Радужный город / Rainbow City

Выйдя на берег, Квак Сухван протянул что-то Сок Хве, стоявшему в траве. Это был ореховый батончик, склеенный патокой. Только теперь Сок Хва осознал, что довольно давно ничего не ел. Когда он откусил и разжевал кусочек, сладость мгновенно разлилась по языку. – Вкусно. – Что тут вкусного? Просто чтобы желудок не пустовал. Еще в России Сок Хва всегда говорил «вкусно», когда его чем-то угощали. Теперь Квак Сухван понимал, что таков был способ доктора поблагодарить за то, что кто-то другой постарался и раздобыл для него пропитание. Когда на Памсоме остались только они двое, стал слышен слаженный хор лягушек и жаб. Шум стоял такой, что закладывало уши. – Куда мы теперь? – Пока никуда. Сок Хва лишь молча смотрел на него. В сумерках, без посторонних, особенно ясно чувствовалось, насколько Квак Сухван ослаблен и измучен. – То, что доктор Сок Хва стал таким… все из-за меня. Сок Хва, кажется, понимал, почему тот винит себя – из-за подмены крови. Доктор тихо усмехнулся про себя. Хотя он был уверен, что Квак Сухван ни в чем не виноват, но решил сделать вид, будто ничего не знает. И сам подошел к майору первым, потому что тот никак не решался приблизиться. – Если бы не вы, господин майор, я бы уже десятки раз умер. – Доктор Сок Хва просто слишком наивен. Это я был идиотом. Все из-за меня. Сок Хва покачал головой и без колебаний прижался губами к губам Квак Сухвана. Поцелуй внезапно вышел глубоким и настойчивым, Сок Хва, высунув язык, начал облизывать и втягивать нижнюю губу майора. Квак Сухван, до этого стоявший как истукан, в ту же секунду, как язык проник внутрь, резко притянул его к себе. – Х-ха… Сила объятий была такой, что внутренности, казалось, сейчас раздавит о ребра, и рот доктора сам собой приоткрылся. Квак Сухван не упустил момент и буквально проглотил его губы и рот целиком. От сладости поцелуя разум мутнел, и он кусал, втягивал язык, прижимая Сок Хву еще крепче. – Доктор Сок, ты ведь никуда не уйдешь? Останешься со мной? – в голосе майора звучала тревога, будто стоило разжать руки – и доктор исчезнет. – Ха… я же еще жив. Квак Сухван проглотил ругательство – не такого ответа он ждал. Затем просто растворил тяжелое чувство в поцелуе Сок Хвы. – Мы правда здесь? – прошептал Сок Хва, крепче обнимая его за талию. Пусть это и был остров, но с него можно было увидеть убежище Ёыйдо. – Потому что Чхве Хо Он хочет того же, что и я. Но это было не так: Чхве Хо Он хотел оставить в живых лишь тех, кто являлся венцом эволюции, остальных же уничтожить с помощью вируса. Это никак не могло совпадать с целями Квак Сухвана. – Знаете, к чему стремится Чхве Хо Он? Это совсем другое. – Я не знаю, чего хочет этот псих. Но понятно же, что ему очень нужен доктор Сок Хва. И, послушай, это мелочь, но вдруг ты решил это скрыть, чтобы меня не тревожить, поэтому я еще раз спрошу. Сок Хва не понимал, отчего майор так долго ходит вокруг да около. – Он ведь не делал с тобой ничего странного… в сексуальном плане? – Единственный человек, который рассматривает меня в сексуальном плане – это вы, майор. Квак Сухван схватил доктора за предплечья и пристально вгляделся в лицо. Сок Хва не умел лгать, и его взгляд остался таким же спокойным, как всегда. – Я не подозреваю тебя или что-то подобное. Просто у того ублюдка очень странная одержимость. Понимаешь? Кто бы здесь говорил про одержимость. Но сейчас Сок Хву волновало совсем другое. – Майор, послушайте, – тон доктора вдруг стал серьезным. Для Квак Сухвана это выглядело так, словно старший брат отчитывает его за глупости. – Среди мутировавших адамов мне лишь дважды встречались те, кто говорил про Еву. Тогда в зоопарке и сегодня в убежище. Судя по тому, что они могли говорить, это, скорее всего, были особи до полной мутации. Сок Хва выбрался из объятий майора и, пытаясь заставить мозг работать активнее, начал быстро дожевывать оставшийся батончик. Квак Сухван тоже запихнул в рот сухой питательный кусок. Есть только ради того, чтобы заполнить пустой желудок, казалось ужасно утомительным. Он отряхнул грязь с бутылки воды, брошенной Ли