Странный сосед сверху

Лололошка бежал. Казалось, этот кошмар длится вечность. Длинный коридор, казалось что он был отполированный до зеркального блеска, не имел конца, уходя всё дальше и дальше. Стук его сердца глухо отдавался в ушах, смешиваясь с прерывистым дыханием. По бокам иногда попадались тёмные двери, отчётливо выделяясь на фоне однотипного покрытия стен,а за приоткрытыми дверями были комнаты(хотя можно ли вообще назвать их так?Ло и сам не до конца понимал где он и что происходит вокруг него) состоящие из его же прошлых воспоминаний. Боковым зрением он успевал заметить знакомый порог своего старого дома, уловить запах химических веществ из до боли знакомой лаборатории. В щелочке следующей двери промелькнули улицы родного города, искаженные предательскими слезами, какже они были некстати в тот момент. Затем холодная, до тошноты пахнущая антисептиком больничная палата, в которой он провел достаточно много времени, когда был ещё маленьким. Из каждой приоткрытой двери, из самой глубины этих видений, доносился навязчивый, преследующий, неприятный скрип старых дверей, а после шёпотом звучало: «А что, если бы ты тогда..» Парень хотел закричать, но его голос пропадал в бесконечном коридоре из зеркал. Он пытался бежать быстрее, выжать из себя и своего тела последние силы, заставляя насильно двигаться вперёд,во тому неизвестности. Но вскоре почувствовал, как ноги становятся ватными, практически неуправляемыми. Тьма впереди начала сгущаться, теряя свою абстрактность. Она обретала плотность, тягучесть, будто превращалась в черную смолу. Воздух стал густым и сладковато-горьким, им было трудно,да даже невозможно дышать! Какже парень ненавидил всё это. И вот, из этой тьмы стали возникать силуэты. Это были не люди и не монстры, а скорее что-то аморфное представляющее из себя самые неприятные и стыдные воспоминания из всех. И так одно за другим они всплывали из темноты, не делая ни звука. Они просто стояли, слегка покачиваясь, и смотрели, хотя как они могут смотреть на него?Это всё из-за разыгравшейся фантазии. Их взгляды, пустые и неотрывные, были тяжелее любого удара,они мешали ему нормально думать,а нехватка кислорода совсем не помогала в этой звенящей тишине. От их молчания становилось не по себе. Образы продолжали всплывать а голове и Лололошка никак не мог прекратить их видеть. Сомнения пульсировали в висках, сжимаясь в единый, пронзительный звон,голова начинала раскалыватся. Звон в голове становился невыносимым, от него хотелось биться головой о стены, лишь бы на секунду заглушить этот адский гул в ушах. «Может, всё же я зря переехал?». Пронеслась очередная мысль.–«Может, надо было остаться с ним и Ричардом?» Сознание затуманивалось, тело вообще перестало его слушать и парень замер на месте. Как же он устал. Устал бежать, устал бояться, устал от самого себя, но сейчас нельзя сдаваться. Ему просто, хотелось, начать все с чистого листа без всяких своих дуратских кошмаров и постоянно нагнетающих мыслей. Внезапно гул сменился смехом. Сначала тихим, едва слышным, потом громче, наглее,он сильно бил по уставшему и истощённому. Он дёрнулся головой пытаясь прекратить эти издевательства. В голове звучали и подхватывали всё новые и новые голоса, пока вокруг не зазвучал хор издевательского, мерзкого смеха. Он въедался в мозг, царапал по нервам, не оставляя ни секунды передышки. –Хватит..–Выдавил из себя Лололошка, но его хриплый голос утонул в этом хоре, так и оставшись незамеченным. Смех не стихал. Он наоборот нарастал, становился физической болью, от которой голова вот-вот готова была расколоться на мелкие осколки. Сколько это продолжалось, он мог разве что только предполагать.–Минута, час, а может и больше?–Но в какой-то момент смех начал стихать,пока совсем не исчез, и перед ним, словно из воздуха, промелькнула знакомая фигура, которая шла впереди него, не оглядываясь назад. Лололошка лучше бы согласился не спать целыми днями напролет, лишь бы никогда больше не видеть его в своих кошмарах. Отчаяние сжало горло комом. Он почти полз, волоча за собой непослушные, свои одеревеневшие конечности. –Перестаньте!–Выдохнул он, и его собственный голос пропал в этом отвратительном балагане из его собственных мыслей. И в тот миг, когда сил совсем уж не осталось он увидел в конце коридора, там, где тьма должна была быть самой бездомной, стояла единственная, неприметная дверь. Она не мелькала образами, она ничем не выделялась от других дверей. Она была просто самой обычной дверью. И самое главное из-под неё не доносилось ни звука. Тишина манила, как единственное его спасение. Приложив все усилия, чтобы дойти до двери, его ладонь с силой уперлась в прохладную деревянную поверхность. Он ждал очередного воспоминания, нового удара по совести, но дверь была молчалива и нейтральна. Мысли наконец стихли, и эта внезапная тишина порадовала мироходца, хоть и на долю секунды. –«Вот он. Выход.»