Регас

Глядя на него, Эшлер интуитивно понял: с Эйблом что-то случилось. Не успела мысль оформиться, как он резко встал, высвободившись из цепкой хватки. Легкий рывок на себя — и принц, увлекавший его за собой, обернулся. Ледяная волна пробежала по спине, когда Эшлер увидел желтые зрачки, мерцавшие в прядях волос. Собрав волю в кулак, он притворился спокойным и опустился на колени. - Разрешите прикоснуться к вам, Ваше Высочество? Если дело срочное, я понесу вас бегом. Затем, словно дождавшись разрешения, Эшлер выждал мгновение и осторожно подхватил маленькое тельце принца. Оно билось тревожной волной у него на руках. Легкая тревога кольнула его – словно острой щепкой, как в тот день, когда он впервые встретился с принцем. Однако принц, послушно обнявший Эшлера, вместо того чтобы причинить вред, лишь указал рукой в сторону. Там? Эшлер тут же рванул бежать сквозь лес, туда, куда показывал принц. Солдаты, болтавшие в ожидании обеда, спохватились лишь из-за чьего-то вопроса. «А?.. Куда делся сэр Эшлер?» Тут же и остальные огляделись. Эшлера, который всегда рубился с мечом перед туманом, нигде не было видно. Выражения лиц у всех стали серьезными – ведь Эшлер никогда не покидал этого места, пока принц не выходил из леса, что бы ни случилось. Разве что… если бы он вошел в туман. «Неужели… он в лес зашел?» – кто-то пробормотал с сомнением. Но никто среди окаменевших солдат не возразил. Тот туман был чудовищем, пожирающим людей. Никто не мог отрицать жуткого чувства, что Эшлера, день за днем стоявшего перед ним, наконец схватили и утащили внутрь. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Эшлер знал, что Драконий Лес велик, но вживую он впечатлял куда сильнее. Пройдя некоторое время среди деревьев и выйдя на просторную поляну, он прищурился от яркого солнца. Однако вскоре перед ним открылось бескрайнее поле. Зеленые волны, от которых на душе светлело, раскинулись словно море — казалось, краше этого места в мире не сыскать. Эшлер, завороженный пейзажем, замер на мгновение, но принц схватил его за одежду и потянул вперед. Наконец опомнившись, Эшлер склонил голову, а принц стал толкать его в плечо, пытаясь высвободиться. Он хочет, чтобы его спустили? Эшлер осторожно поставил принца на землю, и та самая маленькая рука снова схватила его за руку и потащила. Ведомый принцем, Эшлер сделал несколько шагов — и заметил впереди Эйбла. Тот лежал на спине, уставившись в небо. Но с лицом Эйбла было что-то не так. Его закрывал черный предмет. Что это? Похоже на паука… Ууухх. Эшлер, охваченный любопытством, невольно остановился и вытаращил глаза. Но сколько ни вглядывался — это был всего лишь паук размером с ладонь. Он сидел на лице Эйбла, ведя себя смирно. Зашевелился. Паук перебирал лапками. По спине Эшлера пробежал холодок. А хуже того, по рукам поползли мурашки, заставив его на миг остолбенеть. Схватив замершего Эшлера, принц силой потащил его к Эйблу. Только тогда Эшлер вздрогнул и попытался оттянуть принца назад. «Ваше Высочество, опасно, отойдите…!» Но едва он начал говорить, как рот его сковало. Принц встал прямо перед лицом Эйбла и небрежно схватил паука своей маленькой ручонкой. Затем сжал кулак — и раздавил его. Хлюп. Тихий звук, словно треснуло яйцо, и ладонь принца покрылась останками лопнувших внутренностей паука. Без тени колебаний принц деловито швырнул мертвого паука в сторону, вымазавшись в липкой зеленой слизи. Эшлер все еще не мог сомкнуть разинутый рот. Там, куда принц бросил паука, валялось еще пять таких же останков. Пауков было больше! Эшлер невольно огляделся. Чувство, будто в любую секунду нападет целый рой. Однако принц, по-прежнему держа Эшлера за руку, потянул его ближе. Когда Эшлер поднял взгляд, принц посмотрел на него и дернул за руку, заставляя сесть рядом с Эйблом. Наконец вспомнив, ради кого они здесь, Эшлер тут же потянулся проверить состояние Эйбла. Но Эшлер не мог высвободить руку из цепкой хватки принца. Тот, усевшись рядом с Эйблом так же, как и Эшлер, не отпускал его пальцы. Было время, когда Эшлер подозревал, что принц — дурачок. Он читал книги, но это были сложные для ребенка фолианты, что лишь усиливало подозрения Эшлера. Скорость, с которой он листал страницы, была пугающей, порой казалось, что ему нравится шелест бумаги больше, чем сам текст. Но если бы он был дурачком, разве стал бы он вот так держать его за руку? Эшлер был уверен: если принц отпустит — он останется один в этом тумане. Эшлер поднес руку к носу Эйбла, проверяя дыхание. Затем приподнял веки, приложил ухо к груди, слушая сердцебиение, и тщательно осмотрел лицо на предмет следов паучьих укусов. Однако судя по ровному дыханию и отсутствию следов укусов, казалось, он просто потерял сознание. Эшлер уже собирался сказать принцу, чтобы тот не волновался, но другой звук остановил его. «…Эппель». Слабый выдох. Но это был однозначно детский голос. Эшлер не верил своим ушам, что