Радужный город / Rainbow City

Шуршащий звук заставил его взглянуть на Сок Хву. Оказалось, что тот распаковал вяленое мясо и один кусок протягивал Квак Сухвану. – Дорогой, ты не злишься? – Почему я должен злиться? – Из-за того дерьма, что я сказал. – Слова… не могут быть дерьмом. И то верно. Улыбнувшись, Квак Сухван губами забрал полоску мяса из пальцев доктора, Сок Хва достал себе последнюю и начал медленно жевать. Им приходилось перебиваться чем попало, и от этого внутри Квак Сухвана все сильнее нарастала тревога. Он взял рацию и вышел в эфир. – Подполковник Чха, прием? Неизвестно, были ли его отряды в пределах досягаемости, но в ответ доносились лишь треск да шипение. – Кроме подполковника Чха, кто-нибудь слышит? Если да – ответьте. [Группа 1, прием. Мы на связи с подполковником Чха.] Таким образом ближайшим к ним отрядом была первая группа, находящаяся между ними и группой подполковника. – Передайте: отступить и ждать дальнейших приказов. С преследователями разобраться самостоятельно, желательно уничтожить. [Группа 1, принято. Передадим.] Минуты через две рация снова ожила. [Группа 1, сообщение передано. Командир, группа 2 передает, что оторвалась от преследования. Ожидаем дальнейш… кхек!] Пух! Из рации послышался глухой взрыв. Квак Сухван резко ударил по тормозам, джип остановился. Сок Хва тоже отчетливо услышал этот глухой звук в динамике. – Группа 1, что сейчас произошло? – Квак Сухван повысил голос, сжимая рацию, но ответа не было. – Майор, – у Сок Хвы резко пересохло в горле. – Отзовитесь, группа 1. Доложить обстановку! Чшш, чшш, шшш. Ритмичный шум в рации был похож на то, как если бы кто-то то нажимал и отпускал кнопку. Потрескивание и шипение повторились несколько раз, прежде чем затихли. И как раз когда Квак Сухван уже собирался снова заговорить. [Чшш… Давненько.] Из рации раздался веселый голос. [Вас приветствует Мастер Радужного города, Чхве Хо Он.] Рука Сок Хвы, лежавшая на бедре, вздрогнула. Если рация оказалась у Чхве Хо Она, это означало одно: первая группа в опасности. [Хм? У вас там случилась авария? Почему молчите? А, это же у нас авария. Я ожидал большего от так называемых элитных солдат Радужного города, но на деле ничего особенного. Обидно: в этом Городе толковых людей совсем не осталось.] Квак Сухван выхватил рацию из гнезда, порвав провод, и швырнул ее на пол машины. Надавив пальцами на глаза, он глубоко вдохнул, как будто пытаясь подавить ярость, и задержал дыхание. Затем снова завел джип и продолжил ехать по запланированному маршруту. Сок Хве хотелось спросить, целы ли бойцы из первой группы. Но ответ можно было получить только у Чхве Хо Она, а разговаривать с ним было непродуктивно. Это был тот самый лукавый Змей, чьим оружием были смущающие и хитрые речи. Именно поэтому Квак Сухван, подавив импульс, просто превратил рацию в бесполезный кусок пластика. – С ними все будет в порядке, – банальная утешающая фраза была сказана им в том числе и самому себе. – Если не убиваешь ты – убивают тебя. Так всегда было. Стрелка спидометра взметнулась вверх и легла набок. Двигатель джипа ревел, набирая обороты, и за исключением одной дозаправки остановок в пути больше не было. К тому времени, когда высокое летнее солнце начало садиться, им удалось покинуть административную зону Города. Дорога и лес уже стали практически неотличимы, было трудно сказать, где вообще пролегала трасса. Направление держали по компасу, но бесконечные заросли больше походили на тропические джунгли, из которых можно никогда не выбраться. В приоткрытое на ладонь окно лились непрерывные звуки лягушачьего хора. Пышная листва в темноте свисала растрепанными прядями. Этот мрачный вид был полной противоположностью зеленому полудню. Квак Сухван включил дальний свет, улучшая видимость. Две косули, ослепленные светом, метнулись в глубь леса. Помимо лягушачьего хора, откуда-то доносился шум воды. Поднявшись на холм, Квак Сухван остановил машину и огляделся. Повернул руль влево и проехав по густой траве, он с удивлением увидел впереди долину с низвергающимся в нее водопадом. Примерно через год после