Радужный город / Rainbow City

Генералы, проходя мимо, бросали на них взгляды – кто-то с отвращением, кто-то с насмешкой. Некоторые даже вслух отпускали оскорбления, но для них обоих это уже не имело значения. Подполковник Чан тоже хотел что-то сказать, но, понимая, что сейчас это лишь ухудшит ситуацию, молча вышел. Когда все покинули зал, Квак Сухван и Сок Хва направились к выходу. – Ну надо же, как тебе повезло, выкрутился главный исследователь. И даже тебя вместо обезглавливания просто сослали в Квачхон. Раз веских доказательств нет, великолепно придумано. Сок Хва решил не обращать внимания на эти подначивания Ю Чонгёна, если бы не этот звук: – Кх! Доктор резко обернулся. Квак Сухван рукой в черной перчатке схватил Ю Чонгёна за горло и прижал к стене, приподняв того над полом. Глаза трепыхающегося Ю Чонгёна, казалось, сейчас выскочат из орбит. – Майор Квак Сухван… Сок Хва едва держался на ногах. Все, чего ему хотелось – добраться до кровати и упасть. – Если я тебя сейчас убью, максимум год отсижу. А может, и месяц. Ю Чонгён хрипел, как задыхающееся в петле животное, но все равно показал ему средний палец. Квак Сухван схватил его руку и выкрутил палец. Раздался крик. Затем он сломал еще один палец и швырнул его на пол. – Ублюдок… я тебе этого не прощу! Квак Сухван пнул его. – Увидимся в Квачхоне. Квак Сухван повернулся к Сок Хве, но тот уже ушел вперед, не оборачиваясь. Быстро догнав его, майор пошел рядом. Они не проронили ни слова ни в лифте, ни по дороге к комнате доктора. Квак Сухван не мог отвести взгляда от его забинтованной руки, но Сок Хва продолжал смотреть только в пол. – Я же говорил – не стоит в это ввязываться, ничем хорошим это не кончится. Теперь Сок Хва оказался под подозрением и скорее всего впал в немилость генерала Юна, майору тоже следовало быть осторожнее. Ю Чонгёна он как-нибудь перетащит в Квачхон, но кто теперь проследит за тем, чтобы доктор не утонул в тарелке с супом? Беспокойство не отпускало Квак Сухвана. Когда Сок Хва потянулся открыть дверь комнаты, он перегородил ему путь. Квак Сухван не мог понять, почему доктор молчит и почему не поднимает глаза. – Завтра меня отправят в Квачхон. Может, воспользуемся этим вечером, чтобы добыть мою сперму? – Не нужно. Квак Сухван ожидал, что его оттолкнут, но Сок Хва просто стоял на месте. – Меня ссылают, а ты почему такой подавленый? – Из-за меня вы пострадали. Если бы доктор не поднял тему Змея, все бы не зашло так далеко. Теперь он убедился, что в Радужном городе действительно следовало быть осторожным в словах, действиях и даже мыслях. Живи он тихо и не проявляй активности, все оставались бы в безопасности. Наверное, и доктор Вонхо, и доктор О Янсок тоже были в этой точке в какой-то момент. – Если так жаль загубленной блестящей карьеры одного майора, можешь подарить ему одну ночь, – Квак Сухван с усмешкой поднял бровь. Сок Хва протянул ладонь и открыл дверь. – Тогда спокойной ночи, доктор Сок Хва. Сок Хва стоял, держась за ручку, и Квак Сухван помахал ему рукой. Однако доктор вместо того, чтобы закрыть за собой дверь, распахнул ее пошире. – Заходите. Квак Сухван нахмурился, словно попал в затруднительное положение. – Даже если чувствуешь вину, не стоит так сразу соглашаться. У доктора Сока, оказывается, есть слабые места. Не поступай так с другими парнями. Я пошел. Этот мужчина всегда был таким. Болтал о том, о сем, но никогда не переходил к конкретным действиям. Квак Сухван развернулся, но Сок Хва окликнул его: – Вы же обещали дать сперму. Он смотрел на майора своими темными глазами. Рука в бинтах, а лицо такое