Яркий ожог

На следующее утро они просыпаются, спутанные и измученные после сна на полу. Они сонно улыбаются друг другу, словно с похмелья, хотя оба покрыты засохшим вином, спермой, потом и слюнями. Огонь погас за ночь, и они зарылись в испорченные одеяла, словно дикие звери. Ганнибал запечатлевает на его губах поцелуй , и Уилл с готовностью открывается ему навстречу, хотя и знает, что его дыхание, вероятно, такое же ужасное. Ни один из них не встал, чтобы почистить зубы, прежде чем отключиться. - Мне нужен аспирин, - стонет Ганнибал, в конце концов отстраняясь. Уилл мурлычет что-то себе под нос, кутаясь в одеяло и морщась от боли в спине. - Я слишком стар для такого количества вина и сна на полу. - Ты? — смеётся Ганнибал, садясь с гримасой. - Напомню, что я старше тебя. Уже позднее утро, и Чиё может появиться с минуты на минуту. Уилл садится, проводя рукой по своим растрёпанным кудрям. - У меня, блядь, похмелье, Боже. Подумать только, вчера вечером я обещал утром пробежаться. Похоже этого не случится. - Ты это сказал? — спрашивает Ганнибал, стоя обнажённым в гостиной и потягиваясь. Уилл кусает губу, глядя на него снизу вверх. - Я дал себе обещание, что сделаю это, — рассеянно отвечает он. — Хочу снова начать приходить в форму, а вместо этого напился и съел свой и половину твоего ужина. - Ты съел, где-то, три ломтика авокадо, не драматизируй, — усмехается Ганнибал, поворачиваясь, чтобы подняться наверх. - Я пойду в душ, ты пойдёшь? Уилл окидывает взглядом свой залитый вином торс и кивает. - Да, иду. Они вместе принимают душ, и это не сводится ни к чему, кроме уборки. Оба выглядят ужасно измотанными и явно страдают от похмелья после красного вина. Они чистят зубы и одеваются. Уилл берёт чёрные брюки, которые ему не совсем подошли, потому что оказались немного длинноваты, и снова надевает зелёный свитер, который был вчера вечером. Уилл пробыл в нём всего час, прежде чем снял его. Они принимают по несколько таблеток аспирина и спускаются вниз. Ганнибал идёт варить кофе, а Уилл собирает у камина испорченные одеяла и грязные бокалы. Уилл подумывает выбросить одеяла, но передумал. Он постирает их и положит обратно в шкаф на случай, если Ганнибал захочет повторить то, что они сделали прошлой ночью. Незачем портить ещё больше одеял. Уилл тащит грязное бельё с лодки в стиральную машину, закидывая туда столько одежды, чтобы хватило на целую загрузку. Только одежды там, наверное, на четыре загрузки, и ещё три — на одеяла и постельное бельё. Голова Уилла пульсирует, он кривится, глядя на бельё, презрительно кусая губу. - Уилл, кофе! — кричит Ганнибал из кухни, и Уилл уходит от пугающего количества дел, которые ему еще предстоит сделать. Уилл идёт на кухню и с благодарным стоном усаживается на табурет у кухонного острова, когда Ганнибал вкладывает ему в руку чашку свежего кофе. - Спасибо, — вздыхает он, с благодарностью отпивая восхитительный итальянский кофе. - Вау, как вкусно. - По сравнению с «Mr. Coffee» на лодке, это определённо так, — соглашается Ганнибал, тоже отпивая из чашки. - Мне понравился вчерашний вечер, Уилл. Уилл ухмыляется, смахивая каплю кофе с губы. - Тебе не повредило… э-э, без смазки? - Нет, — усмехается Ганнибал. - У меня всё болит не больше, чем в любое другое время. Больше всего я страдаю от того, что спал на полу. - Мне так понравилось видеть тебя таким, — без долгих раздумий говорит Уилл, краснея. - Вчера вечером ты был красивее, чем когда-либо. Кстати, это о многом говорит. Ганнибал обходит остров, наклоняется к Уиллу для поцелуя, на который тот горячо отвечает. Их губы уже почти разомкнулись, когда раздался дверной звонок, и они со вздохом отстраняются друг от друга. - Моя дорогая девочка, — ухмыляется Ганнибал, направляясь к двери. Уилл тоже встаёт, на всякий случай, если это не Чиё, а кто-то другой. Он не позволит Ганнибалу открыть дверь незнакомому человеку одному. Это на самом деле оказалас Чиё, и стоило ей увидеть Ганнибала, то сразу же бросилась к нему, обнимая за плечи, в то время как он прижимает её к своей груди. - Ганнибал, - тепло произносит она, сжимая в руках его синюю пуговицу и прижимая его к себе. Через мгновение он отстраняется, благоговейно прикасаясь к её щеке. У Уилла внутри всё переворачивается от ревности, но он делает всё возможное, чтобы сдержать её. - Моя дорогая девочка. Мы приехали вчера вечером и увидели, что ты всё приготовила для нас. Заходи, нам нужно кое-что обсудить. Хочешь кофе? - Вообще-то, я бы с удовольствием, - улыбается она, бросая взгляд на Уилла и наклоняя голову. - Уилл, - неловко приветствует она его. - Рад тебя видеть, Чиё, - ему удаётся произнести это так, чтобы это не прозвучало фальшиво. Она подходит к нему, останавливаясь всего в нескольких дюймах, и смотрит на него снизу вверх, словно что-то решая. - Я читала о том, что ты сделал, чтобы освободить его, - медленно произносит она, её глаза изучают его лицо. - Спасибо. - Уверяю тебя, это было эгоистичное решение, - отвечает Уилл с ухмылкой, и, должно быть, это были правильные слова, потому что она нежно обнимает его, неловко