OBSESSION

Тяжёлая стальная дверь открылась с протяжным скрипом. — Что случилось? — голос Минхо прорезал тишину, когда он вошёл внутрь. На другом конце комнаты Сынмин не поднял головы сразу. Он сидел на холодном бетонном полу, подтянув колени к груди, спиной прижимаясь к шероховатой стене. Его вздох был медленным, уставшим — будто всё это давно стало привычкой. — Чего тебе надо? — спросил он глухо. Минхо чуть склонил голову набок, одна бровь приподнялась в лёгком насмешливом интересе. — Что мне надо? Это ты меня звал. — Я звал Чан-хёна, — голос Сынмина звучал ровно, без выражения. Минхо пожал плечами. — Какая разница. — Он подошёл ближе, шаги его сапог глухо отдавались по бетону пола. — Ну, рассказывай, что случилось? Он присел, оказавшись на уровне взгляда Сынмина. Свет из тусклой лампы наверху отражался в его глазах. Сынмин отвернулся, избегая смотреть на него. — Можешь просто позвать Чана-хёна? — голос оставался спокойным, но в нём проскальзывало напряжение. — Мне нужно с ним поговорить. Минхо нахмурился. — А о чём? Можешь сказать и мне. Или… — уголки его губ приподнялись. — Это что-то обо мне? Сынмин закатил глаза. — Хён, ты что, соседская тётка? Почему тебе обязательно во всё лезть? Минхо раздражённо выдохнул, поднимаясь с пола и пробормотал ругательство себе под нос. — Ладно. Как хочешь. Он направился к двери. Когда та снова приоткрылась, раздался короткий щелчок — Минхо нажал кнопку на небольшом пульте возле дверной рамы. Его голос слегка поднялся, когда он произнёс что-то в микрофон — слова заглушило шипение помех. Взгляд Сынмина напряжённо сузился. Домофон. Прямо за дверью. Если бы только он смог до него добраться… может быть, тогда у него появился бы шанс передать сообщение. Всё зависело от того, кто слушал — и насколько верны их «псы». Мысль была опасной, и он поспешил вытолкнуть её из головы, не позволив отразиться на лице. Снова послышались шаги. Сынмин поднял взгляд, когда дверь вновь открылась. — Мин? — Голос, низкий и спокойный, наполнил комнату. Вошёл Чан. Он опустился перед ним на колено, голос стал мягче: — Эй. Ты звал меня? Минхо остался стоять позади, скрестив руки на груди, наблюдая. — У меня есть предложение, — произнёс Сынмин. Чан моргнул. — Предложение? — Он бросил короткий взгляд через плечо на Минхо, чей хмурый вид стал ещё мрачнее, затем вновь посмотрел на младшего. — Я буду сотрудничать, — продолжил Сынмин спокойно. — Делать всё, что вы скажете. Без криков. Без попыток бежать. Без ничего. Брови Чана чуть приподнялись. — И? — А взамен… — Сынмин наклонился вперёд, голос стал тихим, но отчётливым. — Вы убираете все камеры и подслушивающие устройства. Повисла пауза. На лице Чана отразилось едва заметное изменение — мимолётная тень эмоции смягчила его черты. Он вновь взглянул на Минхо, в глазах которого застыло откровенное недоверие, а потом вернулся к Сынмину. — И как мы можем быть уверены, что ты не замыслил что-то? — спросил он тихо, сдержанно. — Ч–что? — Минхо нахмурился, в голосе прорезалось возмущение. — Хён, ты же не собираешься это рассматривать всерьёз, да? Чан поднял руку, не глядя на него. Минхо мгновенно замолчал. — Как, Сынмин? — продолжил Чан. — Это подвал, — спокойно ответил Сынмин. — Девять, может, десять футов под землёй. Ни окон, ни вентиляции, через которую можно пролезть. Биометрический замок и двое охранников снаружи. Будь реалистом, хён — если бы я хотел сбежать, мне понадобилось бы чудо. Тишина повисла густая, тяжёлая. Потом Чан тихо произнёс: — Хорошо. Минхо резко поднял голову. — Что!? Чан встал, отряхнув колени. Минхо преградил ему путь, глаза округлились. — Хён, какого чёрта ты творишь? Чан тяжело вздохнул и положил руки ему на плечи. Голос смягчился, но слова прозвучали твёрдо: — Мин, нам нужно научиться доверять Сынмину. С этого и начнём. Минхо коротко, зло рассмеялся. — Ты с ума сошёл? Так это не работает! Со мной всё было иначе! Взгляд Чана стал непроницаемым. Он чуть сильнее сжал его плечи и наклонился, коснувшись губами его лба. — Сынмин — другой, Минхо. Больше он ничего не сказал и вышел из комнаты. Через несколько мгновений в помещение вошли трое мужчин — одетые полностью в чёрное, бесшумные, как тени. Они сразу принялись за работу: откручивали панели, вытаскивали провода из потайных углов, снимали линзы, спрятанные за решётками и трещинами