бледное, что это вызывало у него странные чувства. – Я хочу, – Сок Хва повторил, вбивая последний гвоздь в крышку гроба. – Майора Квак Сухвана… – Твою ж… Квак Сухван уверенными шагами вернулся и вошел в комнату. Только тогда Сок Хва отпустил ручку, и дверь за ними закрылась, запирая двух мужчин внутри. – Ты об этом пожалеешь, – Квак Сухван обнял Сок Хву за талию и наклонился, глядя на того сверху вниз. – Не пожалею, – Сок Хва с его большими черными глазами выглядел измотанным, но не отступил. Он мягко оттолкнул Квак Сухвана, и тот легко отступил назад. Он впервые находился в комнате Сок Хвы. Казалось, что комната должна быть забита камнями, но их было всего несколько штук. И посреди стола, гордо подняв голову, стоял членокамень. При мысли о том, что Сек Хва смотрит на него и трогает его утром и вечером, у Квак Сухвана возникло странное ощущение, будто кто-то ласкает его нижнюю часть тела. – Доктор Сок… – тихо позвал он, но ответа не последовало. Сок Хва подошел к столу, достал и надел латексную перчатку на правую руку. Увидев это, Квак Сухван усмехнулся. Оказывается, его и правда пригласили для забора спермы. Сок Хва подошел, потянул его за руку и усадил на край кровати. – Чувствую себя использованным, – пошутил майор, подчиняясь всем указаниям доктора. Даже через перчатку ощущался жар его тела, так что запястью, которое Сок Хва сжимал, стало жарко. Квак Сухван повесил на вешалку плащ и китель и сел на кровать в белой рубашке и брюках. Сок Хва подтащил стул и сел напротив него, поставив на стол пробирку и чашку Петри. – Начнем? Сок Хва потянулся к ремню и расстегнул пряжку. – Как бы я ни хотел, в такой ситуации сложно возбудиться. Квак Сухван имел в виду, что ощущает себя пациентом на врачебном осмотре, однако когда Сок Хва расстегнул молнию и приспустил его белье, тело само собой отреагировало. Помня, как однажды получил удар по подбородку, Сок Хва сел подальше, но такая поза была неудобной. Сок Хва отодвинул стул, опустился на пол перед Квак Сухваном и обхватил его член рукой в перчатке. – Похоже, с эрекцией порядок. Квак Сухван стиснул зубы, сдерживаясь, чтобы не схватить Сок Хву в охапку. Когда член постепенно начал вставать, доктор поднял голову. Он смотрел снизу вверх с видом, который казался очень развратным, словно он приподнял взгляд во время минета. – Сможете сами мастурбировать? – Это самая настоящая пытка. Квак Сухван хотел встать, чтобы закончить с этим, но Сок Хва положил руку ему на бедро. – У меня нет никаких порнографических материалов… Но я тоже прочитал «Ночь с учителем». – Это что такое? Квак Сухван попытался застегнуть молнию, но Сок Хва удержал его. – Это одна из книг, что вы читали, майор Квак. В ней… Сок хва, будто решаясь на что-то, глубоко вздохнул, и его горячее дыхание коснулось нижней части тела Квак Сухвана. Доктор достал из металлической коробки дезинфицирующий тампон и начал тщательно протирать член майора. – Что ты?.. – взгляд стиснувшего зубы Квак Сухвана метнулся к потолку. Двоякие ощущения от прохладного тампона и горячей руки доктора в перчатке будоражили и приносили дискомфорт. Член будто подвергался закаливанию. – Я уже заметил раньше, что член майора очень красивой формы. Учитывая то, как воспитывался Сок Хва, было совершенно непонятно, где он взял базу для сравнения мужских членов. – Спасибо за комплимент, но я ведь совсем недавно принимал душ после дезинфекции… В следующий момент у Квак Сухвана закружилась голова. Сок Хва высунул язык и коснулся члена. Вздрогнув, тот начал стремительно набухать в руке доктора. У Квак Сухвана при виде того, как