Добро пожаловать в Бастард Мюнхен

Стадион дрожал от шума. Трибуны ревели в экстазе и нетерпении, бубны торжественно отбивали ритм песен. Толпа ревела — в ней был азарт, ожидание, кровь, вкус финала. Публика требовала зрелища, и оно было обещано. Реал Мадрид против Бастард Мюнхен. Столкновение Несса Алексиса, Михаэля Кайзера и Исаги Йоичи. Две половины одного прошлого, сошедшиеся теперь на грани. Команды стояли в туннеле. У Бастардов форма была чёрная, строгая, с острыми белыми-желтыми полосами на плечах. У Реала — белоснежный блеск, сверкающий под прожекторами, как фарфалле из драгоценного стекла. Но всё было далеко не изящно. Было напряжение. Было настоящее столкновение взглядов. Йоичи стоял в первом ряду, лицо спокойное, собранное, но в зрачках — остриё. Он не искал взгляда Кайзера, он знал, где тот. Слышал его голос где-то за спиной Саэ — тот тоже был здесь, с непоколебимым спокойствием в глазах, как будто знал, что сейчас произойдёт. Кайзер смеялся — слишком громко, слишком уверенно, как всегда. Алексис стоял позади Исаги. Тихий, сдержанный. Но спина прямая, пальцы чуть подрагивали — не от страха, от напряжения. Он знал, что на трибунах — все глаза на него, на них. Собачка, отпущенная с цепи, теперь стояла напротив своего бывшего хозяина. Йоичи бросил на него взгляд — короткий, как касание. — Смотри вперёд, — негромко, — только вперёд. Несс чуть кивнул. В этом кивке была преданность, сосредоточенность и тихая злость. Он уже не искал Кайзера. Он больше не следовал за ним — он собирался пройти через него. Исаги шагнул на газон и встретился взглядом с Кайзером. Они не улыбнулись друг другу. Там не было привета. Только понимание. Сегодня всё будет по-другому. А рядом — Алексис. Больше не как тень Кайзера. А как пульс команды, полузащитник с новой целью. Стадион заорал. В воздухе дрожало напряжение. — Алексис. – хмуро, то ли замечает, то ли приветствует Кайзер, на что Несс только смотрит в ответ, встречаясь глазами с холодным, жестким взором глаз императора. — Михаэль. – в ответ кидает Несс, холодно, и без тени обиды. Они смотрят друг на друга как на мясо, на цель, которую надо задушить. Смотрят друг на друга как на добычу буквально секунду. Они смотрели друг на друга словно хотели оторвать что-то. Напряжение между ними неумышленно охватило обе команды. Все ждали встречи Кайзера и Несса, столкновения императора и его собаки. Всем было интересно, как будет вести себя Алексис, и все эти ожидания грозили разочаровать зрителей. Едва ли Михаэль смог бы показать свои истинные чувства, а вот Алексис вполне. Однако, никто даже не подозревал, чем обернётся этот матч.

