Регас

Люди заметили перемену в принце лишь спустя несколько дней. Сначала они просто решили, что принц перестал кусать Эйбла. Все ожидали, что Эйбл устанет и уйдёт, но оказалось, что принц сдался раньше. Кто-то счел это странным, но большинство подумали, что принц затаился и собирается с силами, чтобы снова напасть. Однако даже после того, как минул день, второй и третий, принц лишь тихо прижимался к Эйблу, когда тот приходил. Лишь тогда люди осознали, что принц, прежде похожий на куклу, стал отзываться на слова Эйбла. - Ах, пожалуйста, поставьте короб с едой сюда! Я каждый раз наслаждаюсь этим! Хе-хе! А вот это я сейчас возьму! Сегодня я точно-точно поймаю таракана! Принц, сегодня он у меня не уйдет! Когда Эйбл появлялся в спальне принца по утрам, там воцарялось оживление. Единственной, кто мог войти в спальню принца, кроме него, была служанка по имени Серена. Поступившая во дворец в юности, она не могла вырваться из кухни по многим причинам. После того как распространился слух, что принц сошел с ума и никто не смел к нему приближаться, к нему отправили Серену, которая была крепче других женщин. Но как бы высока и сильна она ни была, страх она ощущала не меньший. Однако в то время как другие боялись принца, она скорее злилась. Чего вы боитесь? Боитесь того, кто похож на вас? Когда она подошла к принцу, тотчас, как и другие, подверглась нападению. Весь ее организм содрогнулся от животного страха, когда она встретилась взглядом с его желтыми глазами. Но выказать страх – значило обречь себя на насмешки, она знала это. Именно эта железная выдержка и сделала ее почетной служанкой принца, но звание это вызывало у нее лишь отвращение. Она уже свыклась с мыслью, что всю жизнь пробудет погребенной в этом кровавом смраде рядом с принцем. Но с появлением Эйбла ее жизнь в этом кромешном аду переменилась. - Не могли бы вы принести мне еще одну корзинку, вот такую? С ней, с Сереной, он обращался вежливее, чем кто-либо другой. Он смотрел прямо в глаза ей – той, что сама считала себя никчемной, – и его улыбка никогда не гасла. - Вот так, да. И пожалуйста, положите еще одно покрывало, чтобы сидеть на земле. А еще, хм-м... Эйбл с самого утра метался, беспокойно озираясь и теребя волосы. Серена, записывая его бесконечные просьбы, украдкой взглянула на принца, сидевшего на кровати. В последние дни принц, проснувшись, просто сидел и тихо ждал Эйбла, будто и не пробудившись до конца. Поскольку любой, кроме Эйбла, рискнувший прикоснуться к принцу, тут же подвергался нападению, Серена не могла толком оценить его состояние. Однако, когда ранним утром Эйбл приступил к его одеванию и умыванию, Серена тоже закружилась в этой суете. К тому же, Эйбл был рассеян и постоянно забывал что-то взять перед походом в лес. И почему он так громко говорит? Он без устали болтал с принцем, не отвечавшим никому. Из-за этого Серена и Эшлер, помогавшие в сборах, тоже теряли сосредоточенность. - Но, может, захватить принцу еще один комплект одежды? Небо сегодня хмурое. Дождя давно не было, верно? Ах, и правда! А вдруг польет? Что делать? Мы ведь еще не нашли подходящего укрытия в лесу. Верно, принц? Построим хижину у холма, где мы были вчера? Ха-ха-ха. Это было бы здорово. Так, взять топор, веревку и брезент? Эшлер, что еще нужно? Эшлер, как всегда, смотрел на говорящего с выражением полной растерянности на лице. - Вы собираетесь строить хижину? - Да! Почему я не подумал об этом раньше? Принц, в хижине было бы очень уютно, правда? Не пришлось бы каждый раз искать место для еды, и было бы где отдохнуть, если устанем. А если пойдет дождь, мы просто укроемся там! К тому же строить хижину ― это очень весело... Голос Эйбла крепчал, и казалось, он вот-вот предложит возвести замок вместо хижины, так что Эшлер остановил его. - Я не против ловли жуков, но строить хижину нельзя. Когда он твердо возразил, Эйбл тут же поник и тихо пробормотал: - Почему... нельзя? - Вы забыли, что ваша роль ― быть рядом с принцем, Эйбл? Хижина? Единственный, кто может защитить принца рядом с ним в и так опасном Драконьем Лесу, ― это вы. Что если принцу будут угрожать опасность, пока вы заняты чем-то другим? - Но