услышал голос принца, и затаил дыхание, глядя вниз. Принц тряс Эйбла за плечо своей маленькой рукой и снова открыл рот: А потом повернулся к Эшлеру — словно просил о помощи. Эшлер вдруг понял, что желтые глаза, встретившие его взгляд, больше не казались жуткими или зловещими. Они все еще походили на змеиные, но теперь ощущались как наивные глаза ребенка. «Ваше Высочество, Эйбл просто ненадолго потерял сознание. Вам не о чем беспокоиться». Однако принц, посмотрев на Эшлера с немым недоверием, медленно проговорил: - Поднять… ага. Он… со мной говорит? Эшлер застыл, не в силах поверить, а принц снова открыл рот: - Поднять… это приказ. В его твердом взгляде читалось властное присутствие, невероятное для восьмилетнего ребенка. Эшлер сглотнул и, склонив голову перед принцем, ответил. - Да, Эшлер исполняет приказ принца. Он одной рукой вцепился Эйблу в плечо, приподнял его и развернулся спиной, чтобы взвалить на себя тяжелое тело. Телосложение у Эйбла было схожим с Эшлером, но тот без усилий поднял грузное тело и встал. И лишь поддерживая Эйбла руками, он осознал, что обе его руки свободны. Когда он поднял взгляд, принц стоял в шаге от него. Его глаза были прикованы к Эйблу. Принц больше не держал Эшлера за руку, но мир вокруг оставался для него кристально ясным. Эшлер расправил плечи под тяжестью ноши и понял: Эйбл — истинный Регас принца. И что сегодня — не его последний день. Когда они вернулись во дворец с Эйблом, принц, следовавший за ними по пятам, вдруг схватил Эшлера за одежду. Казалось, он хотел, чтобы его проводили в покои. И тут же среди служанок и солдат, столпившихся поблизости при виде необычайной активности принца, раздался удивленный шепот. Голос ребенка, обращенный к Эшлеру, прозвучал на удивление четко: - Моя… комната. Эшлер склонил голову перед принцем и повернулся, всё ещё колеблясь. Но это было не всё. Принц внезапно повернул голову к столпившимся служанкам и солдатам, поднял руку и медленно, демонстративно откинул волосы со лба. Редко видимые желтые змеиные глаза открылись взглядам всех. «О-ох!» Со всех сторон послышались вскрики и испуганные вздохи, но принц и не думал прятать свой стеклянный, лишенный эмоций взор. И, убедившись, что все дрожат и отступают назад, он развернулся. Намерение принца было ясно: Не подходить. Люди прекрасно уловили посыл. Даже после того, как принц вошел в покои с Эшлером, никто не посмел приблизиться к комнате. Странное дело: леденящие змеиные глаза принца не отпускали их сознание еще долго. Казалось, холодок сковывал сердца, не желая отступать. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Принц начал проявлять волю, обретя дар речи. Это был результат, желанный для королевской стороны. Однако лишь Труйд приветствовал такое развитие, тогда как Норокс и придворные не скрывали своего недовольства. Разумеется, Труйд проигнорировал их реакцию и отдал распоряжение: - Я намерен утвердить Эйбла официальным Регасом принца. С сего дня летописец будет следовать за Эйблом, фиксируя каждый его шаг. Маркиз и придворные пусть осведомятся и произведут отдельные приготовления. Придворный неохотно кивнул в ответ, но Норокс не разгладил нахмуренный лоб. Тогда Труйд усмехнулся и подался вперед: - Возникли возражения? - Не уверен, что решение стоит принимать столь поспешно. Если принц покажет признаки выздоровления, мы и сейчас можем назначить другого Регаса. - Тогда принц вернется к прежнему состоянию. Не так ли? Когда Труйд резко парировал, Норокс сжал губы. Он признавал, что Эйбл изменил принца, но не мог принять его внешность и происхождение. Если Эйбла утвердят Регасом принца, что же тогда делать ему самому?.. Лицо Норокса вновь искривилось. Труйд усмехнулся, словно читая его мысли: - Если не готовы – сообщите в любое время. Желающих перенять обязанности дома Нороксов предостаточно. Норхокс, кусая нижнюю губу, бросил на молодого герцога леденящий взгляд, затем молча развернулся и вышел. Громкий хлопок двери прокатился по залу, но Труйд лишь шире усмехнулся. Придворный, наблюдавший за ним, осторожно спросил: - Тогда не следует ли подготовиться и к тому, Ваша Светлость? Труйд тут же понял намёк и кивнул: - Об этом не беспокойтесь. - Как много времени, по-вашему, это займёт? – робко осведомился придворный. Труйд на мгновение задумался, затем отчеканил: - Зависит от состояния принца, но управимся за месяц-два. Столько же, вероятно, понадобится маркизу Норхоксу для приготовлений. Он замолчал, будто приняв решение, и заключил тише: - Лучше завершить всё быстрее, даже если принц взбунтуется. Тем, кто помогает принцу… лучше исчезнуть поскорее. Но у вас есть и другие задачи. - Так точно. - Отправьте Его Величество в лес. Пора выяснить точно, чем Эйбл занимается с принцем. Труйд добавил с довольным блеском в глазах, предвкушая преображение принца: - Эйбл сделал принца полезным. Пусть даже он и наколдовал что-то – теперь это не имеет значения.