Чэюн, и передал ее Сок Хве. А тот неожиданно взял и выпил половину зараз. – Получается, адам в зоопарке тоже получил фальшивую вакцину, которую распространял Чхве Хо Он. Это значит… он несомненно проводит эксперименты на людях. – Тогда все закончится, когда этот ублюдок сдохнет. А именно этого и хотел майор. – Не думаю, что все так просто, – Сок Хва поднял с земли ветку и повернулся к берегу, укрытому мокрым песком. Вдруг Квак Сухван резко схватил его за руку. С хмурым лицом он опустил глаза, а затем, будто решившись на что-то важное, посмотрел прямо на доктора. – Помнишь, как мы впервые встретились? – На пляже Сехва? – И это тоже. Майор тогда и представить не мог, что странный доктор, которого он сперва посчитал дурачком, станет для него всем миром. – За все время службы я ни разу не ошибался и ни перед кем не извинялся. Но перед доктором Соком мне с самого начала было только стыдно. «В общем… ну… э… Простите. Не думал, что вы так долго без сознания пробудете». Сок Хва вспомнил, как Квак Сухван извинялся за то, что вырубил его, даже тогда было понятно, что он не привык просить прощения. – Старик сказал, что с моей кровью самой по себе проблем нет. Но если человек, получивший мою кровь, потом получает вакцину, вирус начинает бурно размножаться. Поэтому старик и приехал проверить, так ли это. Это действительно моя вина. Квак Сухван, пусть и окольным путем, наконец признался, что подменил кровь в Северном филиале «Эдема». Казалось, ему стоило огромных усилий произнести это. Возможно, он боялся, что доктор обидится. Сок Хва обнял его большое тело и тихонько похлопал по спине. – Я все знал. – Что? – Это не ваша вина, господин майор. Вы ведь не впервые делали мне переливание крови. Майор подменил кровь лишь будучи уверенным, что проблем не будет. – Я и сам думал о гипотезе старика. Но если бы все происходило так, я должен был бы мутировать за несколько минут. Так что со мной все будет в порядке. Хотя сам Сок Хва не был так уж в этом уверен, для Квак Сухвана он постарался звучать убедительно. – Если все хорошо, почему у тебя кровь из носа? – До встречи с вами я вообще часто падал в обморок, а сейчас даже бегаю. По сравнению с тем, каким я был в учебном центре, это огромный прогресс. Утверждая, что раз сейчас крови нет, значит все нормально, доктор снова пошел вперед с веткой в руке. Присев на корточки на берегу, Сок Хва доел батончик, а потом нарисовал на земле знак бесконечности. ∞ – Это яйца? Квак Сухван тоже присел рядом и посмотрел на него – Сок Хва едва заметно улыбался. Они провели вместе больше года, и, похоже, доктор уже начал привыкать к его шуткам. Помимо некоторой неловкости Квак Сухван почувствовал облегчение, увидев эту улыбку. – Майор, вакцину мы создавали на основе нового штамма птичьего гриппа. Допустим, этот знак – главный элемент вакцины. Рядом он нарисовал ромб – символ вируса «Адама». ∞ + ◇ = остановка реакции – Когда вакцина сталкивалась с вирусом «Адама», активность вируса действительно прекращалась. Но… На этот раз он нарисовал знак пропорции, похожий на разрезанную ленту Мебиуса. ∞ + ◇ + ∝ (вирус в организме майора) = жар, резкое падение эритроцитов, сильное кровотечение → мутация Сок Хва старательно выводил формулы на мокром песке. – У меня процесс остановился на стадии между кровотечением и мутацией. Он провел поперечную линию посреди стрелки. Похоже, теперь стоило рассказать то, о чем он до сих пор молчал, чтобы не вызвать у Квак Сухвана чувство вины. – Когда в России мне впервые перелили вашу кровь, у меня поднялась температура. Я думал, это побочный эффект переливания, но, возможно, это связано с тем, что у меня уже был иммунитет. Поэтому я до сих пор жив, даже нося в себе мутировавший вирус «Адама». Так это была лихорадка… Квак Сухван снова едва не вышел из себя из-за собственной глупости, но лишь забрал у доктора ветку. На белых ладонях Сок Хвы осталась черная грязь, и он отряхнул их. – Вот почему мы должны ехать на Чеджу. Подазумевалось, что им нужно на Удо – туда, где находилась лаборатория Второго Мастера. *** Сок Хва задремал прямо на траве, а