Дракон во тьме | Dragon in the dark

Голова Драко шла кругом. Нет. Этого не могло быть. Тео не мог… Тео был его другом. Тео спас его, когда Драко схватили. Тео всегда был добрым, понимающим. — Полагаю, ты удивлён, — усмехнулся Тео, склоняя голову в насмешливом жесте. Драко заставил себя дышать глубоко и ровно. — Не кори себя слишком сильно, — проворковал Тео. — Большинство остальных Пожирателей Смерти даже не знали, чем я на самом деле занимаюсь. Шеклболт резко шагнул вперёд и влил Веритасерум в рот Тео. — Ну же, министр. Не стоило применять силу. Я бы принял его добровольно, если бы вы просто попросили, — в голосе Тео звучала насмешка, и у Драко сжалось сердце от той ненависти, что он в нём услышал. — Ты тот, кого Долохов начал обучать после моего ухода, — догадался Драко, стараясь осмыслить происходящее. Как он мог так ошибиться в Тео? Тео ухмыльнулся, и это ощущалось как удар под дых. Он продолжал говорить с ним так, будто Драко был ребёнком: — Такой умный. Но тебе потребовалось немало времени, чтобы всё понять. Ты же так хотел, чтобы это была Паркинсон, не так ли? Драко поморщился и отвернулся, чтобы не видеть лица Тео. Может, всё это просто ужасный кошмар. Может, он проснётся, и это будет всего лишь утро после его дня рождения. Грейнджер будет спать, прижавшись к его боку, как она любила, а последние несколько дней окажутся лишь далёким плохим сном. — Она была шпионкой? — спросил Драко, заглушая в себе последние остатки эмоций. — Нет, — голос Тео стал холодным. — Но она послужила нам. Без неё мы бы никогда не нашли ваши укрытия. — Как вы это сделали? — вмешался Шеклболт. Его присутствие само по себе излучало власть, но тон… таким Драко его ещё никогда не слышал. Он был низким, почти угрожающим. — Простой следящий чародейский знак. Я знал, что она пойдёт на всё, чтобы отомстить за Драко после отъезда. Она думала, что ты мёртв, понимаешь? Но я знал, что это не так. — Зачем тогда спас меня? — Драко снова повернулся к своему бывшему другу. — О, Драко, живым ты мне куда полезнее, чем мёртвым, — мрачно усмехнулся Тео, и этот звук пробежал по позвоночнику Драко ледяной дрожью. — Не пойми неправильно, Долохов был в ярости, когда узнал, что я сделал, но когда я объяснил ему, какова общая картина, он сменил гнев на милость. Видишь ли, он доверяет мне. Гораздо больше, чем когда-либо доверял тебе. Я не просто послушная марионетка, выполняющая приказы. Он ценит мои идеи. И когда я пришёл к нему со своим новым планом… Ты бы видел, как он меня хвалил. — Какой план? — резко спросил Поттер, не опуская палочки, направленной на Тео. — Когда я пришёл в камеру Драко в ночь перед тем, как он чуть не умер, я взял у него волос. Изначально я действительно собирался позволить тебе умереть, Драко. Я просто бы заменил тебя. Появился бы в больнице «Святого Мунго», притворившись раненым, и позволил бы одному из вас найти меня и привести обратно в Штаб. Но потом я услышал, как Яксли хвастается, что собирается отправить Ордену доказательства твоей смерти, и понял, что моё внезапное появление после такой жестокой гибели вызовет подозрения. Так что мне пришлось позаботиться, чтобы ты выжил. Едва-едва, — губы Тео изогнулись, и его злобный взгляд остановился на Драко. — Я дал тебе лучшее противоядие, которое у нас было на тот момент. Я не был уверен, что оно сработает, но подумал, что даже если ты умрёшь, я что-нибудь придумаю. Анджелина развязала настоящего Чарли и помогла ему встать. Тот выглядел так, будто был готов убить, наблюдая за тем, как говорит Тео. — К сожалению, симптомы оказались куда серьёзнее, чем я ожидал. Я понял, что не смогу воспроизвести всё точно. Твою хромоту, заикание, не говоря уже о том, что ты был постоянно рядом с ней, — взгляд Тео