Сок Хва, будто пробуя мороженое, мягко его стимулирует, вздулись вены на шее. Доктор просто сошел с ума, раз решился на такое. Неужели он чувствует настолько большую вину за то, что майора сослали в Квачхон? В любом случае, Квак Сухван сдерживался как мог, но Сок Хва первый начал. – В книге писали, что так быстрее, – тихо прошептал прямо возле члена Сок Хва, затем снова высунул язык и медленно провел им, облизывая. Майор действительно брал в библиотеке этот роман, но не успел прочитать. Видимо, в местной библиотеке нашлись еще экземпляры. Квак Сухван протянул руку, зацепил пальцем за перчатку Сок Хвы и медленно стянул ее. – Этого недостаточно. Доктор Сок, ты ведь пробовал мастурбировать? Если бы от одного облизывания можно было кончить, разве можно было бы нормально жить? Сок Хва все так же держал ладони на бедрах Квак Сухвана. Тот опустил руку, провел по мягким губам Сок Хвы и без предупреждения сунул в рот указательный палец. Сок Хва едва заметно нахмурился, будто испытывая дискомфорт, но когда палец коснулся неба, его веки затрепетали. Круговым движением Квак Сухван повел рукой внутри и надавил на язык. – Надо дать проскользнуть, будто глотаешь, вот сюда до самого конца, и втягивать. – В книге писали так… – из-за пальца во рту произношение Сок Хвы стало нечетким. – Попробуй. Квак Сухван нарочно зацепил указательным пальцем нижнюю губу доктора и оттянул ее. Губы Сок Хвы быстро увлажнились и слегка приоткрылись. Когда он взял в рот толстую головку, этого уже было достаточно, чтобы заполнить его. Но ведь майор подарил ему камень. Поверил ему, несмотря на то, что Сок Хва однажды солгал. Всегда спасал его в опасных ситуациях. А еще, возможно, они больше никогда не увидятся. По сравнению с этим, такое было пустяком. К тому же можно будет получить сперму. Кроме того, от Квак Сухвана исходил приятный аромат, щекочущий кончик носа – сладковатый и прохладный, хотелось уткнуться носом и глубоко вдохнуть. Сок Хва лишь удерживал головку во рту, неуверенно двигая губами, и для Квак Сухвана это стало уже вторым мучительным испытанием. Его накрывала сильная волна желания запустить руку в мягкие волосы Сок Хвы и резко притянуть к себе. Более того, из-за того, что температура тела Сок Хвы была выше обычной, ощущение было таким, будто снизу все плавится. – Сможешь взять глубже? Сок Хва поднял взгляд на Квак Сухвана, услышав его голос, звучащий ниже и медленнее обычного. Мужчина, который всегда носил на лице легкую улыбку, теперь смотрел на него сверху вниз томным взглядом. Одной рукой он упирался в кровать позади себя, другой – ласкал его щеку, и Сок Хве показалось, что внутри него разгорается странное тепло. Он приподнялся на коленях, крепче сжал бедра майора и попытался принять его глубже. Просто держать член во рту было недостаточно, чтобы довести до оргазма. Сок Хва понимал это и потому раз за разом медленно отводил голову назад и снова подавался вперед. Казалось, что рот постепенно подстраивается под размер. – Ха… Квак Сухван запустил пальцы в его волосы, с силой сжимая. Как раз в тот момент, когда Сок Хва отстранился и втянул губами кончик, член резко проник глубже в горло. – Ах! Он отчетливо ощутил, как язычок отодвинулся назад. Сок Хва, широко раскрыв глаза, поспешно заморгал, и начал стучать майора по бедру. – Ух… мм! Более крупный, чем его горло, член растягивал все внутри. Когда Квак Сухван толкнулся вперед, у Сок Хвы возник рвотный рефлекс. Из-за нехватки воздуха руки, которыми он стучал по бедрам, постепенно ослабли. Даже слабое трение от его сопротивления ощущалось как удовольствие, и