***

Открыв глаза, Исаги внезапно находит перед собой спящего Несса. Он встрепенулся, сначала не понял, где он, а затем вспомнил, что заснул в номере Алексиса по заселению в отель. Когда шок прошёл, он расслабленно подмял под себя руку, и уставился на спящее лицо Несса. Длинные ресницы. Расслабленные черты, пухлые, полуоткрытые губы. Исаги осторожно касается упавшей на веки челки Несса, заправляя прядки за ушко Алексиса, который неумышленно во сне двинулся навстречу руке. С того раза, они не говорили о том, что между ними. Они тренировались, проводили много времени вместе. С того раза Исаги не мог понять, какими только усилями он держится, чтобы не поцеловать Несса снова. Желание с каждым днём копилось, крепчало, и казалось, если он его поцелует, то не отпустит никогда больше. Алексис ведёт себя как зверёк, которого до этого не ласкали, а если ласкали, то только чтобы ударить или использовать. Исаги чувствует, что дело не в нём самом, и не в Нессе, а в том, какой опыт он пережил. Это всего лишь гипотеза, но Алексис не остаётся лишний раз на ночь, идёт на тактильный контакт очень осторожно, словно боится перегнуть. Исаги ловит его взгляды на себе. Самое приятное, ловить его взгляд на своих губах, осознавая, что в эту секунду Несс хотел поцеловать его, но по каким-то причинам сдерживался. Исаги это неважно. После того пьяного поцелуя, он даже не может представить, какого это будет целоваться на трезвую. Он видит, что их чувства взаимны, и готов подождать Несса, сколько это будет нужно, до тех пор, пока Несс с ним, пока заботится о нём. А забота Несса – это его слежка за питанием и режимом Исаги. Тренировки, попытка показать, как можно импровизировать, и кофе, за количеством которого он очень следит, чтобы Йоичи не перепил. Они очевидно без ума один от другого, но Несс ведёт себя очень осторожно. Однако, сейчас он лежит напротив Исаги, и это осознание заставляло Йоичи широко улыбаться. Для Несса это имело значение. Стоило подумать об этом, ресницы Алексиса встрепенулись, веки зажмурились, и через мгновение, из-под ресничек на него смотрели маджентовые большие щенячьи глаза. Сонные, заспанные, но стоило Нессу их открыть, как те сразу засияли при виде синих глаз напротив. Несс сонно улыбнулся и потянул руку к лицу Исаги, пальцем коснувшись его щеки, с которой бережно убрал волосы. — Выспался? — Лучший "nap break" в моей жизни. — Хмм. – улыбнулся Несс, и взгляд его остановился на губах Исаги. Тот же, заметив, коснулся большим пальцем нижней губы Алексиса. Несс оставил лёгкий поцелуй на большом пальце Йоичи, а затем взглянул ему в глаза, с робостью, уязвимостью, от которой в Исаги каждый раз что-то сжималось. Он не мог поверить, что ему позволяют это увидеть, ему одному. Он не мог поверить, насколько ему доверяют, насколько он является важным для Несса, что тот доверяет ему такие свои взгляды, доверился настолько, что растаял рядом. Алексис смотрит ровно минуту, и негромко спрашивает. – Можно? Исаги не уверен, что именно "можно", о чём конкретно спрашивает Алексис, но он тут же кивнул. Не имело значения, Нессу можно всё. Он у него особенный. Алексис двинулся ближе, и легонько прильнул своими губами к губам Исаги, который в мгновение льнёт к Нессу. Он обхватывает его щёки ладонями, ощущая, как Несс целует его нижнюю губу. Сонно, рассеянно, но мягко, нежно настолько, что всё дрожало внутри. Йоичи не ошибся, целоваться трезвым с Алексисом всё же лучше. Он тепло дышит, целуется так откровенно, так по-настоящему. Исаги гладит его затылок, зарывается пальцами, побуждая Несса неровно выдохнуть и даже ахнуть в поцелуй. Алексис не против. Ему нравится, когда Исаги там его касается. Пространство между ними согрелось, наполнилось мягкими причмокиваниями, дыханием, смешками и искрящимися взглядами. В них не было желания, похоти, какого-то секса, всё было настолько романтично. Исаги не думал, что его когда-то не будет