удерживая в своих костлявых руках. Уилл ошеломлён, и, должно быть, это видно по выражению его лица, потому что Ганнибал улыбается и жестом показывает, что ему следует обнять её в ответ, что он и делает, неловко похлопывая ее по плечу. - Э-э, хорошо. - Он смеётся. - Ты всё ещё странный, - хихикает она, отстраняясь от него с румянцем на щеках. - Очень странный. - Спасибо? - Уилл смеётся. Они направляются на кухню, где Ганнибал готовит ей кофе, и она снимает своё тяжелое зимнее пальто, обнажая округлившийся живот. Ганнибал замирает, когда видит это, его шокированые глаза переводятся с её лица на живот. - Я теперь замужем, - объясняет она. - Мой муж Пауло - хороший человек, и он знает о вас обоих. Он знает, что вы - моя семья. Он знает толк в том, как сделать что-то для семьи, и с нетерпением ждёт встречи с вами обоими.Но я решила, что сегодня приду одна. Уилл смотрит на Ганнибала, чтобы понять его отношение к этому, но его лицо странно пустое. - Я с нетерпением жду встречи с ним, - говорит он в конце концов. - Ты уже знаешь, мальчик у тебя будет или девочка? - Девочка - отвечает она с улыбкой. - И насчёт кофе не расстраивай меня. Мой врач уверяет, что мне можно выпивать одну чашку в день, и это единственная радость, которая у меня есть. - Я бы никогда не подумал расстраивать тебя, - усмехается Ганнибал. - Полагаю, я понимаю, почему мы не сталкивались с тобой раньше. - Я действительно была на Кубе, - быстро отвечает она. - Когда я услышала, что Уилл забрал тебя из больницы, я подумала, что с его яхтой это будет первое место, куда ты отправишься. Мы с Пауло забронировали билеты на самолёт, чтобы улететь как можно скорее, но к тому времени, когда мы добрались туда, вас уже не было. В этой части света новости распространяются медленнее. Мы узнали о вашем побеге только через две недели после того, как это произошло. Когда мы добрались туда, в новостях уже говорилось о корабле-призраке, который они нашли в нескольких милях от пристани, полном трупов. Я предпалагаю, что это, должно быть, были вы. Ганнибал наклоняет голову к Уиллу, ласково улыбаясь ему. - Уилл позаботился о них. Алана Блум послала их за мной, и Уилл убил их всех. Он спас мне жизнь уже дважды. Или трижды, смотря как посмотреть. Я обязан ему всем. Она благодарно поворачивается к Уиллу. - Приятно видеть, что ты наконец-то вытащил голову из задницы, - смеётся она. - Это заняло у меня достаточно много времени, не так ли? - соглашается он со смешком. Невольно мужчина начинал проникаться к ней симпатией. - Я живу через три улицы отсюда, - она указывает налево от окна. - Примерно в миле отсюда. Мы с Пауло переехали сюда вскоре после того, как твой адвокат связался со мной и сообщил, сколько денег ты мне оставил. Я никогда не смогу отплатить тебе, Ганнибал, но я подумала, что, если звёзды когда-нибудь сложатся так, что ты выйдешь на свободу, я, по крайней мере, смогу быть рядом, когда ты это сделаешь. Ганнибал накрывает её руку своей ладонью: - Это ничего не значило. Я должен тебе больше, чем то, что я дал тебе за то, что ты потратила впустую большую часть своей жизни. - Я растратила свою жизнь впустую, Ганнибал. Я жила в тюрьме, которую сама создала, для человека, который не заслуживал жизни. Спасибо тебе, Уилл. Теперь я понимаю, какой подарок ты мне сделал. Я так долго ненавидела тебя за это, но то, что у меня теперь есть Пауло.… Иначе он бы у меня никогда не появился. Уилл краснеет, отпивает кофе и пожимает плечами. - Я просто хотел, чтобы у тебя была нормальная жизнь. В одиночку ощипывать уток в лесу - это не жизнь. Чиё смеётся, качая головой. - Всё было не так. В любом случае у меня есть кое-что для вас, если вы не против? - Она достаёт из своей кожаной сумки через плечо несколько папок для них. - Не уверена известно ли вам или нет, но твоя жена подала на развод после того как ты освободил Ганнибала. Была видеозапись с камер наблюдения, на которой ты убиваешь агента ФБР, и она сослалась на отказ от супружеской верности, чтобы получить развод. Вы больше не женаты, — просто говорит она, протягивая Уиллу несколько судебных документов. Уилл берёт папку онемевшими пальцами и бросает взгляд на фотокопии. Он был разведён. Молли отпустила его. Он потрясён этим, так как никогда не думал, что освободится от неё таким образом. Он мог бы… теперь он мог бы жениться на Ганнибале. Он предполагает, что Ганнибал хотел бы этого. Он поднимает взгляд на Ганнибала, который наблюдает за ним с непроницаемым выражением лица, его пальцы на мгновение крепко сжимают кофейную чашку, прежде чем он отводит взгляд. Уилл опускает взгляд, снова и снова перечитывая слова на листах, позволяя им впитаться в его сознание. Он был холост. Не женат. Фактически, разведён. - Она развелась со мной, - раздражённо говорит он. - Я полагаю, что убийство нескольких человек и побег с серийным убийцей дали ей веские основания просить о чём-то подобном. - Утверждение пришло в течение недели, видишь даты? - Спрашивает она, указывая на дату запроса и окончательную дату окончания. - Да, - рассеянно отвечает Уилл, кладя папку на стол. Его лицо