Регас

— О?! Огонь снова движется! — крикнул солдат, нарушив тягостное молчание. Люди начали собираться вокруг факелов, словно желая увидеть подтверждение этих слов. Пламя, которое не двигалось даже при ветре, и вправду снова колебалось обычным образом. Поскольку огонь, бывший дурным предзнаменованием, вновь ожил, собравшиеся начали перешёптываться с облегчением. «С чего бы это оно вообще перестало двигаться? Неужели это и впрямь предвещает нечто дурное? Проклятие Драконьего Леса продолжается?» И тому подобное — люди начали высказывать свои страхи и тревоги. Тут один человек, словно осенённый мыслью, произнёс: — Эй, попробуй потушить огонь. Однако никто не хотел приближаться к факелам, так что они нехотя плеснули в пламя водой издалека. Шшш… С шипящим звуком огонь превратился в дым и исчез. Пламя гаснет, встретившись с водой. Результат был ожидаемым, но толпа смотрела, не веря своим глазам. Один голос прозвучал, выражая общее настроение. — Слава богу. ❖❖❖ Он чувствовал себя удивительно выспавшимся. Несмотря на бессонную ночь, бегство и попытки скрыться, и даже удары плетью, он ощущал себя свежим и бодрым. Естественно, первым делом, вырвавшись из дворца Регасов, он помчался туда, где был принц. Но, на удивление, дворец оказался пуст. Не было видно ни единой души. «Даже если солдаты ушли по другим делам, куда же подевалась вся прислуга?» Самого главного человека, принца, тоже не было. Эйбл сначала планировал снова выбежать на поиски, но быстро передумал. Если он опрометчиво отправится на улицу и будет пойман, это может создать проблемы для других. Вне зависимости от ситуации, оставаться здесь было наверняка лучше. Принц рано или поздно вернётся в эти покои. Подумав так, он заполз под кровать, чтобы подождать, и тут же уснул. Сон выдался на редкость глубоким и без сновидений. Когда он открыл глаза и потянулся, то на мгновение забыл, где находится. — *Зееев*… Ай! Зевая и потягиваясь, он сильно ударился рукой обо что-то. Он тихо простонал, но быстро закрыл рот, тут же осознав ситуацию. «Ах, точно. Я под кроватью принца. Я ждал принца…» Вспомнив это, он повернул голову и почувствовал, как у него ёкнуло сердце. Прямо на полу, снаружи, у кровати, лежал кто-то и смотрел на него светло-серыми глазами. — А?! Принц, уф! Бум! От возбуждения и радости он так сильно стукнулся головой, что вся кровать затряслась. — Уф, Ваше Величество, когда Вы пришли? Ай, голова. Хе-хе, я хотел устроить Вашему Величеству сюрприз, когда Вы придёте, но уснул. Даже осознав, что это Караас, постанывая от боли в голове и смеясь от счастья видеть его, Эйбл не забыл о своём беспокойстве. — Вы в порядке? Вы не заболели из-за чёрного зелья? — Нет. — Вааа… вот и славно. А! Вы же не говорите, что не больны, просто чтобы я не волновался? — Нет. — Ха-ха, тогда я успокоился. Почувствовав искреннее облегчение, Эйбл в тесном пространстве склонил голову и лёг на бок, прямо как Караас, чтобы смотреть на него. Выйти было бы проще, но он медлил, думая, что император может встать, если он это сделает. Почему-то Караас казался в тот момент вполне довольным. — Я слышал, что последние несколько дней Ваше Величество не могло должным образом проявлять свою силу из-за чёрного зелья Труйда. Более того, когда я пришёл сюда, во дворце никого не было. Я так волновался, потому что не видел Вас. Но куда все подевались? Эйбл моргал и выглядел совершенно недоумевающим, когда вдруг услышал вопрос. — Почему ты здесь? — А? Аа — почему я под кроватью? Ха-ха, ну, я подумал, что лучше спрятаться и подождать здесь. К тому же, в прошлом принц прятался здесь… — Ты говорил, что потерял память. — Ха, ха-ха… Я просто хотел почувствовать присутствие… детства Вашего Величества здесь. Хотя это прозвучало как-то извращённо, Караас не обратил внимания на его ответ. — Почему ты не сбежал в лес? — Конечно, я должен был прийти сюда. Эйбл дал простой ответ. — Я просто хотел быть рядом с Вашим Величеством. И я подумал, что оставаться рядом с Вами будет безопаснее, чем в Драконьем Лесу. Ваше Величество силён. Хе-хе. Услышав эту простодушную похвалу, Караас отвернул голову. Его взгляд бесцельно блуждал, пока он не смотрел на Эйбла. Хотя выражение его лица не изменилось, он выглядел как