тянуть к физическому контакту с человеком, который ему нравится. Но с Алексисом было ощущение, что это и не нужно. Возможно это и есть "правильный человек"? Отстранившись, Алексис растянулся на кровати, потягиваясь и негромко мыча, в то время, как Исаги потянулся за телефоном, чтоб посмотреть на время. На часах красовались нули. Всего двенадцать. Исаги кинул быстрый взгляд на Несса, на то, как тот, подобно собаке растянулся на кровати животом к верху, а руки его потянулись к изголовью кровати. Сонный, он выглядел очень мило. Эти мысли прервало урчание в животе. Жор после дрёмы накрыл несильно, но ощутимо. Исаги начал думать о том, где бы раздобыть еды в столь поздний час, как почувствовал на своей руке теплое дыхание. Исаги глянул, и увидел, как к руке прижался Несс, лёжа и смотря на него снизу-вверх. Йоичи коснулся его волос, взъерошив их бережно, почесав его за ушком и на затылке. — Пойдёшь к себе в номер? — Ну, сначала перекушу. А к чему вопрос? – улыбается он, на что Несс поводит плечами. — Ты мог бы остаться. Если хочешь. От предложения Исаги застыл на мгновение, а затем опустился, ложась напротив Алексиса. Он перехватил ладонь Несса, переплетя с ним пальцы, прижал их связку рук к губам, в радости и благодарности. Алексис, завидев этот жест улыбнулся, притянув к себе руку Исаги, касаясь её губами. — Ещё я тоже хочу есть. Но мы уже опоздали на все ужины и перекусы. — О нет, придётся идти ужинать в рестораны... ах нет, в Мадриде, в самом центре, боже, какая неудача. – нарочито расстроенно дразнит Исаги, на что Несс закатывает глаза. — Ха-ха-ха. Очень смешно. — Не бесись, закажем что-то полезное. К тому же.. – Исаги прикусил язык, не закончив. Стоит ли называть это свиданием? Он не уверен, и потому умолк. — Первое свидание в Мадриде? – спрашивает неуверенно Несс. — А у нас будет свидание? По-настоящему в этот раз? – засиял глазами в удивлении Йоичи. — С тобой всё и всегда по-настоящему. – отвечает Несс. Они собрались относительно бодро и быстро. Вылезли через полчаса, заранее просмотрели на гугл картах места, которые хотели бы посетить. Согласовав меню, они выдвинулись. Ночной Мадрид теплый, красивый, весь в огнях. В этих огнях, фонариках, испанской речи и шуме города они глядели друг на друга и глупо улыбались, разговаривая о том, как живёт этот город ночью.

***

Кайзер пробивает по воротам, но мяч со свистом прилетает прям в грудь Куроны. Мяч отскакивает и Рандзэ ведёт его от штрафной зоны и сталкивается нос к носу с Саэ. Итоши старший раздражал своей непроходимостью, скоростью и аналитическим умом. Они разыгрывают мяч, но Итоши удается пробить и скинуть мяч на Кайзера, на опеке которого стоит Несс, перехватывая мяч сзади. Он не сводит глаз с императора, и пасует не глядя на Исаги. Михаэль хмурится, морщит нос, а Несс рычит. Все стремительно ринулись к чужим воротам. Крики, перехваты. Несс, меняется позициями с Хиори, который в связке с Йоичи проходят оборону Реала, но в последний момент мяч у Исаги забирают. Никто однако не был готов, что Мяч украдёт Алексис, который в воздухе передаёт очень рисковый пас на Исаги, что пробивает кручёный мяч. Тот со свистом летит в ворота. Трибуны загудели. Приезжие, сектор выделенный для фанатов Бастард Мюнхен зашумел, загудели бубны и фанатские завывания. Счёт покачнулся в сторону ничьи. 2:2. Команды душили друг друга. Связь Кайзера и Саэ талантливая, связка гения и вундеркинда, но у них нет химической реакции. Голубая роза нуждается в сильных эмоциях, неважно ненависть это или поклонение, ему нужно было чувствовать что-то такое. Итоши старший превосходил Несса, но Алексис слишком непредсказуемый, и в этом тайме резкий, что позволяло ему играть на равных против Итоши старшего. Несс и Кайзер играли так, будто бы хотели перегрызть друг другу глотки. Каждый раз, когда они сталкивались лбами, хотелось плеваться ядом. Зубы скрипели. Исаги в этом уравнении выводил