метнулся к Грейнджер, и кровь у Драко застыла в жилах. — Так что мне пришлось быть… изобретательнее. — Изобретательнее? Как именно? — нахмурилась Джинни. — Мать Финнигана работала в той жалкой лавке платьев на Косой аллее. Достать её оказалось легко. Я знал, что если она заболеет, я смогу легче добывать волосы её сынишки. Финниган навещал её довольно часто. Выдать себя за Целителя было совсем несложно после того, как я украл пару её волосков. Оттуда до самого Финнигана оставался всего один шаг. Нужно было просто держать его мать достаточно больной, чтобы она возвращалась в Мунго каждую неделю или около того. Больной настолько, чтобы её госпитализировали, но не настолько, чтобы она умерла. Кровь Драко застыла при мысли о том, что Тео сознательно держал невинную женщину в болезни целыми месяцами. — Итак, у меня были его волосы и усовершенствованное Оборотное зелье, которое разработали Яксли и его команда, — продолжил Тео. — Оно позволяет оставаться в образе человека гораздо дольше, чем обычный вариант. Не нужно каждый раз добавлять новый волос, если только не хочешь превратиться в кого-то другого. По-настоящему гениально. Мне нужно было только узнать точное местоположение одного из ваших укрытий. — Паркинсон, — предположила Анджелина. Тео подмигнул ей, и та отшатнулась, выражение отвращения отразилось на её лице. — Она была убита горем, когда узнала о смерти Драко. А когда я рассказал, как именно это произошло, — была в бешенстве. Я знал, что она захочет перебежать на другую сторону. Мне лишь нужно было убедить её, что на самом деле она хочет отомстить. Отомстить Пожирателям Смерти, которые якобы убили тебя за то, что ты примкнул к Ордену. Если бы не она, ничего бы из этого не получилось. Драко стиснул зубы, изо всех сил пытаясь сдержать гнев. Он должен был цепляться за окклюменцию. Удерживать барьеры. — Так что, видишь ли, Драко, она не была шпионкой. Но это не значит, что она мне не помогла. След привёл меня к ней. А когда я понял, где примерно находится Штаб, оставалось лишь проникнуть внутрь. Я выбрал день, когда Финнган должен был быть в «Святом Мунго» со своей милой, дорогой, больной мамочкой. Превратившись в него, я дождался, пока несколько человек не аппарируют на точку через улицу, и просто вошёл вместе с ними. У вас, к слову, ужасающая система безопасности. Пропускаете любого, у кого дружелюбное лицо. Шеклболт с тяжёлым вздохом провёл рукой по лицу. — Как только я оказался внутри Штаба, у меня появился доступ ко всему. Ко всем укрытиям, местоположениям членов. Я понял, что будет подозрительно, если я всегда буду в образе Финнигана — на всех собраниях Ордена или просто поблизости, — так что я решил разнообразить свой гардероб. Этот Томас постоянно ошивается рядом с Финниганом. Достать его волосы было несложно. А у Уизли такой бардак, что с них собрать волосы — проще простого. После смерти Паркинсон, Чарли Уизли был в таком состоянии, что я мог практически жить с ним под одной крышей, и он бы меня не заметил. А если я вел себя странно, никто не обращал внимания, потому что Финниган и Чарли и так уже вели себя неадекватно. Джинни покраснела от ярости и выглядела так, будто готова наброситься на Тео голыми руками. Драко положил руку ей на плечо, и она вздрогнула. — Зачем убивать Паркинсон? — спросил Чарли, голос его дрожал от ярости. — Она выполнила свою роль. Мне больше не было смысла держать её в живых, — холодно ответил Тео, не отводя взгляда от Чарли. — К тому же, она была грязной предательницей. Она получила по заслугам. Чарли бросился на Тео, но Поттер успел схватить его за талию и оттащил назад вместе с Шеклболтом. — Успокойся, Чарли, — прошипел Шеклболт. — Или мы тебя выведем. — Почему Грейнджер всё ещё цель? — спросил