Регас

Правильное и неправильное, хорошее и плохое. Эшлер считал, что для любого человека это должно быть очевидно. Он верил, что у людей, как правило, есть врождённое чувство совести, которое предупреждает их, даже без всякого образования, когда что-то не так. Неужели они не понимают: «О? Это же неправильно?» Именно поэтому сначала Эшлер отнёсся к предложению Эйбла скептически. «Они почитают волшебника как бога, поэтому, возможно, заблуждаются. Они, наверное, верят, что его дурные поступки на самом деле являются благими делами». Не может этого быть. Сомневаясь, Эшлер начал расспрашивать людей о хороших поступках, которые совершил волшебник. Те, кто жаждал восхвалять волшебника, не могли дождаться, чтобы сразу же высказаться, и один за другим они начали говорить. Бумага, которая обычно оставалась пустой из-за отсутствия ответов каждый день, быстро заполнилась, и её оказалось недостаточно, чтобы вместить бесконечный поток слов тех, кто наперебой рвался говорить. Всего за полдня расследования Эшлер понял, что то, что он искал, находилось прямо здесь, в словах этих людей. Вынырнув из глубоких раздумий, Эшлер передал исписанный лист бумаги трём другим командирам, которые ждали его объяснений. — Это то, что я узнал сегодня о волшебнике. — Что? Ты нашёл в нём столько недостатков? Люди действительно рассказали тебе такое? Ростер, который был больше всех расстроен, первым в шоке выхватил бумагу. Вместе с двумя другими он быстро пробежался глазами по первому предложению. Однако оно начиналось совершенно неожиданным образом. «Благие дела, которые волшебник совершил для жителей равнины». Прочитав лишь заголовок, все трое тут же подняли глаза. — Это же не то, что приказал нам сделать Его Величество, верно? — указал Клара, но Эшлер знаком велел им продолжать читать. Все трое нехотя продолжили читать аккуратные записи Эшлера. Однако начало по-прежнему было наполнено хвалой волшебнику, что заставило их нахмуриться. Как раз когда они уже собирались сдаться, они наткнулись на одну конкретную фразу. «Благодаря чудесной магии волшебника люди здесь смогли продолжать рожать детей. Волшебник лично использует свою магию на юных девушках, которые вот-вот станут взрослыми, чтобы сделать их способными рожать детей». «Сделать их способными рожать детей?» Все, читавшие это, почувствовали, что что-то не так. Читая дальше, они увидели следующее объяснение. «Девушки по очереди служат у волшебника. Таков метод, который он разработал на благо всей деревни. Из-за влияния злого дракона с Ледяной горы наши женщины стали уязвимы к холоду. Волшебник лично обследует каждую девушку, позволяя им с юных лет привыкать к его тёплой энергии — так они вырабатывают сопротивляемость морозу. Когда же девушка взрослеет, он отпускает её домой. Как же нам повезло!» Мгновенно у всех трёх командиров пробежали мурашки по спине. Когда они в неверии подняли глаза, Эшлер с бесстрастным лицом указал на бумагу. — Те, кто рассказывал об этом, были растроганы до слёз, выражая благодарность за то, что их дочери получили благословение волшебника. — Неужели… неужели способ, которым волшебник ниспосылает своё благословение… Это ведь не то, о чём я подумал? — спросила Клара с ужасом в глазах, но тут же замолчал. Другой человек в ответ кивнул. — Да. Но даже если мы предположим, что волшебник и вправду лечил детей, как верят жители деревни, есть кое-что ещё… — Какое там лечение! Неужели они действительно верят, что эта нелепость — правда? Эти люди сошли с ума? Ростер, переполненный гневом, перебил его и яростно засопел. Однако Эшлер сохранял спокойствие. — Эти люди не безумны. Посмотрите на другие аспекты. Всё зерно и еда, производимые на равнине, принадлежат волшебнику. Они хранят всё в общем амбаре, и именно волшебник решает каждый месяц, сколько каждый получит. Те, кто получает больше всего, — это обычно родители, которые отправили своих дочерей прислуживать волшебнику. И не только еду. Даже браки решаются волшебником, и они могут жениться только на том, кого выберет для них волшебник. Бандиты, с которыми мы столкнулись, были теми, кто отверг эти условия. Знаете, что самое интересное? Люди благодарны, что волшебник «избавляется» от тех, кто не может нормально работать каждый год, словно от какого-то мусора. «Тех, кто не может нормально работать?» Ответ на вопрос, возникший в их умах, пришёл сразу же. — Старики, которые