Дракон во тьме | Dragon in the dark

Грейнджер с самого утра была не в своей тарелке. Каждый раз, когда она смотрела на Драко, её щёки вспыхивали алым, и она тут же отводила взгляд. Он бы посчитал это забавным, если бы не был на неё так зол. Уизли вёл себя ещё хуже. Рыжий расхаживал по дому с утра так, будто он — король чёртова мира. Он полностью принял свой растрёпанный вид — торчащие во все стороны волосы, тонкая футболка и пижамные штаны, которые сидели слишком низко на его узких бёдрах — и всё утро на его лице сияла самодовольная ухмылка. Драко не раз до обеда ловил себя на том, что презрительно ухмыляется за спиной Уизли. Неужели этот тип не может вести себя хоть немного сдержаннее после своей победы в постели? Хотя бы ради самой Грейнджер? Возможность сбить с Уизли спесь представилась после обеда, когда Джинни предложила сыграть в Квиддич. Жаждущая обыграть брата, она позвала в команду Драко, оставив Рона в паре с Дином. Джинни превосходила брата во всём, но особенно — в Квиддиче. Это играло на руку Драко. К тому же, он и Джинни уже около месяца регулярно летали один на один, минимум раз в неделю. Драко знал, как она летает и на что способна на метле. Рыжеволосая девчонка наконец перестала сверлить Драко злобным взглядом, когда поняла, что он — единственный приличный партнёр по полётам в доме. Постепенно между ними установилась та же осторожная вежливость, что и между ним и Грейнджер. Уизли был неплохим вратарём, но он явно подрастерял форму и не мог тягаться с мастерством Джинни, играющей в роли загонщика. Чем больше очков она набирала против брата, тем сильнее тот раздражался. Вскоре его лицо стало того же цвета, что и его бордовый свитер — от усталости и злости. Через двадцать минут счёт был 40:10 в пользу команды Драко. Джинни передала ему квоффл, и он рванул через сад к кольцам, которые они магически нарисовали в воздухе. Драко развернулся на метле, чтобы обойти Дина. Уже почти на расстоянии броска, он подправил хват, готовясь к удару, когда в него вдруг врезался размытый комок бордового цвета и рыжих волос. Весь воздух вырвался из лёгких, и он полетел вниз, срываясь с метлы. Он приготовился к удару о землю и неизбежным переломам. —Arresto Momentum! — закричал кто-то в панике. Падение замедлилось, и он мягко приземлился на траву. Лёжа на спине, он начал проверять своё тело. Осторожно пошевелил пальцами на руках и ногах, потом запястьями, лодыжками, коленями и локтями. Ничего не сломано, но бок жутко болел. Он закашлялся, вздрагивая от острой боли, пронзившей грудную клетку. Грейнджер опустилась рядом на колени. — Ты ранен? — спросила она, испуганно осматривая его тело. Она тяжело дышала, и Драко подумал, не бежала ли она к нему. — Нет, чувствую себя фантастически, — прохрипел он, прижимая руку к боку. Грейнджер осторожно отодвинула его руку и начала медленно нажимать пальцами на каждое из его рёбер. Когда она добралась до четвёртого сверху, он вздрогнул и резко втянул воздух сквозь зубы. — Это было нарушение, Рон! — закричала Джинни, приземлившись и зло указывая на брата. — Я просто играл в защите, — возразил Рон, всё ещё летая кругами над ними. — С ним всё в порядке. Просто продолжим игру. — Думаю, у тебя сломано ребро, — пробормотала Грейнджер с неодобрением. — Повезло, что он меня не убил, — процедил Драко сквозь зубы. — Не драматизируй. Ты был не так уж высоко от земли, — закатила глаза Грейнджер. — Тогда зачем ты меня замедлила? — Чем сильнее падение, тем больше костей мне придётся сращивать. Мотивы были сугубо эгоистичными, уверяю тебя, — сказала она, глядя ему в глаза с усмешкой. Он рассмеялся — и тут же пожалел об этом, когда боль пронзила его рёбра снова. — Пойдём, приведём тебя в порядок. Встанешь? С помощью Грейнджер Драко с трудом поднялся на ноги, кривясь от боли. — Значит, вы сдаётесь? — крикнул им вслед Уизли, пока