Квак Сухван, чувствуя, как слизистая непроизвольно сжимается вокруг члена, выдохнул. Когда он уже собирался надавить доктору на голову, чтобы войти глубже, снизу раздался тихий стон. Он тут же пришел в себя и убрал руку, Сок Хва, закашлявшись, выпустил член изо рта. – Ха… ха… Сок Хва обмяк, уткнувшись лицом в его бедро, пытаясь восстановить дыхание. Слюна, которую он не успевал проглотить, стекала, увлажняя кожу. Квак Сухван быстро подхватил его под мышки и поднял. – Ты в порядке? Сок Хва только тяжело дышал, взгляд его был расфокусирован. Квак Сухван понял, что немного перегнул, но ведь перед ним был Сок Хва. Майор усадил его к себе на колени и провел рукой по спине. – Глубоко в горле… До сих пор кажется, что насквозь пробило. – Когда делают это ртом, вводят вот досюда, – Квак Сухван провел пальцем по впадине у основания ключиц Сок Хвы, словно оправдываясь. Затем прошептал ему на ухо: – Ладно, я сам сделаю рукой… Только давай вместе. Ведь доктору с больным мизинцем было бы неудобно. Когда Квак Сухван опустил руку к его нижней части тела, Сок Хва вздрогнул. Возможно, из-за того, что он едва не задохнулся, его член был уже наполовину возбужден. Ему не хватало энергии, но желание у него было таким же, как и у других. Иногда Сок Хва мастурбировал, думая о мужских телах, но раньше он считал это просто завистью к физически более развитым. Хотя сейчас, в затуманенном состоянии, он уже не мог бы сказать такое с уверенностью. Квак Сухван крепко обнял его за талию, расстегнул молнию и достал его член. На ощупь он оказался удивительно мягким. Ранее он уже видел Сок Хву обнаженным – его соски и пенис были нежного цвета, возбуждающего аппетит, при том, что майор не был адамом. Квак Сухван тихо усмехнулся и сжал вместе их члены. – Ты ведь не на этом тренировался? Сок Хва понял, о чем речь, и, уткнувшись лицом в его плечо, покачал головой. Тело было обессилено, сознание затуманено, но прикосновения большой ладони доставляли удовольствие. Это было совсем не похоже на то, как он делал сам, ни по силе, ни по движениям. Он уже чувствовал, как подступает оргазм. Удивительно, но несмотря на ингибитор, возбуждение и желание кончить нарастали слишком быстро. – Награда, которую дарит доктор Сок, просто потрясающая, – Квак Сухван слегка прикусил его за шею. Опасаясь оставить синяк, не впивался не слишком сильно, лишь мягко сжимал зубы, как зверь, нежно кусающий хозяина. – Ха… Когда Сок Хва напрягся, готовый кончить, Квак Сухван уложил его на кровать. Убрав руку, он начал двигать только бедрами, создавая трение между ними. – Странно… Сок Хва, тяжело дыша, сжал его предплечье, и вдруг тихо вскрикнул – мизинец пронзила боль. Не выдерживая тянущего ощущения, он потянулся другой рукой к своему члену и начал двигать вверх-вниз. В это время член Квак Сухвана несколько раз касался его руки. Пальцы ног поджались, и с хлюпающим звуком семя вырвалось наружу, разбрызгиваясь по их телам. Нельзя… Ему нужно было сперма Квака Сухвана, а так они смешаются. – Ха… Майор, сделайте это сюда… – хотя Сок Хва еще дрожал после оргазма, но все же протянул руку. Квак Сухван провел языком по его ладони, и Сок Хва вздрогнул. – Доктор Сок Хва. Тот посмотрел на него затуманенным взглядом. – Но мне еще далеко до конца, – Квак Сухван прижал его уже обмякший член своим. – Если уж награждаешь, может, доведем до конца? – До конца? Майор сказал, что с таким бессмысленным движением в воздухе ему трудно кончить. И что одного только движения рукой для этого не хватит. – У подавителя есть побочный эффект. Эрекция наступает нормально, а вот разрядка