Радужный город / Rainbow City

Владивосток, примерно три месяца назад

Квак Сухван крепко сжимал обе руки Сок Хвы в своих ладонях и тревожно всматривался в лицо доктора, чья температура была ниже обычной. На этом бледном лице не отражалось никаких эмоций. С тех пор как они обосновались во Владивостоке, прошло уже более двухсот дней. Все было неплохо, пока им не довелось встретиться с местным сумасшедшим. Старик привел их в ветхую лабораторию, и тут снова началась работа. Квак Сухван очень просил доктора не перенапрягаться, но, по правде говоря, у того изначально не было сил, чтобы перенапрягаться. Тогда что с ним? Может, простуда? Но у Сок Хвы не было ни жара, ни кашля – невозможно было определить, что с ним происходит. Лаборатория, где они жили, до появления «Адама» имела третий уровень биологической безопасности. После распада Альянса Владивосток, в отличие от Радужного города, так и не обрел устойчивой системы и стал рассадником мародерства. Однако внутри лаборатории повсюду висели предупреждающие знаки о работе с опасными патогенами, поэтому большая часть оборудования и приборов уцелела. Даже мародеры боялись вирусов. Разумеется, там, где предупреждений не было, все уже давно было разграблено. Дверь библиотеки открылась и вошел тот самый старик. – Где врач? – не отрывая взгляда от Сок Хвы, резко спросил Квак Сухван. Книги и стеллажи из этого помещения давно растащили на дрова, и лишь пыль осталась на полу. Майор обустроил здесь совместную с Сок Хвой спальню, и теперь комната выглядела жилой, благодаря матрасу и столу. – Я спрашиваю, где врач? Старик держал под мышкой металлический контейнер, а в другой руке – шприц и пустой пакет. – Думаешь, тут тебе Радужный город? Какой еще врач? Черт возьми, я сам наполовину врач. В речи старика слышался русский акцент, из-за чего она звучала как диалект. – Может, доктор Сок ввел себе какое-нибудь странное вещество? Квак Сухван знал, что раньше Сок Хва проводил клинические испытания на себе, но после встречи с ним избегал опасных экспериментов. Значит, причина не в этом. – Старый черт, ты что-то сделал? Это ты? Старик хотел отвесить наглецу пощечину, но вспомнил, какими жадными глазами майор вечно смотрел на доктора, и лишь тяжело вздохнул. Пусть они и сбежали из Радужного города вдвоем, но одержимость Квак Сухвана видна была даже посторонним. Он не позволял Сок Хве и шагу ступить за пределы лаборатории, а когда местные приходили обменять продукты на медикаменты, стоял, скрестив руки, за его спиной с мрачным видом. И вот теперь, когда доктор потерял сознание, неудивительно, что Квак Сухван ведет себя неадекватно. Старик решил, что, как старший, должен проявить терпение, и подошел к кровати. – У него нехватка крови. – Крови? Сок Хва с бледным лицом и правда напоминал вампира, только вот хватит ли у него сил укусить хоть кого-то. – В Радужном городе он наверняка получал полноценное питание. Как ты думаешь, почему доктор с таким телом мог более-менее нормально жить? Потому что был ведущим исследователем в том Городе, который ты так поносишь. Если бы он таким родился здесь, не протянул бы и пяти лет. После этих слов Квак Сухван не нашел что возразить. Как бы он ни заботился о Сок Хве, это не сравнить с условиями жизни в Радужном городе. По сути, тот держался до последнего, пока наконец не рухнул без сил. – Я перелью ему твою кровь. – А можно? – А есть причина, по которой нельзя? – старик прищурился. – У вас одинаковая группа крови, так в чем проблема? Или можешь оставить как есть. Тогда он либо очнется сам, либо будет чахнуть и ослабнет еще больше. Квак Сухван молча протянул руку. Старик надел перчатки и начал забор крови у полного жизненных сил военного. Казалось, выкачай из него пару литров, он и то сможет бегать, но