того, как он стал Контролером, Второй Мастер отдал приказ разобраться с повстанцами. Но схваченный по указанию Второго человек при ближайшем рассмотрении оказался слабым и совсем не походил на мятежника. – Я не выдам местоположение и впредь, только сохраните мне жизнь. Мольба этого мужчины о пощаде показалась странной. Квак Сухван допросил его и узнал: больше полувека назад семья Второго Мастера оборудовала тайные убежища. Рабочих, участвовавших в строительстве, потом убили и списали на несчастные случаи. Этот хнычущий человек, которого приказал убрать Второй, оказался одним из чудом уцелевших. Квак Сухван не стал его убивать и отпустил. Разумеется, получив взамен точные координаты убежищ. Всего их было три. Будучи Контролером, он колесил по всей стране, так что проверить координаты было несложно. Тогда он думал о том, что они могут понадобиться ему самому, и не ожидал, что первым в нору в попытке оттянуть свою смерть забьется сам Второй Мастер. – Я запру дверь машины, так что подожди здесь – Будьте осторожны. – Угу. Квак Сухван легонько поцеловал Сок Хву в лоб. Выйдя из джипа и заперев его, он привычным движением подбросил и поймал ключи, сунул их в карман, а в руку взял пистолет. В этой долине водилась форель, а вода годилась для питья. Пресноводная рыба, правда, была безвкусной, но место вполне подходило для выживания. Квак Сухван светил фонарем под ноги и раздвигал траву ботинками. Если бы кто-то здесь ходил, трава у входа должна была быть примята. Вряд ли Второй Мастер мог сбежать в одиночку, наверняка при нем остался верный дворецкий. – Вот же геморройный старикан, – пробурчал себе под нос Квак Сухван, вспоминая, что Мастеру было сказано сидеть тихо под охраной, теперь же он вынуждает майора за ним гоняться. Бум-бум-бум. Найдя, наконец, участок с примятой травой, Квак Сухван от души топнул ногой. Под ботинком раздался глухой металлический звук. Нагнувшись, он раздвинул траву и только тогда увидел круглый стальной люк с пазом для руки. Упираясь одной ладонью в землю, другой он ухватился за паз и потянул. Люк не шелохнулся, казалось, он был заперт изнутри. – Ласточку спас, а она принесла мне семена. Выживший строитель научил его, как открывать дверь бункера, когда она заперта, но это было невозможно сделать одному. Светя перед собой, Квак Сухван бегом вернулся к джипу. Сок Хвы не было видно ни на пассажирском, ни на водительском местах. Он постучал в стекло, и доктор, привычно прятавшийся ниже стекол, приподнялся. – Можешь выходить. Пойдем вместе. – А вещи? – Сок Хва кивнул на рюкзак. – Оставим пока. Квак Сухван развернул маскировочный чехол в цветах леса и тщательно накрыл джип. Сок Хва помог ему с этим, затем до конца застегнул пуговицы на своей рубашке, и они вместе направились к бункеру. – Это там вход? В той стороне, куда светил фонарик майора, виднелся круглый стальной люк. – Верно. Не знаю, есть ли кто внутри. Никто не открывает, это может значить как то, что внутри никого, так и то, что они там. – О чем вы говорите? – О том, что я без понятия, что творится в башке Второго. Дорогой, посвети-ка сверху. Он передал фонарь Сок Хве. Тот замер и направил луч на люк. В плотно прижатом металлическом листе виднелся лишь один зазор паза. – Вырвете его силой? – Думаешь, я такой невежда, что только силой действовать умеет? – Быть сильным – это не плохо, наоборот. Только не повредите себе ничего. – С тех пор как мы вернулись в Город, ты напряжен как струна. Расслабься немного. Квак Сухван шумно втянул воздух, сделал вид, будто тянет изо всех сил, а потом, будто бы признавая поражение, притворно простонал: – Для этого моей силы не хватит. – Помочь? – Ага. Большая ладонь Квак Сухвана занимала почти весь паз, даже узкая рука доктора туда не могла бы поместиться. Он задумался, как еще можно помочь, затем обошел майора и крепко обхватил его сзади за талию. – Ты что делаешь? – Вместе потянем. Квак Сухван не удержался и расхохотался: ему вспомнилось, как в доме О Янсока они стояли спиной к спине, потому что Сок Хва собирался его прикрывать. – Обними еще крепче. Похоже, доктор и вправду приложил