Регас

Пока он намеренно отводил смущённый взгляд, со стороны покоев, откуда вышел Эйбл, кто-то побежал к ним, громко окликая капитана. — Ах! Сэр Том! Это действительно вы, сэр Том! Том тут же скривился, но слуга не заметил этого и продолжил занимательно приветствовать его радостным голосом. — Сэр Том, огромное вам спасибо! Благодаря вам всё прошло гладко. Это целиком ваша заслуга, сэр Том! С каждым новым «сэр Том» лицо капитана искажалось всё сильнее. Однако слуга, искренне обрадованный, не обратил на это внимания и рассмеялся. — Понимаете, еда, которую вы мне дали, сэр Том, оказалась именно тем, что искал гость маркиза! Фух, я боялся, что этот вспыльчивый гость устроит очередную сцену, но благодаря нашему рыцарю, сэру Тому, я спасён. Ха-ха! Так что, если это не слишком обременительно, не могли бы вы дать мне ещё немного той еды... Хм! Что, почему вы так вдруг? Слуга, возбуждённо разглагольствовавший, вдруг удивлённо заморгал. Капитан королевской гвардии крепко схватил его за руку и ответил суровым голосом, не похожим на его обычный тон. — Значит, вяленое мясо, которое я дал тебе — это именно то, что искал тот гость? — Да, оно самое. Что-то не так? На лице слуги появилось беспокойство, будто он совершил ошибку, но Том промолчал и просто отпустил его руку. — Нет. Всё в порядке. Просто это вяленое мясо очень трудно раздобыть. Передай гостю, что, если ему нужно ещё, придётся заплатить внушительную цену. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Изначально план Сердца Короля был прост. Как и говорил Труйд, они собирались усадить императора за стол и подать ему пищу, сдобренную наркотиком. Проблема была лишь в том, как создать подходящую ситуацию. Шесть лет, проведённые императором на полях сражений в землях варваров, вероятно, сделали невозможным контроль над его свирепой, драконьей природой. Это и стало их предлогом. Ни один король не обходился без Регаса, и тот факт, что Караас был один все эти годы, давал формальный повод для вмешательства. Однако ситуация изменилась. Император обладал большей властью, чем они предполагали, и не был зависим от чёрного зелья. Поскольку контролировать его оказалось невозможно, первоначальный план казался трудновыполнимым. Хотя им и удалось однажды заставить его выпить зелье, используя королеву как приманку, кто мог гарантировать, что успех удастся повторить? Таким образом, все в Сердце Короля, наблюдая за Караасом, надеялись лишь на одно: чтобы выпитое им зелье оказалось смертельным. В конце концов, у императора пока не было прямого повода уничтожить их всех. Пока он не нашёл повода для открытого противостояния, время работало на Сердце Короля. Дворец был их территорией, и они могли найти любой предлог, чтобы снова усадить его за свой стол. Однако эти сложные расчёты внезапно померкли перед одной неожиданной фразой Карааса. «Теперь моя очередь дарить подарок?» «Какой подарок?» Но прежде чем кто-либо успел отреагировать, Караас изрёк очередную, казалось бы, бессвязную жалобу: — Я голоден. Слова, которые он почти пробормотал себе под нос, были отчётливо услышаны членами Сердца Короля, преисполненными настороженности. Их нервы, напрягшиеся при упоминании «подарка», на мгновение ослабли. Пока никто не мог найти, что ответить, Труйд отреагировал первым: — Ваше Величество, не пройти ли нам к другому столу, чтобы поесть? Однако Караас не ответил. Воспользовавшись моментом, когда он отвёл взгляд, королева вонзила ногти в тыльную сторону его руки. Её ногти прочертили борозды, разрывая плоть. Алая кровь быстро выступила и закапала, но Караас, казалось, не чувствуя боли, просто повернул к ней бесстрастное лицо. Когда её сын снова посмотрел на неё, глаза королевы заблестели лихорадочным блеском. — Ты умрёшь. Прямо как твой отец, скоро ты будешь мёртв. Чудовище. На этот раз на шёптала. Но металлический скрежет её голоса долетел до ушей всех, стоявших в