Tell me it’s hurts

Сону медленно шагал по пустынным улицам, легкий холод ночного воздуха играл с волосами, но внутри него горел огонь — огонь того, что он только что испытал. Вся его кожа словно пылала от прикосновений Сонхуна, от той игры боли и наслаждения, которую они разделили. Он улыбался про себя, чувствуя, как грудь чуть ли не взрывается от напряжения. «Вот это было… — думал он, — он почти кончил, а я просто ушёл. Чёрт, мне это нравится. Хочу ещё. Хочу, чтобы он сгорел от желания». Дверь комнаты захлопнулась, и Сону направился в ванную. Вода уже была теплой и успокаивающей, но мысли не отпускали его. Он прислонился к холодной плитке, закрыв глаза, и пальцы сами начали нежно скользить по телу. В памяти всплывал Сонхун — его губы, член, взгляд. Сону представлял, как Ники узнаёт о них двоих, его ярость и ревность, как он будет бить Сонхуна, чтобы выбить из него эту зависимость. И вместе с этим — ещё сильнее разгоралось возбуждение. Руки сами тянулись к члену. Он тихо стонал, ощущая, как напряжение внутри становится всё сильнее. «Пусть они будут врагами, пусть их битвы только усиливают то, что между нами, — шептал он себе. — Я хочу ещё. И он тоже.» Вода стекала по его коже, смывая пот и остатки эрекции, но не способная смыть пламя, которое разгорелось внутри. ______ Обычный день. Сону шёл медленно, бесцельно, словно пытаясь уловить, за что бы зацепиться взглядом. Город жил своей жизнью — влажный асфальт отражал блики витрин, мимо проходили студенты в одинаковых худи, кто-то смеялся, кто-то торопился. Ким остановился у магазина одежды. Притянул дверцу на себя, колокольчик тихо звякнул. Он прошёлся между вешалками, перебирая ткань пальцами. Слишком яркое. Слишком серое. Вот рубашка — чёрная, с тонким воротником. Он притянул её к себе, прижал к груди. Пахла новой тканью. Никакой крови. Просто одежда. — Бред, — пробормотал он себе под нос. Перекинул рубашку через руку и пошёл к кассе. _____ Пять минут спустя он уже сидел за пластиковым столом у киоска. В руках был прозрачный стакан с клубничным молочным коктейлем. Он крутил трубочку в пальцах, делая мелкие круги по дну, но не пил. Вкус казался слишком земным, слишком настоящим. «Вампиры, блять. Серьёзно?» — мысленно усмехнулся он. «Просто… острые зубы. Может, коронки. Или грим. Сумасшедшие братья. Один страдает от агрессии, другой от комплекса бога. Ну и я — с поехавшей фантазией». Он смотрел, как люди проходят мимо. Мать с ребёнком. Парень с наушниками. Пожилая пара. Ни следа ночной бури, никакого огня в глазах, ни одного клочка кожи, содранной когтями. Всё спокойно. Он потянулся за коктейлем, сделал глоток. Сладко, приторно, как в детстве. Но где-то глубоко внутри всё ещё сидел тот момент. Клыки. Руки, сжимающие его запястья. Шорты, сползающие по ногам. Кровь. Блядская, тёплая, настоящая кровь. Он почесал бок — кожа там до сих пор была чувствительной, как будто знала больше, чем он сам. «Может, мне всё это просто приснилось. Перебор с энергетиками. Или… я правда спятил». Он медленно встал, выбросил пустой стакан в урну, поправил худи. И только проходя мимо витрины с зеркальным стеклом, заметил: в отражении он был один. Хотя точно помнил: рядом только что кто-то шёл. Высокий. В чёрном. Он резко обернулся — никого. Только тёплый ветерок скользнул по шее. Сону выругался себе под нос и пошёл дальше, делая вид, что не ускоряет шаг.