Кайзера из себя. От зрелища сыгравшихся Несса и Исаги у него что-то умирало внутри. Эти козлы играли друг с другом так, будто были созданы один для другого. Их скрестившиеся таланты, казалось, с каждой секундой создавали что-то новое на поле. Что-то, что с каждой секундой эволюционирует, что-то, что никак невозможно предугадать и перекрыть. Несс умеет играть. Для многих это было открытием. Оказалось, стоило лишиться Кайзера, на которого он бездумно скидывал все мячи, и Алексис стал сердцем команды. Сердцем, которое наливалось таурином, билось бешено, и держало всех в тонусе и напряжении. Алексис играл на себя. Он видел всю команду, он не строил игру вокруг своего Исаги, но Йоичи мать его Исаги играл так, что не позволял Нессу смотреть ни на кого, кроме себя. Алексис чисто физически не видел никого, кто мог бы превзойти Йоичи, его талант. То, что он вытворял безоговорочно заслуживало самых грязных, невозможных пасов, которые складывались в виртуозную игру. Откинув ревность, Несс играл в связке с Исаги и Хиори, Куроной, и нашёл применение Юкимии. Оказалось, у Кенью и Несса случилась реакция, которой не случилось у Исаги и Юкимии. Они понимали друг друга, и с легкостью могли держать напористую оборону, завязанную на мысли виртуозно обойти нападающих и забрать мяч. Кайзер не позволял. Он ломал эту связку без проблем, при помощи идеального Саэ, на что Несс, скаля зубы переключался на Исаги, с которым Кайзер обменивался фырканьями и ненавистными взглядами. Они держали друг друга так, словно были готовы убить. Только вот если глаза Кайзера были полны истерики, а игра была настолько агрессивной, идеальной, что команда ничего не могла противопоставить этому монстру, голы такие точные, что казалось, это невозможно сдержать, то вот Исаги было весело. Он чувствовал, как рот наполняется кровью, вкусом железа и с подачи Алексиса не уступал напористости. Агресии игре Исаги придавали взгляды Несса и Михаэля. В них было столько энергии и ненависти, что каждый раз он был готов прибить обоих. Ему казалось, вот одна минута, и они друг друга оттаскают за волосы. Оба уже получили предупреждения. Ни Кайзер, ни Несс не фолили специально, но друг друга они покалечили во время игры. Остаётся десять минут тайма, и Алексис цепляется рукой за Кайзера, с которым они тут же сцепляются и глядят так, словно вот оно, мгновение когда надо скрутить шею. — Алексис, пас! — приказывает Исаги, и Несс, круто развернувшись подаёт мяч на Исаги, и в мгновение ноги путаются и парочка падает на газон под рёв толпы, от забитого гола Исаги. Гол фиксируют, а Несс поднимается, ловя на себе полные ненависти, налитые кровью глаза. — Не разрыдайся. — Тебе бы язык подрезать, пёс. — А тебе бы его отрезать, всё равно ни капли дельного не скажешь, только врёшь. — Ты обижаешься? Сентиментальный, до сих пор веришь, что то был не фарс? Твои же чувства тебя и убьют, Лекси. — Как он там тебя назвал, клоун, да? — Рот. — рыкнул на него Кайзер. — Девочки, разошлись. — пытается оттянуть их судья, но тут через поле холодно, ровно звучит голос дирижёра Бастардов. — Несс. Ко мне. — четко, уверенно, без приказа ну или почти, уважительно. Алексис скалит зубы в последний раз, и ноги сами несут его к Йоичи. Тот, встретившись глазами с Нессом касается его волос, пригладив, глядя на то, как у Кайзера сводит челюсть. Они ещё не знают, что это демонстративное действие приведёт к такому импакту Кайзера, который повернёт счёт так жестоко и красиво, как только сможет император. Но это ждет их через десять минут. — Исаги... – говорит Несс, а тот только гладит его. — Хороший мальчик. Хороший, хороший, ты умница. — в потоке произносит Исаги, не отдавая себе отчёта о том, что сейчас на них обращены взоры миллионов. Тело Несса разразилось толпой мурашек, а глаза загорелись. Он машинально закивал, расплавившись в мгновение, позволяя Исаги хвалить себя ещё немного. — Ты у меня умничка, да?

