False Dichotomy

Либо из грязи в князи, либо жизнь в окопах. Единственный плюс открытия "Маунткристен", - заключается в том, что у Генри нет времени размышлять о том, что произошло с Алексом. В некотором смысле, скандал на вечеринке был именно тем, чего он и ожидал. Но это знание не помогает, когда слова Алекса всплывают в памяти в самые неподходящие моменты. Например, когда его просят принять решение о том, какие квир-книги будут выставлены на всеобщее обозрение на торжественном открытии. Бездушный корпоративный взлом. "Бьюсь об заклад, ты даже не читал эти книги". "Я знаю всё, что мне нужно знать". Возможно, он задел слишком больную тему, ибо Генри во время каждой встречи с Филиппом или бабушкой теряет частичку своей души. Но Алекс определённо ошибался в одном: Генри прочитал каждую книгу, которую выбрал, включая "Странную историю Нью-Йорка", которую недавно ему порекомендовал А. Он не знает, как пережил бы эти дни без переписки с А. Электронное письмо, пришедшее в ночь вечеринки, обеспокоило его, хотя он был слишком пьян, чтобы отреагировать должным образом, но А, казалось, пришёл в себя достаточно быстро. Он никогда не рассказывал Генри подробностей о том, что послужило причиной того письма, и Генри не настаивал на этом. В последнее время их разговоры стали меньше касаться проблем в их жизни и больше несущественных тем, таких как сюжетные линии обоюдно любимых телешоу или последний сезон "Бэйк Офф". Это хорошо; Генри ценит возможность отвлечься от всего, что происходит в его реальной жизни, возможность для разнообразия просто побыть самим собой, забыть о магазине, ожиданиях своей семьи и об Алексе. Если бы только сам мужчина позволил ему это. Генри сам виноват, что пошёл по Принц—стрит за два дня до торжественного открытия, но он хотел — нет, ему было необходимо - выпить чашечку хорошего чая, и он ни о чём не думал, когда его предательские ноги повели его по совершенно особому маршруту к чайной. Когда он проходит "Под радугой", его внимание привлекает большой плакат в витрине. "СПАСИТЕ НАШ РАЙОН", - написано большими печатными буквами, а под ним: "Дайте Отпор Корпоративной Колонизации!" Продемонстрируйте свою поддержку местному бизнесу на демонстрации! Суббота, ноябрь, 4. Начало - 9:00 до полудня. Принц и Вустер. Покажем Маунткристенам, Куда Они Могут Засунуть Своё Мнение!" На плакате есть подписи магазина "Under the Rainbow", а также нескольких других магазинов этого района: ещё одного книжного магазина, ближайшей кофейни, которая, как знает Генри, столкнётся с трудностями, когда на первом этаже в Маунткристене откроется одобренный корпорацией Starbucks, и некоторых других компаний, чей бизнес, скорее всего, не пострадает, но которые присоединяются к протестам в знак солидарности. Чертовски фантастично. Демонстрация на торжественном открытии, и, без сомнения, его брат и бабушка найдут способ обвинить в этом Генри. Хуже всего, однако, когда Генри заглядывает в витрину и видит Алекса, стоящего за прилавком и улыбающегося покупателю. Он невероятно красив, и, несмотря на то, что он сказал на вечеринке, Генри ничего не может с собой поделать. Он медлит на несколько минут дольше, чем нужно, - и этого достаточно, чтобы Алекс успел завершить сделку и посмотреть прямо на него. Его глаза расширяются, и, прежде чем Генри успевает пошевелиться, Алекс выбегает через парадную дверь на улицу. - Что, чёрт возьми, ты творишь? - требовательно спрашивает Алекс, уперев руки в бока, отчего его рубашка натягивается на груди в высшей степени отвлекающим образом. - Мне казалось, я ясно дал понять, что тебе здесь не рады. Генри слишком хорошо это знает, и хотя у Алекса есть все основания злиться на