потолка. Один за другим маленькие красные огоньки гасли. Минхо стоял неподвижно. Недоверие внутри него закипало, превращаясь в ярость. Сынмин сидел спокойно, наблюдая за ним холодным, ничего не выражающим взглядом. Это стало последней каплей. Минхо резко шагнул вперёд, схватил Сынмина за воротник и дёрнул на себя. — Какого хрена ты творишь? — прошипел он сквозь стиснутые зубы. Голос Сынмина остался ровным: — Даже если бы я что-то задумал, я бы тебе не сказал, хён. Пальцы Минхо сжались сильнее, костяшки побелели, дыхание стало горячим от злости. Сынмин не шелохнулся. Ни разу не моргнул. — Не умничай со мной, Сынмин, — зарычал Минхо. — Я знаю, ты что-то скрываешь. Глаза Сынмина остались пустыми, спокойными. — Сделка есть сделка, хён. Я сдержу слово. Челюсть Минхо напряглась. — Мы тут не грёбаные бизнесмены, чтобы заключать сделки, мелкий ублюдок, — процедил он. Потом резко оттолкнул его, голос опустился до глухого рычания: — Попробуешь провернуть хоть что-то за нашей спиной — плохо кончишь. Сынмин не ответил. Он просто сидел, глядя на него теми же пустыми глазами, в которых не отражалось ничего. Минхо стоял ещё секунду, тяжело дыша, потом развернулся и вышел. Дверь за ним закрылась с глухим металлическим щелчком, эхом разнесшимся по холодным бетонным стенам.   . . .   Шаги Минхо гулко отдавались по отполированному полу, когда он стремительно шёл по коридору. Челюсть сжата, в голове — буря. Он не мог поверить в то, что только что произошло. Как Чан мог быть таким идиотом? Минхо провёл рукой по волосам и издал сдавленный звук — что-то между смехом и рычанием. Как Чан мог быть таким слепым? Он знал Сынмина. Они оба знали. Парень был слишком умён. Он мог притворяться тихим, покорным, безобидным сколько угодно, но под этой спокойной маской всегда что-то происходило — работа мысли, план. Сынмин никогда просто так не сдавался. Шаги Минхо замедлились. На полпути вверх по лестнице он остановился, дыхание на мгновение сбилось. «Это подвал. Девять, может, десять футов под землёй. Ни окон. Ни вентиляции, в которую можно пролезть. Биометрический замок и двое охранников у двери. Будь реалистом, хён — если бы я хотел сбежать, мне понадобилось бы чудо». У Минхо неприятно сжалось в животе. Он снова повернул назад и, спускаясь медленно, скользил взглядом по стенам и потолку. Если Сынмин знал так много, значит, он наблюдал. Изучал место. Запоминал — расположение, охрану, смены. Но зачем? Зачем притворяться, что он сдаётся сейчас? Наверняка он понимал, что Дженни и Рю всё ещё ищут его. С момента похищения прошло не так много времени. Он не стал бы просто сидеть и ждать спасения. Если всё это было игрой, если он лишь изображал покорность — значит, за этим стояло что-то ещё. Минхо сжал губы и повернул обратно к подвальному коридору. Теперь он шёл тише, размереннее — так, как всегда, когда думал. Воздух становился холоднее с каждым шагом вниз. Сынмин понимал, где находится. Значит, заметил лестницу. Он видел биометрический замок — значит, обратил внимание на тип сканера. Он знал о двух охранниках — значит, наблюдал за ними, изучал их распорядок. Что ещё он мог узнать? Минхо дошёл до низа лестницы и остановился посреди коридора. Если Сынмин действительно что-то замышлял, это не могло быть чем-то простым. Он мог строить из себя милого, тихого мальчика, но на деле был отличным, до чертиков искусным лжецом. Взгляд Минхо зацепился за мигающий красный огонёк над головой — пожарная сигнализация. Она мигала мягко, будто насмехаясь. Минхо приподнял голову, глядя вверх. Он встал прямо под сигнализацией. Глаза проследили воображаемую линию по потолку — от сигнализации до двери, у которой стояли двое охранников. Ах вот оно. Электропроводка. Он коротко выдохнул, почти усмехнувшись. Вот так ты собираешься сбежать, детка? Минхо подошёл ближе к охранникам. Те сразу выпрямились. — Сэр, — оба слегка поклонились. Минхо поднял руку, останавливая их, когда те собирались открыть дверь. Его взгляд вновь метнулся к потолку. — Хун, где находится главный распределительный щит особняка? Охранник моргнул, но быстро ответил: — Их несколько, сэр. Но главный — рядом с гаражом, на верхнем этаже. Минхо кивнул, подняв подбородок вверх: — А здесь, внизу? — Здесь только линия от подвала до первого этажа, сэр. Но у всех помещений есть резервные генераторы, так что отключение