при этом майор излучал такую тяжелую ауру, что это явно было предупреждением: стоит старику сделать что-то подозрительное – и головы он лишится в прямом смысле. – Если плохо питаться, крови становится мало? – Квак Сухван даже не знал, что такое анемия и как она ощущается. – Ты что, думал, что доктор – хомяк, раз живет на одном арахисе с миндалем? Ему не хватает железа, вот он и пытается выжить, жуя все подряд. Тебе не понять, но двести лет назад люди редко доживали до шестидесяти. Слабые умирали еще раньше. Сейчас человечество снова откатывается к тем временам. В конце концов, Бог опустил молот. – Старик, может, тебя в «Эдемский сад» отправить? Раз о боге заговорил, тебе там понравится. Рука старика, вынимавшая иглу из вены Квак Сухвана, дрогнула. «Бросал бы пить, уже руки трясутся». Майор прижал ватой место укола и отбросил ее. Подтащив складной стул, он сел рядом с кроватью Сок Хвы и скрестил руки. – Почему ты предал свой Город? – Я ему никогда не был предан. Так о каком предательстве речь? – Если так, тогда зачем возвращаться? Зачем разрабатывать вакцину и идти обратно? Наблюдая, как его кровь постепенно вливается в тело Сок Хвы, Квак Сухван испытал странную радость. Это было подобно тому, как если бы он увидел ребенка,в котором течет его собственная кровь. Теперь они действительно стали одной семьей. – Квак Сухван, раз вакцина почти готова, может, останетесь здесь и будете просто помогать людям? Обычно на вопросы посторонних отвечал Сок Хва, а Квак Сухван предпочитал помалкивать и почти никогда не говорил о себе. – Я-то не против, но доктору эта идея не нравится. Говорит, хочет жить свободнее. В отличие от скептично настроенного майора, старик даже отчасти мог понять Сок Хву. Здоровяк выживет хоть на необитаемом острове, а доктор без чьей-то опеки обречен на гибель. Он взглянул на Квак Сухвана. – Как вы двое вообще сошлись? Поскольку они называли друг друга «доктор» и «майор», было ясно, что один ученый, а другой – военный, но как люди таких разных профессий решили вместе покинули Город – оставалось загадкой. – Доктор влюбился и бегал за мной, выпрашивая сперму, вот я и поддался. Можно было подумать, что это Сок Хва страстно его добивался. Но со стороны больше походило на то, что невежественный майор без памяти влюбился в гладкого, бледного и аккуратного доктора и последовал за ним. В местных реалиях, где почти не возникало конфликтов с жителями, Квак Сухван умудрялся тайком добывать курево и алкоголь, а еще при каждом удобном случае лип к Сок Хве, чуть ли не капая слюной. В такие дни и без того призрачный Сок Хва спускался в лабораторию еще более ослабевшим. В глазах старика, который видел, что только доктор усердно трудится, Квак Сухван выглядел бездельником и лоботрясом. Решив, что этот парень просто искусил умника и добровольно стал его телохранителем, он лишь цокал языком, гадая, что же доктор нашел в этом типе. Однако, если хорошенько подумать, перед ним были два человека, самостоятельно добравшиеся из Радужного города до Владивостока почти без снаряжения. По пути наверняка встречали мародеров и крупных хищников – и остались невредимы. – Вы ведь шли по железной дороге, там часто появляются медведи. Причем те, что распробовали человеческое мясо. – Ни разу не видел. – Голодные звери страшнее адамов. Так, говоришь, ни разу? – Наверное, нам повезло. – И с разбойниками вам повезло? Квак Сухван резко обернулся к старику, его жесткий и острый взгляд так и кричал, что не стоит развивать тему. В этот момент с кровати послышался слабый звук. – Майор... Квак Сухван вскочил и подошел к очнувшемуся и застонавшему Сок Хве. – Я здесь. Все хорошо. Можешь еще поспать. На лице Сок Хвы появился слабый румянец. Майор притронулся к его руке – привычная температура