–Пронеслось в его голове с надеждой. Собрав последние силы, он нажал на ручку и толкнул дверь. Она бесшумно подалась внутрь. И тут его сердце остановилось. Когда он открыл дверь, парень увидел, что перед ним стоит зеркало во весь рост в массивной раме. В его отражении была такая же тьма. Но он чувствовал–там кто-то есть. Он не видел, но ощущал чье-то присутствие, полной немой неприязни. И из глубины зеркала, медленно, как призрак, проступило лицо. Не его. Лицо человека, чьи черты он знал еще с самого раннего детства, это был его отец. –Ну что?–Голос отца был низким, безжизненным, что не внушало особо доверия к нему,но он уже привык.–До сих пор пляшешь под дудку того самовлюблённого кретина? Лололошка попытался что-то сказать, но смог лишь беззвучно пошевелить губами. Комок страха и вины всё так же намертво застрял в горле. –Я смотрю на тебя–Продолжал он, и его губы изогнулись в холодной, нелицеприятной усмешке от которой Лололошке всегда становилось не по себе. –Девятнадцать лет. А ты всё то же маленькое недоразумение которое должно было стать нормальным человеком, а ты стал полным разочарованием в семье. Я всегда знал, что из тебя ничего путного не выйдет. –Прости...–Сказал Лололошка, и его собственный голос прозвучал жалостно и тихо, будто ему и вправду до сих пор десять лет и его отец вновь собирается наказывать за проступки. –Заткнись!Ты не имеешь право открывать рот!–Отрезало отражение мужчины, и тьма вокруг сгустилась, стала тяжелее.–Ты потерял на это право, когда предал свою семью. Когда вместо меня ты выбрал его. Слово «его» было произнесено с такой ядовитой ненавистью, что Лололошка почувствовал как его кожа покрылась мурашками от страха. — Но дядя Джон всё же наша семья,ты не можешь... –Брат твоей матери,он мне никто.–Поправил отец, будто отрицая любую возможность родства с ним.–Человек, который своими «умными» книжками и пустыми разговорами о своих нереальных идеях и экспериментах, украл у меня моего сына. Я запрещал тебе с ним общаться. Я видел, как он тебя развращает, как внушает тебе эти... эти бредовые идеи. Парню хотелось начать спорить с отцом, что тот не прав и то, что он сам не уделял никакого внимания ему, так как постоянно был на работе, не интересовался им, но это было бесполезно. ГеоргийТолько смотрел на него, ворча, что тот ничего не добьётся и говорил, что в будущем ему придётся так же пахать как и он, и только тогда Лололошка поймёт, что его папа делал всё ради него. Внутри всё еще были те самые обиды, когда тот игнорировал его существование, а сейчас нагло пытается внушить, что Лололошка предал его. –Он был умнее? Успешнее, да?–Голос скорее звучал как медленно затягивающая струна, которая вот-вот готовп ударитт тебя в спину.–Знаменитый ученый, а я что? Я простой человек, который работал до посинения, чтобы в этом доме была еда, а ты.. ты смотрел на него. Выбрал чужого дядюшку, потому что родной отец оказался недостаточно "интересным" для тебя. И после этого, ты называешь себя моим сыном? Позор и не более.–Ло снова был тем десятилетним мальчиком, разрывающимся между двумя дорогими ему людьми. — Он не плохо на меня влиял.–прошептал Лололошка, сжимая кулаки.–Ты даже не пытался понять его, ты только и делал, что запрещал мне с ним как либо общаться без каких либо причин. –Понять его?–отец фыркнул. –Да он просто легкомысленный выпендрежник, который запудрил тебе мозги, дурак! Готовил почву для того, чтобы ты вырос таким же безответственным глупцом, как он сам. Посмотри на себя! Кто ты теперь? –Ты думал, я просто так запрещал тебе с ним общаться?–Голос отца внезапно стал тише, но от этого стало еще страшнее.–Я пытался тебя защитить. Оградить от его влияния. А ты… ты предал меня. Ты виноват. Ты виноват в том, что я так и не дождался от тебя ни капли уважения в свою сторону. –Нет..–Прошептал он, закрывая лицо руками, пытаясь отрицать свою виновность.–Я не виноват. Ты сам всё испортил. –Ты мое главное разочарование.–Безжалостно донёсся голос из зеркала.–И я всегда тебе буду напоминать , чтобы ты никогда не забывал, кому ты обязан своим ничтожеством. –Сколько бы ты не отрицал, ты всегда будешь виновным.–После этих слов отражение отца поплыло и стало растворяться в зеркале не оставив ни следа, после чего у самого Лололошки начало все плыть перед глазами, так и не поняв, что этот кошмар уже закончился.