него, он не может не чувствовать, как у него у самого волосы встают дыбом. Алекс даже не дал ему возможности объясниться в тот вечер, он даже представить себе не мог, что Генри может оказаться сложнее, чем тот злодей, каким он его себе представлял. - Так получилось, что я иду по этому чёртовому тротуару, Алекс, - огрызается он. - Что там вы, американцы, всегда говорите? ”Это свободная страна"? - Мне кажется, ты слоняешься без дела возле моего магазина, - усмехается Алекс. - Пришёл, чтобы украсть у меня еще несколько идей? Я читал эту статью в "Таймс". "Беспрецедентный выбор ЛГБТК+ литературы?" Не могу себе представить, откуда у тебя рекомендации по размещению книг. - Звучит забавно, потому что я, кажется, припоминаю, что книги, которые я выбрал, появились в вашей витрине после нашего визита. Итак, кто у кого сейчас крадёт идеи? - Неважно, - усмехается Алекс. - Ты же не мог всё это уже прочитать. - Ты прав, я ещё не добрался до одной или двух, - отвечает Генри, стараясь не радоваться тому, как расширяются глаза Алекса. - Я удивлён, что у тебя есть время, учитывая, насколько ты, должно быть, занят, разрушая жизни других людей. - Мне кажется, ты слегка драматизируешь... - Я? Серьёзно? Ты хоть представляешь, скольких людей вы лишате средств к существованию? Я не знаю, как, чёрт возьми, ты спишь по ночам. - Ну, - ровным голосом произносит Генри, крепче сжимая стакан с чаем. - Вообще-то, я не сплю. Эта откровенность, кажется, сбивает Алекса с толку, и Генри воспринимает это как сигнал к тому, чтобы уйти, оставляя собеседника ошеломлённый и с вытаращенные и глазами. Четверг, ноябрь, 2, 9:58 после полудня. От: А. nerfherder118@gmail.com Кому: Г. austen.tatious@gmail.com Тема: Рутина Г., Я всё время старался, чтобы мои сообщения не превращались в постоянные жалобы, но сейчас мне просто необходимо немного выговориться. У меня свой бизнес. Не думаю, что я когда-либо говорил тебе об этом, но это так. Обычно дела у нас идут неплохо, но я знаю, что грядут трудные времена. Мы можем этого не пережить, и эта мысль не даёт мне покоя практически постоянно. Это, а также чрезмерное потребление кофеина, но мы не будем говорить об этом. Иногда я пытаюсь убедить себя, что ещё слишком рано впадать в панику, и стараюсь сохранять мужество перед своими сотрудниками, но, честно говоря, не знаю, достаточно ли я силён. Достаточно ли я хорош. Так что, думаю, мне просто нужно, чтобы ты был тем человеком, перед которым мне не нужно притворяться сильным. Надеюсь, это не слишком много для анонимного друга по переписке в Интернете. В эти дни твоя дружба значит для меня больше, чем я могу выразить словами. А. Четверг, ноябрь 2, 10:33 после полудня. От: Г. austen.tatious@gmail.com Кому: А. nerfherder118@gmail.com Тема: Ответ: Рутина. Дорогой А., Пожалуйста, никогда не извиняйся за то, что тебе необходимо выговориться. Я всегда рядом, несмотря ни на что, и этого никогда не будет слишком много. Я обещаю. Я бы хотел помочь, оказаться более полезным. К сожалению, я довольно хорошо знаком с бизнесом, учитывая, что моя семья этим занимается. Не зная подробностей конкретно о твоей ситуации, лучший совет, который я могу дать, - это не сдаваться. Бизнес - это часто грязная игра, которую я ненавижу, но когда ты борешься за выживание своего бизнеса, ты делаешь то, что должен делать. Сражайся грязно. Используй все связи и преимущества, которые у тебя есть. Привлекай как можно больше союзников. Я верю в тебя, А. Ты достаточно хорош. Но также знай, что тебе никогда не придётся притворяться рядом со мной. Жаль, что я не могу тебя обнять. Это не слишком прямолинейно? Надеюсь, что нет. Твоя дружба тоже очень много значит для меня. Твой Г.