сильно задерживается. Препарат, подавляющий желание, на Квака Сухвана действовал слабо – и потому довести дело до конца становилось труднее. Хотя он это выяснил при мастурбации, а сейчас под ним лежал Сок Хва с раскрасневшимся лицом и прерывистым дыханием. – Ты еще не понял, в чем моя одержимость? – Квак Сухван поднял его рубашку, поцеловал его в пупок и начал подниматься вверх. Он прикусывал мягкую кожу и втягивал ее, оставляя следы. На туловище и шее появлялись и исчезали красные отметины. – Кусаться? Квак Сухван коротко усмехнулся, полностью снял с него рубашку и крепко обнял. Сок Хве было приятно делиться с ним переполняющим его тело жаром. Горло все еще саднило, но Квак Сухван казался ему огромным остужающим камнем. – Ах… Когда Квак Сухван сильно прикусил его сосок, Сок Хва неосозанно обхватил его за плечи. Впервые в жизни получая подобные ласки, доктор с трудом держал себя в руках. Укушенный сосок быстро покраснел и набух, контрастируя со вторым, нетронутым. Квак Сухван провел по нему языком и снова прикусил. Тело Сок Хвы каждый раз вздрагивало. Другой сосок тоже затвердел, будто требуя внимания. Квак Сухван провел по нему тыльной стороной ладони и резко сжал. – Ах! Чувствуя, как Сок Хва растворяется в новом для себя наслаждении, Квак Сухван начал терять контроль. Он стянул с него брюки и провел рукой между ягодиц. Тепло внутри словно призывало его поскорее войти внутрь. Но когда он проскользил пальцами по промежности, Сок Хва напрягся и оттолкнул его, при этом тихо застонав от боли в мизинце. – Ты же не можешь этого не знать? Пусть он и вырос на Чеджу, не мог же он ничего не выучить о половом акте, но Сок Хва наклонил голову, не понимая, почему тот трогает его анус. Квак Сухван, который уже не мог отступить, крепко прижался к его промежности и провел губами по шее. – У медуз и актиний рот и анус одно и то же, верно? Тогда они используют рот. А у людей есть два отверстия. Квак Сухван произнес эту чушь и попробовал ввести палец внутрь. – Актинии… размножаются спорами… Для Сок Хвы все эти действия были новыми, никто раньше не дотрагивался до его промежности, и эти ласки ощущались необычно, хоть и не были неприятными. – Доктор, человек все же более развитый организм. Нельзя сравнивать нас с теми, кто разбрасывает споры где попало. Квак Сухван просунул что-то большое и твердое между ягодиц Сок Хвы. Его бедра были подняты и прижаты так, что не пошевелиться. Беззащитный доктор потянулся, чтобы остановить майора руками, но выходило так, что он лишь гладит его живот. – Там… уже, чем в горле. Ух! Квак Сухван с силой толкнулся вверх, член скользнул мимо дрожащего отверстия, прошелся по промежности, задев яички, и оказался зажат между сомкнутых бедер Сок Хвы. Обхватив его ноги, Квак Сухван прикусил нежную кожу на лодыжке доктора и задвигался. От его толчков раздавались сильные шлепки плоти о плоть, ягодицы Сок Хвы запылали. Член, обхваченный скрещенными бедрами, скользил по мягкой коже, а из-за жара казалось, что он движется внутри. Сок Хва вцепился в его предплечье. Квак Сухван обхватил его бедра и поднял еще выше,так, что ягодицы оторвались от кровати. Сок Хва из последних сил потянул его за руку и прижал ладонь к своей шее. Майор решил, что это просьба о ласке и начал поглаживать доктора, пока продолжал вбиваться. – Обязательно… – бормотание Сок Хвы было едва слышным. – М-м? – Сделайте это… Квак Сухван выдохнул и нагнулся к губам Сок Хвы, от чего тело доктора сложилось пополам. Казалось, что там, внизу, майору все же удалось проникнуть в желанные глубины, настолько плотно они прижались