вспыхивает, когда он думает о том, чтобы попросить Ганнибала выйти за него замуж на глазах у Чиё, но он решает не делать этого. Он подождёт. - Спасибо, что дала мне знать. Она кивает, открывая другую папку. - Никто не связал лодку, полную мертвецов, ни с кем из вас. Куба провела расследование и предположила, что это было связано с наркотиками. ФБР так и не пронюхало об этом. - Это хорошая новость, - с усмешкой говорит Уилл, глядя на Ганнибала, который явно не улыбался. Уилл хмурится, а старший мужчина отворачивается, чтобы налить себе ещё кофе. - Возможно, это будет неприятно услышать, - начинает Чиё, доставая другую папку. - Беделия Дю Морье пишет книгу о вас двоих. Что-то вроде того, как Ганнибал манипулировал тобой, чтобы ты был с ним. Да там в целом о том, как Ганнибал завладел твоим разумом и как он обманом превратил тебя в монстра. Уилл берёт папку со стойки и, поджав губы, читает статью, которую она написала. - Эта чёртова сука, - выплёвывает он, сжимая папку в кулаке, пока читает. - Психическое заболевание мистера Грэма создало идеальную среду для роста и усиления тёмного влияния Ганнибала. Он проник в глубины его разума и создал монстра, более тёмного и ужасного, чем мог предположить даже сам Ганнибал. - Он читает, едко выплевывая слова. - Это гребенная...- он замолкает, поднимая глаза и сердито краснея. - Прости. Чиё вздыхает. - Я знала, что ты расстроишься. Я не знаю, что вы двое могли бы с этим поделать, но я подумала, что ты должен, по крайней мере, знать. Ганнибал наблюдает за Уиллом, когда тот поднимает взгляд и бросает папку на стойку. - Я хочу её, Ганнибал. Она и Алана приглашают нас на ужин, и скоро они будут вместе. - Если это то, чего ты хочешь, - холодно отвечает он, и Уилл не понимает, что, чёрт возьми, не так, но решает спросить позже. - Я также следила за событиями в Балтиморе и должна сказать вам, что они рассматривают Европу как возможное место, куда вы могли бы поехать. Однако пока они ничего не нашли. Прошло столько месяцев, что маловероятно, что они это сделают. - Здесь они нас не найдут, - уверяет её Ганнибал. - Все дома, которые я намеренно оставил нераскрытыми, были обнаружены, и они уверены, что лишили меня всех моих финансовых активов. Они знают только то, что я им рассказал, а ведь прошло уже три года. - Ты всегда умел заметать следы, - одобрительно говорит она, потягивая кофе. - Я так рада, что с тобой всё в порядке, Ганнибал. Когда я узнала, что ты чуть не умер, я была в отчаянии. Я хотела сама поехать в больницу, но не смогла. Я тогда только узнала о Мише, - говорит она, потирая живот, когда Ганнибал резко ставит свою чашку на стол, и на его лице впервые с тех пор, как появилась Чиё, появляются эмоции. - Миша, - повторяет он прерывающимся голосом, и она кивает, смахивая слезу с глаз. - Я не была уверена, рассердившися ли ты, но я любила её Ганнибал. Я хотела почтить её память. Ганнибал обнимает ее и целует в висок. - Для меня и Миши это большая честь. Береги её. Я рад, что ты не пришла ко мне с оружием в руках. - В конце концов, я была тебе не нужна. Не с твоим накамой, с жаждой мести, что оказался мне не под силу. Уилл слабо улыбается на это, его глаза всё ещё смотрят на её живот, когда он размышляет о важности того, что она дает Ганнибалу, называя свою дочь в честь его сестры. Это было больше, чем Уилл когда-либо мог ему дать. Это было более значимо, чем всё, что мог предложить Уилл. Он с трудом сглотнул и отхлебнул кофе, чтобы спрятать лицо. - Мне пора идти. Если тебе что-нибудь понадобится, я не против помочь, чем смогу, - говорит она, собирая свою сумку и ощупывая что-то внутри. - Ой! Есть ещё кое-что, - говорит она, вытаскивая коробку и кладя iPad на стойку. - Здесь есть Wi-Fi, я установила его для вас несколько месяцев назад. Теперь у вас есть возможность поддерживать связь с внешним миром. - Ты замечательная, - многозначительно произносит Ганнибал. Она берёт его руку и осторожно кладёт себе на живот, давая ему почувствовать, что внутри него кипит жизнь. - Миша, - говорит он, опуская взгляд. - Я с нетерпением жду встречи с тобой, малышка. Она улыбается и отходит в сторону. - Уилл, мы скоро увидимся? - Да, - говорит он, прочищая горло. - Спасибо тебе за все. Правда. Она кивает, надевая пальто и направляясь к двери. - Может, на следующей неделе мы могли бы поужинать вместе? На одной из этих папок написан номер моего мобильного телефона, а также номер моего домашнего телефона. Просто позвоните мне. - Я был бы рад, Чиё, - улыбается Ганнибал. - На следующей неделе. Береги себя, моя дорогая девочка. Она снова кивает, выходя из дома, и тишина после её ухода становится оглушительной. - Что-то случилось? - Спрашивает Уилл, нарушая тишину. - Все в порядке. Возможно, мне следует задать тебе тот же вопрос? Ты выглядел так, будто тебя вот-вот стошнит, когда узнал, что разведён. Эта новость огорчила тебя, любимый? Ты сожалеешь о том, что потерял свою несчастную жену и ту надуманную жизнь, которую ты с ней построил? - Его слова льются с таким ядом, что у Уилла отвисает челюсть. - Что? Нет! Дело не в