*****

- Демонстрации, - произносит его бабушка таким тоном, каким можно было бы говорить о паразитах, заполонивших ваш дом. - Как неприлично. Ты не можешь от них избавиться? - Нет, бабуля, - вздыхает Генри, по крайней мере, в десятый раз. - Они имеют право ходить по тротуару. В ответ она начинает бормотать разные нелестные вещи об американцах, но Генри, честно говоря, перестаёт слушать. Накануне она прилетела, чтобы присутствовать на открытии и, похоже, превратить жизнь Генри в ещё больший кошмар, чем обычно. К счастью, рано или поздно она отправится обратно в Лондон, но не раньше, чем заявит о своём недовольстве его действиями. - Пресса, которую они привлекают, может оказаться весьма полезной, - отмечает Филип. - Привлечение большего внимания к магазину - это всегда хорошо, и у нас есть доли в нескольких крупных сетях, чтобы обеспечить благоприятное освещение нашей деятельности. Генри делает всё возможное, чтобы скрыть гримасу отвращения от этой идеи. - Несмотря на протесты, поток людей был хорошим, - бесстрастно сообщает он. - Более или менее то, что мы ожидали. Мэри хмыкает таким тоном, что становится ясно, что она думает о "или менее" в этой фразе, но в данный момент она больше ничего не говорит. Как бы то ни было, Филип начинает бубнить о прогнозах и рекламных кампаниях, и Генри обнаруживает, что смотрит в сторону магазина через большие панорамные окна. Ему удалось избежать встречи с Алексом, когда сегодня утром он проходил мимо его магазина. К счастью, его роль в проекте на данном этапе означает, что он не обязан быть на месте каждый день; ему удалось нанять человека, который обещает стать отличным менеджером, и он с облегчением передаст управление магазином в его умелые руки. Он неделями проводил собеседования с кандидатами, и каждый следующий был более грубым и невыносимым, чем предыдущий, пока, наконец, Джейми не вошла в его офис с тщательно уложенной причёской и эффектным макияжем, контрастирующим с костюмом строгого покроя, который не выглядел бы неуместно на Уолл-стрит. Генри она сразу понравилась, особенно её бесспорно искреннее стремление к разнообразию во всех аспектах работы магазина - от снабжения до проведения мероприятий и принятия решений о найме персонала. К счастью, она оказалась настолько квалифицированной и компетентной, что даже Филип не смог придраться к ней, хотя Генри мог сказать, что он старался. - Завтра у тебя запланировано интервью для New York 1, - говорит ему Филип, возвращая внимание Генри к разговору. - Они готовят материал об открытии, в том числе о протестах, и хотят получить от нас комментарий. Крайне важно, чтобы о компании сложилось хорошее впечатление, - он замолкает, бросая пренебрежительный взгляд через стол, и Генри практически слышит слова, прежде чем они слетают с его губ. - Постарайся не ставить нас в неловкое положение, хорошо, Генри? Выражение, которое появляется на губах Генри, с трудом можно назвать улыбкой. - Я сделаю все, что в моих силах, Пип.

*****

[Камера снимает небольшую толпу людей, собравшихся перед витриной магазина "Маунткристен". Некоторые из них держат плакаты, написанные от руки. На одном кадре видно, как они скандируют: “Раз, два, три, четыре, нам не нужен ваш супермаркет!” На следующем кадре запечатлен мужчина с тёмными кудрями, одетый в футболку Under the Rainbow Books, который стоит на ящике и говорит в мегафон. - Вы хотите, чтобы этот район превратился в один большой корпоративный ад? - спрашивает он, и толпа кричит: “Нет!” В кадре снова появляется репортёр, стоящий рядом с мужчиной. На графике видно, что это Алекс Клермонт-Диас, владелец издательства Under the Rainbow Books.] РЕПОРТЕР: Мы присутствуем на торжественном открытии магазина Mountchristen в Сохо, где собралась группа обеспокоенных местных жителей, чтобы выразить протест против открытия нового торгового центра. [Она поворачивается к Алексу.] Как владелец местного бизнеса, не могли бы вы рассказать нам немного о своих сегодняшних проблемах? АЛЕКС: Конечно. Возможно, мой бизнес сейчас находится