возвращалась. Квак Сухван с облегчением погладил доктора по лбу своей большой ладонью. – Незадолго до вашего появления численность разбойников резко сократилась. Они, конечно, отморозки, но сформировали что-то вроде братства и держатся друг за друга, если одного убивают, сотня идет мстить. Когда их стало меньше, многие плясали от радости, считая, что их загрызли звери. Но как они могли проиграть зверью с таким количеством оружия? Квак Сухван, практически уткнувшись ухом в нос доктора, прислушивался к его тихому дыханию. Кажется, Сок Хва все же уснул. – Это дело рук человека. Причем, одного. Укрыв Сок Хву одеялом, Квак Сухван выпрямился и сверху вниз посмотрел на старика, который был ниже его на две ладони. – И что? В его взгляде читалось: скажешь хоть слово о докторе – не пощажу. У старика, который получил подтверждение своих догадок, закружилась голова. – Квак Сухван, ты ведь тоже мутант. Результаты страшных экспериментов находились перед его глазами: переполненный жизненной силой майор и вечно дышащий на ладан доктор. Старик горько усмехнулся, думая про себя, что излишне распереживался. Глядя на Сок Хву, который отлично перенес переливание крови, он даже решил, что его опасения были напрасны. И все же что-то продолжало неприятно зудеть в его душе, когда он подбирал окровавленный кусочек ваты, отброшенный Квак Сухваном. В день, когда вакцина была готова, Сок Хва и Квак Сухван, оставив после себя только записи успешного эксперимента, внезапно исчезли. И лишь после их ухода он обнаружил в крови Квак Сухвана аномалию, из-за которой ни одна вакцина не действовала на майора. Радужный город действительно преуспел. Квак Сухван был не просто мутантом. К счастью, у Сок Хвы после трансфузии и до самого отъезда не проявилось никаких отклонений. Было бы слишком хорошо, если бы этим все и закончилось, но проблема крылась в разработанной вакцине и в природе мутантов. На понимание ее у старика ушло три месяца, и все равно это была лишь гипотеза. Однако этого хватило, чтобы заставить пожилого человека с риском для жизни отправиться следом. *** Сок Хва судорожно вдохнул. Адам перед ним явно произнес слово «Ева», как когда-то другой подобный ему в зоопарке. Затем тварь зарычала и, обойдя доктора, бросился на солдат за его спиной, которые прикрывали другой вход на этаж. На Сок Хву тем временем бросился следующий адам, у которого не было одной руки. – Укх! Кррр! Покрытый ранами адам попытался вгрызться доктору в лицо. Сок Хва беззвучно закричал, изо всех сил отталкивая ладонью его челюсть. Из носа все еще текла кровь. Сок Хва все же смог вывернуться и начал отползать от твари. Капли крови падали на пол, адам полз за ним, смешивая свою кровь со следами, оставленными Сок Хвой. Что делать? Доктору хотелось бежать к солдатам у противоположного выхода, но что если они заразятся из-за него?.. Сок Хва с трудом поднялся, прижавшись спиной к окну. Внезапно адам схватился за горло, будто подавился костью, и его вырвало кровью. Сок Хва отскочил в сторону, пытаясь избежать контакта с этой грязной кровью. – Сок Хва! И в этот момент ему послышался голос Квак Сухвана, хотя это, конечно, могло быть лишь плодом его воображения. Доктор покачал головой и принял решение вернуться обратно в палату. Сердце бешено колотилось, когда он толкнул приоткрытую дверь и заглянул внутрь. Что, если Ю Чонгён жив и подвижен? Может ли он напасть? Сок Хва плотно закрыл за собой дверь. Тело Ю Чонгёна так и лежало за шторой без движения. Все казалось ненормальным. Если в его тело попал новый вирус «Адама», он должен был мутировать. Но Ю Чонгён, как и тот безрукий адам, просто истекали кровью. Стараясь не смотреть на труп, Сок Хва подтащил тележку с медикаментами к раковине и начал смывать кровь. Чтобы остановить