силу – тело майора ощутило давление. Он успел насладиться этим чувством, а Сок Хва прибавил усилие и попробовал потянуть назад. – На «раз-два»? – Вы сейчас дразнитесь? – Ага. Чтобы снять напряжение, он разжал руки Сок Хвы и слегка прикусил его пальцы. Открыть люк было просто: на внутреннее кольцо в пазу нужно было набросить шнур или веревку и потянуть в обратную сторону. Как раз когда он собирался снова попросить Сок Хву посветить фонариком в паз, раздался скрип и металлическое кольцо повернулось. Только что плотно прижатый люк сам плавно приоткрылся. Сок Хва, пораженный, осветил фонариком проем. – Давненько не виделись, майор Квак Сухван, доктор Сок Хва. Это был дворецкий Второго Мастера. Значит, они все же сидели внутри и не спешили выползать. Квак Сухвану очень хотелось врезать по этому лицу ногой, но, взглянув на Сок Хву, он решил набраться терпения. – Какое облегчение, – Сок Хва не добавил вслух «нашли с первой попытки», но лицо его просияло. – Где Второй Мастер? – Здесь. Он в порядке, ждет внутри. Дворецкий начал спускаться по металлической лестнице. Лишь убедившись, что Сок Хва уверенно двигается вниз, Квак Сухван последовал за ним и закрыл за собой люк. Вентиляция работала неплохо – воздух внутри был сносный. Пол устилал ковер, вокруг стояли кожаные диваны, в стороне виднелась шикарная кухня с островом, на стене был огромный экран, куда в реальном времени транслировалась картинка с внешней камеры наблюдения в долине. Этот бункер площадью около трехсот квадратных метров без натяжки можно было назвать элитным жильем. В центре в инвалидном кресле сидел Второй Мастер, еще более исхудавший и осунувшийся, чем раньше. В его глазах читалась сложная смесь эмоций, как будто он не знал, что сказать. Второй несколько раз вздохнул. Прячется с таким комфортом, а выглядит, как беженец. Квак Сухван снова подавил желание свернуть старику шею и прошел мимо Сок Хвы прямо на кухню. – Послушай-ка, майор Квак Сухван, – заговорил Второй, видя, что тот даже не поздоровался, но уже распахивал шкафы. Квак Сухван достал утварь и продукты, включил горелку, поставил греться воду и опустил в нее пакет с рисом быстрого приготовления. В одном из контейнеров плескалась форель, видимо, пойманная дворецким. Ловко перехватив мечущуюся рыбу, он вспорол ей брюхо армейским ножом. Выпотрошив еще трепыхающуюся форель, он тут же бросил ее на сковороду. – Что вы, собственно, делаете? – дворецкий, нахмурив лоб, подошел к нему. – Ну, разве не следует для начала накормить гостя? Доктор Сок давно не ел по-человечески. Квак Сухван нахмурился куда суровее дворецкого. – Майор Квак! Не смейте говорить в таком тоне, – потребовал дворецкий. – А как еще я должен с вами обращаться? Если делать нечего – лучше рыбу переверните. Квак Сухван нашел соль и щедро посыпал выпотрошенную форель. – Давай поедим. Сок Хва, который пристально смотрел на Второго Мастера, повернулся к столу. Голода он не чувствовал, но было неудобно отказываться от того, что приготовил Квак Сухван, поэтому он сел на стул. Дворецкий пробормотал, что эти двое, видимо, сошли с ума после поездки в Россию. Вместо того, чтобы толкать коляску руками, Второй Мастер внезапно поднялся с места и на собственных ногах подошел к столу. – Ма-мастер! Это был не вопль свидетеля чуда, а скорее крик ужаса. И Квак Сухван, и Сок Хва, не шелохнувшись, уставились на передвигающегося на двух ногах Второго. После паузы Квак Сухван коротко хмыкнул и поставил на стол разогретый рис. – Что, стал прихожанином «Эдемского сада» и получил спасение? Или, что вернее, всю жизнь разыгрывал из себя калеку из страха перед Первым. Не мудрено, что он так ловко сбежал на своих «больных» ногах. Квак Сухван снял крышку – из-под нее повалил пар. Теплый пар щекотал Сок Хве подбородок и оседал на ресницах. Он моргнул, стряхивая влагу, и взял ложку. То, что у Второго мастера оказались здоровые ноги, не так уж сильно его поразило. Второй сел за стол напротив Сок Хвы. – Лицо у тебя сильно осунулось, доктор Сок. – Пока ваш великий Мастер прятался в бункере и наслаждался сельской идиллией, мой доктор Сок