дверном проёме, заставив их поморщиться. Странным был Караас, объект её проклятий. Несмотря на слова, которые оскорбили бы кого угодно, он лишь искривил губы в усмешке. — Мало. Никто до конца не понял смысл этого слова. Все, кроме королевы. Она перестала царапать его руку. Среди слабого запаха крови, заполнившего пространство между ними, Караас медленно повторил: — Этого недостаточно. Он разорвал свою рубашку, обнажив грудь, схватил руку королевы и с силой прижал её к своей коже. Прямо над сердцем. — Нужно сделать больше, матушка. Когда он произнёс это обращение, глаза Карааса внезапно изменились, словно пробуждая в ней глубинную память. Лишь на мгновение — и только она одна могла это видеть — его взгляд стал острым, как отточенная сталь. Одновременно неописуемый холод, пронизывающий до костей, охватил королеву. Она захватила воздух и закричала. — Ах! Э-эти глаза! В мгновение ока серые глаза Карааса вернулись в норму, но она указала на них пальцем, задыхаясь. — Смотрите! Ч…чудовище! Он наконец превратился в чудовище! Скорее, скорее, убейте его! Ха… хах, давайте же, убейте его сейчас же! Она дико кричала, судорожно отступая, споткнулась о подол платья и грохнулась на пол. Даже в таком состоянии она пыталась отползти назад, закрывая лицо руками и продолжая вопить, чтобы его убили. Сердце Короля, наблюдая за этим, не могло скрыть смятения. Особенно Труйд, чьё лицо стало холодным, когда карта, которую он рассчитывал использовать ещё не раз, была так легко и безвозвратно отбита. Он укоризненно взглянул на священника, и тот, побледнев, поспешно подошёл к королеве и увёл её прочь. Когда её крики наконец затихли, в комнате воцарилась звенящая тишина, будто после бури. Караас стоял, уставившись в пол, с полуобнажённой грудью, с каплями крови, всё ещё сочащимися с внутренней стороны его руки. Пока все гадали, что творится в его голове, они снова услышали: — Я голоден. В отличие от прошлого раза, на этот раз его голос звучал рассеянно, словно он читал вслух. Труйд тут же понял: яд чёрного зелья начал действовать. «В точности как и ожидалось». — Ваше Величество, не пройти ли нам в другое место для трапезы...? — Подавайте здесь. Хотя его голос потерял силу, спокойная уверенность в нём смущала. Члены Сердца Короля в замешательстве переглянулось, после чего вперёд выступил маркиз Ян: — Ваше Величество, однако банкет для вас уже подготовлен в другом месте. — И что? Караас лишь слегка повернул голову в их сторону. Его серые глаза, затуманенные, будто в опьянении, медленно скользнули по ним. — Это вы предоставили мне это место. — ... — Я буду есть здесь. Хотя тон звучал по-детски капризно, лица в Сердце Короля резко изменились, будто они уловили скрытую угрозу. Караас склонил голову набок и добавил: — И вы все — тоже. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Наконец найдя постоялый двор под дождём, Кин попросил корма для лошади и прилёг на кровать, чтобы немного поспать. Чем дальше он отъезжал от столицы, тем слабее становился ливень, но его одежда уже отяжелела, как свинец, усиливая усталость. Однако ему предстояло отправиться в путь с первыми лучами солнца. Неожиданная смена планов не давала покоя, и, хотя он закрыл глаза, мысли его были запутаны. Изначально он должен был направляться в столицу. Чтобы помочь спекулянту, как приказал Караас, ему следовало скрыться под его крышей и наблюдать за дворцовыми делами. Однако направление изменилось из-за капитана королевской гвардии, который догнал его. Впрочем, первоначальная причина этой погони оказалась бессмысленной. — Сэр Кин! Подождите минутку! Том? Это же не имеет никакого смысла! Он подумывал проигнорировать его, но, почувствовав, что тот будет преследовать его до конца, немедленно отреагировал. Со свистом обнажив меч, он увидел, как капитан, не ожидавший такой резкости, замер в удивлении и досаде. — Сэр Кин, что такого плохого в