друг к другу. Руки Сок Хвы соскользнули с предплечий Квак Сухвана и упали на кровать. – Сделайте это… в чашку. Квак Сухван прищелкнул языком, глядя на закрывшего глаза доктора. И что прикажете делать? Можно ли закончить начатое? Или, раз уж он все равно без сознания, Квак Сухван мог бы воспользоваться расслабленным телом… Он раздраженно провел рукой по волосам. Тело Сок Хвы перед ним уже покрывалось красными и синими пятнами, хотя они почти ничего не успели. Вместо того, чтобы приподнять его бедра, Квак Сухван просто лег рядом и обнял Сок Хву со спины. От горячего тела, казалось, плавится кожа. – Мне уже не хочется уходить, – с этими словами майор с силой впился зубами в плечо доктора. *** Из-за гипотонии каждое утро для Сок Хвы начиналось с тянущей боли в затылке. Открыв глаза, он какое-то время совершенно бездумно сидел на кровати, ожидая, пока рассеянное сознание придет в норму. «Ты еще не понял, в чем моя одержимость?» Только тогда Сок Хва резко повернул голову и посмотрел на кровать. И одновременно обнаружил, что он не обнажен. На нем была тонкая рубашка на голое тело, которая, как больничный халат, спускаласть до самых бедер. Доктор взглянул на часы – было еще только девять. Сок Хва попытался восстановить в памяти, в какой момент вчера потерял сознание, и осторожно коснулся ягодиц. Понять, произошло ли что-то или нет, он не смог. Однако внутреннюю сторону бедер жгло, а ягодицы пульсировали, будто их избили. Разумеется, он не был совсем невежественен в вопросах секса. В учебном центре пару раз проводили занятия по половому воспитанию, но знакомство с темой было поверхностным. Мутанты больше интересовались тем, к чему каждый был одержим, чем самим сексом, а, по словам Квака Сухвана, доктор и вовсе жил скучной жизнью, запершись в лаборатории. У него не было ни друзей, ни близких коллег, так что он никогда не сталкивался даже с пошлыми разговорами. Потому не мог и предположить, что анальное отверстие используется таким образом. Хотя, раз внутри есть предстательная железа, вероятно, это и правда доставляет какое-то удовольствие… Сок Хва покачал головой, отгоняя мысли, и от этого голова загудела еще сильнее. Впервые в жизни он узнал, что существуют подобные ощущения. Сок Хва сунул руку под рубашку и стал надавливать на соски. Но ощущения было совсем не такими, как когда его касался Квак Сухван. Размер руки, непредсказуемость прикосновений – все это было возможно лишь тогда, когда это делал другой человек. С безразличным выражением лица Сок Хва вынул руку из-под рубашки и направился в ванную, решив для начала помыться. Он вздрогнул, увидев в зеркале свое тело, повсюду покрытое красноватыми пятнами, но быстро пришел в себя. Это были следы, оставленные Квак Сухваном. Он намылил губку и начал мыть тело, но когда дошел до побаливающих бедер и ягодиц, ограничился тем, что осторожно потер их рукой. Но что же за одержимость у Квак Сухвана? Стоило этой мысли снова появиться, как Сок Хва, даже не вытершись как следует, вышел из ванной. Он посмотрел на чашку Петри, оставленную на столе, но она была пустой. Его постигло разочарование, но винить было некого, ведь это он сам потерял сознание. Внезапно взгляд доктора зацепился за камень фаллической формы, который был сдвинут к краю стола. Удивившись, почему тот оказался там, он присмотрелся и увидел под ним небольшой листок. Сок Хва отодвинул камень и поднял записку. [Я старался, но ни капли не выдавил. Береги себя, доктор. И прости за горло вчера.] Сок Хва впервые с момента пробуждения заговорил. – Он ушел. Внутри горла все еще неприятно покалывало.