиралась сказать? — Ой, ну… я, наверное, пойду. Где-то там меня Дейдара с родителями ждёт, — вмешалась Сакура, быстро оценив обстановку. — Было приятно повидаться, Аоки-сан. И познакомиться с вами, Учиха-сан. Харуно вежливо поклонилась. — МейМей, увидимся. Сакура крепко обняла подругу, шепнув вполголоса на ухо, чтобы та держалась. Сейчас Харуно ясно поняла, что причина раздражения Мейсы заключалась вовсе не в Мадаре. А в том, что рядом с ним была не она. — Я не хотела сразу грузить тебя столькими новостями, — мягко ответила Кейко и погладила напряжённую дочь по плечу, будто пытаясь её немного успокоить. Мейса сжимала в руках полотенце, будто собиралась кого-то им задушить. — Поговорим обо всём за обедом, хорошо? — Хорошо. Мейса прикрыла глаза, пытаясь успокоиться, но вышло плохо. В раздевалке она быстро приняла душ, собрала вещи и вышла на парковку искать машину Мадары. Но толком не запомнила, где именно они припарковались, какой был номер, да и модель тоже. Только цвет — чёрный. Очень полезно, учитывая, что все чёрные машины Токио, похоже, припарковались тут. Выругавшись сквозь зубы, она решила начать с первого ряда, но её вдруг окликнул до боли знакомый голос: — Я предполагал, что ты заблудишься, — ухмыльнулся Мадара, забирая сумку из её рук. — Кейко уже ждёт в машине. Мейса не ответила, лишь молча проглотила его очередное принижение. Он снова дал ей понять, что считает её ребёнком, неспособным даже найти машину без помощи. — Почему волосы мокрые? Могла бы посушить. Мы бы подождали. — А смысл? Мы же потом в спа — я там всё равно стану мокрой... Там даже подглядывать не придётся. — Ты сама виновата, что не закрыла вчера дверь. — Не думала, что ты так быстро кончишь. Она молниеносно влепила ему словесную пощёчину. И, заметив, как сменился его спокойный, насмешливый взгляд, поняла: удар пришёлся точно в цель и задел его мужское самолюбие. Мейса почувствовала себя победительницей. Не турнира по теннису — по ответному принижению. И пока Мадара пребывал в замешательстве, она заметила среди машин нужную, потому что именно из неё махала Кейко. Они поехали в сторону одного из самых дорогих ресторанов города — KRU. Ресторан располагался на 27-м этаже высотки, и оттуда открывался вид на пол-Токио. Но сегодня Учихе Мадаре открывался куда более захватывающий вид — на девушку, которая явно решила показать характер. Мейса будто нарочно заказала половину меню, выбрав самые дорогие позиции. Убедила мать взять вино — ведь заняла второе место в клубном турнире, и это надо было отметить. Ну и, конечно, был ещё один яркий повод — свадьба, о которой она узнала случайно. Кейко извинялась, говорила, что изначально хотела рассказать дочери о свадьбе в конце выходных — когда та, возможно, узнает Мадару получше. Но как всегда, всё получилось спонтанно. Неуместно. Резко. И раздражение Мейсы, и её едкая дерзость за столом — всё это было понятно. И пока Кейко позволяла дочери брать всё подряд, пытаясь таким образом сгладить углы после неожиданной для всех них ситуации, Мадара неотрывно наблюдал за девушкой. Его взгляд скользил по её обнажённым рукам, задерживался на губах, а затем медленно опускался к нежной линии шеи. Мейса ловила каждый его взгляд. И наслаждалась этим. — Наверное, неразумно столько есть перед водными процедурами, — всё же испугалась Кейко за дочь, которая принялась за десерт. — Не переживай, — отламывая кусочек торта, сказала девушка, — ехать до спа почти час. Я успею ещё раз проголодаться. — Наверное, соревнования забрали много сил, — предположил Мадара, наблюдая, с каким аппетитом она поглощает десерт. — Очень, — встретилась со взглядом Мадары она, — отличный вид спорта, помогает держать себя в отличной форме. Вам нравится? Мейса улыбнулась и хитро посмотрела на мужчину. Она спрашивала вовсе не про теннис. И по его взгляду она поняла, что он это понял. — Да, — ответил кратко он, — мне нравится. Теннис. Мейса хмыкнула и продолжила есть десерт под пристальными взглядами Кейко и Мадары, которые уже давно съели свои блюда и просто ждали её. Но Мейса явно никуда не торопилась — нарочно тянула время, будто проверяя их терпение. Когда она наконец закончила, они втроём отправились в спа. По дороге Кейко и Мадара о чём-то вполголоса разговаривали — то ли обсуждали процедуры, то ли вспоминали прошлые поездки — Мейса слушала их рассеянно, глядя в окно. Желудок был уже неприятно полон, но сдаться за столом значило уступить, а этого она не могла себе позволить. Как только они прибыли, Мейса первой выскочила из машины и направилась в уборную, пока Мадара и Кейко оформляли проходки. Закрыв за собой дверь, она приподняла крышку унитаза, оперлась рукой о стену и засунула пальцы в рот — быстро, уверенно, без лишних сомнений. За час в дороге десерт так и не успел улечься. Тупая тяжесть стояла поперёк горла, и сейчас, чтобы не утонуть в бассейне как булыжник, она решила облегчить себе жизнь. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Кейко, глядя на слегка побледневшую дочь. — Да, — вытирая остатки воды с губ, отозвалась Мейса и без лишних слов забрала билет у матери и пошла переодеваться. Когда купальник был уже на ней, она не сказав ни слова, сразу пошла в баню, оставив мать с «женихом» у бассейна наслаждаться теплыми сиденьями и холодными коктейлями. — Всё идёт как-то… плохо, — вздохнула Кейко, наблюдая за дочерью за прозрачной дверью. Мейса уже минут десять сидела там, будто специально не хотела выходить и оказываться рядом с ней и Мадарой. — Но она здесь, — успокоил её Мадара. — А могла остаться дома. Значит, она принимает твои отношения. — Ты прав, — кивнула Кейко. — Ты так умело находишь нужные слова… — У меня много младших родственников и племянников и около ста пятидесяти подчинённых разного возраста, — сдержанно усмехнулся он. — Я умею понимать людей. — Ты и правда потрясающий, — прошептала Кейко, взглянув на него с теплотой. — Мне с тобой так повезло. Мадара промолчал. Его пальцы сжались на стакане, а взгляд метнулся в сторону Мейсы, которая вышла из бани и направилась к общему душу. Он наблюдал, как она подставила лицо под струи воды, позволяя им смыть с себя пот, который выступил в бане, как она протёрла руками лицо и шею. Пока девушка наслаждалась водными процедурами, в памяти Мадары всплыла сцена, как вчера в душе она наслаждалась собой. Всего пара секунд и память воссоздала вчерашнюю картину: как вода стекала по её спортивному телу, как рука упиралась в прозрачное стекло, как она прикрывала глаза, закусывала губу и... Взгляд Мадары наткнулся на глаза Мейсы. Она заметила, как он смотрит на неё. И он видел как на него смотрит она. Лишь голос Кейко, который раздался где-то сбоку, прервал этот будто бесконечный момент. — Взять тебе еще напиток? — Да, пожалуйста, — согласился Мадара, отворачиваясь от Мейсы. В следующий миг он услышал всплеск воды — девушка прыгнула в бассейн.

ХХХ

— Я весь интернет облазила в поисках информации о нём. Кстати, напомни, Кейко сколько лет? Мейса лежала в своей комнате семейного номера, который Мадара снял в отеле, — в том самом, где они только что посетили спа. Кейко настолько расслабилась, что он быстро уладил вопрос с бронью. Девушке ничего не оставалось, как согласиться, несмотря на попытки отказаться: у неё не было сменной одежды. Но главная проблема была не в этом — а в том, что номер, хоть и семейный, всё же был меньше, чем дом, где жила Мейса. А значит, шансы услышать стоны Кейко и Мадары резко возрастали. — Кейко в этом году будет сорок шесть, — ответила Мейса, поворачиваясь на кровати и продолжая болтать с лучшей подругой по видеозвонку. Сакура позвонила узнать, как проходит вечер, и была, мягко говоря, удивлена, когда узнала, где и с кем сейчас девушка. — Мадаре сорок три. Младше, но это, похоже, совсем не имеет значения, — болтала Харуно. — Никогда не был женат, детей нет. Владеет Shumi уже пятнадцать лет. Ммм… то, что детей нет, — это обидно. — Что, хотела стать моей родственницей? — усмехнулась Мейса. — Не упускаю такую возможность. Кстати, не жди меня в понедельник в школе. Мейса поднялась на локтях. — С чего это, Харуно? Куда намылилась? — Не только тебя иногда спонтанно увозят в неизвестном направлении, — рассмеялась Сакура — Дейдара поговорил с мамой, и они решили, что перед серьёзными экзаменами мне нужен подарок — отдых на Окинаве. Вернусь в четверг. — В четверг? Любимка… — Прости, дорогая, у меня уже самолёт через три часа. Сейчас поедем в аэропорт. Решила пожелать тебе спокойной ночи и узнать, как ты там. Мейса улыбнулась. Поддержка Сакуры была для неё очень важна. Она была единственной, кроме Дейдары, кто всегда оставался рядом. Правда, с тех пор как Дейдара начал встречаться с Сакурой, общение с ним немного поредело, но с Харуно всё осталось неизменным. Она по-прежнему была той самой любимой и надёжной подругой, на которую можно было положиться. — Завтра мне точно будет лучше, чем сегодня — когда эти семейные выходные, наконец, закончатся. — Держи себя в руках, — Сакура подмигнула, явно намекая, что всё прекрасно понимает. — Постараюсь. — Всё, мама зовёт. Люблю тебя. Спокойной ночи, МейМей. — Спокойной ночи, любимка. Мейса