слишком стары и слабы. Воцарилась странная тишина. Неописуемый холод осел на них тяжёлым грузом. — Кто-нибудь видел пожилых людей, пока мы ходили по деревне? Никто не ответил на вопрос. Они просто предполагали, что старики находятся внутри своих домов. — Когда наступает зима и еды не хватает, слабых и непродуктивных стариков по приказу волшебника гонят на Ледяную гору. Благодаря мудрым решениям волшебника деревня переживает эти кризисы. Но вот в чём дело — несмотря на то, что Ледяная гора растаяла и открылся путь во внешний мир, позволяя им добывать необходимое, они всё равно расправлялись со стариками таким образом каждый год. Люди даже шутят о том, как мудрость волшебника позволяет им легко справляться с бесполезными. И самая шокирующая часть? Старики сами заходят на Ледяную гору, даже не помышляя о том, чтобы отправиться во внешний мир. Это было место, где безумие принималось за норму. — То, что кажется нам безумием, ими воспринимается как справедливое и естественное. Вот почему мы не могли найти никакой вины за волшебником. Они искренне не знают, что волшебник делает что-то неправильное. Эшлер окинул взглядом остальных, онемевших от шока, и затем объявил свой вывод. — Всё становится праведным, когда это делается ради их волшебника, почитаемого как бог. ❖❖❖ — Конечно, как и следовало ожидать, ж-жители деревни не сказали ни слова против волшебника. Староста деревни стоял на коленях на холодной земле перед домом, отчитываясь достаточно громко, чтобы волшебник внутри услышал. — Хотя люди императора обыскали всю деревню в течение нескольких дней, чтобы найти какую-либо вину за волшебником, они ничего не нашли. Они даже задавали нелепые вопросы с намерением запятнать репутацию волшебника, но никто не дрогнул. В конце концов, они сдались и перестали пытаться найти какую-либо вину за волшебником. У них не было выбора. В конце концов, как можно найти что-то плохое в том, кто так велик, как волшебник… — Достаточно. Волшебник резко прервал его и добавил мягко. — Побыв несколько дней старостой деревни, ты начинаешь говорить так, словно и вправду их представитель. Испуганный, староста поднял напряжённое лицо и посмотрел на закрытую дверь. — В-Волшебник, нет, это не так. Я никогда не хотел этой должности. И быть п-представителем деревни, нет, никогда. Я бы никогда не предал вас. — Конечно, ты бы не предал меня. Ты не смог бы, даже если бы захотел. А теперь иди. Хотя волшебник больше ничего не сказал, староста с лицом белым как полотно пустился бежать. Когда отчаянный звук его бегущих шагов затих, волшебник с бесстрастным лицом перевёл взгляд на окно. Из этого нового дома, такого же, как тот, в котором он жил раньше, он видел, как Ледяная Гора высится под тёмным ночным небом, словно чудовищная фигура. Ледяная Гора, которая когда-то окружала равнину со всех сторон, теперь наполовину растаяла, но туман, казалось, протянулся над горой, подступая к самой деревне. Неужели она предпринимает последнюю отчаянную попытку? Если так, то это означало бы, что она скоро исчезнет полностью, но волшебник не мог быть в этом уверен. Сотни лет Ледяная Гора держала его здесь в заточении. Что, если, пережив это время с надеждой, что оно окажется последним, гора всё равно не исчезнет? Если бы ему пришлось ждать ещё несколько сотен лет, он смог бы. Он был готов ждать и тысячи лет, если потребуется. Но волшебник знал, что у него осталось не так много времени. Осознание этого ввергало его в отчаяние. Но затем, словно по мановению волшебства, гора начала таять, и появился император с сильной силой дракона. Предыдущие короли владели лишь слабой, незначительной магией, так что даже если сила этого императора была сильна, вряд ли она была чем-то необыкновенным. В этом смысле император был идеален. Он не был слишком слаб, но и не был сильнее его. Наконец-то появилась надежда. Мысль о потере надежды, за которую он цеплялся с тех пор, как гора начала таять двенадцать лет назад, была невыносима. Если Ледяная Гора предпринимает последнюю отчаянную попытку, у него не останется выбора, кроме как ответить соответственно. Ему удалось манипулировать лордом, чтобы тот привёл нужного человека. У императора, который и вправду обладал силой дракона, были глаза как у змеи — глаза, которые были знакомы волшебнику. Увидев его лично, волшебник понял, что он подходит даже больше, чем ожидалось. Те