под угрозой из-за открытия этого магазина, но это послание исходит не только от владельцев бизнеса. Все, кто ценит то, что делает Нью-Йорк особенным, должны быть возмущены продолжающейся акционированностью Сохо и районов по всему городу. И, возможно, некоторые люди не видят в этом ничего особенного, потому что Бродвей и так опутан корпоративными сетями, но именно по этой причине мы не можем допустить, чтобы ситуация стала еще хуже. Каждый маленький бутик, книжный магазин и кофейня в этом районе оказываются под угрозой всякий раз, когда открывается один из этих корпоративных монстров, а магазин Маунткристен - один из худших. РЕПОРТЕР: Что вы можете сказать тем, кто утверждает, что это уникальное место, что их предложения будут адаптированы к местным условиям, и они пытаются работать с сообществом, чтобы стать новым ресурсом, а не конкурентом? АЛЕКС: Послушайте, я встречался с Генри Маунткристеном. Я слышал, как он признался, что "Маунткристен" заботится только о своей прибыли. Им наплевать на это сообщество, и им всё равно, сколько независимых магазинов они ликвидируют. [Он смотрит в камеру] Не ведитесь на красивые слова и пустые обещания. Маунткристен вам не друг. Да, они продают дешёвые книги, но какова цена? Посмотрите на их методы работы. Спросите себя, что вы на самом деле поддерживаете, когда посещаете подобный магазин. РЕПОРТЕР: Спасибо, что уделили нам время, мистер Клермонт-Диас. АЛЕКС: В любое время, Труди. [В следующем ролике показан интерьер магазина Маунткристен. Камера сфокусирована на светловолосом мужчине в костюме, стоящем перед книжной витриной с надписью "Ваш Нью-Йорк". На графике видно, что это Генри Фокс-Маунткристен.] ГЕНРИ: Мы в Маунткристене счиаем, что книги должны быть доступными, и мы стремимся к этому, чего бы это не стоило. Если это кого-то расстраивает, пусть будет так. [Снова репортёр на тротуаре, на этот раз один.] РЕПОРТЁР: И это, в двух словах, философия Маунткристена. Теперь мы переходим к... Генри выключает телевизор и со стуком опускает голову на стол. - Ты действительно так сказал? - спрашивает Пез, выглядя по понятным причинам озадаченным. Он сидит на диване в кабинете Генри и ест "M&Ms". - Нет, - возражает Генри и вздыхает. - Я сказал не только это. Я отметил, что мы привлечём клиентов в другие малые предприятия за счёт увеличения количества посетителей и что мы создаём рабочие места районе. Что мы профинансировали повышение зарплат в магазине, сохранив при этом цены за счёт сокращения зарплат руководящего состава... - Ты имеешь в виду свою зарплату, - проницательно догадывается Пез. - Я сказал, что у нас 150 000 наименований, я показал им разделы, посвящённые Нью-Йорку и ЛГБТК+ и сказал, что такого выбора нет больше нигде в мире. Я сказал, что мы будем проводить мероприятия, посвященные новым авторам из традиционно маргинализированных групп, - Генри снова вздыхает. - Это было хорошее заявление, Пез. - Мне жаль, Хаз. Есть новости от Филипа? - Возможно, я не ответил бы, если бы он позвонил раньше, - признаётся Генри, поморщившись. Пез хмыкает и отправляет в рот ещё одну конфету M&M. - Алекс выглядел хорошо, - говорит он несколько минут спустя, старательно сохраняя нейтральный тон. - Да, борьба пошла ему на пользу, - сухо соглашается Генри. Конечно, Алекс выглядел хорошо, он всегда выглядит потрясающе. Несмотря ни на что, Алекс никогда не перестанет быть самым привлекательным мужчиной, которого Генри когда-либо видел, к его бесконечным страданиям. - Ты разговаривал с ним ещё раз с тех пор, как... - Пез замолкает, предоставляя Генри самому додумать остальное. Он рассказал Пезу о ссоре на вечеринке, и Пез рассыпался в извинениях за то, что спровоцировал её, хотя Генри настаивал, что не винит его. Пез не мог знать, что всё обернется так плохо. - Нет. Ну, один раз, недолго, - отвечает Генри. - Всё прошло так, как и следовало ожидать. В любом случае, я прожил здесь два года и до недавнего времени не сталкивался с ним, так что, если я буду избегать этого квартала на Принц-стрит, всё будет в порядке.