Драко. Тео пожал плечами: — Назовём это делом принципа. — Что ты имеешь в виду? — Ну, сначала мы просто не хотели, чтобы она передала кому-то знания об ингредиентах, которые мы украли. Нам не нужно было, чтобы она сварила противоядие. Но потом ты, Драко, отказался её убить и всё испортил. Все резко повернулись к Драко, и он почувствовал, как у него загорелись щеки. — Ах… любопытно, — протянул Тео с насмешкой. — Они не знали. Что ж, прости, что выпустил боггарта из шкафа. Интересно, чего ещё они не знали о тебе? — Хватит, — рявкнул Поттер, поворачиваясь обратно к Тео. — Продолжай. — Признаю, нам стало куда менее важно, что она жива, после атаки на Трафальгарской площади, — сказал Тео. — Но потом я начал замечать, как вы сблизились. И… это было уж слишком заманчиво, чтобы упустить шанс. Отнять её у тебя. Заставить тебя смотреть, как она умирает, перед тем как убить тебя самого. Это была просто блестящая возможность причинить максимум боли человеку, который предал Верховного министра. Грейнджер закатила глаза и презрительно фыркнула. Тео рассмеялся: — Вот она, эта безрассудная гриффиндорская храбрость, над которой ты всегда смеялся, Драко. Совсем не учитывает тот факт, что она чуть не умерла дважды за последний месяц. — Его взгляд вновь скользнул к Драко. — А ведь война даже ещё не окончена. Драко рванулся вперёд, и только Поттер с Шеклболтом смогли его остановить. — Если ты хотя бы пальцем её тронешь … — Ах, вот и ярость. Хочешь убить меня, как убил всех тех Пожирателей Смерти, Драко? На этот раз ты не сможешь прикрыться самозащитой. Я же сейчас вовсе не угроза, — усмехнулся Тео и кивнул на свои путы. Несмотря на то, что Тео был в оковах, Драко не мог избавиться от ледяного чувства, охватившего его. Тео был опасен. Его обучал Долохов так же, как и Драко, но, судя по всему, Тео позволяли куда больше — особенно в плане изобретательности при разработке атак. Драко мог лишь догадываться, насколько высоко Тео поднялся в рядах Пожирателей Смерти, но был уверен — он занимал весьма уважаемую позицию. — Успокойся, Драко, — сказала Грейнджер, мягко коснувшись его руки, но не сводя взгляда с Тео. В её глазах отражалось то же выражение, что и тогда, когда Драко впервые присоединился к Ордену — будто она пыталась разгадать сложную головоломку. Глаза Тео метались между Драко и Грейнджер, а губы расползлись в злобной ухмылке: — Должен признать, я был весьма удивлён, когда вы двое оказались в объятиях друг друга. Скажи, Грейнджер, ты знала, что твой бойфренд был изначально послан, чтобы убить тебя? Грейнджер не ответила, но её яростный взгляд был красноречивее любых слов. Она посмотрела на Тео с такой ненавистью, с какой раньше ежедневно смотрела на Драко. Он надеялся больше никогда не увидеть этот взгляд, обращённый на себя. — Ох, боже. Надеюсь, я не вбил клин между вами двумя. Очевидно же — настоящая любовь, — протянул Тео саркастическим тоном, и Драко захотел задушить его прямо на месте. — Я всё знала, — процедила Грейнджер, отворачиваясь от Тео. — Ах, как интересно. И всё равно переспала с ним. Ты либо очень глупая, либо слишком доверчивая. А может, у тебя слабость к убийцам? — брови Тео ехидно подпрыгнули. — Я ведь тоже пытался тебя убить, Грейнджер. Что скажешь, перепихнёмся? Драко снова рванулся вперёд, сжимая кулак — он был готов врезать Тео в челюсть, но Поттер вновь успел его удержать. Грейнджер несколько секунд сверлила Тео взглядом, а затем повернулась к Шеклболту: — Азкабан, верно? Шеклболт кивнул, лицо его было мрачным: — Думаю, у нас более чем достаточно оснований, чтобы заключить его без суда. Теодор Нотт, вы арестованы за преступления против Министерства магии, Ордена Феникса и человечности. Вы будете немедленно отправлены в