этом, - начал было он отвечать, как Ганнибал его перебивает. - То, что ты увидел беременную Чиё, заставило тебя задуматься о том, чего у тебя никогда не будет со мной? С Молли тебе было бы легче стать отцом, не так ли? Тебе ещё не поздно найти какую-нибудь другую тёплую, мягкую женщину и посеять в ней своё семя, если ты этого хочешь. - Ладно, хватит,- предупреждает Уилл, поднимая руку, чтобы заткнуть ему рот. - Ничего подобного, и тебе лучше бы замолчать, пока ты не сказал ещё что-нибудь, что причинит мне ещё большую боль, чем уже причинил сейчас. Я разведён. Я не женат. Я был ошеломлён этим, потому что никогда не думал, что такое может случиться. Первой моей грёбаной мыслью было, что я мог бы жениться на тебе, идиот. Я посмотрел на тебя, потому что это больше не невозможно для нас. - Ты хочешь выйти за меня замуж? - недоверчиво переспрашивает Ганнибал. - Конечно, хочу! - Кричит Уилл, с грохотом ставя чашку с кофе на стол. - Я смотрел не на её утробу, представляя всё, от чего я отказался. Я смотрел на неё и думал о том, что не могу дать тебе ничего даже отдалённо столь же значимого, как то, что даёт она. Я хочу подарить тебе весь мир, Ганнибал. Я хочу жениться на тебе и сделать тебя таким счастливым, чтобы ты не смотрел ни на кого другого, что явно теперь не происходит, не так ли? Ганнибал на мгновение выглядит раскаявшимся, вертя в руках чашку с кофе. - Ты расстроен, потому что веришь, что я буду любить ребенка Чиё больше, чем тебя, и всё потому, что она носит имя моей сестры? - Когда ты так говоришь, я кажусь психом. Так что, нет. Дело не в этом, - лжёт Уилл, качая головой и отводя взгляд. - Ты подарил мне целый мир, Уилл. Ты дал мне по крайней мере три шанса в жизни. Ты - это всё, что я вижу, ты - это всё, чего я хочу. Я тоже хочу выйти за тебя замуж. - Мы ссоримся, когда делаем друг другу предложение? - Уилл недоверчиво усмехается. - Я не виноват, что ты сказал мне, что хочешь жениться на мне, таким неромантичным способом, - возражает Ганнибал. - Ты сказал, что хочешь жениться на мне, и одновременно назвал меня идиотом. - Черт, - вздыхает Уилл, потирая подбородок и краснея. - Ладно, подожди, я могу придумать что-нибудь получше. Он обходит кухонный стол и опускается на одно колено, когда Ганнибал удивлённо приподнимает бровь, глядя на него. - Ганнибал, - медленно произносит он. - Я ждал тебя всю свою жизнь, даже не подозревая об этом. Ты значишь для меня всё. Ты - всё, чего я хочу. Я люблю тебя больше всего на свете и хочу провести остаток своей жизни, привязанный к тебе всеми возможными способами. Я хочу называть тебя своим мужем. Я хочу носить одинаковые кольца. Если бы я мог связать себя с тобой другими узами, я бы сделал и это. Всё, что я могу тебе дать, - это я сам и моё обещание, что я буду любить тебя в этом мире и в следующем. Выходи за меня замуж, пожалуйста. Выходи за меня и будь моим мужем. Я хочу взять твою фамилию, потому что ты - единственная семья, которая у меня когда-либо была. По мере того, как Уилл говорит, выражение лица Ганнибала меняется, переходя от безразличия к недоверию, а затем и к чему-то совершенно иному. Уилл не мог понять, почему, но это выглядело почти... грустно, в каком-то смысле. Слёзы навернулись ему на глаза, и Уилл начал чувствовать себя глупо из-за того, как много времени прошло, а он не издал ни звука. - Мне следовало подождать, - вздыхает Уилл, вставая и рассеянно потирая колено. - Это должно было быть романтично и даже лучше, чем это. Просто забудь об этом, пожалуйста. Ганнибал хватает его за руку, прерывисто дыша. - Ты хочешь взять мою фамилию? Уилл кивает, пожимая плечами. - Фамилия указывает на твою связь с семьей. Ты - моя семья, Ганнибал. - Тогда я хочу подарить тебе это, - тихо говорит он, с трудом сглатывая и притягивая Уилла к себе. - Да, Уилл. Я женюсь на тебе. Уилл медленно улыбается, прикусывая губу, и смотрит на Ганнибала. - Да? - Да, - усмехается Ганнибал, приближая свои губы к его губам для поцелуя. Уилл обхватывает его лицо ладонями, со вздохом углубляя поцелуй. В конце концов Ганнибал отстраняется, оставляя поцелуи на щеке Уилла, затем на подбородке. - Я хочу подарить тебе Беделию. К сожалению, она утратила своё расположение ко мне. Думаю, она забыла, каким я могу быть, и я хотел бы напомнить ей об этом. - Я хочу, чтобы она пожалела об этом, чтобы она не умерла, когда мы с ней закончим, Ганнибал. Мы собираемся что-нибудь у неё отобрать. Мне нужна её нога или рука. Я хочу, чтобы она была несчастна до конца своих дней из-за нас - Мстительная штучка, - говорит он со смехом. - Я могу это устроить. Если ты этого хочешь. - Я также хочу Алану, но нам нужно её дождаться. Какое-то время она будет вооружена и под охраной. Нам придется подождать, пока она успокоится. Я обещал ей, что ты не тронешь её, поэтому я убью её, Ганнибал. Это будет мой подарок тебе. - Я подарю тебе Беделию сейчас, а ты можешь подарить мне Алану позже, - с ухмылкой говорит Ганнибал, наклоняясь, чтобы снова поцеловать его. - И ты ещё думаешь, что тебе нечего мне предложить. Ты даришь мне то, что ты есть в моей жизни каждый