*****

Вторник, ноябрь 14, 2:42 после полудня. От: А. nerfherder118@gmail.com Кому: Г. austen.tatious@gmail.com Тема: Фу, праздники. Г., Кто, чёрт возьми, допустил, чтобы на следующей неделе был День благодарения? В своей безграничной мудрости я сказал своей семье, что могу принять гостей в этом году. Конечно, это было до того, как в моей жизни все пошло наперекосяк, но билеты на самолёт у моих родителей забронированы, так что я не могу сейчас ничего изменить. Моя сестра (которая тоже живет в городе) предложила свою помощь, но моя квартира больше, чем у неё. К тому же я не доверяю её духовке настолько, насколько это возможно. Будь я проклят, если мы будем есть сухую, пережаренную индейку из-за плохой духовки. Достаточно того, что она настаивает на покупке дорогой индейки с местной фермы. Да, она действительно вкуснее, но почему мы должны тащиться из-за этого в такую даль, на чёртов Лонг-Айленд? И она настаивает, чтобы я пошел с ней, как будто это какое-то обязательное семейное мероприятие. Знаешь, что есть на индюшачьей ферме? ЧЁРТОВЫ ЖИВЫЕ ИНДЕЙКИ. Вообще-то, это велоцирапторы. Они всегда замечают меня и гоняются за мной по всей ферме. (Не смейся. Я вижу, что ты смеёшься.) Я их ненавижу. Полагаю, для тебя это просто очередной день? Ты готовишься к празднику? Я бы пригласил тебя в гости, если бы мог. Мой праздничный стол на День благодарения это нечто. А. Вторник, ноябрь 14, 6:05 после полудня. От: Г. austen.tatious@gmail.com Кому: А. nerfherder118@gmail.com Тема: Ответ: Фу, праздники. Дорогой А., Не могу поверить, что только сейчас узнал, что ты превосходно готовишь. У тебя есть фирменное блюдо? На самом деле, мне очень грустно, что я не смогу его попробовать. Хочешь верь, хочешь нет, но у меня действительно есть планы на День благодарения. Мой лучший друг берёт на себя организацию ужина в честь Дня благодарения для тех (в основном для детей), у кого нет дома, и я помогаю ему с этим. Не на кухне — я ни черта не смыслю в готовке, — но с украшениями у меня получается неплохо. Это всегда очень приятный вечер. Гораздо лучше, чем любой ужин в кругу моей семьи. У меня не было никаких причин вступать в тесный контакт с индейкой, поэтому я вынужден поверить тебе на слово. Однако я должен обратить твоё внимание на то, что… не кажется ли тебе, что они немного меньше вас? Конечно, тот факт, что люди выращивают их на ферме, говорит о том, что они не так опасны, как ты полагаешь. Ты уверен, что не провоцируешь их? Возможно, вместо этого ты мог бы попытаться проникнуть в сознание индейки. Установить зрительный контакт. Подружиться с индейкой. Заслужить её доверие. Либо это, либо утвердить своё господство как явно более разумной формы жизни (если только ты не...?). Твой, Г. Среда, ноябрь 15, 8:31 до полудня. От: А. nerfherder118@gmail.com Кому: Г. austen.tatious@gmail.com Тема: Ответ: Фу, праздники. Г., Я ненавижу тебя. ВЕЛОЦИРАПТОРЫ, Х. Это научный факт, птицы произошли от хищных птиц, и у них сохранился инстинкт убийцы. Ты не слышал, как они чавкают. Это чертовски угрожающе. И я почти уверен, что фермеры, выращивающие индейку, сделаны из более прочного материала, чем простые смертные. Парню, у которого мы их покупаем, около 150 лет, и у него деревянная нога. Вероятно, потому, что ИНДЕЙКА СЪЕЛА ЕЁ. В следующем году я собираюсь взять тебя с собой, и ты сам увидишь. Что касается моих фирменных блюд, то я из Техаса, поэтому в основном готовлю барбекю и мексиканскую кухню, но у меня есть ассортимент. Рецепт "Моле" от бабушки заставил бы тебя прослезиться. Жаль, что ты никогда его не попробуешь, потому что ты придурок. А. PS: Я вижу, ты пытаешься отвлечь меня своими рассказами о добрых делах. Помогаешь, блядь, устроить День благодарения для детей, у которых нет дома, убирайся отсюда с этим дерьмом. Ты выставляешь всех нас в плохом свете.