если я пообещаю хорошо присматривать за принцем... - Пожалуйста, проследите, чтобы его обед был упакован. - Хм, если вы пойдете со мной, Эшлер, и поможете построить... - Отказываюсь. - Тогда если я построю вместе с принцем... - Оскорбление королевской семьи. Не выдержав ледяного предупреждения, Эйбл в конце концов сдался и отвернулся. Возможно, чувствуя жалость к поникшему собеседнику, Эшлер предложил альтернативу. - Я подготовлю палатку, которую можно будет легко установить. Возможно, это не домик, но она должна послужить укрытием, если вдруг пойдет дождь. Если вас устроит палатка, конечно. - Меня устраивает! Ха-ха-ха, палатки мне тоже нравятся! Скорость, с которой Эйбл воспрял духом, была настолько поразительной, что отбивала всякое желание продолжать извинения. Эшлер замешкался, раздумывая, не сделать ли вид, что ничего не было, и, увидев сияющие глаза Эйбла, не удержался от вопроса. - Однако боюсь, вам будет неудобно нести весь багаж. Вы уверены, что справитесь? Говоря это, он бросил взгляд на принца, который сидел на кровати, поджав ноги. Раз Эйбл неизменно носил принца на руках, то свободной для поклажи у него оставалась лишь одна рука. Даже если перевозить на лошади громоздкий тюк, необходимый для установки палатки, управляться с ним одной рукой было бы проблематично. Эйбл сразу уловил мысль Эшлера, но нашел выход без труда. Он опустился на колени перед принцем и спросил с улыбкой: - Ваше Высочество, не согласитесь ли вы передвигаться, держа меня за руку? Если в будущем вы захотите исследовать лес со мной, вам нужно заранее начать тренировать выносливость. Но если для вас это слишком трудно, пожалуйста, скажите. Тогда я возьму вас на руки и стремительно умчусь обратно во дворец, словно ветер. И он протянул принцу руку. Серена, стоявшая рядом с Эшлером и поклажей, рассеянно наблюдала за ними, будучи уверена, что обычными словами принца не сдвинуть с места. Конечно же нет. Принц никогда добровольно не делал ничего, кроме чтения книг. Потому Серена никак не ожидала, что принц положит свою руку на большую и крепкую ладонь Эйбла. Мало того — маленькая ручка даже сжала руку Эйбла первой. Гх-а. Серена резко вдохнула от неожиданности. Эшлер в изумлении уставился на Эйбла, не веря собственным глазам, когда тот поднялся, держа принца за руку. Эйбл, для которого держать маленькую ручку принца было делом самым обычным, обратился к Эшлеру с просьбой: - Не мог бы ты погрузить поклажу на ослика? Крупным лошадям трудно пробираться сквозь лес, где нет троп. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Он всегда бурно реагировал и не скупился на похвалу даже по мелочам. - Вау-у-у, Ваше Высочество, вы просто потрясающий! Нашли такого большого! Посмотрите на панцирь этого жука. Разве не сияет, как рыцарские доспехи? Этот парень ещё и крупный, хм-м… не сделать ли его главой рыцарей? При этих словах он назначил троих уже пойманных и посаженных в банку жуков его подчиненными — рыцарями первым, вторым и третьим. Его большая рука, ловившая насекомых, мелькнула в солнечном луче, пробившемся сквозь листву. Свет был поистине искристым. Ребенок поднял голову и уставился на жуков в золотых доспехах, купавшихся в солнечном свете. - А теперь пусть принц сам посвятит их в рыцари. Раз вы его нашли, сделайте его своим подданным. Ласковый голос приятно отозвался у него в ушах. Эйбл предлагал ребенку прикоснуться к жуку. Однако мальчик не поднял руку. Со стороны могло показаться, что он боится насекомых. Но Эйбл думал иначе. Словно видя детское сердце насквозь, он мягко произнес самые нужные слова: - Все в порядке, Ваше Высочество. Даже если вы дотронетесь, жук не умрет. Этот малыш крепче, чем кажется. Не хотите его погладить? Ребенок посмотрел на шевелящее лапками на его ноге насекомое и лишь спустя время поднял палец. Все существа, которых он касался, встречали смерть. Для принца стало естественным сжимать их, выпускать внутренности и разрывать на части, потому он боялся жука перед собой. Ведь если он дотронется — жук умрет. Смерть всегда была инструментом привлечения внимания, но все изменилось с появлением Эйбла. Он постоянно проявлял интерес к мельчайшим