день. Чего ещё я мог желать? Уилл согласно хмыкает, обнимая Ганнибала за тонкую талию. - Мы помолвлены. Господи, я никогда не думал, что это случится. - Мой жених, - пробует Ганнибал, и Уилл смеётся у него на груди. - Мистер Лектер, - задумчиво произносит Уилл, и Ганнибал крепче прижимает его к себе, целуя в висок. - Уильям Лектер, - произносит Ганнибал, и Уилл слышит улыбку в его голосе, когда он произносит это. - Ганнибал Грэм? - спрашивает он со смехом. - Нет, о Боже, это ужасно, - усмехается Уилл, всё больше мрачнея у Ганнибала на груди. - Сейчас две семьи Грэм разлучены. Мои родители, Молли и я. Я не заинтересован в повторении истории с тобой. Я хочу, чтобы тебя звали Ганнибал Лектер. - Всё, что угодно, Уилл, - мягко отвечает Ганнибал, проводя пальцами по его кудрям.

***

Они прекрасно устраиваются в своей жизни, и в течение следующих двух месяцев Ганнибал организовал встречу с рукоположенным священником в выбранном ими месте, заплатив ему огромную сумму денег за конфиденциальность и немедленное получение свидетельства о браке. Ганнибал и Уилл добираются до места на лодке, оба бегут по мокрым улицам в темноте, натягивая пиджаки и смеясь. Парень стоит перед дверями церкви и выглядит невероятно взволнованным. - Слушайте, я знаю, что сказал “двадцать пять", но это было до того, как я понял, что мы вламываемся в церковь. Типа, это незаконно и опасно... Ганнибал прерывает его, угрожающе делая шаг вперёд. - Должен ли я напомнить вам о видах незаконной деятельности, в которые мы с моим женихом ввязываемся? Я заплачу тридцать пять тысяч, если ты заткнешься и не станешь портить нам момент. Тебе не понравится то, что я с тобой сделаю, если ты всё испортишь. - Тридцать пять - это здорово, - нервно говорит парень. - Конечно, да. Ганнибал взламывает церковный замок кусачками, и они направляются в затемненное фойе нормандской часовни. Ганнибал зажигает несколько свечей, заливая комнату мягким светом, пока они стоят над скелетом memento mori на полу. Ганнибал сияет улыбкой, произнося краткие обеты, и Уилл наклоняется, чтобы поцеловать его, они оба смеются, когда священник вздыхает и делает паузу, пока они целуются. Всё проходит как в тумане, и Уилл едва ли помнит, какие были общие клятвы, но Ганнибал надевает ему на палец сверкающее платиновое кольцо, а затем Уилл делает то же самое, обхватывая ладонь Ганнибала, и надевает кольцо на самый длинный и элегантный палец, который он когда-либо видел. Это происходит прежде, чем они успевают это осознать, и Ганнибал прижимает его ко рту, и Уилл чувствует вкус слёз Ганнибала на своем языке, когда они сжимают свои дорогие костюмы и пожирают друг друга на глазах у какого-то случайного идиота, который не должен иметь привилегии видеть их такими. Они оба отстраняются, чтобы подписать сертификат, и парень поздравляет их. - Этот экземпляр ваш, - быстро говорит он, протягивая им сертификат. Несмотря на то, насколько буднично были произнесены клятвы и насколько неформально прошла церемония, это всё равно самый счастливый день в жизни Уилла. Мужчина быстро уходит, прихватив с собой пачку денег, а Ганнибал и Уилл продолжают целоваться в часовне, и влажные звуки их поцелуев эхом разносятся по стенам. - Нам пора идти, вдруг он на нас настучит, — вздыхает Уилл. - Да, - в конце концов говорит Ганнибал, всё ещё крепко прижимая Уилла к себе. Они бросают быстрый взгляд на своё окружение, запоминая его и сохраняя в памяти, чтобы при желании вспомнить этот момент. - Здесь ты отдал мне своё сердце, - вспоминает Уилл, прижимаясь губами к щеке Ганнибала. - А теперь ты взял здесь моё имя, - говорит Ганнибал, и эмоции в его голосе не сдерживаются, когда он снова прижимается губами к губам Уилла, целуя его до тех пор, пока у них не перехватывает дыхание. - Давай доберемся до лодки, пожалуйста. Я увезу нас с пристани, а потом займусь тобой. Мой муж, - вздыхает он, в то время как Ганнибал покусывает нижнюю губу. Ганнибал берёт его за запястье, и они выбегают из церкви, бегут трусцой по пустым улицам и смеются, возвращаясь к пристани для яхт. Они жадно хватают воздух, забираясь обратно в лодку, и каждый из них решает разные задачи, чтобы быстрее выйти в море. Как только они отплывают от пристани, Уилл бросает якорь, пока Ганнибал привязывает паруса, и вот они уже друг на друге. Они срывают одежду, пока их губы соприкасаются, сбрасывают обувь, пока их руки блуждают и хватают друг друга. - Под палубой? - Уилл задыхается, когда Ганнибал засасывает сосок в рот, теребя его зубами. - Или здесь, под звёздами? - Внизу, - отвечает Ганнибал, покрывая живот резкими, посасывающими поцелуями и медленно поглаживая член Уилла. - Я хочу быть здесь, но нам понадобится кровать для того, что я для тебя запланировал. - Что же ты запланировал для меня? - Со смехом спрашивает Уилл. - Мне стоит волноваться? - Тебе должно быть любопытно, - говорит Ганнибал, снова прокладывая себе путь вверх по телу Уилла, проводя языком по соску, который затвердел на прохладном воздухе. - Не волнуйся. Ты сам просил меня об этом. Уилл думает об этом, пока они спускаются на