Глава 25 "Священные Механизмы"
10 сентября 2025 г., 16:00
Эрешкигаль практически спряталась за рукав платья:
— Это звучит... ужасающе...
— Так и было, — спокойно сказал Кадзуя. — Три фракции были вынуждены объединиться, чтобы предотвратить катастрофу ещё хуже. В конце концов Бог пожертвовал собой, чтобы запечатать обоих драконов внутри Священных Механизмов — реликвий, в которых заточены их души. Теперь они известны как Усиляющий Механизм и Божественное Разделение.
— Б-Бог... умер?.. — прошептала Эрешкигаль, будто одно произнесение этих слов было грехом.
Иштар скрестила руки, надула щёки и выдала свой фирменный капризный божественный взгляд:
— Что за Бог такой, раз умер вот так? В мои времена он бы и двух минут не продержался от небесного быка! Слабак!
Кадзуя приподнял бровь:
— От тебя я именно этого и ожидал.
Эрешкигаль молчала. Её красные глаза медленно опустились, будто она услышала имя кого-то, кого когда-то знала.
— Даже если он из другой мифологии... он вёл множество жизней. Знать, что его больше нет... будто что-то, что мы защищали, сломалось. Такое хрупкое...
Иштар фыркнула. Классика.
— Уф, опять пошли твои грустные речи. Эреш, ну обязательно каждый раз впадать в режим «трагическая поэзия»?
— Прости, что у меня есть сочувствие, — ответила Эрешкигаль с милым надутым личиком.
— Но мне вот интересно, — продолжила Иштар. — Что за враг мог победить этого «Бога»?
— Трихекса, — произнёс Кадзуя, словно уронил бомбу. — Император Зверей Апокалипсиса. Оно хотело одного — полного уничтожения. Бог сражался с ним, но был вынужден использовать почти всю свою силу, чтобы его запечатать. Он вступил в войну обессиленным... и погиб.
Даже Иштар замолчала. На полсекунды. Пол. Секунды.
— Ладно... этот Трихекса точно попадает в мой список «держаться подальше», — сказала она с нервным смешком.
— После этого, — продолжил Кадзуя, — три фракции отступили. Сейчас у них Холодная война. Без прямых атак, но и без объятий.
Эрешкигаль подняла руку, всё ещё с выражением, будто только что посмотрела историческую драму с трагическим финалом:
— А... лидеры?
— У демонов теперь новые Владыки: Сазекс Гремори в роли Люцифера, Аджука — Бельфегор... ой, — он поправился, — Беэлзевул, Серафолл Ситри — Левиафан, Фалбиум — Асмодей. У ангелов — Михаил. Падшие остались с Азазелем.
— А теперь о тех Священных Механизмах, что я упоминал... — сказал он. — Их создал Бог и дал людям. Одни лечат, другие взрывают всё подряд. Самые сильные называются Лонгины — уникальные артефакты, способные убивать богов. Если у тебя такой и ты проиграл... ну, прощай.
— Прямо как Благородный Фантазм! — воскликнула Иштар с восторгом.
— Почти, — кивнул Кадзуя. — Только люди или полулюди могут с ним родиться. Ангелы и демоны тоже могут получить механизм... если воскресить человека, у которого он был. Падшие ангелы даже разработали жуткий ритуал, чтобы воровать механизмы у других.
Иштар закатила глаза:
— Классика. Не могут создать — крадут.
— У этих артефактов есть продвинутая форма — Крушитель Баланса, — объяснил Кадзуя. — Финальная стадия. Активируется, когда носитель испытывает нечто сильное. Мощные эмоции, жертву... говорят, это ошибка в божественной системе.
— Ошибка? — Эрешкигаль наклонила голову, заинтересованно. — Но... разве это не... красиво? Система, что откликается на человеческое сердце. Даже созданная Богом система... не смогла проигнорировать наши чувства.
Иштар фыркнула ещё громче:
— Красивая? А я бы назвала это ленью в проектировании.
— Эй! А мне показалось, что это поэтично! — вспыхнула Эрешкигаль, надув губки.
— А что за эти Лонгины? — спросила Иштар, моментально переключившись в режим «коллекционера смертоносных артефактов».
— Это элитные Механизмы. Каждый уникален, обладает множеством способностей и способен убить бога. Их называют инструментами, что уничтожают Бога. Всего их тринадцать. Первый — Истинный Лонгин.
Обе замолчали. Редкий случай.
— Оружие, что может убивать богов... и его случайно отдают людям? — присвистнула Иштар. — Кадзуя, дай мне один. Ну пожалуйста. Хочу самый маленький.
Эрешкигаль посмотрела на него, покраснела и почти запнулась:
— У т-тебя... он есть? Не то чтобы мне любопытно! Просто... волнуюсь, вот!