Азкабан, где будете ожидать суда после окончания войны. — Какая неожиданность, — пробурчал Тео с равнодушием. — Заткнись, — рявкнул Поттер, всё ещё удерживая Драко. Тео лишь ухмыльнулся, но больше ничего не сказал. Шеклболт повернулся к Джинни: — Джинни, позови, пожалуйста, Долиша. Скажи ему, чтобы собрал отряд авроров для сопровождения мистера Нотта в Азкабан. Джинни кивнула и быстро вышла, бросив тревожный взгляд на Тео и Драко по пути к двери. Поттер медленно отпустил Драко, но остался рядом, будто ожидал, что ему снова придётся его удерживать. — Министр, хотите, чтобы я тоже сопроводил его? Шеклболт покачал головой и обошёл свой стол: — Нет, ты нужен мне здесь. Нам предстоит многое обсудить. Поттер кивнул и повернулся к Грейнджер: — Ты в порядке? Грейнджер кивнула, не отводя взгляда от Тео. Её палочка была крепко сжата в руке, и Драко задумался, не казалось ли ей тоже, что всё прошло… слишком легко. Тео не выглядел как человек, который знает, что проведёт остаток жизни в Азкабане. Наоборот, казалось, он был уверен в обратном. Драко не знал, что это было — самоуверенность или знание того, чего не знали они. Взгляд Грейнджер скользнул к нему, и Драко понял, что она разделяет его опасения. Сердце тяжело забилось в груди. Несмотря на всю недавнюю напряжённость между ними, она всё ещё, похоже, ждала, что он озвучит их общее беспокойство первым. Он коротко кивнул ей, словно говоря: всё будет хорошо. Он не мог дать такого обещания, но знал, как знал уже много месяцев, — он сделает всё, что угодно, чтобы уберечь её. В кабинет вошёл Долиш, и его тёмные глаза на мгновение задержались на Тео, прежде чем он обратился к Министру: — Авроры уже идут. — Спасибо, Долиш. Сколько человек ты вызвал? — спросил Шеклболт. — Троих. Нас будет четверо, чтобы сопроводить его в Азкабан немедленно. Нам понадобится Портключ, — сообщил Долиш. Шеклболт кивнул: — Я сейчас его подготовлю. Собери свою группу и возвращайся как можно скорее. Он открыл ящик стола и достал отколотую чашку. Долиш стремительно вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Шеклболт положил чашку на носовой платок на столе и пробормотал: — Портус. Он прошептал ещё несколько заклинаний — Драко предположил, что они были нужны, чтобы пробить защитные чары как Штаба, так и Азкабана. Драко подошёл к Грейнджер. Та стояла, скрестив руки на груди, с нахмуренным от тревоги и раздумий лбом. Он мягко положил руку ей на плечо. Она резко посмотрела на него и выдавила натянутую улыбку, после чего отошла, чтобы встать рядом с Поттером. Сердце болезненно сжалось, но он заставил себя отогнать чувство отверженности. Со вздохом он провёл руками по лицу и отвернулся. Тео пристально смотрел на него, глаза блестели злобным весельем, а одна бровь дёрнулась вверх, когда он перевёл взгляд между Драко и Грейнджер: — Проблемы в раю? — усмехнулся он. — Молчи, — рявкнул Шеклболт, не отрываясь от Портключа. Тео лишь оскалился. Дверь снова открылась, и в кабинет вошёл Долиш с тремя другими аврорами. Он остановился перед Тео, зачитал ему его права и кратко объяснил, что будет происходить. По мнению Драко, Тео не заслуживал даже этого, но, видимо, таков был стандартный протокол при транспортировке заключённых в Азкабан. Через мгновение один из авроров снял оковы, удерживавшие Тео на стуле, и поднял его на ноги. Как только тот встал, аврор снова заковал его, теперь уже стоящего. Драко наблюдал, как четверо высококвалифицированных авроров повели его бывшего друга к центру комнаты. Шеклболт поднял Портключ, обёрнутый в платок, и обошёл стол. Авроры сомкнулись вокруг Тео, образовав защитный круг, и крепко взялись за него. Долиш протянул руку к министру, и ровно в тот момент, когда Портключ уже почти оказался у него