мотался туда-сюда, не имея возможности нормально питаться. – Майор Квак. Следите за своим языком. Кх!.. Квак Сухван схватил Второго за шиворот. – Квак Сухван! Дворецкий кинулся было на помощь, но майор отшвырнул его ударом ноги в живот. Тот покатился по полу, сжимая место удара, и закашлялся из-за рвотных позывов. – Не подходи ко мне, если не хочешь умереть. Если бы ты знал, в каком я сейчас поганом настроении, ты бы не лез. Преклонение перед военной иерархией было у дворецкого в крови, и он не мог поверить собственным глазам. Хотя он был в форме, но по сути Квак Сухван сейчас был беглецом в розыске, а не военным Радужного города. Тем временем Сок Хва отделил палочками румяное мясо форели и положил на ложку. Он сосредоточился на еде, будто ничего не случилось. Дворецкий смотрел на это с изумлением, а Квак Сухван усадил Второго Мастера обратно на стул. – Послушай, майор Квак, – в тоне Мастера все еще проскальзывали гневные нотки, но они звучали гораздо слабее. – Я предвидел, что когда-нибудь ты явишься за мной. – Хорошо, – Квак Сухван открыл консервированную кукурузу, высыпал ее в одноразовую миску и пододвинул к Сок Хве. Наскоро разогрел еще риса для себя и нетерпеливо снял крышку. Пока доктор с майором неспешно ели, Второй Мастер с дворецким будто потеряли дар речи. – Всех рабочих, строивших этот бункер, ты велел убрать. А меня использовал, чтобы добить последнего выжившего. Только я его отпустил. Видишь, не захотел сам марать руки – в итоге получил удар в спину, – Квак Сухван указал ложкой на потолок бункера. Убил рабочих? Сок Хва не стал скрывать презрительный взгляд, уставившись на Второго. Тот продолжал сидеть с невозмутимым видом. – Если ты пришел, чтобы остановить Чхве Хо Она, стоило бы держаться повежливее. – Помощь Мастера действительно пригодится, ведь нам нужно рассказать всем историю, как Чхве Хо Он убил Первого Мастера и покушался на Второго, из-за чего тот «вынужден был скрываться». И самое критичное – показать общественности, что Змей «Эдемского сада» и есть Чхве Хо Он, – Квак Сухван постучал пальцем по виску. – Раз уж предвидели, что я приду, догадались и об этом. Легенда с вас, а сила – с меня. – Я понял это еще тогда, когда ты вызвался обеспечивать мою безопасность. Решил использовать меня по-своему. – А вы разве не собирались сделать так же? Ведь именно Второй намеревался усадить доктора Сока в кресло Мастера и дергать за ниточки как вздумается. – Невозможный наглец! Как-то не похоже, что ты пришел к союзникам. Кто ж так ведет переговоры? – Я пришел не для переговоров. Считайте это предупреждением, – последняя тень ухмылки исчезла с лица Квак Сухвана, и его жесткий взгляд пронзил Второго Мастера, который, будто желая показать, что он не просто слабый старик, уставился на майора в ответ. – Тогда убивай. – С чего такая бравада? Эту дерзкую реплику произнес вовсе не Квак Сухван, как показалось Второму. Голос, задавший вопрос, явно принадлежал Сок Хве, который уже доел и пил воду. Настолько чистой и прохладной воды ему давно не доводилось попробовать, но этот вкус вызвал не наслаждение, а жаркую волну унижения. – Ведь именно чтобы выжить, вы забились в укрытие. А до этого, когда все началось, чем рискнули, чтобы спасти ситуацию? Когда развернулась катастрофа, вы не сделали ничего. Молодые солдаты Города сражались, служа щитом и подчиняясь абсурдным приказам. Второй Мастер сидел здесь, пока в стране гибло бесчисленное количество людей. – Я до сих пор не знаю, живы ли те, с кем общался и работал. А у майора были люди, с которыми он провел годы. Почему лучшие солдаты, а не трусливые Мастера, должны страдать первыми? И почему мы вообще должны соблюдать какие-то приличия? В отличие от того, когда он был схвачен за шиворот майором, на этот раз на лице Второго Мастера отразилось смятение. Сейчас Сок Хва произносил слова, способные потрясти основу Радужного города. – Доктор Сок, я понимаю ваши трудности. Тем не менее, я тогда ясно попросил вас стать моим преемником. Все это было для Радужного города, и именно вы отказались и ушли. Второй Мастер, с прискорбием качая