Драко, прихрамывая, шёл к дому. — Ты с ума сошёл?! — вспылила Грейнджер. — Мы выиграли, Рон! — закричала Джинни, догоняя Драко и Грейнджер на крыльце. — Не будь таким занудой, проигрывать тоже надо уметь! Грейнджер проводила Драко до дивана и помогла ему лечь. — Гермиона отличный лекарь. Она быстро тебя приведёт в порядок, — заверила его Джинни с улыбкой. — Жаль, что Рон уезжает завтра. Я бы с удовольствием устроила матч-реванш, чтобы Грифферин как следует надрал ему зад. — Грифферин? — переспросил Драко. — Гриффиндор… Слизерин, — объяснила Джинни, указывая сначала на себя, потом на него. — Грифферин. Я подумала, это хорошее имя для нашей команды. Драко задумался на секунду. — Думаю, мне бы больше понравился Слизиндор, — усмехнулся он. Джинни рассмеялась. — Конечно бы понравился, но название придумала я, так что и первая в нём буду я. — С этими словами она вернулась через кухню обратно в сад. Драко снова посмотрел на Грейнджер, которая нахмурилась: — Снимешь рубашку, пожалуйста? — попросила она, и её щёки слегка порозовели. Аккуратно стянув свитер через голову, он заметил, как по его боку уже расползается ужасный фиолетовый синяк. Грейнджер прикусила губу и достала палочку. Она пробормотала несколько заклинаний, которые Драко не узнал, а затем сказала: — К счастью, лёгкое не пробито. Только сломанное ребро. Я зафиксирую его заклинанием, потом нанесу мазь от синяков и дам зелье, которое ты выпьешь — оно ускорит сращивание кости. Драко кивнул. — Заклинание будет болезненным, но боль продлится недолго, — предупредила она, направляя палочку на сломанное ребро. — Готов? — Просто сделай это, — прорычал Драко сквозь стиснутые зубы. Грейнджер пробормотала заклинание, и раздались громкий хруст и вспышка боли. Он закричал: — Блядь! — Я же предупреждала, — тихо сказала Грейнджер с извиняющейся улыбкой. — Сейчас принесу зелья. — Она встала и поспешила наверх, вернувшись через минуту с маленьким флаконом, баночкой бледно-жёлтой мази и бинтами. Она вынула пробку из флакона и протянула его Драко. — Выпей это. Он подчинился, с трудом подавив кашель от жгучей жидкости. Грейнджер села на край дивана и сняла крышку с баночки. Она зачерпнула немного мази пальцами и начала аккуратно втирать её в его ушибленный бок. Он дёрнулся от её прикосновения, и она тут же отдёрнула руку: — Прости. Больно? Драко покачал головой: — Нет, — прошептал он. Её янтарные глаза на мгновение встретились с его, прежде чем снова опуститься к синяку. Она водила пальцами по коже круговыми движениями, добавляя больше мази на самые тёмные участки, несколько раз возвращаясь к баночке за новой порцией. Драко прочистил горло: — У твоего парня характер не сахар, Грейнджер. Её пальцы на секунду замерли: — О… — пробормотала она неловко, снова возобновив движения. — Эм… Рон мне не… — Она запнулась, и по её шее пополз румянец. — Мы не… — Она убрала руку и закрыла баночку. — Он просто очень азартный, вот и всё, — сказала она, и Драко задумался, действительно ли речь шла всё ещё о квиддиче. Она потянулась за бинтами. — Можешь сесть? Я хочу перебинтовать тебе рёбра, чтобы мазь лучше впиталась и чтобы повязка могла немного поддержать грудную клетку, пока кость полностью не заживёт. Драко с усилием сел прямо и поднял руки, позволяя Гермионе обмотать его бинтами. — Джинни выглядела очень уверенной в твоих целительских способностях. Ты правда думаешь, что ты настолько хороша? Грейнджер приостановилась и усмехнулась: — Я не хороша. Я лучшая, — поддразнила она. Он закатил глаза, и она продолжила бинтовать. С каждым кругом ей приходилось наклоняться ближе к нему, чтобы обернуть бинт вокруг его торса, и её волосы щекотали его грудь. Он затаивал дыхание, пока она не выпрямилась и не зафиксировала бинт заклинанием. — Всё готово, — объявила она. — Как чувствуешь себя? Драко сделал глубокий вдох и наклонился в стороны, проверяя