в ладони, за секунду до того, как их всех унесло прочь, Тео посмотрел прямо на Драко и подмигнул. Кровь у Драко застыла. Неужели Тео был настолько безумен, настолько самоуверен, что не осознавал серьёзность своего положения? Или за этим скрывалось нечто большее? Может, он знал то, чего не знал Орден? — Соберём всех на экстренное совещание, — объявил Шеклболт, повернувшись к небольшой группе, оставшейся в комнате. — Поттер, позови всех из укрытий. И предупреди остальных. Поттер кивнул и взмахнул палочкой. Появилось несколько серебристых великолепных оленей. Услышав послания, они галопом понеслись прочь, растворяясь в стенах Штаба, отправляясь к своим адресатам. Министр начал мерить шагами комнату: — Нам придётся быть начеку. Возможно, влияние Нотта было куда шире, чем мы думали. Драко, после собрания я хотел бы, чтобы ты помог мне усилить защитные чары Штаба. Здесь действует Чары Фиделиуса, что делает его куда более защищённым, чем остальные укрытия, но он всё же смог проникнуть внутрь, так что я хочу быть уверен. — Да, сэр, — ответил Драко. Он не мог поверить, что ему доверили столь важную задачу — особенно теперь, когда Шеклболт знал о нём всё. — Пока что все свободны. Хорошая работа. Встречаемся в восемь. Постарайтесь что-нибудь поесть. Драко по привычке обернулся к Грейнджер, но увидел, что она уже выходит из комнаты вместе с Джинни. Разочарование разлилось по телу, словно кислота. Несмотря на краткие моменты надежды, он начинал чувствовать усталость. Даже после нескольких дней на раздумья она так и не смягчилась. Возможно, и не смягчится никогда. Большая рука тяжело легла ему на плечо, и он вздрогнул. Рядом оказался Чарли, который с тонкой улыбкой посмотрел на него: — Пойдём, перекусим. Чарли давно не был самим собой, и было странно увидеть в нём хоть какое-то подобие того человека, которым он когда-то был. Драко последовал за ним на кухню, по пути проходя мимо Грейнджер и Джинни, которые тихо разговаривали в углу гостиной. Она не подняла глаз, когда он прошёл, и Драко изо всех сил старался подавить нарастающее раздражение. Сколько ей ещё нужно времени? На кухне Драко наложил себе тарелку вкусно пахнущей тушёной говядины с овощами. Он взял булочку, держа её во рту, и налил себе стакан огневиски. Чарли устроился за кухонным столом, и Драко сел напротив. Он оторвал кусок булочки, который держал во рту, и положил остальное на тарелку. Взял вилку и начал возиться с овощами, размышляя, сможет ли вообще что-то съесть. Тео был его другом, возможно, даже лучшим другом. Но Драко никогда не видел его таким, как в той комнате. Это был… совсем другой человек. Как ни старался, Драко не мог выбросить из головы жестокую ухмылку Тео, когда тот поддразнивал его и Грейнджер. Искру в глазах, когда он наблюдал за их напряжением. Уверенное подмигивание перед тем, как Портключ унес его в тюрьму. Он вспомнил день, когда был захвачен в доме Селвинов. Тогда Тео был таким добрым. Понимающим. Разбитым горем при мысли о скорой смерти друга. Неужели всё это было игрой? Как давно Тео лишь притворялся его другом? Со времён Битвы за Хогвартс? Или даже дольше? Может, Драко никогда по-настоящему не взаимодействовал с Тео до сегодняшнего дня. Мысли о еде улетучились, и Драко наклонился вперёд, оперся локтями на стол и с тяжелым вздохом закрыл лицо руками. — Всё в порядке, приятель? — спросил Чарли, с полным ртом. Драко поморщился и покачал головой. Зачем врать? — Он был твоим другом? — голос Чарли стал мягче, он словно обвил сердце Драко теплом и заботой. Драко поднял голову и встретился с обеспокоенными глазами Чарли. — Я так думал. Чарли ответил сочувственной улыбкой: — Жаль, что так вышло. Но теперь мы знаем правду. Никто больше не умрёт из-за него. Он