Гараасу... Ух! Как ты мог вообще замахнуться на меня?! Капитан, у которого был слегка разрезан воротник, шокировано крикнул, но Кин лишь фыркнул и развернулся. Он не забыл выдать предупреждение на прощание: — Если я отправлю письмо на имя Тома, а ты его не получишь, я последую за тобой в ад и казню тебя. Тут же, как он и ожидал, последовало возмущённое возражение: — Если так, я лучше распространю парфюмерное масло спекулянта по всей стране, чтобы сэр Кин смог остаться здесь... — Парфюмерное масло? — удивлённо перебил его Кин. Капитан ответил, ворча: — Да, парфюмерное масло. То самое, что спекулянт смог монополизировать на оккупированных территориях и на котором зарабатывал. — О чём ты? Спекулянт, сотрудничающий с нами, сколотил состояние на соляных шахтах. — Что? Но Его Величество приказал нам помочь ему и распространить парфюмерное масло, чтобы оно было у всех. Он сказал, что это нужно сделать как можно скорее. Я естественно предположил, что масло было его. — Нет. Парфюмерное масло принадлежит другому спекулянту. Только тогда Кин понял: приказ императора отличался от первоначального плана. «Распространить парфюмерное масло...» Даже если этот спекулянт был не тем, кто сотрудничал с ними, он бы выполнил любой приказ Карааса, которому был обязан своим богатством. Проблема была в другом: «С чего вдруг именно парфюмерное масло?» Пока он погружался в сон, вопрос вертелся у него в голове, но внезапный приказ императора дал ему новые задачи, отодвинув размышления на задний план. Если нужно было быстро распространить масло, придётся действовать без промедления. «Выясню причину позже», — решил он. Однако ему было жаль Эйбла — тот, вероятно, ждал вестей о Его Величестве, а выполнение этой задачи и возвращение во дворец заняли бы время. Он понял, что придётся попросить помощи у кого-то другого. ⊹˚ . ♡.· .˚✦︎⋆｡˚ Вид накрытого стола в спальне мог бы показаться постороннему абсурдным. Однако никто из присутствующих не смеялся. Всю прислугу, включая Эшлера, удалили, и в комнате остались только Сердце Короля и император. Атмосфера была настолько напряжённой, что, казалось, воздух пропитан той самой кровью, что лилась здесь двенадцать лет назад, и от этого никто не решался сделать лишний жест. Единственным, кто чувствовал себя не в своей тарелке, был спекулянт, впутавшийся в дела Сердца Короля. Он беспокойно теребил руки и нервно бегал глазами, выдавая своё смятение. Тем временем остальные члены Сердца Короля пристально наблюдали за Караасом, словно изучая подопытного зверя. «Насколько эффективным окажется зелье?» «Что вообще он задумал, устраивая этот спектакль?» Их также не отпускала мысль о подарке, который он так и не преподнёс. Хотя он и приказал подать еду, ссылаясь на голод, Караас не проявлял никакого интереса к аппетитным, дымящимся блюдам. Лишь когда аромат окончательно наполнил комнату, он наконец поднял взгляд. Его серые глаза казались ещё более пустыми, чем прежде, а речь замедлилась. — Вам любопытно? Словно читая их мысли, Караас задал вопрос. Норокс ответил с подобострастной улыбкой: — Ваше Величество, что вы имеете в виду? Вам лучше бы начать трапезу. Когда Норокс почтительно указал на еду, Караас лишь скользнул по ней взглядом. Блюда, от которых вкусно пахло, без сомнения, содержали ещё больше чёрного зелья. Все члены Сердца Короля молча смотрели на него, мысленно подталкивая. «Ешь же, быстрее». Усмешка. Губы Карааса вновь искривились. На этот раз он сохранял улыбку дольше, обращаясь ко всем собравшимся. — Мне очень понравились ваши подарки. Так что я хочу и дальше их получать. «Хочу получать?» Те, кто не понял скрытого смысла, в замешательстве переглянулись. «Неужели он говорит, что склонит голову и будет продолжать пить зелье?» Однако следующие слова Карааса развеяли их надежды. Для них это прозвучало как на удивление хорошая новость. — Я буду продолжать ужинать здесь. Со всеми вами.