зажившее ребро. Было немного болезненно, но определённо лучше, чем до этого. — Намного лучше, — заключил он. Гермиона поднялась и собрала баночку с мазью и пустой флакон. — Всё заживёт через день-два. Если синяк завтра ещё будет сильно выражен, я принесу тебе ещё мази. Драко кивнул и натянул свитер через голову. — Спасибо. Грейнджер отмахнулась: — Не стоит. — Гермиона, — раздался резкий голос Рона с кухни. Голова Гермионы тут же поднялась, и её щёки слегка порозовели. — Можем поговорить? Настроение Драко снова испортилось, когда она поспешила к нему. — Ещё один день, — подумал Драко. — Ещё один день, и этот рыжий снова уедет. Снова уйдёт на свои заграничные миссии для Ордена. Если он собирался дожить до этого дня, не задушив Уизли, ему явно стоило избегать этого рыжего ублюдка. Он поплёлся наверх и вернулся в свою комнату, решив как можно меньше контактировать с остальными обитателями дома в ближайшие часы. Тем вечером обитатели дома Лонгботтомов вместе отправились в Штаб на еженедельное собрание Ордена. Драко, как обычно, занял своё место у дальней стены в столовой. Сегодня Джинни села справа от него, а Чжоу — слева. Обе ведьмы болтали через него о Квиддиче и своих недавних миссиях, время от времени вовлекая и самого Драко в разговор. Казалось, с каждым собранием его встречали всё с меньшей враждебностью и подозрением. Это несомненно радовало Драко. Так ему было куда легче просто сидеть тихо и слушать, надеясь услышать хоть что-то о своей матери, Тео или Пэнси. — Многие из вас уже знают о сражении, которое произошло вчера в Бибери, — начал Шеклболт, когда рассказал обо всех неотложных делах. — Нам удалось задержать нескольких Пожирателей Смерти. Один из них, по имени Снайд, был оглушён после боя Малфоем. Сегодня утром его допросили под действием Веритасерума. Он не дал нам много информации. Похоже, он находился слишком низко в иерархии, чтобы иметь доступ к действительно ценным сведениям. Взгляд Министра скользнул по столу, прежде чем он продолжил: — Однако мы узнали, что его направили в Бибери не для участия в бою, как остальных, а с целью покушения на одного из наших. Многие взгляды обратились к Поттеру, который, казалось, уже морально подготовился к тому, что его вновь кто-то хочет убить. — Гермиона, — сказал Шеклболт. — Похоже, целью была ты. Рот Грейнджер приоткрылся, глаза расширились от удивления. В комнате пронёсся ропот потрясённых голосов. — Я, сэр? — пролепетала Гермиона. — Но почему? — Я не знаю. Более того, Снайд тоже не знал, — объяснил Шеклболт. — Похоже, ему не сообщили, зачем именно ему нужно было тебя убить. Он просто выполнял приказ Долохова. Глаза Грейнджер на мгновение метнулись к Драко, и он практически увидел, как в её голове роятся мысли и строятся теории. Она тут же отвела взгляд и снова посмотрела на Министра. — Что мне делать? — спросила она. — Я хочу назначить тебе охрану на ближайшее время. Пока мы не выясним, почему именно ты стала целью, нам придётся быть предельно осторожными. Ты не будешь участвовать ни в одной потенциально опасной миссии. Ты знаешь, какова твоя основная задача. Это ясно? Драко наблюдал, как осознание озаряет лицо Грейнджер. Она серьёзно кивнула. Что это было? В чём заключалась её «основная задача»? Неужели именно поэтому Долохов поручил ему устранить её? Хотя он и не собирался рассказывать Грейнджер, насколько близок был к тому, чтобы сделать её ещё одной своей жертвой… Шеклболт снова обратился ко всем в комнате: — Если у кого-то есть идеи, почему именно Гермиона стала целью, немедленно сообщите мне. Сейчас я зачитаю, кто в каком доме будет жить, а потом хочу поговорить с Гермионой, а также с Гарри, Чарли, Биллом и Драко о мерах по её защите. Драко моргнул. Шеклболт хочет, чтобы он входил в состав её охраны? Министр знал, кем Драко был среди Пожирателей Смерти — и всё равно хотел, чтобы