***

— Как вкусно. Попробуешь? – удивляется Исаги, уплетая хрустящее писто манчего. Несс тянется чуть вперёд, и открывает рот, собирая содержимое с ложки. Он отстраняется, пережевывает и заключительно хмыкает. — Неплохо. А почему не взял паэлью? Она же вроде самая известная. – интересуется Несс, подцепляя вилкой, из ранее упомянутой паэльи, креветку со овощами и крупой. — А, я её пробовал в Барселоне. – отвечает Исаги, от чего Несс удивленно вздёргивает бровью. – Случайно встретил Банни Иглесиаса. Он подсказал мне неправильное название блюда и сказал, что улыбающиеся люди заставляют его хотеть умереть. — Очередная твоя жертва. – вздергивает плечом Несс, на что Исаги слегка смущенно улыбается. — Ну, хах, типо того. – смущённо проговорил он, пялясь в свою тарелку, а затем поднял взгляд на Алексиса. — Вкусно? – интересуется он. — Да. Не ходил в Испании по кафешкам, столько тут ни был. Здорово наконец выбраться — Тебя не водили на свидания в Мадриде, Барселоне? Вы же с командой ездили, разве вы с Кайзером не?... Несс непонимающе завис. Он потупил взгляд, и непоминающе глянул на Йоичи, который уставился, ожидая ответа и ненамеренный повторять вопрос. Алексис недоверчиво на него посмотрел, а потом растерянно повёл плечами. — Мы с Михаэлем никогда не ходили. – медленно отвечает Несс, и ловит недоверчивый взгляд Исаги. — Он не... Я имею в виду, мужчины вообще не его профиль. А как друзья мы не ходили. Мы и не были друзьями, наверное, поэтому не ходили никуда. — А... а, подожди, а что у вас были за отношения? — Мне сложно их описать. Мы были важны друг другу, после Синей Тюрьмы мы играли вместе, общались какое-то время, мы всё ещё оставались вместе. Но когда он перешёл в Реал, мы разорвали любые связи. Сильно поссорились тогда. Меня выбросили. Я больше не нужен был, мне казалось это конец. Это так сильно на меня повлияло, что во всех отношениях я шел по нездоровому сценарию. Я отдавал всего себя, делал всё, чего от меня хотели в укор себе, только чтобы меня не оставили, не бросили. Это... ну... это мерзко. Люди пользуются моим характером, и все вытирают о меня ноги в итоге. Мне кажется, это моя вина, я просто не достоин... знаешь, хорошего отношения. Я и правда цепляюсь за иллюзии, как говорил Михаэль. Исаги от внезапного откровения сводит брови к переносице, смотря на клюющего носом Несса. Он смотрит себе в тарелку, ковыряет еду, и Исаги становится понятно, что именно произошло. Несс чувствует себя ненужным. Исаги не знает его родителей, но из прессы знает, что Алексис не общался с ними много лет, они игнорируют его существование. У него буквально никого кроме Кайзера не было. Любой ценой стать кому-то нужным, отсюда и покорность, и щенячья верность, и соответственно страх близости от тех, кто бросал. — Ты... о тебя вытирали ноги? — Исаги, прости, мне не стоило начинать. — Нет-нет, Алексис, пожалуйста, давай поговорим. — Йоичи, я... — Алексис, что бы у тебя не случилось в прошлом, я никому на позволю так с тобой обращаться больше, ты этого не заслуживаешь, Несс. Не заслуживал. Мы вроде не чужие, я хочу узнать, что случилось. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя ненужным. Не со мной. Алексис долго смотрит в тарелку, поддевает мидии вилкой, и поднимает глаза. Встретившись с ним взглядами, его тут же прошибает током и Несс ахает, от ощущения ладони на своей руке. Исаги осторожно сжимает его кисть, и словно проверяя, можно ли ему, смотрит в глаза, которые тут же смягчаются, а губ касается неловкая улыбка. — Рядом с тобой тяжело чувствовать себя ненужным, Йоичи.