кровотечение, он крепко зажал переносицу и постарался сдержать рвущиеся наружу всхлипы. «Все будет хорошо». Как только кровотечение прекратилось, Сок Хва тщательно вытер все следы крови. Рука, сжимающая мыло, задрожала, и оно упало на пол и скользнуло прочь. Именно в тот момент, когда доктор наклонился за мылом, он на мгновение опешил: трупа за пластиковой шторкой не было. Сок Хва быстро выпрямился, и тут что-то холодное коснулось его спины. Доктор застыл как ледяная статуя, когда рядом послышался хрип, и, обернувшись, Сок Хва увидел стоящего рядом Ю Чонгёна, покрытого кровью. – Майор Ю Чонгён?.. У него, как и у обычных адамов, были совершенно мутные белки глаз, и несмотря на то, что он дернул головой, когда СоК Хва его окликнул, нападать преображенный Ю Чонгён не спешил. Бах! Бах! Снаружи палаты раздались выстрелы, от которых Сок Хва вздрогнул, а Ю Чонгён бросился на дверь в совершенно безумном порыве. «Почему он не атакует меня?» Голодный зверь способен сожрать и своего сородича, но у адамов не было такого паттерна. Они просто игнорировали других зараженных. Сок Хва крепко прижал ладони к глазам. Ему стоит быть внимательнее, несмотря на отсутствие Квак Сухвана, нужно сделать все возможное, чтобы выжить. Сделав несколько глубоких вдохов, Сок Хва успокоил бешено колотящееся сердце. То существо, которое произнесло «Ева», тоже проигнорировало его и атаковало других людей. На него напал другой адам, но затем и он проявил признаки вторичного заражения после соприкосновения с кровью Сок Хвы. Как и Ю Чонгён, он отрыгнул массу крови и, казалось, умер. Однако Ю Чонгён пришел в себя, значит, и тот адам за дверью тоже выживет. Вот только Ю Чонгён не нападает на Сок Хву. Это потому, что… – Я… хозяин? – пробормотал Сок Хва каким-то отчаянным тоном. Захватив из медицинской тележки тонкий пинцет, он осторожно приблизился ко все еще бьющемуся о дверь Ю Чонгёну. Крепко сжав пинцет, Сок Хва уколол его, чувствуя, что сосуды вот-вот лопнут от того, как бьется сердце. Но ни после первого, ни после второго укола не было никакой реакции. Даже когда Сок Хва потянулся за пистолетом на поясе Ю Чонгёна, тот просто продолжал тупо биться головой о железную дверь. Он забрал оружие, отошел и неспешно переоделся в черные брюки и рубашку, на которых не так заметна кровь. Затем Сок Хва отбросил пинцет в сторону окна, и когда Ю Чонгён дернулся на звук, доктор быстро открыл дверь и выглянул наружу. На всякий случай придерживая ручку, он осмотрел коридор в поисках того безрукого адама. – Это что за черт?! Это адам вообще?! – Похоже на то, но они начали драться между собой! Солдаты, шедшие по коридору, не скрывали своего изумления, как и сам Сок Хва. Тот первый адам с пожарной лестницы сцепился с одноруким в жестокой схватке. Они рвали друг друга зубами и когтями, будто были естественными врагами. Оставшийся в палате Ю Чонгён снова попытался выбраться, так что Сок Хве пришлось отпустить ручку и с грохотом захлопнуть дверь снаружи. На этот звук отреагировал ближайший к нему военный, который навел оружие на доктора. Сок Хва испуганно поднял вверх обе руки. – Доктор Сок Хва? Видимо, этот военный был знаком с доктором. Пока на нем была маска, лица Сок Хва не видел, но затем он приспустил ее и произнес: – Здесь опасно, вернитесь в палату. – Генерал-лейтенант Ли Ёнтэ?.. У Сок Хвы мгновенно возникло множество вопросов, но он лишь крепко сжал губы. – Я же сказал, зайдите внутрь! Вторично зараженный адам меж тем противостоял уже пяти обычным и неплохо держался. – Убить его тоже, сэр? Он вроде как атакует адамов, но сам тоже адам? Сок Хва не мог вернуться в палату, потому что стоило ему открыть дверь, и наружу вырвется Ю Чонгён. – Доктор Сок Хва! Быстро спрячьтесь! – Стреляйте! Это новый вид мутировавших! – крикнул