*****

- Ну? - в который раз спрашивает Алекс, расхаживая по торговому залу. - Прошло слишком мало времени, чтобы заметить какие-то тенденции, - говорит ему Нора, не отрываясь от компьютера. - Прошло две недели. Каковы наши показатели по сравнению с прошлым годом? Она откидывается на спинку стула и проводит рукой по лицу. - В первую неделю у нас были примерно те же показатели, - говорит она. - Вероятно, помогла огласка протестов. - А что на этой неделе? - нетерпеливо интересуется Алекс. - Продажи упали на 2200 долларов. Алекс чувствует, как у него внутри все переворачивается. - По большому счёту это ничего не значит, - говорит он, пытаясь убедить больше себя, чем Нору. - Это может быть просто случайностью. - Конечно, - неубедительно соглашается Нора. - В любом случае, их магазин всё ещё в новинку. Ажиотаж спадёт, и клиенты вернутся, когда поймут, что не могут получить тот сервис, к которому они привыкли. Раздаётся звон колокольчика над входной дверью, и Алекс с надеждой поднимает голову, но это всего лишь Кайл пришёл на работу во вторую смену. Он переводит взгляд с одного на другого и хмурится. - Ребята, вы двое такие мрачные. Что происходит? - Продажи упали, - прямо сообщает Нора. - Не так уж и сильно, - пытается возразить Алекс. - Вот чёрт, - говорит Кайл, закидывая свой рюкзак за прилавок. - Нам что, придётся закрываться? Мне надо будет искать работу? - Мы не собираемся закрываться, - настаивает Алекс. - Ещё слишком рано беспокоиться об этом. - Ага, - говорит Нора, закрывая свой ноутбук и убирая его в сумку. - Слушай, мне нужно уйти. Постарайся не протереть дырку в полу, пока меня не будет, - проходя мимо него, она останавливается и кладет руку ему на плечо. - Я запрещаю тебе впадать в уныние из-за этого, слышишь? Это никому не принесёт пользы. Сходи на пробежку или займись ещё чем-нибудь. Выбрось это из головы. Он кивает, делая глубокий вдох, который помогает ему успокоиться меньше, чем он надеялся. - Я именно так и сделаю. - Ты правда думаешь, что у нас всё будет хорошо? - спрашивает Кайл, когда она уходит. Иногда Алекс забывает, насколько он молод, потому что парню пришлось слишком быстро повзрослеть, но сейчас он выглядит на все свои семнадцать лет. Он испуган, и Алекс не может этого вынести. - Естественно, - отвечает Алекс с уверенностью, которой на самом деле не чувствует. - Это место - оно как дом. Сообщество любит нас. Они не позволят нам потерпеть неудачу. Он не говорит, что они не могут потерпеть неудачу, потому что иначе он никогда больше не сможет смотреть Рафу в глаза. Раф доверил ему это место, и Алекс не собирается его подводить. - Ты справишься сегодня один? - спрашивает он Кайла, хотя знает, что с ним всё будет в порядке. Он гораздо ответственнее, чем был сам Алекс в его возрасте. - Я выйду ненадолго. - Конечно, босс, - говорит Кайл, уже приступая к выполнению домашней работы. Боже, он хороший парень. Алекс не может его подвести. Плюс бега в том, что он даёт мозгу достаточно пространства для размышлений, независимо от того, насколько громко играет музыка в наушниках. Наматывая круги по парку Вашингтон-сквер, он пытается сосредоточиться на других вещах, и его мысли возвращаются к Г., как это обычно бывает в те дни, когда он не зацикливается на своих деловых проблемах. За исключением электронных писем, которые он отправил ему незадолго до открытия, по какому-то взаимному негласному соглашению они в основном избегали разговоров о своих проблемах. Хотя он чувствует, что Г. тоже напряжён; он чаще пишет по электронной почте в ночное время, и иногда его сообщения становятся короче и... менее обнадёживающими. Алекс ничего не может с собой поделать, но хочет, чтобы у него всё наладилось, хотя и признаёт, что это звучит безумно. Алекс больше не поднимал тему бисексуальности, в основном потому, что не совсем понимал, как её затронуть. Нет подходящего способа объяснить, почему он чувствует себя более уверенным в этом, чем когда-либо, но пока ничего не предпринимает в соответствии с этим знанием. Он всё ещё думает, не пойти ли ему в гей-бар или что-то в этом роде и не попробовать ли кого-нибудь подцепить. Может быть, скачать Grindr, просто чтобы попробовать, но идея окунуться во всё это с кем-то, кого он не знает, определенно