***

Аут. Кайзер пробивает чуть ли не с середины поля и сравнивает счёт. От такого быстрого, резкого гола, трибуны взвизжали, а Несс и Исаги хмуро переглянулись на табло с дополнительным временем. Семь минут. Исаги украдкой смотрит на Несса, скалящего зубы, тяжело дышащего, явно на грани усталости, гнева, ярости. Йоичи знает почему. Он сталкивается взглядами с императором, и глядит в глаза. Кусает щёки изнутри, ждёт свистка. Кайзер вздергивает острой бровью. Ничья или победа одной из команд. Исаги смотрит спокойно, выдержанно, с садистским напряжением, в его глазах пляшут черти, пока Кайзер смотрит охваченный яростью. Оба в потоке, и всё не могут на поле решить, кто главнее. Саэ и Несс разные, но играют на своих асов одинаково хорошо. Исаги ломает людей на поле ради удовольствия, а Кайзер, потому что ему необходимо это, чтобы выжить. Он обязан убивать и поглощать других, иначе подохнет сам. Что необходимость для него — развлечение для Исаги. И это злит. Это ужасно злит. — Ты всё такой же заносчивый клоун. — А ты всё также вызываешь желание тебя убить. — Так вперёд, чего ты ждёшь. В прошлый раз ты уже упал передо мной на колени, повторим, заставим толпу встрепенуться. Мяч в игре. Он отскакивает от Юкимии к Нессу, который уводит мяч от Саэ, используя другого игрока Реала как стенку, чтобы было тяжелее преследовать, но сталкивается с Кайзером, который вырывает мяч. — Ты становишься предсказуемым. — хмурится Несс, и мяч сзади выбивает Юкимия, но его в воздухе перехватывает возникший между ними Саэ, перекинув мяч на другую сторону поля. — Ты тоже. – пшикает Кайзер. Передача на троих, к воротам, но мяч распасовывается между Исаги и Хиори, которые своей игрой насколько хаотично непредсказуемы, что уводят мяч, и тот вновь оказывается у Несса, который пасует Исаги ценой своего равновесия. Мяч у Йоичи, он замахивается, использует свой двойной выстрел, обеими ногами, но мяч обхватывает Кайзер. Тот отскакивает от поля и оказывается в воздухе. Свободный мяч подбирает Реал, столкнувшись с Нессом, и они зарабатывают фол. Свисток, и Кайзер озирается на ведьму, который дерзко вздергивает головой, как бы показательно сбивая этот момент. Мол, да, я разрушу это. Свисток, побежали. Остаётся тридцать секунд. Мяч у ворот Бастардовцев, Исаги обыгрывает Саэ, забирает мяч, но Кайзер фолит, и Несс срывается с цепи, когда видит как он дёргает Исаги за локоть. Йоичи, глядя на взбешенного Несса хватает его за джерси, и когда тот зло озирается на "хозяина" молча, холодно пробирая его до дрожи глазами приказывает: — Нельзя. — Ты ведь и впрямь как собака. – раскрывает глаза широко Кайзер, говоря на немецком. Он, казалось, был в ауте с того, что видел. Ему казалось непостижимым это зрелище, Несс отзывается и слушается командам Исаги. Внутри что-то дёрнуло, и он в легкой истеричной манере усмехается. — Боже, ты его собака! Сторожевая, да? Овчарка небось? Да? — Несс. – взывает Исаги, не понимая ни слова, но чувствуя, что они говорят о чем-то не том, и Алексис просто сверлит глазами императора. — Будешь плакать когда он уйдёт в Реал или в какой ещё другой клуб? Будешь будешь, твоя игра ведь от него и зависит сейчас, да? — Как жаль, что у Реала на теле есть такая злокачественная опухоль как ты, Михаэль. — Что-что? — Какого это проигрывать ему во второй раз, ничтожество? — Повтори, псина. Думаешь я не знаю о твоих похождениях после моего ухода? Сколько их у тебя было десять, пятнадцать? Ты так меня хотел забыть, ты просто жалок. Цепляешься за то, чего никогда не было. — Потому что ты был ничем и ничем остался. Они сцепляются одновременно, царапая, колотя и не отлипая ни на мгновение не давая окружающим разглядеть происходящее. Их расцепили с криками и свистами, судьи удалили с поля до конца матча обоих. Несса оттащили по левую, а Кайзера по правую стороны. Кайзер хмуро глядит на свою руку, и его глаза в шоке расширяются. — Укусил... – смотрит он на оставленный на руке след от зубов. — Шавка