он охранял Золотую Девочку? Шеклболт достал из мантии свиток и развернул его. Один за другим он зачитал, кто где будет жить на этой неделе. Драко вновь оказался в доме Лонгботтомов с Грейнджер, Поттером, Финниганом и Лавгуд. Как только министр распустил остальных, Драко впервые подошёл к столу и сел за него. Он сел напротив Грейнджер, которая не поднимала глаз. Один из её пальцев рассеянно водил туда-сюда по небольшому сколу на деревянной поверхности. Уизли тем временем спорил с Шеклболтом, настаивая, чтобы его включили в обсуждение по защите Грейнджер. — Нет, — твёрдо сказал Шеклболт. — Это совещание только для её охраны. Учитывая, что ты завтра утром уезжаешь в Финляндию, ты не подходишь. — Пожалуйста, сэр, — настаивал Рон, лицо его раскраснелось от злости. — Абсолютно нет. Если ты будешь владеть этой информацией и попадёшь в плен, это поставит Гермиону под ещё большую угрозу. Мы должны держать круг узким. А теперь, если не возражаешь… — Министр указал на дверь и посмотрел на Уизли строго. Нахмурившись, Рон вышел из комнаты, хлопнув дверью чуть громче, чем было необходимо. Шеклболт взмахнул палочкой, магически запечатывая и заглушая помещение. — Итак, — начал он, усаживаясь во главе стола. — Я надеюсь, что присутствие мистера Малфоя поможет прояснить некоторые вещи. У Драко скрутило живот, когда все мужские взгляды обратились к нему. Неужели Шеклболт собирался раскрыть всем, что он был убийцей? Грейнджер всё ещё не поднимала взгляда от царапины на столе. Её лоб был нахмурен — казалось, она напряжённо размышляла. — Тебе что-нибудь известно о том, как они могут планировать нападение? — спросил Шеклболт. Драко поёрзал на стуле, подбирая слова. — Я знаю, что Пожиратели Смерти считают объекты Ордена неприступными. Думаю, они не знают, где расположены наши убежища и штаб-квартира, а значит, не смогут добраться до Грейнджер, пока она там. — Он сделал паузу, оглядывая стол, прежде чем продолжить. — Святой Мунго уязвимее, так что ей определённо нужно будет обеспечить защиту во время работы. Это было бы крайне рискованное нападение, учитывая, насколько это публичное место, но если они тренируют таких идиотов, как Снайд, на роль убийц — всё возможно. Честно говоря, она будет наиболее уязвима по пути в больницу и обратно. Там она будет на улице и одна. Если Грейнджер пока не будет участвовать в миссиях, тогда дорога до Святого Мунго и обратно — лучший шанс для атаки. Драко откинулся на спинку стула, давая понять Шеклболту, что он закончил. Спустя секунду Грейнджер резко подняла голову, глаза её расширились от внезапного осознания. Она немного наклонила голову набок, глаза сузились, губы приоткрылись, и она едва слышно вдохнула, прежде чем снова закрыть рот и отвести взгляд. — Я посмотрю, что можно сделать для того, чтобы обеспечить тебе более безопасную дорогу, Гермиона, — сказал Шеклболт, покачав головой. — Вероятно, нам следовало заняться этим ещё давно. Также я хочу, чтобы кто-то из этих волшебников находился рядом с тобой всё время. — Сэр, а это действительно необходимо? — спросила Грейнджер. — Наверняка у них есть дела поважнее. Шеклболт нахмурился. — Угроза в твой адрес крайне серьёзна, Гермиона. Если бы не быстрая реакция мистера Малфоя, ты, возможно, уже была бы мертва. Щёки Грейнджер порозовели, и её затуманенный взгляд вновь скользнул в сторону Драко. — Мы сделаем всё, что необходимо, чтобы обеспечить твою безопасность, и я ожидаю, что ты будешь соблюдать те протоколы, которые мы утвердим сегодня. Это ясно? Грейнджер кивнула: — Да, сэр, — пробормотала она виновато. Следующий час пятеро волшебников и Грейнджер обсуждали детали её охраны. Драко был назначен на первые три дня, после чего его должен был сменить Поттер. Они должны были чередоваться, по три дня каждый, наблюдая за Грейнджер, пока не станет ясно, что угроза её жизни устранена. Драко