Сок Хва, удивив Ли Ёнтэ. Генерал-лейтенант на мгновение замер, затем перевел ствол на адамов и крикнул: – Разрешаю. Уничтожить! Раздались громкие очереди. Бесчисленное количество пуль прошили тела адамов, их головы взрывались, а кровь брызгала на стены. Не прекращая стрельбы, солдаты окружили и добивали адамов, пока все они не упали, а в коридоре воцарилась тишина. Затем трупы вытащили через аварийный выход и плотно запечатали двери. В тишине звуки в палате за спиной Сок Хвы стали отчетливее. Бум! Бум! – В палате адам? – Да. Так вот почему доктор не послушался приказа. Ли Ёнтэ кивнул и протянул руку, чтобы отодвинуть Сок Хву от двери, но тот испуганно отскочил еще до того, как его коснулись. Сок Хва в целом казался ему чудаком, поэтому Ли Ёнтэ не стал зацикливаться на этом и кивком велел подчиненным открыть дверь. Они заняли позиции и на счет три резко распахнули дверь в палату. Один выстрел в лоб – и Ю Чонгён рухнул у их ног. Раздался звук, подобный на тот, когда лопается спелый арбуз. Это Ли Ёнтэ контрольно раздавил голову упавшего тяжелым армейским ботинком, убедился, что тот мертв, и прищелкнул языком. – Ха, это же Ю Чонгён. Он держал наготове оружие на случай, если в палате есть кто-то еще, но адам был один. – Доктор Сок Хва, здесь был только он? Сок Хва кивнул. – Вы сами его заперли? Ли Ёнтэ нахмурился и внимательно осмотрел Сок Хву. Он, конечно, слышал, что тот изобрел вакцину, но все же не лишним было убедиться, что на докторе нет следов укусов. – Не беспокойтесь, меня не кусали. Но лучше не подходите, на мне может быть зараженная кровь. Ноги Сок Хвы ослабли от постоянного напряжения и она едва удержался от того, чтобы сползти по стенке на пол. Ли Ёнтэ только сейчас успокоился и стянул с лица маску – Доктор Сок Хва, вопрос, – тон генерал-лейтенанта был строгим. – MК-3 из моего кабинета вы украли? Осипшим голосом Сок Хва тихо пробормотал: – Это… майор Квак Сухван. – Ха, значит, вы соучастник, – Ли Ёнтэ громко рассмеялся. *** Они уселись на диван в палате напротив друг друга, и Сок Хва, молясь, чтобы кровотечение не открылось снова, выпрямил спину и довольно резко спросил: – Что, черт возьми, происходит? – Это скорее я должен спросить. – Простите? – Доктор Сок Хва, вы понимаете, чего именно хочет Мастер? Чего хочет Чхве Хо Он? Рождения нового человечества? Если представителем той самой новой расы людей является он сам, тогда все обычные люди погибнут. Почему вирус «Адама» в его теле мутировал? Чтобы понять причину, Сок Хве нужно было проследить эволюцию, точнее, изменения вируса. Когда в России Квак Сухван впервые перелил ему кровь, доктор находился в состоянии гипотермии и был без сознания. Затем его начали мучить приступ жара – вероятно, это был процесс разрушения старого вируса «Адама» в его организме. Квак Сухван, вероятно, решил, что его пониженная температура нормализовалась. Никто не подозревал, что кровь майора может быть заражена, ведь тесты этого не выявляли. Неужели вирус, дремавший в латентном состоянии внутри Квак Сухвана, активируется лишь при попадании в чужую кровь? От этой мысли по спине доктора пробежал холодок. А что, если бы Квак Сухван не был солдатом S-класса? Если бы он легко получал ранения, зараженных его кровью было бы множество. Возможно, появления адамов в неожиданных местах были связаны с тем, что кто-то заражался из-за контакта с его кровью? Не только Ли Чэюн и Ян Санхун – все в убежище жили рядом с ходячей бомбой замедленного действия по имени Квак Сухван. И тут у Сок Хвы возникла еще одна гипотеза. А может ли вирус «Адама», даже передаваясь другому человеку, оставаться в латентном состоянии? Возможно, для его пробуждения нужен определенный стимул?.. Если эта гипотеза верна, нельзя исключать, что катализатором стала