наколол на вилку кусочек моркови и поднёс к губам. Казалось, будто груз туч, нависших над ним после смерти Паркинсон, начал рассеиваться. — Ты, похоже, справляешься. Тебя не беспокоит, что он выдавал себя за тебя? Мы даже не знаем, сколько раз. — Немного, — пожал плечами Чарли. — Но, наверное, мне от этого стало легче. Драко нахмурился от недоумения. — Я несколько месяцев пытался понять, в чём моя ошибка после смерти Паркинсон. Она была под моей опекой, и умерла, потому что меня не было рядом. Но, наверное, встреча с ним… помогла мне понять, что, возможно, я мог бы помочь, если бы был там, но это не моя вина. Виноват он — во всём. В смерти Паркинсон, Чжоу, во всём. Наверное, просто легче, когда есть лицо, которое можно обвинить во всех тех вещах, которые мы не могли объяснить. Драко задумался над словами Чарли. Тот был прав — оба они слишком долго носили в себе вину за смерть Пэнси. И хотя Драко, безусловно, тоже не был безупречен, он не сдавал её местоположение Пожирателям Смерти. Он не планировал нападение и не поднимал на неё палочку. Он понимал, что будет нести свою вину всю жизнь. Как тёмная тень, она будет преследовать его всегда. Но, перекладывая настоящую вину на Тео, эта тень казалась немного легче. Теперь жгучая боль предательства Тео начала превращаться в более управляемое чувство — злость. По крайней мере, Тео отправился в Азкабан. Он больше не сможет им навредить. Драко взял вилку и съел несколько маленьких кусочков жаркого. Пока они ели, остальные члены Ордена начали собираться в доме к предстоящему совещанию. На кухне стало шумно, к Драко и Чарли за столом присоединились ещё несколько человек. — Есть догадки, о чём будет собрание, ребята? — спросил Джордж, протягивая руку через Драко, чтобы взять булочку из корзины. — Пусть Шеклболт расскажет вам всё, — ответил Чарли. — Мерлин, надеюсь, нас не атаковали снова? — огляделся Джордж, будто ожидая увидеть кого-то мёртвого или умирающего. — Нет, ничего такого. Просто срочные новости. Джордж поморщился на брата, явно недовольный тем, что его держат в неведении. — Ладно, храните свои тайны. Если только… — он наклонился к ним заговорщицки, глаза блестели. — Мы заключим сделку. Твой секрет — на один из моих. — У тебя же нет никаких секретов, — закатил глаза Чарли. — Обычно это так, но не в этот раз, Чак. Чарли поморщился от прозвища. — Ладно, говори, какой секрет? — Пообещай, что расскажешь, о чём будет собрание, если я скажу? — Нет. Ну выкладывай. — Ну ты и зануда. Я должен принципиально хранить свой секрет! — усмехнулся Джордж и откинулся на спинку стула. Чарли просто закатил глаза и вернулся к ужину. — К счастью для вас, мне просто надо кому-то это рассказать! — Джордж наклонился вперёд, положив руки на плечи Чарли и Драко. — Ребята, я сделал предложение Анджелине. Драко моргнул. Предложение? В разгар всего этого? Как будто войны нет. Как будто вокруг не умирают люди. Как будто есть ради чего жить. Как будто у них может быть будущее. — Зачем? — вырвался вопрос, прежде чем он успел остановиться. Джордж рассмеялся. — Почему бы и нет? — Он откусил булочку и продолжил говорить, жуя. — Зачем ждать, если завтра нас может не стать? Я знаю, что хочу провести с ней всю оставшуюся жизнь. Так почему я должен ждать окончания войны? Она может длиться годами. Тем более, когда Анджелина смотрит на меня своими большими красивыми карими глазами, мне просто хочется упасть на колени и сделать для нее всё, что она попросит. — Он громко рассмеялся. — Обещать ей весь мир… или… — замолчал с ехидным подмигиванием в сторону Драко. — И что она сказала? — спросил Чарли. — Я, конечно же, согласилась, — мягкий голос Анджелины донёсся из кухни, когда она вошла и улыбнулась своему новоиспеченному