действиям ребенка, даже если тот не пачкал руки кровью, и всегда искренне радовался. Видя его лицо, озаренное искренней радостью и улыбкой, ребенок чувствовал, как учащенно бьется сердце. И он знал: даже если жук умрет сейчас от его прикосновения, Эйбл не разозлится. Но он все равно боялся разочаровать его. Хотя ребенок довольно долго не двигал поднятым пальцем, Эйбл терпеливо ждал. Крупный жук-олень, длиной в два сустава пальца, шевелил шестью лапками. Ребенок легонько приблизил руку к его длинной спине с черными пятнами. Он почувствовал под ладонью движение живого существа. - Молодец, Ваше Высочество. А теперь попробуем поймать еще? Потом посадим в банку к другим рыцарям и пойдем хвастаться сэру Эшлеру. Хе-хе, все ахнут, узнав, что жука поймал принц! Он ликовал, словно случилось нечто невероятное, хотя ребенок лишь коснулся спинки жука. От его похвалы детское сердце забилось чаще. Осторожно, как тот и говорил, ребенок перенес жука. Очень осторожно. И впервые он начал думать о живых существах именно так. Их нельзя убивать. Дни, проведенные во дворце, были приятными. По крайней мере, Эйбл так считал. Хотя это и называлось дворцом, его жизнь мало отличалась от прежней: он просыпался каждый день и бежал с принцем в лес. В лесу, где не было ни души, жизнь била ключом — обильнее и ярче, чем где-либо ещё. Но больше всего Эйбла радовал принц. Его робкие, но всё более заметные реакции. Совместная ловля жуков, поиск кроличьих нор на холме, возня в полуистлевшем тростниковом лесу в поисках утиных гнезд. Даже когда внезапное вторжение заставляло уток крякать и сопротивляться, было приятно удирать с принцем, успев утащить одно яйцо. Если бы Эшлер узнал, это сочли бы оскорблением королевской семьи. Эйбл также научил принца собирать сухие ветки и разводить костер. Всех впервые завораживает процесс высекания огня. Принц тоже несколько раз пытался крепко сжать огниво маленькими руками и перенести огонь на сухую солому. И вот, с треском вылетели искры, и красное пламя охватило сухую траву. Принц не знал, как реагировать на огонь, который сам породил. Он по-прежнему оставался безмолвным и недвижным, но даже то, что ребёнок просто держался за руку, шел рядом и смотрел туда, куда указывал Эйбл, наполняло его сердце радостью. - Видите ли, деревья — это целые маленькие королевства, каждое из них. Посмотрите, у корней бесчисленные муравьи роют норы и живут под землей. По соседству тоже живут черви, они хоть и противные, но на самом деле пугливые тимусы. На мху на стволе тоже прилепились грибы. О, а если отодрать кору, можно увидеть вот таких жучков. Эти создания не любят свет, поэтому нужно быстро прикрыть. Видите маленькие дырочки выше на дереве? Это ходы короедов. Благодаря им птицы, что питаются этими букашками, вьют гнезда наверху. Они спускаются, чтобы склевать жучков, и расширяют отверстия. Вооон та дыра. Это птица выдолбила и оставила. Принц, разве не удивительно? Столько всего живет на одном-единственном дереве. Вот почему не стоит бездумно рубить деревья. Эйбл опустился на колени перед принцем и его взгляд оказался на уровне детского лица, скрытого за длинными волосами. - Принц, даже безмолвные деревья — драгоценные существа. Как и животные, что движутся и живут. Хотя они, казалось бы, убивают и поедают друг друга, за их смертью стоит важная причина — выживание. Каким бы сильным или свирепым ни был зверь, он не станет убивать без причины, лишь чтобы наполнить голодное брюхо. Пусть они всего лишь животные, но и они умеют уважать друг друга. Поэтому… Он замолчал и понизил голос, будто доверяя тайну. - Принц, отныне я всегда буду рядом. Поэтому, пожалуйста, давайте животным шанс жить, когда встречаете их. Если вдруг они нападут на вас, я защищу. Вам не нужно использовать свои руки. Я позабочусь обо всем. Так что, пожалуйста, наблюдайте за животными вместе со мной. Ладно? Вопрос был задан, но не для того, чтобы услышать ответ. Эйбл лишь улыбнулся, глядя на принца, и осторожно поднял руку, чтобы коснуться его волос. Принц вздрогнул и мотнул головой. Эйбл тут же остановил руку: «Ничего страшного». Он нежно погладил его волосы, старательно приглаживая их.