смущённый ребёнок. Конечно, Эйбл, не обладающий чувством такта, не заметил этого и стал серьёзным, вспомнив о Труйде. — Ваше Величество, насчёт чёрного зелья. Когда голос Эйбла понизился, Караас, ненадолго отведший взгляд, снова посмотрел на него. Эйбл, колеблясь в темноте под кроватью, заговорил твёрдым голосом. — Мне случайно удалось получить кое-какую информацию о чёрном зелье. Говорят, что некая трава связана с ним, но я не совсем уверен, как именно. Всё же, я подумал, что стоит сообщить Вам об этом. — Что это за трава? — А, это трава, которую едят ястребы. — Ястребиная трава? — Да, это трава, которая не даёт им заболеть, даже если они едят протухшее мясо. — … — Но, хотя это очень редкая трава, я не думаю, что это противоядие или ингредиент для чёрного зелья. Эм, простите. Возможно, это бесполезная информация, или, эм, я не уверен. Эйбл, чувствуя себя виноватым, замолчал, глядя в глаза Карааса. Ему показалось, что в серых глазах императора, встретивших его взгляд, на мгновение мелькнула лёгкая улыбка, но тут же исчезла. «Почему?» Пока Эйбл размышлял, Караас объяснил причину. — Это было полезно. — А? Но только этого будет недостаточно, чтобы раскрыть секрет чёрного зелья. — Нет. Я нашёл его. «Нашёл?» Караас дал ответ на вопрос, вертевшийся на языке у Эйбла. На этот раз в его глазах была явная улыбка. — Я точно понял, что из себя представляет чёрное зелье. ❖❖❖ Все были тяжело ранены, и никому не было легче, но те, кто оставался в сознании, выглядели ещё хуже из-за другого беспокойства. — Может, мне пойти во дворец Принца? Уже почти рассвело, а вестей нет. Ух, это так тревожит. Нанни, который ещё мог немного двигаться, поднялся с места, и дворецкий последовал его примеру. — Я тоже пойду с вами! Мне нужно самому убедиться, в порядке ли молодой господин. Когда они уже собрались выходить, Мельмонд остановил их. — Подождите ещё немного. Если бы Его Величество не нашёл Эйбла, он бы уже всех нас убил. — Тогда нам лучше пойти и удостовериться в этом. — Подождите. Мельмонд снова покачал головой и заговорил хриплым, надтреснутым голосом. — Если вы без причины будете мешать тем двоим, то можете навлечь на нас ещё большую беду, понимаете? Он с трудом продолжал говорить, но вдруг замолчал, заметив что-то на дворецком, который встал. Старый слуга, видя, что тот смотрит на его талию, с любопытством спросил: — Господин Мельмонд, в чём дело? — Эй, эта штука у тебя на поясе. Когда Мельмонд дрожащей рукой указал на пояс дворецкого, тот поднял его. — А, это мне кинул господин Эйбл, когда выходил из леса, чтобы использовать как подвеску для пояса. Нанни, помнишь тот раз, когда господин Эйбл разыграл подчинённых Труйда? — Ха-ха, конечно, помню. Хотя я тогда не мог этого показать, потому что растерялся от внезапного появления господина Эйбла, но это было так захватывающе… А? Господин Мельмонд? Нанни рассмеялся вместе с дворецким, вспоминая то время, и затем заметил, что пальцы Мельмонда сильно дрожат. — Господин Мельмонд, вы в порядке? — Э-э-это. — Да? Дворецкий, на которого указали, передал деревянную подвеску, которую держал, Мельмонду, застывшему в шоке. Это был круглый деревянный медальон, с одной стороны расколотый, с видимой трещиной. Однако только Мельмонд разглядел выгравированного на нём дракона. К несчастью, прежде чем он смог объявить об этой находке, он рухнул. — Эйбл, паршивец… Уф! Бум. Деревянная подвеска выпала из руки Мельмонда на пол, когда он потерял сознание. Драгоценная реликвия, передававшаяся сотни лет, теперь имела отчётливо нацарапанную надпись. ❖❖❖ — Ты раскрыл секрет чёрного зелья? Каким образом? Эйбл, не веря, снова поднял голову. Однако, возможно, помня о недавнем опыте сильного удара, он приподнял её лишь настолько, чтобы снова не стукнуться, и срочно спросил: — Т-ты раскрыл? Секрет чёрного зелья? Однако вместо ответа к нему протянулась рука Карааса. Это было похоже на сигнал вылезать, так что юноша подполз и ухватился за большую руку. Могучая сила тут же вытащила его из-под кровати. — Правда? Тогда, может, ты знаешь и противоядие? Нет, ничего, если не знаешь, потому что у нас есть лекарство господина Мельмонда… Ваше Величество? Эйбл поднял голову, почувствовав нечто странное: сила, что