мысленно приготовился к тому, что угроза может сохраняться вплоть до конца войны. Когда Шеклболт распустил их, Драко встал и подождал, пока к нему присоединится Грейнджер. Она какое-то время возилась со своей сумкой, несколько раз бросая на него взгляды, прежде чем наконец подняться и подойти к двери, чтобы встретиться с ним. — Готова идти? — спросил он немного грубовато. Перспектива присматривать за Грейнджер не вызывала у него особого восторга. Он только-только почувствовал вкус свободы, а быть её телохранителем казалось ему очередной формой заключения. По крайней мере, дежурить ему предстояло всего три дня. Грейнджер кивнула и поспешила выйти за дверь. Лавгуд и Финниган ждали их у камина. Как только Поттер догнал их, держа в руках Портключ, выданный Шеклболтом, все пятеро собрались вместе и были перенесены в дом Лонгботтома. Драко провёл около двадцати минут, накладывая чары на комнату Грейнджер вместе с Поттером. Если кто-то попытается войти в её спальню или если она сама попытается улизнуть, Драко будет оповещён до окончания своей смены. Грейнджер хмурилась, пока они работали. — Мне теперь вообще никакой личной жизни не останется? — пробурчала она. Повернувшись к ней, Драко посмотрел на неё серьёзно: — Комната всё ещё твоя. Ты можешь приходить и уходить, когда захочешь, мы просто должны знать, где ты находишься. Мы предполагаем, что убежища достаточно надёжны, но стопроцентной уверенности быть не может. — Думаю, всё, — объявил Поттер, убирая палочку и отступая от двери в спальню Грейнджер. — Я наложил чары и на окно. — Спасибо, — проворчала Грейнджер, проходя мимо них в свою комнату и захлопывая за собой дверь. Грейнджер определённо будет очаровательной радостью для охраны. Драко закатил глаза и спустился по лестнице вместе с Поттером. Двое волшебников вошли на кухню, и Драко с тяжёлым вздохом опустился на стул за столом. — Выпьешь? — предложил Поттер, доставая из шкафа бутылку огневиски. — Разве ты не должен говорить мне, чтобы я оставался трезвым, если я на дежурстве? — заметил Драко, наблюдая, как Поттер ставит на стол два пустых стакана. — Один глоток тебя не убьёт, — рассудил Поттер, разливая напиток по бокалам. — Или ты у нас слабак? Драко поднял взгляд на Аврора и увидел лёгкую усмешку на его губах. Закатив глаза, он просто поднял бокал и сделал глоток. Янтарная жидкость согрела горло и немного успокоила мысли. — Слушай, Малфой, — сказал Поттер, усаживаясь напротив. — Я знаю, что тебе плевать на Гермиону. Не знаю, почему Кингсли решил включить тебя в её охрану, но я надеюсь, что твои личные чувства к ней не повлияют на твою ответственность. Личные чувства… Драко задумался над этими словами. Ненавидит ли он Грейнджер так же сильно, как в начале? Возможно, уже не так яростно, но он всё равно отказывался даже допустить мысль, что у него может быть хоть какая-то симпатия к ней. Она всё ещё была всезнающей занудой, в конце концов. Но позволит ли он Пожирателям смерти убить её? Нет. Теперь его работа — защищать её, и он намерен выполнять её как следует. — Поттер, можешь не волноваться. Грейнджер не погибнет, пока я на дежурстве. Даю слово, — пообещал Драко. Поттер несколько секунд внимательно изучал его лицо, а потом кивнул: — Думаю, мне не нужно говорить тебе, что с тобой будет, если ты лжёшь, — предупредил он. — Нет, Поттер. Не нужно включать заботливого папашу. Я буду её защищать. Драко внезапно почувствовал пульсацию в руке, в которой он держал палочку — сигнал, что Грейнджер вышла за пределы охранных чар своей комнаты. Он встал, взял свой стакан и направился вверх по лестнице. Кареглазая ведьма стояла у двери его спальни с лёгкой хмурой тенью на лице. Когда он подошёл, она повернулась к нему, её взгляд встретился с его. — Можно с тобой поговорить? — нерешительно спросила она. Он кивнул, потянулся мимо неё и открыл дверь, жестом приглашая