не очень привлекательна. А после того, что случилось с Генри… Нет. Он не думает об этом придурке. Генри и его чёртов магазин и так занимают достаточно места в его голове; он не может вторгаться и в эту часть его жизни. Алекс слишком отвлекается, переживая за Генри, поэтому не обращает должного внимания, когда кто-то оказывается прямо у него на пути. Обычно у него бывает достаточно места, чтобы свернуть, но вместо этого он врезается прямо в незнакомца, и инерция столкновения заставляет его отскочить от чего-то твёрдого и растянуться на бетоне. Боль вспыхивает в его предплечье и колене, и он ругается на чём свет стоит, не заботясь о том, что кто-то ещё может услышать. - О Боже, мне так жаль, я тебя не заметил, - говорит человек с сильным акцентом, который кажется до боли знакомым. Алекс переворачивается и пристально смотрит на мужчину, которого, по-видимому, вызвали его мысли. - Чёрт возьми, это ты, - восклицает Генри, когда видит, с кем столкнулся, он слишком расстроен таким поворотом событий, учитывая, что не он сейчас истекает кровью на земле. В вязаном свитере и джинсах он выглядит раздражающе мягким, его светлые волосы падают на лицо. У его ног сидит послушный бигль и не двигается, когда Генри наклоняется, чтобы помочь Алексу подняться. - Давай я... - Отвали, - огрызается Алекс, отталкивая его руку и поднимаясь на ноги, но слегка спотыкается, пытаясь опереться на ушибленное колено. К несчастью, он налетает прямо на Генри, который обхватывает его за талию, чтобы он не упал. На мгновение Алекса окутывает мягкость свитера Генри, тепло его рук, запах свежескошенной травы и постельного белья, и его сердце, и без того бешено колотящееся, подскакивает прямо к горлу. Но затем он отталкивает Генри и снова отступает назад, чтобы восстановить дистанцию между ними. - Чёрт возьми, почему ты, блядь, не смотришь, куда идёшь? - рычит Алекс, глядя на свои исцарапанные предплечье и колено. По его голени стекает струйка крови, и ему чертовски больно опираться на неё. - Извини, я посмотрел на дорожку, прежде чем на неё выйти, - резко отвечает Генри. - Ты вылетел из-за угла на полной скорости. Это общая дорожка, знаешь ли. - Ну естественно, это я облажался. На лице Генри появляется выражение, которое Алекс назвал бы раскаянием, если бы не знал его лучше. - Я искренне сожалею об этом. Ты сможешь идти? Ты живёшь поблизости? - Я живу над магазином, - говорит ему Алекс. Он снова пытается сделать шаг, и ему это удаётся, но это не очень приятно. - Я просто возьму такси. - Позволь мне... - Я думаю, ты сделал достаточно, - перебивает Алекс, злобно сверкая глазами. - Теперь можешь идти. Ты больше не нужен. - Верно, - говорит Генри, и его лицо снова становится непроницаемым, когда он выпрямляется. - Ну что ж. Всегда рад с тобой встретиться, Алекс. Мудак.

*****

Ситуация на складе плачевная. Алекс провёл всё утро, просматривая излишки товара и прикидывая, какие книги они могли бы пожертвовать приюту Оконджо в этом году. Это то, что они делали последние два года во время каникул; несмотря на то, что многие дети из приюта приходят в магазин почитать, не все из них могут регулярно бывать на Манхэттене, и в любом случае в книге, которая принадлежит тебе лично, есть что-то особенное. Обычно Алекс оплачивает такси, чтобы Кайл отвозил коробки после одной из своих смен, но в этом году он хочет поехать сам. Он никогда не был в приюте, и ему кажется, что это то, что он должен изменить. В некоторые годы у них не так много излишков, и тогда выбор более ограничен. В этом же году… ну, на самом деле это не проблема. Алекс уже месяц не делал заказов на пополнение запасов, но у них всё ещё много товара. Это шоковое визуальное напоминание о том, как тяжело им приходится всего через три недели после открытия магазина Маунткристен. Он хочет верить, что это временно, как он и сказал Норе и Кайлу, что их клиенты вернутся. Он также хочет отправить электронное письмо Г. и немного поныть, надеясь, что Г. знает, что сказать, чтобы снова собрать его воедино. Звук шагов за спиной отвлекает его от мрачных мыслей, и, обернувшись, он видит в дверном проёме Нору. Она стоит, опираясь на косяк и скрестив руки на груди. - Что ты здесь делаешь? - Думаю, что мы можем пожертвовать приюту в этом