потом резко открыл глаза. Он тут же ощупал лицо – не пошла ли кровь, – но кожа была влажной из-за дождя. – Я собирался тебя разбудить, чего это ты уже проснулся? Сок Хва был уверен, что засыпал на земле, но оказалось, что его голова лежала на крепком бедре Квак Сухвана. – Вы тоже немного поспите, майор. Сок Хва поднялся и стряхнул с одежды прилипшие травинки. Квак Сухван все так же смотрел в сторону убежища Ёыйдо, будто ожидая какого-то сигнала. – Я выдержу. Бывало, я и по сорок восемь часов не спал. Это еще ерунда. Это прозвучало вовсе не как бравада. – Как мы доберемся до Чеджу? – Полетим, – майор с усмешкой посмотрел на Сок Хву, который все еще боролся с сонливостью. – К этому времени они уже наверняка решили, что мы покинули Ёыйдо. Солдат, стянутых туда, тоже должны были рассредоточить. Сок Хва пару раз моргнул. Даже Чхве Хо Он не знал точно, куда они направятся, мог лишь предполагать, что они они постараются как можно быстрее покинуть район Ёыйдо, куда стекались военные. – И, в отличие от Пингвинов, Совы и Филины при плохом раскладе, скорее всего, сразу отступят. Так что нужно выиграть как можно больше времени. Если род Императорского Пингвина уже сидел у него на поводке, так что поздно было соскакивать, то до семей Сов и Филинов руки Квака Сухвана не дотягивались. Вовлекла тех во все это Ли Хичхан, и теперь оставалось только надеяться, что она крепко держит свой поводок. Если им не удастся свергнуть Чхве Хо Она, знак Императорского Пингвина просто исчезнет из Радужного города. – Оставшуюся вакцину сейчас активно раздают от имени Императорского Пингвина. Ли Хичхан ведь почти так же популярна, как и Чхве Хо Он. Квак Сухван кивнул и взял Сок Хву за запястье. – Доктор Сок. Ты ведь мне веришь? – Верю. – Я из тех, кто держит обещания. Если говорю, что вернусь – значит вернусь. Я ведь всегда находил тебя, так? «Доктор Сок, ты ведь никуда не уйдешь? Останешься со мной?» Человек, который говорил это, теперь сам собирался отдалиться от него. Сок Хве хотелось умолять: давайте пойдем вместе куда угодно. Но тогда опасность грозила бы им обоим. Поэтому он лишь спокойно спросил: – На Удо поеду только я? – Мы просто займемся каждый своим делом. Я – Чхве Хо Оном, а доктор Сок встретится со стариком и решит проблему в корне. Квак Сухван был прав. Не обязательно покорно принимать судьбу, но каждый должен выполнить свою роль. – Сколько комбинаций у шестизначного пароля? – Квак Сухван достал из кармана телефон. – Миллион… наверное? – Тогда это лучше доверить доктору Соку, – он протянул доктору телефон. – Я забрал его из бункера Второго Мастера. Остальное, похоже, Чхве Хо Он уничтожил. Сок Хва обеими руками взял тяжелый телефон. – Я даже не пытался вводить пароль. Побоялся, что после нескольких неверных попыток он заблокируется окончательно, – само собой, он не мог знать пароль, установленный Вторым. – Может, на Удо найдется подсказка… – ведь именно там находилась резиденция Второго Мастера. Квак Сухван вдруг резко притянул к себе поникшего Сок Хву. – Смотри. Пока возился с ним, нашел кое-что интересное, – он включил телефон – батарея еще держалась. Не разблокируя экран, провел пальцем, и включилась камера. Затем Квак Сухван переключил объектив. – Можно сфотографироваться. Ну-ка улыбнись. Сок Хве было странно и непривычно смотреть на самого себя на экране. Квак Сухван широко улыбнулся, и доктор тоже чуть приподнял уголки губ. Щелк – фото сохранилось, и внизу появилось маленькое окно. Квак Сухван нажал на него и показал снимок Сок Хве. – Наш доктор Сок отлично получается на фото. На самом деле снимок был почти черным, только далеко позади пылали здания, а лиц толком и не разглядеть было. Квак Сухван выключил телефон и вернул его доктору. Говоря начистоту, ему просто очень хотелось, чтобы у того сохранилось хотя бы одно их совместное фото, ведь до сих пор они такого не делали. И еще он терпеть не мог, когда Сок Хва грустит, даже если заметить это мог лишь он один. Чвак, шлеп. Услышав странный звук рассекаемой воды, Сок Хва невольно прижался к Квак Сухвану. Тот тоже повернулся на звук и вскоре