паршивая. Ажиотаж на поле не утихал. Никто не мог поверить в увиденное, все переговаривались, в шоке замирали, смотрели, не в силах поверить в настолько сенсационный и сюрреалистичный исход матча. Это первые в жизни их красные карточки. Алексиса и Кайзера уводят для медицинского осмотра и заживления ран, и Исаги глядит в след уходящему Нессу. Юкимия и Курона в ужасе замечают, что лицо Йоичи никак не изменилось. Совершенно. На нём даже не было удивления. Им не в домёк, что именно Исаги, отпустив джерси Несса, шепнул "фас", дав всему этому случиться. Он не знает, что сказали друг другу Кайзер и Несс, так как они играли без наушников, но он выглядел так, словно его это не волновало. Он видел, что им обоим больно. Что они причиняют один другому вред. Команды явились в раздевалки со счётом 3:3. Ничья ощущалась смазанной, никто не мог поверить в произошедшее. Несса задержали медики, и Исаги, цепнув тренера за локоть, попросил вместо него сходить за Алексисом и вместе выйти с ним из раздевалки, пока команда могла насладиться отдыхом, перекусом перед тем, как погрузиться в свой автобус. В пустой темной раздевалке Реала, где зловеще мигала лампа, двери наконец отворяются и на пороге стоит помятый Несс. Его взгляд встречается с холодными, светящимися в этой полутьме глазами Исаги, и он коченеет на месте. Исаги глядит на него глазами-рентгенами, и Несс чувствует, как задыхается. На его носу пластырь, а на руках и туловище синяки. Он смотрит на него и чувствует прилив стыда за своё поведение. — Я не должен был.... – шепчет он, но Исаги и бровью не поводит, не сводя глаз. Минута, вторая, сердце Алексиса пропускает удар. Он сводит бровки домиком, и чувствует, как на него накатывает истерика, он начинает дрожать и в невнятной попытке объясниться, поднимает руки, но Исаги резко хватает его, притянув к себе, коснувшись его губ так жадно и желанно, как никогда. Несс от шока ахает, у него подкашиваются ноги, но он быстро включается в поцелуй, ощущая, как болью отозвалось ощущение в спине. Исаги с грохотом прижимает его к пустым шкафчикам, выбив негромким скулёж, пока Алексис цепляется за его плечи, покорно открывая рот, и касаясь своим языком языка Йоичи. Ему плевать на боль. Всегда было плевать, такова натура Алексиса, подчиняться и принадлежать, но это не даёт никакого права вытирать о него ноги. Природа Исаги и Кайзера разрушать, а природа Несса принадлежать. Так уж вышло, что принадлежит он Исаги. Теперь официально. — Исаги.. Ах! — сдавленно, тихо шепчет ему Алексис, но Йоичи затыкает его новым поцелуем, влажным и настойчивым, ощущая, как приятно его плечи царапает Алексис. — Йоичи. Зови по имени. – шепчет он, опустившись к шее Несса, окропляя её поцелуями, и заслышав сдавленные мычания, кусает нежную светлую кожу, побуждая Алексиса едва вскрикнуть. Он облизывается, облизывает укус, и с усмешкой извиняется. Слишком давно он хотел коснуться его шеи. Одежда полетела куда-то на лавочки. Вода полилась сверху, а лопаток коснулась холодная-холодная плитка, заставившая Несса вздрогнуть. Им плевать. Плевать на холод, на боль, на воду, на шанс быть пойманными. Несс скулит в искусанные губы Йоичи, пытаясь нащупать опору позади, но плитка в душевой скользкая, холодная. И он чувствует её спиной, от столкновения лопаток с поверхностью. Исаги прижимает его к стене жадно, голодно, резко, тут же целуя, словно извиняясь за такое проявление доминантности. Этим самым, он выбил негромкое немецкое ругательство со сладких уст. Алексис обхватывает его шею руками, прижимаясь ближе. Они целуются так, словно дышали друг другом, а не кислородом. Несс целуется как изголодавшийся по ласке зверёк, жмётся и шумно ахает, на каждое движение реагирует дрожью, а Йоичи дразнит, доминирует, заламывает руки, гладит, целует, просит быть погромче, шепчет ему что-то на ухо, прося больше говорить на немецком, а не на английском — Тише, подожди..! — просит Несс скуля так, что Йоичи тут же перехватывает его