году. Нора хмурится. - В самом деле? Тебе не кажется, что сейчас, возможно, не самое подходящее время для раздачи товаров? - Это важно, - ровным голосом говорит Алекс, снова поворачиваясь к стеллажам. - Знаю, тебе нравится это делать, но я говорю тебе, что магазин не может себе этого позволить. - Я заплачу за всё из своего кармана. - Послушай, я уверена, они поймут... - Это важно, Нора, - огрызается Алекс. Он сжимает руки в кулаки и опускает голову, закрывая глаза. - Это важно для меня. Тишина, которая наполняет комнату вокруг них, оглушает. На мгновение Алекс думает, что она ушла, но тут она задевает его плечом, и когда он поворачивается, чтобы взглянуть на неё, то видит, как она выгибает бровь. - Семьдесят два процента вероятности, что это не из-за книг, - проницательно замечает она. - Что происходит на самом деле, Алехандро? - Я почти уверен, что я бисексуал, - выпаливает Алекс, сам того не желая. Всё ещё немного странно произносить это слово вслух, но оно не кажется неправильным. Нора моргает, глядя на него. Она не выглядит особенно удивлённой. - Хорошо, - осторожно произносит она. - Что-то конкретное заставило тебя сделать такой вывод? Алекс вздыхает. - Ты знаешь моего друга Г.? - Конечно, - кивает девушка. - Думаю, я, возможно, влюбляюсь в него, - произносит он, так быстро, что слова просто невозможно разобрать. Он, конечно, раньше не говорил об этом вслух — и даже не признавался самому себе в этом, — но от этого его слова не становятся менее правильными, чем его ориентация. Он знает, что ему не безразличен Г., что он хочет постоянно с ним разговаривать, что у него заметно портится настроение, если они несколько дней не переписываются по электронной почте. Иногда ему кажется, что достаточно одного толчка, чтобы он сорвался с обрыва. - Ладно... - медленно произносит Нора. Кажется, для неё всё это не новость, и он не знает, как к этому отнестись. - И был один парень, - продолжает он, потому что может рассказать ей всё. Как бы Алексу не хотелось не думать о Генри, он не может отрицать его роль во всём этом процессе. - Он был действительно чертовски привлекательным. Мне нравилось с ним флиртовать. Я мог бы… представить себя с ним. Это, по крайней мере, разожгло интерес Норы. - Мило, - говорит она с одобрительной улыбкой. - Итак, ты уже пригласил его на свидание? Короткий, горький смешок вырывается у него прежде, чем он успевает его сдержать. - Нет. - Почему, чёрт возьми, нет? - спрашивает она в замешательстве. - Потому что ничего бы не вышло. - Не понимаю, как ты можешь знать это, не сходив ни на одно свидание, - настаивает Нора. Алекс раздраженно фыркает. - Потому что я знаю. Понятно? - Хорошо, ну, а как же тогда Г.? - настаивает она. Прямо сейчас Алекс глубоко сожалеет, что рассказал ей о своем открытии, что Г. тоже живёт в Нью-Йорке. - Если ты в него влюблён... - Я сказал, что я, возможно, нахожусь в процессе влюбленности, - тщетно пытается он поправиться. - ...тогда почему бы тебе не встретиться с ним и не выяснить это? - Послушай, дело не в парне и не в Г., - огрызается Алекс. Он делает глубокий вдох, от которого у него перехватывает дыхание, и на этот раз она ждёт, пока его отпустит. - Дело в том, что это, — он указывает на коробки с книгами, — не просто какое-то доброе дело. Это сообщество, к которому я принадлежу. В этом году мне нужно это сделать как никогда. Что-то застревает у него в горле, и следующие слова с трудом слетают с его губ. - Потому что, что, если это последний год, когда я могу это сделать? Он пристально смотрит на книги, не желая встречаться с ней взглядом, но краем глаза замечает, как смягчается её поза. Мгновение спустя одна из её тонких рук обвивает его талию, и она заключает его в объятия, прижимаясь к нему всем телом. Несмотря ни на что, Алекс чувствует, как напряжение в его теле спадает, когда он обнимает её за плечи. Да, возможно, его жизнь рушится, но в некотором смысле он никогда не чувствовал себя так комфортно в своей собственной шкуре. Он - часть этого сообщества, и он собирается сделать как можно больше хорошего, пока ещё может. - Я поняла, - бормочет Нора, уткнувшись ему в грудь. Они стоят так ещё несколько долгих минут, затем она откидывает голову и снова осматривает склад. - Тебе нужна помощь?