войти. Сам вошёл следом и закрыл за собой. — Если ты хочешь попросить, чтобы кто-то другой тебя охранял, тебе придётся поговорить с Шеклболтом или Поттером, — сказал Драко. — Нет, дело не в этом, — покачала головой Грейнджер. Драко ждал, когда она заговорит. Ему начинало надоедать, что она делала привычкой приходить к нему в комнату, переминаться с ноги на ногу и молчать, вместо того чтобы сразу выговориться. — Тогда в чём дело? — резко спросил он. — Я просто… я не понимаю, — пробормотала Грейнджер. — Почему именно я стала целью? Разве они не должны хотеть убить Гарри? Или хотя бы тебя! — Не знаю, что тебе сказать, Грейнджер, — буркнул Драко. — Я просто не понимаю, почему это происходит именно сейчас. Я ведь ничего не сделала! Драко помедлил. Тяжело вздохнув, он провёл рукой по лицу. — Я не знаю, почему они хотят именно тебя, но точно знаю, что это началось не сейчас. Ты уже несколько месяцев под прицелом. — Что ты имеешь в виду? — спросила она, поражённо глядя на него. — С тех пор, как я ещё не вступил в Орден. Грейнджер отступила на несколько шагов, заламывая руки. Её взгляд был опущен, но глаза метались из стороны в сторону, пока в голове складывались выводы из его слов. Он знал: всего пара секунд — и она всё поймёт. — Ты…! — ахнула она. — Ты собирался… убить меня… Вот она — ужасная правда, которую он пытался скрыть от всех почти три месяца. Драко прокашлялся, но ничего не ответил. — За день до того, как Кингсли привёл тебя на первую встречу Ордена, — начала она, голос дрожал, — мне показалось, что за мной кто-то следит… О, Мерлин… — Я же говорил, что дорога от больницы небезопасна, — спокойно произнёс Драко. Она подняла на него глаза — полные ужаса и… слёз. Его передёрнуло от этого взгляда. — Ты собирался меня убить, — произнесла она медленно и чётко. Но он услышал, как за спокойствием прятался страх. Драко промолчал. — Но ты не сделал этого, — добавила она. Снова молчание. — Почему? — спросила она. Почему? Честно говоря, он и сам не знал. Он месяцами снова и снова прокручивал тот момент в голове , но так и не смог понять, почему тогда не произнёс заклинание, которое бы оборвало её жизнь. Секунды шли, а он всё молчал. Он знал: что бы он сейчас ни сказал, она проанализирует каждое его слово, разберёт всё по кусочкам, пытаясь найти в нём хоть какое-то объяснение. Возможно, она подумает, что у него есть сердце — способное чувствовать что-то, кроме глубокой ненависти к ней. Что за образом хладнокровного убийцы скрывается нечто большее. Жаль только, что это было неправдой. Долохов сделал всё, чтобы это стало невозможным. Любые человеческие чувства — ко всему и ко всем, кроме матери — были вытравлены в ходе его «подготовки». Раздавлены в пыль, чтобы на их месте выросло новое оружие Верховного Министра — он. — Если ты хочешь понять, почему стала мишенью, подумай о том, что ты делала в те дни, — наконец заговорил он. — Возможно, кого-то обидела. Хотя Долохов не любит сводить личные счёты своих последователей. Может, ты заметила что-то, что тогда казалось неважным, но оказалось очень значимым. Уверен, ты разгадаешь это. Он сделал несколько шагов к двери и открыл её, надеясь, что она поймёт: разговор окончен. Грейнджер нахмурилась, но подошла к выходу. Проходя мимо, она вдруг осторожно коснулась его руки. Остановилась. Подняла на него глаза — полные слёз и… чего-то ещё. Драко смотрел на неё, затаив дыхание. От её ладони сквозь рукав пошло тепло. — Спасибо, — прошептала она. В её взгляде всё ещё был ужас, но там же пряталось и нечто другое. Что-то, чего Драко, возможно, никогда не поймёт. И внутри него, глубоко под слоями пепла, что-то шевельнулось. Что-то забытое. Что-то, что снова захотело жить. Со слишком пересохшим ртом, чтобы говорить, он лишь молча кивнул и сделал шаг назад, пока она не вышла за дверь и не оставила его одного в темноте комнаты.