стон, накрывая его губы своими, двигая рукой размереннее, дразня его. Несс чувствует, как у него подкашиваются ноги, он чувствует, как вне терпении пульсирует головка члена, как Йоичи прикрывает его, наваливаясь всем телом, целует, в шею, в уши, и от ушей Несс закрывает себе рот рукой, чтобы подавить громкий стон. Исаги принимается покусывать, облизывать, проходясь пальцами по возбуждённой плоти, чувствуя, как бедро Несса утыкается ему в междуножие, и как тот нетерпимо трется коленом о его член. Исаги рычит от удовольствия, стонет в губы Алексиса, с которых то и дело срываются стоны, которые он тщетно подавляет, кусая губы и пальцы, иногда прерываясь и целуя Исаги так нежно, влажно и пошло, как Исаги до этого никогда не приходилось целоваться. От немецкого мата, Йоичи только сильнее прижимает Алексиса к стене, шепча на ухо, требовательно, влажно, мягко: "назови меня по имени. Назови." Несс опускается на колени кафельной плитки душевой, едва отойдя от оргазма. Слипшиеся мокрые малиновые волосы прилипают ко лбу, Исаги проходится по ним пальцами, бережно убирая чёлку со лба, глядя сверху-вниз на Алексиса. С мутными глазами, на коленях, перед минетом – Несс выглядит порнозвездой самых грязных фантазий Исаги Йоичи. Алексис же глядит изподлобья на Йоичи, не понимая, как даже сейчас ему удаётся держать все под контролем, доминировать. Держать его под контролем. "Смотри на меня, Алексис". Несс не отрывая глаз, не в силах сопротивляться этому приказу, берёт его целиком. Лишь заслышав истомный вздох, и что-то на японском, Несс послушно закрывает глаза, когда Йоичи сжимает волосы на его затылке. Исаги судорожно хватается за стенки душевой, и закатывает глаза от удовольствия. Ещё полгода назад ему бы сказали, что Алексис Несс будет отсасывать ему в гостевой раздевалке Реала, с огроменным шансом быть пойманными, он бы никогда не поверил. Алексис отсасывает мастерски. Ласкает языком, двигает головой размеренно, подстраивается под темп, который настраивает Исаги, давится членом, смотрит... Смотрит, как настоящее произведение искусства, неужели хоть кто-то может выглядеть как божье создание, когда сосёт член? Исаги тяжело дышит, прикрывает рот, тонет в этих малиновых глазах и вдруг они оба дёргаются от стука в раздевалку. В мгновение Несс вскакивает на ноги, а Исаги озирается назад, на дверь в раздевалку, ручка которой дернулась и дверца была открыта. От возбуждения не осталось и следа, Исаги тут же обернувшись в полотенце показывается посреди душевой запереживавшему тренеру, чтобы у Несса была возможность смыть с себя свою сперму. — Да-да, мы здесь, простите, что заставили ждать, у Несса разболелись лодыжки пришлось помочь. — Понятно. Простите, не подумал, что вы моетесь. Руки в ноги, поторопитесь . Дверь снова закрылась а Исаги шумно выдыхает. Адреналин вскипает и он видит напуганный взгляд Несса, который смотрит на Исаги, и выключает воду. Они молча вытираются, одеваются, всё ещё в ужасно шокированном состоянии. Несс завязывает шнурки, Исаги вытирает волосы и в голове вновь и вновь проносится эта ситуация. В пустой раздевалке послышался смешок. Несс озирается на Йоичи и видит, как тот улыбнувшись негромко посмеивается, и Алексис сам прикрывает рот, неловко рассмеявшись. Они смеются, одеваясь и когда Несс поднимается, Исаги чересчур довольно и бесстыдно на него пялится. Настолько, что Несс даже не понял почему, он просто плавился под этим пристальным взглядом, но довольный Йоичи только указал глазами на дверь. — Я с тобой не закончил, имей в виду. – роняет Йоичи, и Несс, выдыхает облегченно от пережитого шока, потирая шею. Это же надо, как их пронесло. — Это было... я... боже, ужас какой ... Исаги, что это было. — Прерванный гетеро-мужиком минет. Кстати очень хороший, ты явно умеешь пользоваться этим ротиком. — Йоичи! – смущённо вспыхивает Несс, но Исаги только раздовольный шагает вперёд. — Хороший мальчик, Несс, хороший. Как думаешь, в номере стены со звукоизоляцией?