различил в темноте приближающуюся черную массу. – Эгей, налегай, раз-два! Черное нечто становилось все ближе, и вскоре стало видно человека, усердно гребущего веслом на лодке с заглушенным мотором. – Поехали кататься на лодочке… При звуке этого напева на шее Квак Сухвана вздулись жилы. – Ублюдок! Почему так долго?! После окрика темная фигура начала грести еще быстрее. Мужчина, измерив веслом глубину, ловко выпрыгнул за борт и потащил лодку к берегу. – Майор Ян Санхун?.. Это и правда был он, правда, не в форме, а в гражданской одежде. – Ха-ха, доктор Сок Хва, давно не виделись. Простите за тот случай, – Ян Санхун почтительно склонил голову, давая понять, что тогда у него не было выбора. Сок Хва покачал головой в ответ, обозначая, что все понимает, как вдруг его резко подхватили крепкие руки. – До рассвета надо успеть выйти в Западное море, – Квак Сухван поднял его так, чтобы доктор не намочил ноги, и посадил в лодку. – В терминале круизных судов Кунсана стоит вертолет. По дороге зайдите в Хэнам, проверьте его и взлетайте. – Да понял я, хватит тараторить, дыши уже. – Времени нет, придурок. Сок Хва сел на сиденье и пристегнул ремень. Он не мог позволить себе порывисто схватить Квак Сухвана за ногу, показывая, как ему тяжело расставаться. Проверяя ремень, майор вдруг резко схватил Ян Санхуна за руку. На его предплечье поверх короткого рукава белел бинт. – Это? Чип вытаскивали. Тетушка Хичхан намучилась – и врача-шарлатана искать, и сигнал рассеивать. Видать, ты долго жить будешь. – С чего это? – Она тебя таким матом крыла. – Было за что. Но если все пройдет успешно, Ли Хичхан наконец исполнит свою давнюю мечту. – Как ты и просил, мы рассредоточили десять подразделений до самого Пусана. Но скоро приказ отменят сверху. Максимум мы выиграли одни сутки. – Спасибо. – Да ладно. Я все-таки Контролер, хоть и паршивый. Используя статус Контролера, Ян Санхун распределил войска по районам вдоль рек Тумангана и Амноккана, исключая только район Квачхона – там Чхве Хо Он мог напрямую связаться с войсками. Если солдаты доберутся до края Корейского полуострова и поймут, что никакого Альянса не существует, это уже будет своего рода достижение. Недаром говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. – Если у доктора снова пойдет кровь из носа – не вытирай. И не позволяй крови попасть на твои раны, – Квак Сухван прошептал это так тихо, чтобы Сок Хва не услышал. – Понял. Хотя Ян Санхун и не знал точной причины, он без колебаний согласился. Квак Сухван снова зашел в воду и подошел к Сок Хве. – Три дня. Самое позднее через три дня мы снова встретимся. – Я буду ждать на Удо, – сказав это, Сок Хва плотно сжал губы. Еще немного – и голос бы дрогнул. – Заводи мотор и уходите. – Ты же сам сказал мне двигаться тихо! – Сказал. Но я имел в виду не грести на веслах, а не палить наше местоположение перед другими. – Ублюдок! Так и сказал бы сразу! Я, между прочим, километров семь тут отмахал! – Ян Санхун возмущенно выругался. – Все, иди уже. Ян Санхун, ты ведь знаешь? Я тебе доверяю. – Сволочь. Я-то тебе всегда верил. Не то что ты мне. Квак Сухван усмехнулся и сильно ткнул его в спину. Ян Санхун ухватился за борт и ловко вскочил в лодку. Мотор взревел, и забурлившая вода ударила майора по ногам. Только встретились, и вот ему уже приходилось отпускать Сок Хву. Это было невыносимо. Но сейчас нужно было потерпеть. Когда лодка понеслась сквозь темноту, Квак Сухван закричал: – Дорогой! Ты ведь знаешь, как чертовски сильно я тебя люблю?! Кажется, Сок Хва обернулся, но в темноте нельзя было понять наверняка. Если бы десять лет назад кто-то сказал майору, что однажды он будет выкрикивать подобное, он бы лишь рассмеялся. Такие слова совсем ему не шли. Но вот стоило их произнести – и казалось, что он способен повторять их тысячи раз в день. Любовь ведь расцветает во все времена. Развернувшись лицом к убежищу, майор вошел в воду. Снял рубашку и, вывернув ее наизнанку, отпустил по течению. Когда вода дошла до груди, он глубоко вдохнул. А затем Квак Сухван, мощными гребками рассекая течение, поплыл через Ханган.