Tell me it’s hurts

Несколько недель спустя Университет. Утро. Сон светлый. Воздух прохладный. Черная машина Сонхуна — блестящая, безупречная — подъезжает к университетским воротам. Дверь открывается. Сону выходит первым. На нём — широкие чёрные брюки, подчёркивающие силу ног, но не обтягивающие. Свободная, чуть прозрачная белая блузка — ткань тонкая, дорогая, как шёлк, мягко обтекает запястья. На глазах — серые линзы, слегка мутные, чтобы скрыть глубину новой радужки. Кожа — безупречная. Холодная. Бледная. Он держит телефон в руке. Пишет сообщение: чонвон, я у входа ты с джейком? ждать? Сонхун выходит со стороны водителя. Подходит ближе. Прячет волосы под капюшон. Между ними нет слов. Только поцелуй в лоб, короткий, почти ритуальный. И взгляд. Долгий. Как будто в последний раз. Сонхун садится обратно и уезжает. Сону остаётся. Один. ⸻ У входа. Хисын — как будто ждал. В его руках кофе, лицо заспанное. Он видит Сону — и на несколько секунд замирает. Он не узнаёт его сразу. Потом — глаза расширяются. — Блядь, ты где был?! — он подходит ближе. — Я думал ты умер! Ты помнишь, что вообще было в ту ночь?! Сону усмехается. Пожимает плечами. — У меня расстройство, — спокойно говорит он. — Поведенческое. Иногда я просто… отключаюсь. Не помню, что делаю. Меня увезли. Лечили. Диагностировали. Было весело. Он улыбается — слишком спокойно. Хисын медлит. — И что, ты прям не помнишь? — осторожно. — Вообще. Только обрывки. Кровь, что-то режу… вся хуйня. Наверное, не впервой. Хисын делает шаг ближе. И вдруг — обнимает. Сону отвечает на объятие. Слишком быстро. Слишком крепко. Холодными пальцами. Он задерживается у шеи Хисына. Дольше, чем надо. Вдыхает. На миг замирает. Хисын чувствует, что-то не так. — Эм… ты ок? — шепчет он, пытаясь пошевелиться. Сону отступает. Всё так же с улыбкой. — Да. Просто соскучился. ⸻ Их разговор прерывается появлением Чонвона и Джейка. Но Хисын ещё долго будет вспоминать, как холодны были руки Сону, и почему от его кожи пахло, словно дождём перед бурей.