Регас

Мельмонд резко встал, схватил Эйбла за плечи и потряс его. — Т-Только не говори, что что-то случилось?! — Что случилось? Эйбл, напротив, спросил с растерянным лицом, и Мельмонд понизил голос, запинаясь. — Нет, я к тому… Мне показалось, что вам могло быть неудобно, кхм, раз вы оба спали на узкой кровати. — О, было неудобно. Да уж, настолько неудобно, что я едва мог дышать. Эйбл, будто только и ждал этого вопроса, чтобы высказать свои жалобы, а дворецкий кивнул, словно сам через такое проходил. — Верно. Так бывает, когда двое взрослых мужчин спят на тесной кровати. — Да, было очень тесно. Меня чуть ли не раздавило, и дышать было трудно. Дворецкий сочувственно похлопал Эйбла по плечу, но Мельмонд зацепился за слово «раздавило». Он с подозрением спросил: — Раздавило? И больше ничего не произошло? — Чего больше? И дворецкий, и Эйбл уставились на Мельмонда в недоумении. Столкнувшись с их невинными взглядами, Мельмонд лишь беспомощно кашлянул. — Кхм, я имею в виду… Ну, не соприкасались ли ваши… важные части? — Соприкасались. — Что?! Неужели правда? Лицо Мельмонда застыло в шоке, но дворецкий и Эйбл продолжили разговор, будто ничего особенного не произошло. — Раз кровать узкая, важные части неизбежно соприкоснутся, верно, молодой господин? — Да. Было довольно неловко. Но что поделать, если кровать такая маленькая? — Именно. Если кровать тесная, это неизбежно. — Ха-ха, я, конечно, растерялся, но стойко выдержал. Хотя Главнокомандующий и правда… большой. Эйбл поднял большой палец вверх, выражая восхищение, а дворецкий добавил, что, в общем-то, ожидал такого. Мельмонд окончательно запутался от их диалога. Неужели их реакция нормальна? Может, это я настолько испорчен, что вижу в этом двойной смысл? Одно он знал точно: сейчас было не время восхищаться размерами Главнокомандующего. Но этот наивный парень, казалось, всё, что угодно объяснил бы теснотой кровати. Раздраженный, Мельмонд решил выйти из каюты и проверить, где Караас. Но тут его взгляд уловил кое-что. Когда Эйбл убрал руку с плеча, ткань одежды сместилась, обнажив небольшие красные отметины. Более того, они выглядели словно… — Хм? Эйбл, у тебя что-то на плече. Когда Мельмонд указал на плечо, Эйбл повернул голову и наконец увидел это. Там было несколько маленьких ранок со следами крови. Было похоже на укус. Мельмонд сразу понял — это следы человеческих зубов. Неужели император? Он снова широко раскрыл глаза от шока, но в тот же момент Эйбл и дворецкий вскрикнули: — А-а! Кажется, меня укусило насекомое! — Фу! Здесь столько жуков! Мельмонд молча наблюдал за ними, затем без слов вышел на палубу. Его вдруг охватило чувство одиночества. На палубе корабля собралось множество людей, спасавшихся от духоты кают под лучами солнца. Там же был и Караас, ожидавший командира Первого батальона, который куда-то пошёл, чтобы выяснить подробности о самозванце. Но поскольку Мельмонда это не интересовало, он нервничал, желая поскорее вернуться в каюту и поговорить с Эйблом. Прислонившись к перилам, он уже собирался уйти, как вдруг услышал разговор неподалеку. Трое мужчин, грузивших большой тюк, похоже, были купцами. Они возвращались на родину после долгого отсутствия и увлеченно рассказывали о родных краях. Среди них выделялся переживаниями самый молодой. — Вот это да, я так долго ее не узнавал. Как я мог понять, что это та самая старшая сестра, в которую я влюблялся в детстве? А я еще и вел себя перед ней так высокомерно… Эх. Молодой человек вздохнул, а бородатый мужчина средних лет сочувственно покачал головой. — Высокомерность — это еще полбеды. Разве ты не знаешь, как женщины чувствительны к внешности? Да и первое впечатление решает все! Теперь ты для нее, наверное, просто безнадежен. — Правда? Ох, мне конец. Молодой человек поник, а другой мужчина поддержал слова бородатого: — Да, первое впечатление важно. Я тоже из-за своей резкости в начале едва не остался без жены. До сих пор иногда вспоминает, как была обижена. Если первое впечатление испорчено — пиши пропало. Разве что повезет, но уж скорой симпатии точно не дождешься. — Правда? — Ну да… А? Мужчина кивнул в ответ на неожиданный вопрос и обернулся, удивленный. Перед ним стоял высокий молодой человек, которого он раньше не видел. Его бесстрастное лицо и властный взгляд заставили мужчину невольно отступить. Остальные тоже напряглись, но незнакомец проигнорировал их реакцию и спросил: — Так ли это? Хотя он обратился без намёка на вежливость, в его голосе чувствовалась такая сила, что возражать не хотелось. Мужчина неловко кивнул. — Н-ну, да. Если первое впечатление плохое, дальше трудно. — Почему? — …Потому что первое впечатление плохое. Мужчина прищурился, разглядывая незнакомца. Солнце светило тому в спину, потому лицо было