жениху, склоняясь, чтобы поцеловать его в губы. — Поздравляю, — сказал Драко, надеясь, что звучит более воодушевлённо, чем есть на самом деле. Пока счастливая пара благодарно улыбалась ему, Драко невольно думал о Грейнджер. Интересно, улыбнётся ли она ему когда-нибудь так же. Сможет ли когда-нибудь снова смотреть на него с любовью в глазах, как раньше. Чарли поднял бокал: — За Джорджа и Анджелину. Пусть у вас будет долгий и счастливый совместный путь. Драко присоединился к тосту, после чего все направились в столовую на совещание. Когда собрание началось, Шеклболт сообщил, что самозванец пойман и отправился в Азкабан. Члены Ордена с радостью встретили эту новость, радуясь, что теперь могут спать спокойнее, зная, что виновный за нападения находится за решёткой. Охрану Штаба и всех укрытий усилят, будут введены новые меры безопасности, чтобы ни один другой самозванец не проник в их ряды. Но все явно вздохнули с облегчением, узнав, что виновный наконец пойман. После собрания большинство отпраздновали недавнюю победу, набросившись на запас алкоголя Джорджа на кухне. Но у Драко были куда более важные мысли, чем пьянство. Он нашёл Грейнджер в гостиной вместе с Поттером и Джинни. Счастливая пара громко смеялась, но губы Грейнджер едва тронула улыбка. Как будто чувствуя его взгляд, она повернула голову в его сторону. В её глазах мелькнуло что-то непонятное, и у него сердце на мгновение забилось чаще. Он резко кивнул головой, призывая её последовать за ним в более уединённое место, чтобы поговорить. Она сказала пару слов Поттеру и Джинни, потом встала и последовала за ним в тихий вестибюль. Впервые за несколько дней она заговорила первой: — Ты в порядке? Драко моргнул, когда она остановилась перед ним. — Я имею в виду… Тео… Он же твой друг, да? Он сжал челюсть и уставился в пол. — Был, да. Тёплое прикосновение к руке заставило его понять, что она дотронулась до него. Его взгляд сразу встретился с её, и он увидел там любовь. Там была жалость, но и любовь тоже. Сердце забилось сильнее, он протянул руки и схватил её за затылок, приближаясь к ней. Её голова повернулась, брови нахмурились, и она уклонилась от его поцелуя: — Драко… Разочарование разлилось у него в груди, когда он прикоснулся лбом к её лбу. — Прошла неделя, Грейнджер. Как долго ты будешь меня наказывать? Её глаза широко раскрылись, и она слегка отстранилась от него: — Я не пытаюсь тебя наказать! — возразила она. Раздражение, которое он испытывал к ней, быстро перерастало в злость. — Правда? По-моему, именно это ты и делаешь. — Драко… — Грейнджер покачала головой. — Я не хотела заставить тебя чувствовать вину за то, что ты сделал. Это было необходимо, и я понимаю это. Это не… я просто — Её руки поднялись и легли ему на локти, она глубоко вдохнула и выдохнула. — Ты давно рассказал мне о том, чему тебя учил Долохов. Я никогда не строила иллюзий о том, кто ты и что ты сделал. Ты был откровенен, и я это ценю. Это время, которое мне нужно, — моя собственная вина. Логически я понимала, на что ты способен, но видеть это собственными глазами… — Она вздрогнула. — Думаю, я просто думала, что никогда не увижу тебя таким. Я знаю, как сильно ты всё это ненавидел, поэтому, наверное, думала, что ты будешь колебаться больше. Это казалось таким… простым для тебя. Я знаю, что тебя учили этому, но… прости. Было тяжело смотреть. Она не отстранилась от него, но не могла встретить его взгляд. Драко сглотнул. Он чувствовал тепло её тела так близко. Она была так близко, чтобы снова оказаться в его объятиях, но что-то всё ещё удерживало её. — Знаешь, почему я говорил тебе не убивать никого, если только не будет необходимости? Она глубоко вздохнула, покачивая головой из стороны в сторону в его руках. — Ты никогда