жёлтые глаза, лишённые какой-либо конкретной силы. Его Регас когда-то говорил, что это может быть знаком потенциала, возможности использовать любую силу. Слова Регаса были верны. Император был пустым сосудом. Всё, что оставалось, — это наполнить этот сосуд одной-единственной вещью и отправить его на Ледяную Гору. Тогда гора растает полностью и исчезнет. Но теперь, когда цель, которой он так жаждал, была уже так близка, император принялся чинить препятствия. Разве его имя не Караас? Возможно, разгневанный неспособностью использовать какую-либо силу на этих землях, он вёл себя по-детски, закатывая истерику. Волшебник не видел и следа от него уже несколько дней. Говорили, что он заперся в его доме, проводя целые дни в постели с тем прекрасным Регасом. До волшебника уже дошли слухи. Он знал, что для императора Регас был не более чем сексуальной игрушкой. Та единственная беседа, что у него была с Регасом, оставила у него впечатление, что Регас был несколько наивен, так что всё, что он, вероятно, делал, — это подстраивался под характер императора и удовлетворял его похотливые желания. Он был почти у цели. Нужный человек наконец-то был в его руках, но он не мог пустить его в дело. После сотен лет ожидания его терпение, казалось, иссякало на самом последнем этапе, и его начинала одолевать тревожная неуверенность. Будь император умным или глупым, если он продолжит будоражить деревню таким образом, несомненно, возникнет нечто хлопотное. На этом нужно было поставить точку. Как ещё можно использовать самого встревоженного лорда? Волшебник подумал о другом человеке, которым будет легко манипулировать. Да, о Регасе. — В-Волшебник, я закончила умываться. Услышав детский голосок, волшебник перевёл глаза. Маленькая девочка, с глазами, распухшими от слёз и круглыми страха, смотрела на него. Волшебник мягко приказал ей. — Сегодня больше не нужно меня обслуживать, так что возвращайся в свою комнату. Однако его глаза, снова обращённые к окну, были холодны как лёд и лишены каких-либо эмоций. ❖❖❖ — Принц всё ещё спит. Это они слышали снова и снова с тех пор, как прибыли сюда. Четыре командира ждали с утра, чтобы доложить о том, что обнаружил Эшлер, но всё, что они получали взамен, — это извиняющееся лицо Эйбла. — Должно быть, он очень устал. Хотя Эйбл как невинное дитя предложил объяснение, взрослые не могли не подумать об одной причине такой усталости. Кхм-кхм. Кто-то громко прочистил горло, и все отвели глаза. Эйбл, неправильно истолковав их смущение, спросил с беспокойством. — А, это из-за плохих поступков волшебника? Они действительно настолько ужасны? Клара кивнул в согласии, но троим остальным вопрос Эйбла показался странным. Словно он спрашивал не о том, нашли ли они что-то плохое в волшебнике, а был уже уверен, что тот совершил что-то дурное. Неужели он уже что-то знал о волшебнике? Им стало любопытно, но Клара уже передавал заметки Эшлера Эйблу. — Господин Эйбл, пожалуйста, взгляните на это. Волшебник — поистине дурной человек. Эйбл, казалось, не находя слов, просто несколько раз открыл и закрыл рот, затем снова опустил глаза на бумаги, словно желая подтвердить прочитанное. — Неужели люди и вправду верят, что всё это правильно? — Да, верят, — ответил Эшлер, бросая взгляд в сторону комнаты Карааса. — Мы можем лишь надеяться, что Его Величество немедленно ознакомится с этим и накажет волшебника соответственно. — Он ничего не сделает. Услышав удручённый голос Эйбла, Эшлер с удивлённым выражением лица повернулся к нему. — Прошу прощения? Что это значит? Когда он вопросительно посмотрел, Эйбл вздохнул и поднял глаза. — Кажется, у него нет намерения менять это место или наказывать волшебника за его проступки. Командиры с недоумением переглянулись. Тогда зачем он вообще приказывал нам найти вину волшебника? В этот момент Эшлер вспомнил кое-что из сказанного Эйблом. «Я думаю, он пытается найти что-то плохое в волшебнике ради меня». Неужели император просто хотел подтвердить Эйблу, что волшебник и вправду плохой человек? Чтобы оправдать всё, что он собирается сделать? Эшлер вдруг осознал, что изначальной целью Карааса было не уничтожение Ледяной Горы, а нечто иное. Однако не было времени задавать Эйблу дальнейшие вопросы. С звуком тяжёлых, гулких шагов в комнату ворвался взволнованный лорд. — Его Величество, прошу вас, позвольте мне встретиться с Его Величеством!