отложила телефон в сторону и уставилась в потолок. Ей тоже нужен был отдых. Желательно — с парнем. С тем, кто заставил бы забыть обо всём, раствориться в ощущениях. Но такого не было уже два года. Ни любви, ни страсти. Никто не вызывал ни дрожи, ни желания... до недавнего времени. Вспомнив о Мадаре, она поднялась с кровати и подошла к двери. Открыв её, она увидела, что никого нет: соседняя комната, где жили Мадара с Кейко, была заперта. Не услышав никаких характерных звуков, девушка направилась на кухню — захотелось перекусить. Подойдя к холодильнику, не совсем понимая, что она ожидала там увидеть кроме алкоголя, она усмехнулась. Рядом на столешнице стояла корзина с фруктами, и она уже потянулась к одному из них, как почувствовала, что она больше в комнате не одна. — Дистанцию соблюдать не пробовали? — бросила она, обернувшись на Мадару, стоявшего за её спиной. Без рубашки. В одних штанах. И пусть всего пару часов назад она уже видела его в спа — в одних плавках, сейчас всё воспринималось иначе. Его широкие плечи и рельефный торс были слишком близко — настолько, что Мейсе казалось, будто она ощущает тепло его тела на своей коже. — Мне кажется, мы её уже перешли. — Ну, раз так, — хмыкнула она и взяла из фруктовой корзины банан. Осторожно раскрыв его, Мейса закусила губу и посмотрела на Мадару, который не сводил с неё взгляда. — Если вдруг снова захочется подсмотреть… я оставлю дверь открытой. Она провела языком по губам и медленно обхватила банан, делая это специально для него — нарочито интимно. Мадара дёрнулся — непроизвольно, нервно — и это сразу выдало его с головой. На лице Мейсы тут же расплылась хищная улыбка. В очередной раз за день, почувствовав себя победительницей, она ловко обошла его и лёгкой, манящей походкой направилась в свою комнату. Она будто звала его за собой, и Мадара почти сделал шаг вслед за ней, но остановился. Нет. Он резко открыл холодильник, достал банку пива, сорвал крышку и жадно отпил. Так же жадно, как был готов войти в эту приоткрытую дверь. Да — она действительно оставила её не закрытой. Нахалка, слишком хорошо знала, что делает. Первый глоток, второй — но пиво не принесло облегчения. Лишь размыло и без того туманный разум. Он шагнул в сторону её комнаты и замер. Он слышал всё. Шелест простыни, едва уловимый стон с её губ. С каждым новым звуком его воображение рисовало всё ярче: изгибы её тела в полумраке, тонкие упругие ноги, разведённые по обе стороны кровати. Он представлял, как её ладонь уверенно скользит вниз, как её тонкие пальцы нежно проникают внутрь, ощущая всё тепло её нутра. Мадара слышал, как её стон становился чуть громче, чуть откровеннее — словно она знала, что он стоит и слушает. И он слушал, и слышал, как отзывается его собственное тело. Жар пробежал по позвоночнику, грудь сдавило от нехватки воздуха, возбуждение захлестнуло его. Он сделал шаг. Ещё один. Ладонь уже тянулась к ручке двери. Одно движение — и он мог бы показать ей, как она бы стонала, будь он рядом. Будь он в ней. Но вместо этого — резкий удар. Дверь захлопнулась с такой яростью, что гул прокатился по пространству. Будто этим жестом он хотел не просто закрыть комнату, а запереть собственное невыносимое желание. — Что за шум был? Кейко встретила его в кровати, листая журнал. — Слишком резко закрыл дверь уборной. Кейко мягко улыбнулась и скользнула взглядом по напряжённому торсу мужчины, который спокойным шагом прошёл на другую сторону кровати. Хотя они встречались всего три месяца, она уже успела изучить тот момент, когда он был напряжён, взволнован или возбуждён. Сейчас, казалось, было всё вместе. Она выпорхнула из кокона одеяла и ловко перебралась на его половину кровати, обняв со спины, пока он что-то проверял в телефоне. — Знаешь... — начала она мягко, — я тут думала насчёт поведения Мейсы. Возможно, ей тяжело — всё-таки выпускной год, поступление… Ещё и я со своей свадьбой... — Она раньше себя так не вела? — Она всегда была остра на язык, но первые ужины проходили явно лучше. Хотя, знаешь... То, что ты не отвернулся от меня, увидев, какая у меня капризная дочь, и что тебе тоже придётся как-то с ней ужиться... — Кейко прижалась крепче, — наоборот, будто подтверждает твои серьёзные намерения. Мадара прикрыл глаза. Дочь Кейко была вовсе не капризным ребёнком. Мейса была опасным искушением. Она играла по своим правилам — и, кажется, прекрасно знала, на что давит. И пока Мадара пытался прогнать из головы мысли о девушке, Кейко нежно поцеловала его обнажённое плечо, шею, мочку уха. — Не могу дождаться, когда мы станем семьёй.