Кадзуя улыбнулся. Режим «загадочный герой» активирован.
— Оставлю это на ваше воображение.
Иштар прищурилась с подозрением:
— Это было «да», замаскированное под «не твоё дело», да?
— Или «я настолько крут, что мне незачем отвечать», что ещё хуже, — добавила она, театрально скрестив руки.
— Вы меня хвалите или пытаетесь выведать секреты? — Кадзуя ухмыльнулся так, что это одновременно раздражало и очаровывало.
— Зависит, — ответила Иштар с озорной улыбкой. — А если я скажу, что ты самый потрясающий человек, которого я когда-либо встречала, дашь мне Священный Механизм?
— Нет, — ответил он без малейшей паузы.
— Чёрт.
Эрешкигаль закатила глаза:
— Ты правда думала, что это сработает?
— На половине месопотамских богов сработало. Подумала, попробовать стоит, — без стыда отрезала Иштар.
Кадзуя покачал головой:
— Ладно, вернёмся к сути. Не каждый носитель Священного Механизма знает, что у него он есть. Некоторые так и не пробуждаются. Другие проявляются в момент опасности. И чем сильнее артефакт — тем большей целью ты становишься.
— И как обычный человек с этим справляется? — искренне спросила Эрешкигаль.
— Большинство — никак, — пожал плечами Кадзуя. — Они живут обычной жизнью... пока над школой не появляется падший ангел и не пытается вырвать у них душу.
— Типично. Но к делу... — Иштар почти в прямом смысле перелезла через него и устроилась у него на груди. — У тебя есть Механизм, и ты даже не даёшь мне поиграть с ним?
— Это точно не та игрушка, которую дают на время.
Эрешкигаль вспыхнула. Иштар расхохоталась с дьявольским весельем.
Утро ещё даже толком не началось...
Но часы это не волновало. Кадзуя бросил взгляд на мигающий красным цифровой будильник: 6:47.
Чёрт.
Он вздохнул, потер лицо:
— Ладно... пора выходить в реальный мир.
Девушки уставились на него так, будто он только что объявил об апокалипсисе.
— Ты уходишь? — спросила Эрешкигаль, приподнимаясь.
— У меня занятия... — пояснил Кадзуя, усаживаясь на край кровати и потягиваясь. — Школа. Это человеческое учреждение, которое медленно высасывает душу за двенадцать лет.
Иштар фыркнула:
— Пф, ты всё ещё притворяешься обычным школьником? Я бы отказалась из принципа.
— Ты вообще отказываешься вставать до полудня, — парировал он. Затем встал и начал небрежно снимать с себя одежду.
Молчание.
Иштар приподняла бровь, а на её лице появилась довольная ухмылка — как у кошки, заметившей игрушку:
— О? Сегодня даже не пришлось просить стриптиз.
Эрешкигаль застыла, глаза расширились, руки прикрыли лицо — но пальцы были раздвинуты:
— Ка-Кадзуя...!
Он, похоже, ничего не заметил. Прошёл к шкафу и начал спокойно надевать школьную форму с тем спокойствием, словно делал это всю жизнь в комнате с двумя богинями.
— Расслабьтесь, девочки. Я красивый, но не опасный.
— Не согласна, — прошептала Иштар, не отрывая взгляда. — Определённо опасный.
— На такое утреннее провоцирование должна быть божественная санкция... — пробормотала Эрешкигаль, её голос был приглушён, а уши ярко покраснели.
Кадзуя спокойно натянул брюки, затем взял белую рубашку и медленно стал её застёгивать.
— Вы пока останьтесь здесь, ладно? Я вернусь после занятий.
Иштар лениво потянулась на кровати, как заскучавшая богиня на троне:
— И что мы должны делать? Смотреть в окно, как собаки, ждущие хозяина?
— Вы богини. Придумайте что-нибудь. Только не разрушайте квартиру. — Он взял галстук, но передумал его надевать. — И никакой магии, превращающей диван в золотой трон, Иштар.
— Испортил всё веселье, — проворчала она.
Эрешкигаль наконец убрала руки от лица и тихо спросила:
— Ты... точно вернёшься сегодня?
Кадзуя посмотрел на неё с мягкой улыбкой:
— Конечно, Эреш. Я тебя не брошу, не волнуйся...
Богиня подземного мира снова покраснела, отвела взгляд и обняла подушку, словно она могла защитить её от такой обезоруживающей доброты.
Кадзуя уже стоял у двери, рюкзак за плечом, готовый встретить новый день в Академии Куо.
— Не уничтожайте мир до моего возвращения.
— Принеси мне драгоценностей или швейцарского шоколада — тогда подумаю... — выкрикнула Иштар, фыркая.
Дверь закрылась, оставив двух богинь в тихой комнате...