нижнюю палубу, голые, как пара соек. Он устраивается на тонком матрасе и включает лампу, чтобы видеть Ганнибала. Чтобы видеть своего мужа. От этой мысли у него кружится голова, когда он наблюдает, как Ганнибал ползет вверх по его телу, оставляя дорожку влажных поцелуев, приближаясь к его губам. - О чём я тебя просил? - Заставлять тебя кончать до тех пор, пока ты не перестанешь, - напоминает ему Ганнибал, и член Уилла начинает пульсировать от этого напоминания. - Чёрт, - стонет Уилл, обхватывая его лицо ладонями и глубоко целуя. - Хорошо, - выдыхает он, отстраняясь. - Тогда стоп-слово. Если я скажу ”чашка", ты остановишься. Ганнибал усмехается уголком рта, - Значит чашка. У меня нет намерения разбивать тебя вдребезги, Уилл. - Боже, как же я, блядь, хочу разбиться вдребезги, - выдыхает Уилл, когда Ганнибал покрывает поцелуями его грудь, нежно покусывая мышцы живота. Бархатный жар окутывает его член, нежный язычок скользит по головке, и Уилл со стоном раздвигает бёдра, освобождая место для Ганнибала. Ганнибал устраивается между его бёдер, вбирая его член так глубоко в горло, что Уилл бездумно толкается, касаясь подбородка и ощущая его там, глубоко внутри. Ганнибал стонет, отстраняясь с влажным звуком, и поднимает заднюю часть колен Уилла, складывая его пополам, прежде чем его рот опускается ниже, посасывая его дырочку. Уилл чувствует себя странно беззащитным в этой позе, но он не может жаловаться, потому что язык Ганнибала, проникающий в него, ощущается чертовски приятно. Он весь выставлен на всеобщее обозрение, и Ганнибал чередует блюда, лаская языком его дырочку, засасывая яичко в рот и время от времени глубоко минуя его, когда считает нужным. В конце концов, Уилл прижимает свои ноги к груди, чтобы Ганнибалу было легче выбирать, что он хочет делать, и стоны Уилла эхом разносятся по каюте. Когда Ганнибал снова погружает язык во входное отверстие, Уилл чувствует, что вот-вот кончит. Всё это слишком, и Ганнибал настолько чертовски хорош во всём этом, что ему уже становится неловко находиться так близко. Ганнибы погружает в него палец, растягивая его, в то время как сам возращается обратно к его члену, покачиваясь в такт своему исследующему пальцу, который полностью пропитан слюной. Другой палец скользит внутри него, поглаживая его простату, в то время как его член погружен глубоко в горло Ганнибала. Уилл отчаянно хватает его за волосы, прижимает его лицо к себе, трахая его в рот с высоким стоном, а затем кончая. Ганнибал позволяет ему кончить себе в рот, всё ещё после продолжая посасывать его. Уилл почти готов сказать "чашка", потому что ощущения чертовски сильные. Он слышит щелчок, и внезапно пальцы, которые раздвигают его, становятся скользкими и влажными, другой палец присоединяется и растягивает его ещё больше, одновременно решительно поглаживая простату. Острое, неприятное чувство начинает проходить, и Уилл понимает, что у него снова встал. Он потрясен этим, интенсивностью удовольствия и электрическим током, который проходит между ними. Ганнибал отрывается от его члена покрасневшими, припухшими губами, глядя на Уилла снизу вверх с непристойной ухмылочкой. - Ты видишь, что я с тобой делаю, любовь моя? Мой муж, - выдыхает он, нежно облизывая головку члена Уилла с растрёпанными волосами и раскрасневшимся лицом. Он выглядит таким чертовски красивым, что Уиллу больно просто смотреть на него, его пальцы погружены в Уилла по самые костяшки. - Чего бы ты хотел, Уилл? - спрашивает он, глядя на него снизу вверх сквозь светлые ресницы и посасывая вену на нижней стороне члена Уилла. - Я хочу оседлать тебя, — тут же отвечает Уилл, и Ганнибал усмехается. - Я тоже этого хочу, - признаётся Ганнибал, неустанно поглаживая простату Уилла, в то время как член Уилла прижимается к его животу. Ганнибал замечает это и наклоняется вперёд, чтобы провести языком по коже, а Уилл всхлипывает при виде этого. Ганнибал высвобождает пальцы из расслабленного тела Уилла, ползёт вверх по его груди, чтобы прикусить соски, и ложится на спину. Уилл закидывает ногу ему на талию, скользит по его телу и берёт забытый член Ганнибала в руку, чтобы нанести на него немного смазки, прежде чем прижать к своему входу и опуститься на него. Он двигает бёдрами по кругу, погружая Ганнибала глубоко в себя, в то время как его муж сжимает его бёдра, постанывая, по мере того как он всё глубже проникает внутрь. Уилл вздыхает, когда чувствует, как яйца Ганнибала прижимаются к его заднице, и напрягает мышцы, крепко сжимая их вокруг члена Ганнибала. Высокий, пронзительный стон, вырывающийся из горла Ганнибала, заставляет Уилла рассмеяться, затаив дыхание, и он двигает бёдрами, прижимая этот прекрасный член к своей простате. Он опирается руками на бёдра Ганнибала за спиной, небрежно приподнимаясь и опускаясь на его члене, ударяясь о простату при каждом толчке вниз. Ганнибал подтягивает колени, выпрямляя спину и давая необходимую опору для каждого движения вниз, отчего Уилл выгибается навстречу ему, запрокидывая голову от необузданной интенсивности получаемого удовольствия. - Чёрт! - вскрикивает