головой, непринужденно переложил всю вину на них. – Вы цеплялись за положение Мастера, даже притворяясь больным. Ради Радужного города? Нет, конечно же, ради своей собственной безопасности. Вам не хватало уверенности, чтобы противостоять Первому, не так ли? Истина, проговариваемая бесстрастным голосом доктора, заставила лицо Второго Мастера залиться краской стыда. Рожденный при помощи его генов щенок теперь пытался его унизить? Воспринимая это как вызов от собственного ребенка, Второй почувствал, что его гордость была уязвлена. Дворецкий подошел ближе, чтобы поддержать дрожащего от гнева хозяина. – Доктор Сок, это неправда. Второй Мастер все это время сдерживал Первого, мечтавшего о диктатуре. – Хватит выступать адвокатом, – Квак Сухван со звоном опустил ложку. – Чтобы обрушить рейтинги Чхве Хо Она, нужно твердое доказательство, что он – Змей из «Эдемского сада», который организовал вспышку вируса «Адама». Когда Квак Сухван подвел итог дискуссии, Второй, словно только того и ждал, ухватился за край стола и поднялся. Его ноги функционировали, но мышцы катастрофически атрофировались. Он лишь из гордости и упрямства не пользовался тростью. – Ты это понял, столкнувшись с ним? Это «величие» Мастера – великий обман, – сухо бросив это, он прошел к углу гостиной и откинул ковер. Подцепил врезанную в доски ручку и достал из открывшейся ниши дипломат. Судя по отсутствию пыли, его часто открывали. Мастер отодвинул опустевшую посуду и поставил дипломат на стол. – Нужная вам приманка для Чхве Хо Она здесь. Однако пообещай: как только он падет, Город вернется к системе двух Мастеров. – Знаешь, я мог бы убить тебя и все забрать прямо сейчас? – Не ты ли сам, майор Квак, говорил о нужде в легенде. Это ведь мои слова будут обладать нужным влиянием: я – Второй Мастер. – Так ты хочешь, чтобы я снова тебя сделал Вторым Мастером? – А ты станешь Первым? Захочешь – так и будет. Квак Сухван оскалился. Его рассмешила эта непоколебимая уверенность, что Первым Мастером станет тот, кто захочет. – А прежние выборы Мастеров проводились у нас честно и прозрачно? От его усмешки Второй сомкнул губы. – Доктор Сок, знаешь, что меня поразило, когда я поступил в академию? Бюллетени для голосования за Мастеров. Их раздавали курсантам уже заполненными. Каждый раз военные должны были голосовать за назначенного Мастера. Иначе тебя объявляли повстанцем и убирали по-тихому. При этих словах Сок Хва не мог поднять глаза. Ему самому доводилось получать заполненный по указке сверху бюллетень, и его голос ложился в общую кучу. В те времена он верил в то, что для безопасности людей будет лучше, если Первый и Второй Мастера будут оставаться все теми же. В Учебном центре в головы вбивали то же самое: перемены и сомнения ведут к катастрофе. И что относительная защита от «Адама», которую видел Радужный город, – прямая заслуга военных властей, и систему нужно сохранять. Выходит, и Сок Хва причастен к тому, что Радужный город довели до такого состояния. – Учебный центр… тоже имел проблемы. – С этим согласен. Обучение, прививающее лояльность исключительно Чхве Хо Ону… – Нет. Так было всегда. Второй глубоко вздохнул. Стоило доктору покинуть Город, и в его голове зародились «странные» идеи. – Тогда как это должно измениться? – Все должно стать, как было в мире без «Адама». Не принудительная промывка мозгов, а доступная информация и свобода выбора. Только тогда не появятся такие люди, как я. – Это чистая утопия. Розовая мечта. Доктор Сок, ты жив только потому, что система этого города была стабильной, – язвительно отрубил Второй. – Я жив потому, что был полезен. После слов Сок Хвы у Второго на шее вздулись жилы, он, будто выступая на трибуне, повысил голос и даже ударил кулаком по столу. – У нас есть «Адам», наш злейший враг! Думаешь, без контроля и управления наш Город бы выстоял?! – Тогда почему вы использовали «Адам»?! Голос Сок Хвы стал громче. Не только Мастер с дворецким, но и Квак Сухван выглядел удивленным. Еще никогда раньше Сок Хва не проявлял так открыто свои эмоции при других. Слабое тело заставляло его все чувства подавлять внутри.