тащила его, иссякла на полпути. Тело его больше чем наполовину вытащили из-под кровати, но на этом всё и замерло. Караас перестал тянуть. Но он и не отпускал его руку. Он просто смотрел на Эйбла сверху вниз. Впервые с момента сегодняшней встречи Эйбл увидел, как серые глаза Карааса преобразились, став змеиными. И впервые услышал его голос — настолько холодный, что от него можно было покрыться инеем. — Что это за раны? ❖❖❖ К полудню факелы, не потушенные на рассвете, были постепенно забыты. Вместо этого слухи о лесе, медленно расширяющем свою территорию, распространились, захватив интерес всех во дворце. Таким образом, никто не заметил, как угли в потушенных факелах внезапно снова ожили. «Кто мог знать?» В мгновение ока угли превратятся в гигантское пламя, поглощающее людей словно живое существо. Пожары начали поглощать людей не только в чёрном лесу, но и по всему дворцу. Капитан Королевской Гвардии остановился в гостинице неподалёку от дворца. Её хозяин когда-то служил под началом Эшлера, так что это место само собой стало точкой сбора — без лишних договорённостей. Согласно приказу, офицер должен был дожидаться здесь, пока ему не доставят письмо. Но он не планировал задерживаться надолго. Он рассчитывал прождать от силы день, оставить послание и вернуться во дворец. Приказ Эшлера приходилось выполнить — того требовала необходимость, — однако едва капитан покинул резиденцию, тревога начала разгораться с новой силой. Он беспокоился об императоре, который, принял чёрное зелье из-за пари с Сердцем Короля. Беспокоился и об Эшлере, оставшемся при государе с горсткой верных людей. Но больше всего его терзали мысли об Эйбле. Нет, это была не просто тревога — его лицо не выходило из головы. То миловидное создание с огромными зелёными глазами, что вечно крутилось рядом с сэром Эшлером. Теперь, сбросив маскировку, которую он носил в особняке маркиза, Эйбл казался ещё ярче: его светлая кожа буквально сияла в солнечных лучах. «Он вспоминал каждую деталь очаровательных губ Эйбла, когда тот улыбался, и его суетливые движения, когда он пытался успокоить разгневанного Эшлера». «Ах, не время сейчас об этом думать». Капитан внутренне отругал себя, вспомнив новости, услышанные от хозяина постоялого двора тем утром. «Кажется, во дворце проблемы. Все ворота, ведущие во дворец, были закрыты на рассвете. Ходят даже слухи, что причина закрытия дворца в том, что император обезумел». Всё из-за безумного императора. Весть о том, что дворец закрыли, была слишком значительной — слухи неизбежно расползутся очень быстро. И вину за всё непременно возложат на него, на безумного государя. Источник этих слухов был очевиден, даже не нужно было видеть: Сердце Короля, а если точнее — сам Труйд. Безумцев во дворце и так хватало, и внезапный бунт не стал бы неожиданностью. Однако известия об императоре могли привести к чему угодно. Его встревоженное сердце с трудом выносило и день ожидания, но капитан сдерживал себя. Лезть во дворец, не зная точной обстановки, было бы чистым безумием. И всё же он не мог усидеть на месте, безостановочно меряя шагами комнату в надежде, что время ускорит свой бег. И вот, наконец, ему доложили: гость, которого он ждал, прибыл. — Узнав, что Капитан Королевской Гвардии здесь, сказали, что поднимутся сразу. Слова Эшлера о том, что его узнают, оказались правдой. Однако, видя, что хозяин обращается к ним официально, он задумался, не является ли этот человек капитаном из отряда Эшлера. Размышляя так, он достал из кармана письмо, которое хранил, и начал собирать вещи, готовясь уйти сразу же. Едва услышав, как дверь открылась, офицер отдал приказ, даже не оборачиваясь. — Для вас есть письмо от сэра Эшлера. Поскольку ситуация во дворце неблагоприятна, мне нужно немедленно уезжать, но вы должны остаться и следовать его приказам. — Что значит, ситуация во дворце неблагоприятна? Стук. Капитан Королевской Гвардии, занятый сбором вещей, застыл. Голос, холодно спросивший его, был до боли знакомым, казалось, он принадлежал тому, кто иногда являлся в его кошмарах. — С-с-сер Кин?! Капитан неуверенно приветствовал Кина, сильно заикаясь. Однако Кин, уже ожидавший такой реакции, проигнорировал его шокированное лицо и протянул руку.