электричества не повлияет. Хотя перебои здесь крайне редки, сэр. Минхо задумчиво хмыкнул. — Сколько времени требуется, чтобы сработали резервные генераторы? Первый охранник замялся, бросив взгляд на второго. — Я… не уверен, сэр. Меня не было на тестах. Второй кашлянул и ответил: — Обычно тридцать-сорок секунд, сэр. Тридцать секунд. Минхо кивнул. — Понятно. Спасибо. — Он развернулся и снова пошёл по коридору, мысли лихорадочно работали. Тридцать–сорок секунд полной темноты, прежде чем включатся генераторы. Этого Сынмину было бы достаточно. Отключение электричества вырубило бы камеры, биометрические замки и освещение — пусть даже на короткое время. Минхо остановился, нахмурившись. Но ведь это бессмысленно. У Сынмина нет ресурсов. Комнату полностью очистили от всего лишнего. Они сами об этом позаботились. Там не осталось ничего — ни острого, ни металлического, ни единого предмета, который можно было бы использовать как инструмент или оружие. Камеры сняли совсем недавно. У него не было доступа ни к одному устройству, чтобы вызвать пожарную тревогу вручную. Тогда как? Минхо нахмурился сильнее и продолжил идти. Медленно. Тяжело. Каждый шаг глухо отзывался в бетонном коридоре — словно эхо его мыслей. . . . — Лиан? Тэхён? С вами всё в порядке!? — голос Сынмина сорвался, когда двое охранников грубо втолкнули ребят в комнату. Металлическая дверь с грохотом захлопнулась за ними. Последние из людей в чёрном молча покинули комнату. Лиан застонал, неловко ударившись о стену. Сынмин вскочил, сердце бешено колотилось, и подхватил его, не дав упасть на пол. — Боже… Лиан, ты в порядке? — Его руки дрожали, когда он повернул лицо Лиана к тусклому свету. — Я… — Лиан поморщился, голос был слабым. — Всё нормально, Мин. Просто… шея немного затекла. Сынмин нахмурился и начал развязывать грубую верёвку на его запястьях. — Не двигайся, — пробормотал он, внимательно осматривая кожу. — У тебя синяки. Не глубокие, но выглядят болезненно. — Переживу, — пробурчал Лиан, натянуто улыбнувшись. — Обещаю. — Эй, ребята?! — вмешался Тэхён, сверкнув глазами с того места, где сидел, всё ещё связанный. — Если вы закончили со своими милыми сценами, может, развяжете и меня? Глаза Сынмина расширились. — Чёрт, извини… да-да, секунду. — Он быстро развязал верёвки, при этом машинально потёр собственные запястья. Тэхён шумно потянулся, хрустнув шеей. — Чёрт возьми, я думал, они оставят меня в этом узле навсегда. Повисла напряжённая тишина. Первым её нарушил Сынмин: — Что случилось? Где вы были? Лиан тяжело выдохнул, в его голосе прозвучала усталость и поражение: — Они забрали нас, пока ты спал. Какой-то другой подвал, наверное, этажом выше. Спрашивали то же самое, что всегда. — Вы что-нибудь видели? — спросил Сынмин быстро. — Что именно? — нахмурился Тэхён. — Планировку. Дом. Тэхён покачал головой. — Наши головы были накрыты. Ничего не видно. Только лестницы наощупь. Два, может, три поворота. — Он снова потёр запястья и выдохнул. — Это бесполезно, Мин. Мы здесь трупы. Вопрос лишь в том, когда. — Не говори так, — тихо, но твёрдо сказал Сынмин. — У нас ещё есть шанс. Я сказал Чану-хёну убрать все камеры и подслушку. Глаза Лиана сузились. — Ты всё ещё ему доверяешь? Сынмин медленно кивнул. — Он не дурак. Им нужно подчинение, а не трупы. И, думаю, Чан действительно сдержал слово. Пока что у нас есть хоть немного личного пространства. Тэхён фыркнул. — Личное пространство, твою мать. Это место проклято! — Он резко встал. — Ходить нельзя, не чувствуя, как они смотрят. Есть нельзя — дышат в затылок! Они повсюду! Как мазь на сыпи! Прежде чем кто-либо успел ответить, он со злости ударил по стене. Раздался глухой стук, а затем — металлический щелчок. Тэхён отпрянул, вскрикнув, хватаясь за ногу: — Ай! Чёрт! Плохая идея! Простите! Сынмин застыл. Его глаза распахнулись, застыв на стене. Лиан тоже повернулся, нахмурив брови. — Ребята? — Тэхён моргнул, прихрамывая. — Может, помощь?Реанимация для моей умирающей ноги? Ни один не ответил. Потому что прямо там, где Тэхён ударил, маленькая панель откинулась в сторону. Внутри мерцали тусклые красные и зелёные огоньки. Электрощиток. Спрятанный. Замаскированный под цвет стены. Челюсть Тэхёна отвисла. — Оу… Сынмин встретился взглядом с Лианом — медленно, осторожно, острым, понимающим взглядом. Оба уже знали, что это значит.