именно вакцина, которую он себе ввел. Но ни одна версия не могла быть подтверждена сейчас. Сок Хва столько лет изучал вирус, но тот по-прежнему оставался для него загадкой. Впрочем, будь иначе, в мире не существовало бы болезней. Ли Ёнтэ спокойно ждал, пока надолго замолчавший Сок Хва придет в себя. – Чхве Хо Он… – Сок Хва, спохватившись, поднял голову. – У него нет права быть Мастером. Он позволит Радужному городу – нет, всем людям без иммунитета к вирусу – погибнуть. Генерал, вы ведь прекрасно помните тот случай. Чхве Хо Он – Змей «Эдемского сада» и главный виновник масштабного заражения «Адамом». Тогда Ли Ёнтэ поверил словам Сок Хвы, и потому не мог не отнестись к Чхве Хо Ону с подозрением. Если все это было устроено ради того, чтобы стать Мастером, он должен быть свергнут. Ли Ёнтэ крепко зажмурился. Он лучше других знал, что Радужный город должен измениться. Властная верхушка прогнила до дна. После того как Чхве Хо Он стал Мастером, Город действительно стал более пригодным для жизни – достаточно было взглянуть на упорядоченные окраины. Потому он делал вид, что ничего не замечает. Убеждал себя, что ради великого приходится жертвовать малым. По крайней мере, Чхве Хо Он не действовал ради личной выгоды, а горожане жили лучше, чем прежде. Он утешал себя тем, что поддерживать его – не ошибка. Более того, именно Ли Ёнтэ, поверив Сок Хве, тогда пустил в эфир предупреждение о зараженной вакцине от «Эдемского сада». Но Чхве Хо Он простил его и даже приблизил к себе. Нынешний Мастер уже не был тем, кто распоряжается людьми, исходя из личных симпатий. – Доктор Сок Хва, когда я еще работал в поле, я был неплох. До уровня Квак Сухвана не дотягивал, но все же. У меня не было покровителей, мне приходилось пробиваться самому, поэтому я буквально был одержим продвижением по службе. Вы знаете, что я никогда не примыкал ни к чьей партии. Это была моя стратегия выживания, и раз я жив, она себя оправдала, – генерал-лейтенант на мгновение замолчал, словно решая, стоит ли продолжать. Сок Хва молча смотрел на него, не понимая, к чему тот ведет. – Давным-давно… Нам поступило сообщение о появлении адама в Зеленой зоне. Это был частный дом, где жила обычная семья: муж, жена и ребенок. Мы окружили дом и вошли внутрь, но свет был погашен, а в комнатах пусто. Мы начали обыск с подвала и дошли до чердака. Оттуда донесся детский плач. Я был уверен, что адам там. В спешке я выбил дверь и выстрелил в спину мужчине, бросившемуся к ребенку. Он сразу упал. До сих пор не могу забыть крик жены. Она кричала, что я убил ее мужа, называла меня убийцей. Но я ведь думал, что пристрелил адама. Я перевернул тело, чтобы сделать контрольный выстрел, но… Это был человек. Он просто испугался, когда военные окружили их дом, побоялся спросить,что происходит, и вместо этого спрятался на чердаке с ребенком. А самое нелепое – сообщение оказалось ложным. Сосед, поссорившись с ним накануне, из мести сделал ложный донос. Я собственноручно казнил того мужчину. И меня не наказали. Доктор Сок Хва, это нормально? Я не должен был понести наказание? Сок Хва не мог вымолвить ни слова. Он не понимал, зачем вообще генерал-лейтенант исповедуется ему. Встретив Ли Ёнтэ, доктор надеялся выбраться из убежища живым, но теперь внутри нарастала тревога. – Я уверен, что нынешний Мастер лучше прежних. Он бы заставил меня ответить за содеянное. Он бы не пощадил меня – человека, который ради сокрытия правды убил невинную семью и даже семью доносчика. Тогда Радужный город стал бы лучше, – Ли Ёнтэ направил на Сок Хву ствол своего пистолета. – Прости, доктор Сок Хва. Похоже, я оставил за спиной слишком много рек, чтобы возвращаться. Сок Хва тоже потянулся к пистолету за поясом. БАХ! Прогремел выстрел, но, к несчастью, не из его оружия.