Уилл, поднимаясь до головки члена Ганнибала и резко опускаясь обратно. Острая волна удовольствия, которую это доставляет ему, заставляет его сделать это снова, а потом ещё раз. Ганнибал стонет под ним, его руки обхватывают задницу Уилла и широко раздвигают его. Они оба такие потные, что всё вокруг кажется скользким и горячим, и Уилл резко дергает его за волосы на груди, протягивая руку к соску и перекатывая его в пальцах. Уилл снова наваливается на него, двигая бёдрами и надавливая так, что головка его члена просто скользит по комочку нервов внутри него, и он дрожит от удовольствия, постанывая при этом. Ганнибал резко садится, притягивая лицо Уилла к своему и запуская пальцы во влажные кудри Уилла, засовывая язык ему в рот и посасывая его. Уилл наклоняет голову и углубляет поцелуй, одновременно двигая бёдрами, в то время как другая рука Ганнибала всё ещё держит его за задницу и крепче прижимает к своему телу. Когда Ганнибал, наконец, бёрет его член в руку, требуется всего несколько рывков, и он кончает между их телами, постанывая в поцелуи. Ганнибал поворачивает их тела, перекатывая Уилла на спину, когда тот устраивается между его бёдер. Их рты едва отрываются друг от друга на мгновение, прежде чем Ганнибал откидывается назад, притягивая бёдра Уилла к себе и устраивая его задницу у себя на бёдрах, а затем Ганнибал резко двигает бёдрами. Уилл выгибается дугой на кровати, крича на всю каюту, пока Ганнибал раздавливает его простату. Его темп сводит с ума, и Уилл не может найти момента для передышки. Ганнибал берёт его ноги и закидывает их себе на плечи, сгибая его пополам, пока его член входит в него. - Ты можешь сказать “чашка”, - напоминает ему Ганнибал, задыхаясь, пот струится по его лбу, пока он продолжает долбиться в него. - Нет, - стонет Уилл, и Ганнибал смеётся, звук прерывается с каждым движением его бёдер. Ганнибал снова садится, сжимая бёдра Уилла, и толкается всё сильнее и целенаправленнее. Его темп сбивается, когда он входит в Уилла, и стонет, глубоко изливаясь в его тело. Он задыхается, приходя в себя, прежде чем выскользнуть из Уилла и заменить его член пальцами. Он легко находит нужное место внутри Уилла, поглаживая его тремя пальцами, пока Уилл дрожит под ним, всё его тело содрогается от перевозбуждения. Член безвольно лежит на животе, но смазка омывает его, и сквозь мучительную боль и наслаждение он чувствует, что находится на грани чего-то грандиозного. - Ганнибал, - стонет он, приподнимая ноги и раздвигаясь шире, поощряя Ганнибала делать всё, что ему заблагорассудится. Ганнибал слизывает пот, стекающий по скуле к губам, глядя на него снизу вверх, приподняв бровь. Ганнибал протягивает пальцы, проводя ими по сперме, которая стекала с его члена на его живот, и подносит покрытые пальцы ко рту Уилла. Уилл стонет, жадно открывая рот, чтобы облизать пальцы, слизывая свой вкус с подушечек пальцев Ганнибала. - Ты ещё доведешь меня до смерти, - со смехом говорит он Уиллу, наклоняясь вперёд, чтобы взять его обмякший член в рот. Уилл не выдерживает, его сочащийся член возвращается к жизни под умелым вниманием рта Ганнибала. Это занимает больше времени, чем следовало, но в конце концов он почти снова стоит, но это так чертовски больно, что Уилл понимает, что плачет. Ганнибал просовывает руку между их телами, и рука, ещё не проникшая глубоко, заставляет Уилла снова возбудиться. Проходит всего несколько минут, и Ганнибал вытаскивает пальцы и снова вводит член, легко скользя внутри него. Ганнибал усаживается на колени, осторожно вводя член обратно, умело поглаживая простату, пока чужой полутвёрдый член продолжает сочиться на живот. - Это то, чего ты хотел, Уилл? Тело Уилла содрогается от напряжения, когда Ганнибал входит в него, нарастает острое, болезненное давление. Уилл кивает, глядя на Ганнибала сквозь влажные от слёз ресницы, его рот приоткрыт и покраснел от того, что он кусад собственные губы. - Я хочу тебя, Ганнибал. Чёрт, ты так хорош. Ты так чертовски хорош, - восклицает он. Ганнибал улыбается, глядя на него сверху вниз, проводя пальцами по вспотевшему животу и груди. - Я хочу разорвать тебя на части, Уилл. Я хочу проглотить тебя живьем, - предупреждает он его, проникая глубже и настойчивее с этим признанием. - Я люблю тебя, - выдыхает он, погружаясь всё глубже. - О, Уилл, как же я люблю тебя. Уилл ахает, осознавая, что испытываемое им сейчас чувство кажется чем-то совершенно конкретным, и он вот-вот окончательно испортит всё настроение. - Подожди, — хрипит он- Чёрт, подожди, - умоляет Уилл, но Ганнибал не обращает на него внимания. Это не стоп-слово. - Мне кажется, что я сейчас помочусь. Остановись. - Это не так, - уверяет его Ганнибал, продолжая трахать его. - Это чрезмерная стимуляция, и это пройдёт. Подожди минутку, - говорит он, продолжая двигаться. Уилл всхлипывает, закрывая лицо от стыда, так как уверен, что сейчас обмочится в постель. Но он этого не делает. Ганнибал заставляет его пережить это, и это превращается в ещё более сильную боль. Более жёсткое удовольствие. Ганнибал тянется к его члену и поглаживает его, а Уилл