плохо видно, но можно было разглядеть, что ему лет двадцать. В этот момент бородатый жестом предложил ему присесть. — Эй, парень. Ты что, произвел плохое впечатление на кого-то? Садись, поговорим. После недолгих уговоров молодой человек медленно опустился рядом. Вблизи его лицо оказалось довольно привлекательным, но ледяная и отстранённая аура напрочь затмевала эту красоту. Вероятно, именно это и придало бородатому смелости заговорить. Несмотря на суровую внешность, юноша казался искренне озабоченным — видимо, он переживал из-за того, как выглядит в глазах того, кто ему нравится. — Ха-ха, у тебя взгляд очень суровый, парень. Может, из-за этого ты и произвел плохое впечатление? Молодой человек на секунду задумался и покачал головой. — Нет. Из-за другого. — А что ты сделал при первой встрече с этой… особой? «Попытался убить». Хотя палубу заливал тёплый солнечный свет, троицу на мгновение пробрал холод. — Пытался убить? Серьёзно? Кивок. Короткое объяснение сопровождалось мягким движением головы. — Неоднократно. Все трое невольно отодвинулись. Однако молодой человек, сузив глаза, вспомнил ещё один провал. — Когда эта особа умирала от жажды, я намеренно не дал воды. Тут уже проблема была не в первом впечатлении. Если бы они не стали врагами, это было бы чудом. Но это было не всё. — Когда мне принесли утиные яйца, я их раздавил. Ты что, демон?! — внутренний крик прозвучал у всех троих одновременно. Попытки убийства, отказ в воде, раздавленные яйца… Один из них не выдержал и спросил на всякий случай: — Надеюсь, после этого ты не пытался убить ещё раз? — Пытался. Отправил в ловушку. — …… — Особу ранило стрелой, но не на смерть. Зима наступила в сердцах троих. Это была уже не беседа о советах, а открытый вызов, повод поднять армию и вызвать патруль. Но, в отличие от онемевших купцов, реакция молодого человека оказалась на удивление легкомысленной. — На этом всё. Что значит «на этом всё»?! Хотя трое снова были единодушны в мыслях, их собеседник явно не был тем, кого можно запугать. — Как это исправить? Да никак, даже за тысячу лет! Хорошо, если эта особа не будет мстить до седьмого колена. Но честно сказать такое они не могли. Серые глаза, от которых стыла кровь, скользнули по ним, и он пробормотал: — Способ? Гм. Мужчина средних лет сглотнул и выдавил: — Н-ну… Нужно произвести хорошее впечатление в будущем. Но, э-э, без давления. Привыкай делать приятное. Молча находись рядом. Главное — быть в поле зрения и ждать, пока она сама подойдёт. Он быстро взглянул на соседа, взглядом моля о помощи, и бородатый добавил: — Д-да. Пусть привыкнет к хорошему. Н-например… если будешь хорошо слушать, им такое нравится, – последнее он добавил поспешно, вспомнив, как жена твердила ему об этом. Молодой человек слегка наклонил голову. Его расслабленный вид пугал еще больше, и бородатый торопливо добавил: — И подарки! Да, подарки. Лучший способ завоевать симпатию! — Верно. Подарки всегда работают. И чем больше, тем лучше. Казалось, этот вариант ему понравился. Молодой человек опустил взгляд и пробормотал: — …Ждать и дарить большие подарки. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Мельмонд вышел на палубу в поисках Карааса, но первым, кого он увидел, был командир Первого батальона. Тот стоял неподвижно и куда-то смотерл. — Что вы здесь делаете? — спросил Мельмонд. Командир молча кивнул в сторону носовой части палубы. Мельмонд повернулся и наконец заметил Карааса. Тот, к удивлению Мельмонда, оживлённо беседовал с какими-то оборванными купцами. — Вы их знаете? — не удержался Мельмонд. — Нет, — спокойно покачал головой командир. — Полагаю, он выполняет истинную цель нашего путешествия. — Истинную цель? — переспросил Мельмонд, нахмурившись. Командир повернулся к нему лицом: — Мельмонд, как вы думаете, зачем он отправился во дворец под видом главнокомандующего? — Понятия не имею. А вы знаете? — Знаю, — кивнул командир и твёрдо произнёс: — Он хотел увидеть страну своими глазами. После шести лет отсутствия, став правителем всего континента, он естественно испытывает любопытство. Узнать, как всё изменилось, как Сердце Короля влияет на королевство изнутри. — Какой глубокий смысл! — Мельмонд был искренне тронут. Он даже не задумывался об этом. Караас всегда казался ему человеком, для которого существует только война. Но он — император. Он захотел лично изучить страну, которой будет править. А общение с купцами, что исколесили всё королевство, — лучший способ. Любой бы согласился с догадкой командира. Сердце Мельмонда забилось чаще от гордости. Он вырос таким достойным. Не просто Кровавый Король. «А я ещё сомневался, нет ли у него странных мыслей насчёт Эйбла… — с лёгким стыдом подумал Мельмонд. — Просто насекомых было много, а кровать — узкая!»