раньше не убивала, — начал он. — Я могла бы … Он перебил её, зажмурившись. — Я знаю, что могла бы. Я не сомневался, что ты способна. Я… — Он замялся, собрав мысли. — Ты никогда раньше не убивала, поэтому не знаешь, каково это. Грейнджер отпрянула, слегка нахмурив брови, её глаза метались между его. Она была любопытна, он это чувствовал. И, возможно, только рассказав ей, он сможет заставить её по-настоящему понять. — Это происходит в тот момент, когда человек умирает, — начал он, с трудом произнося слова, хотя в животе всё сводило от боли и хотелось замолчать. — Удар этой силы бьёт тебя, как проклятие Круцио в грудь. Оно раскрывает тебя изнутри. Потом это как острые когти, вонзающиеся в сердце и рвущие тебя на куски. Боль распространяется дальше — по каждой вене, каждой кости, каждому органу. Как смола, она тянет вниз, душит тебя. Потом боль на время отступает, тело будто цепенеет, но когти уже добрались до мозга. Они вонзаются глубоко, заражая всё, что ты когда-то любил в себе, как яд. Этот яд никогда по-настоящему не уходит. С каждым убийством он проникает всё глубже и глубже, пока не становится частью тебя. Грейнджер дрожала, её дыхание было прерывистым и поверхностным. Он открыл глаза и увидел, что она тихо плачет. Её пальцы впились в его руки, она прижалась лбом к его груди на мгновение, прежде чем выпрямиться, словно решив встретиться с ним лицом к лицу, пока он открывал ей душу. — Видишь, — продолжил он, — моя душа давно повреждена. Я никогда не стану целым снова. Но ты… — он провёл большим пальцем по её щеке, ловя слезу. — Ты идеальна. И я бы убил тысячу людей, если бы это спасло тебя от такой участи. Её губа задрожала. Из губ вырвался всхлип, а слёзы всё текли из глаз. — О, Драко… — прошептала она, поднимая руки по его рукам и сжимая бицепсы. Она подняла голову и приблизилась к нему, приоткрыв губы. Внезапно дверь с грохотом распахнулась. Драко резко повернулся, оттесняя Грейнджер за спину и мгновенно выхватывая палочку. Он наполовину ожидал увидеть армию Пожирателей смерти, врывающихся в дом, но вместо этого ввалился Джон Доулиш. Он поддерживал руку, которая была согнута в странном положении, и кровь течёт из какого-то места, оставляя тёмно-красный след на белом мраморном полу прихожей. С вдохом Грейнджер пробилась мимо него, помогая Аврору сесть в ближайшее кресло в гостиной и вынимая палочку. Она обернулась к Драко, глаза всё ещё слезящиеся и полные страха. — Позови Кингсли. Драко взмахнул палочкой и с шумом захлопнул входную дверь, затем резко повернулся и побежал в офис. Шеклболт удивлённо поднял глаза, когда Драко ворвался внутрь. — Джон Доулиш здесь, сэр, — объявил Драко, сердце бешено колотилось в груди. — Он ранен. Министр мгновенно вскочил и, следом за Драко, помчался в гостиную. — Джон, ты в порядке? — голос Шеклболта звучал почти панически, на лице читалась глубокая обеспокоенность. Доулиш простонал от боли и стиснул зубы, когда Грейнджер прошептала заклинание, и его рука громко щёлкнула, возвращаясь в правильное положение. — Я в порядке, министр. Но двум другим Аврорам не повезло. Простите, министр, я не знаю, как он это сделал. Никогда в жизни не видел такого уровня владения безпалочковой магией. И наши заклинания должны были подавлять его. Кровь застыла у Драко в жилах. Пока они пытались транспортировать Тео, случилось что-то ужасное. Два Аврора погибли, а Тео использовал беспалочковую магию. — Я только что пришёл в себя и сумел аппарировать сюда, — объяснил Доулиш. — Джон, — начал Шеклболт, голос его был полон тревоги, — что случилось с пленником? Он в Азкабане? Доулиш поморщился, когда Грейнджер прошептала ещё несколько заклинаний, перевязывая ему кровоточащую ногу. — Нет, министр. Теодор Нотт сбежал.