впивается ногтями в его бёдра, сжимая их достаточно сильно, чтобы оставить отметины. Его темп становится изнуряющим, его простату сверлят с такой жестокостью, что Уилл стонет и плачет. - Кончай, Уилл. Кончи для меня, - умоляет его Ганнибал, в то время как его собственные бёдра подрагивают от желания его собственного освобождения. Уилл не думает, что сможет кончить. Это, блядь, слишком. Уилл обхватывает Ганнибала ногами за талию, побуждая его погрузиться глубже и двигаться, что у него прекрасно получается. Длительное, перекатывающееся давление на простату – именно то, что ему нужно, и он кончает. Такое чувство, что из него вырывают душу, и звук, который он при этом издаёт, звучит как пытка. Ганнибал следует за ним, во второй раз вонзаясь в его тело, пока трепещущие и сжимающиеся мышцы Уилла выдаивают его досуха. Ганнибал выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание, но он осторожно выходит из тела Уилла и просовывает пальцы обратно внутрь, и Уилл вздрагивает: - Чашка! – кричит Уилл. - Блядь, чёртова чашка! Ганнибал смеётся, осторожно вынимая пальцы и падая на кровать. Они оба обессиленные, вспотевшие, перепачканные, и они обмениваются измученным смехом. - Чёртова чашка, - повторяет Ганнибал, и кровать вибрирует от его смеха. Уилл смеётся вместе с ним, перекатываясь на бок, чтобы слизать пот с груди Ганнибала. - Это было так чертовски вкусно. Господи, - вздыхает Уилл, проводя языком выше, чтобы ощутить солоноватый вкус кожи Ганнибала на шее. - Я уже не так молод, как ты, и не так молод, как раньше, - говорит Ганнибал, выгибая бровь. - Ты убьёшь меня, если мы будем продолжать в том же духе. - Я как раз собирался спросить, не хочешь ли ты ещё раунд, - поддразнивает Уилл. Ганнибал вздрагивает, как будто Уилл дал ему пощечину, и Уилл смеётся. - Шучу. - Я на мгновение забеспокоился, - усмехается Ганнибал, убирая со лба влажные от пота волосы. - Мне нужно принять душ, но сначала я отпущу тебя. Тебе, наверное, это нужно больше, чем мне. Уилл смотрит на своё покрытое спермой и потом тело и стонет, обдумывая идею встать. - Минутку, - умоляет он. - Ты начинай первым. Я пока не могу пошевелиться. Ганнибал наклоняется к нему и нежно целует, позволяя их губам едва заметно скользнуть друг по другу, прежде чем отстраниться. - Тогда я сейчас вернусь. Уилл наслаждается видом, который открывается перед ним, когда Ганнибал направляется в ванную, обнаженный и блестящий от пота. Сейчас он выглядит как Бог, его мускулы и золотистая кожа блестят в приглушенном свете комнаты. Прежде чем закрыть дверь ванной, Уилл издает горловой звук, который привлекает внимание Ганнибала. - Прямо сейчас ты выглядишь как бессмертный, - говорит он и краснеет, произнося это. - Золотистый и красивый. - Из плоти и крови, - отвечает он, мягко улыбаясь, глядя на изможденное тело Уилла. - Всё это твое, Уилл. - Моё, - соглашается Уилл, устало улыбаясь, когда Ганнибал облизывает губы. Он задремывает, пока Ганнибал принимает душ, и просыпается, когда Ганнибал говорит, что ванная теперь его. От него так чертовски хорошо пахнет, и Уилл со стоном скатывается с кровати. Он принимает прохладный душ, его кожа всё ещё разгорячена после их страстных занятий любовью. Он фыркает при мысли об этом, потому что едва ли кто-то может назвать это нежной любовью. Впрочем, именно так всё и было. Он нежно касается своего входа, промывая его мылом и морщась. Видимо, слишком много внимания для одного дня. Вымывшись и высохнув, он выходит из ванной и видит, что Ганнибал уже сменил простыни и устроился на них, раскинувшись и всё ещё совершенно обнаженный. Уилл ухмыляется, тоже залезая к нему обнажённым, и скользит по кровати, устраиваясь рядом с Ганнибалом. - Привет, - улыбается он, наклоняясь вперёд, чтобы поцеловать его. Ганнибал нежно улыбается, его лицо расслаблено, как будто он вот-вот заснёт, но он нетерпеливо целует его. - Привет, - смеётся он. - Уилл Лектер, - непринужденно произносит Уилл, и Ганнибал крепче прижимает его к себе, целуя его влажные волосы и вдыхая его запах своим носом. - Теперь ты моя семья, - мягко говорит Ганнибал. - Ты всегда был моей семьей, но теперь ты носишь моё имя. - Ты мой лучший друг. Мой возлюблённый. Мой муж. Моя семья, - размышляет Уилл. - Ты действительно вписался в мою жизнь, не так ли? - Если я придумаю ещё способы привязать тебя к себе, я дам тебе знать, - усмехается Ганнибал. - Мы могли бы обменяться почками, - усмехается Уилл. - Мы не можем, мы не подходим друг другу, - слишком быстро отвечает Ганнибал. Уилл садится, нахмурившись. - Откуда ты это знаешь? Я пошутил. - У тебя группа крови А-отрицательная, а у меня О-положительная. Мы не можем обмениваться кровью или органами. Уилл снова прижимается к его груди, всё ещё хмурясь. - Ну, это отстой. - В этом смысле мы несовместимы, - усмехается Ганнибал. - Уилл, я знаю это только из-за больницы. Я не сумасшедший. Уилл вздыхает, целуя его в грудь. - Я просто пошутил. Но я немного расстроен, что наша кровь не может сочетаться. - Ты странный, - смеётся Ганнибал. - Я так сильно люблю тебя. - И я люблю тебя, муж мой.