Моя маленькая Лэйн...

      Паркую машину на университетской стоянке, поглядывая в зеркала бокового вида. С параллельной парковкой у меня до сих пор некоторые проблемы, а сейчас я вдобавок ко всему нервничаю. Встала не идеально, но сойдет. Рядом раскорячился чей-то «рендж ровер». Моя старенькая машина выглядит рядом с ним просто убого.       Барабаню пальцами по рулю, подхватываю с соседнего сиденья свой рюкзак и, несколько раз глубоко вздохнув, выбираюсь наружу. На крыльце университета меня ждёт Роза, кутаясь в длинный бежевый кардиган. По утрам и вечерам на улице становится ощутимо прохладнее, зато днём всё ещё можно ходить в футболках.       — Спасибо за конспекты, — говорю старосте и протягиваю стаканчик с ароматным капучино.       — Вау! Спасибо! — С благодарностью принимает его и греет покрасневшие пальцы о тёплый стакан.       — Давно ждёшь? — Спрашивая, толкаю дверь центрального корпуса внутрь.       Сегодня у нас четыре пары и будут проходить первые семинары, а это значит — мы застряли в универе почти до вечера. Хорошо, что сегодня на работу ехать не нужно. По понедельникам в клубе выходной. Хотя я бы уже немного поработала, потому что мои денежные запасы тают на глазах.       — Я сегодня вышла пораньше, — говорит Роза.       Судя по её красным от холода пальцам, она вышла даже слишком рано. Хмурюсь и хочу спросить у неё, почему не дождалась меня около гардероба, а стояла и мерзла на улице, как вижу знакомую фигуру Тэда.       — Чёрт!       Где Тэд, там недалеко и Каин. Они как сладкая парочка «Твикс»: ходят исключительно правый с левым. Пока я была на больничном, Роза скидывала мне скриншоты своих конспектов, а Кристен — ссылки на университетские сплетни, где персона Каина мелькает постоянно.       Мы создали общий чат в социальных сетях и мессенджерах, чтобы всегда быть на связи. Подруг, кроме Виты, у меня нет, а эти девчонки неожиданно оказались интересными и приятными в общении. Правда, они пока не знают, что я мать-одиночка. Некоторых девушек моего возраста пугает наличие детей. Чего уж говорить о парнях?       — Ты чего? — удивляется Роза, когда я останавливаюсь рядом с колонной.       — Знакомого увидела. Кристен будем ждать? — спрашиваю, стягивая с плеч тонкую кожаную куртку.       — Да, она пишет, что уже подъезжает, — заглядывая в свой мобильник, отвечает Роза.       Киваю ей и иду в гардероб сдавать верхнюю одежду. Забрав номерок, поворачиваюсь к главным дверям как раз в тот момент, когда в них заходит Каин. Предварительно пропустив перед собой Кристен и её сестру Милу. Две девушки расходятся в разные стороны, не сказав друг другу ни слова. На лице Кристен написано колоссальное облегчение, и, завидев Розу, она приветливо улыбается.       Пячусь назад, стараясь слиться с толпой, пока Каин меня не заметил. В субботу в больнице мы не договорили. Я позорно сбежала, воспользовавшись моментом, когда его окликнул мужчина в белом халате, видимо, врач его матери или кто-то в этом роде. Поспешно попрощавшись, я сбежала вниз по лестнице, чуть не забыв, что вообще собиралась сделать. Сердце в груди билось как бешеное. Пришлось приложить к нему руку в попытке усмирить. Быстро поставив печать на больничный лист, я почти бегом, насколько позволяла моя только что зажившая нога, добралась до остановки и поехала домой. Каин пару раз меня окликнул, но преследовать не стал, и на том спасибо. Зато вечером же того же дня постучался почти во все мои социальные сети.       Я так и не смогла добавить его в друзья или отклонить заявку. Какие мы друзья после того, что между нами было? Начинать общаться заново, будто ничего не было, тоже сложно и неправильно. По крайней мере, у меня есть Ева, о которой он ничего не знает. И я не знаю, как ему преподнести тот факт, что у него есть ребенок. И нужна ли ему эта информация?       Если бы его мать хотела, она ведь давно могла с ним ей поделиться, но, видимо, не посчитала нужным.       Я не удивилась, что она меня узнала. Жаклин Сноу была председателем родительского комитета всё время, пока мы учились в школе. Нам не раз приходилось пересекаться. Она знала мою мать и знала меня. Потом мы встретились последний раз. Она знала, что я родила от её сына, и ни разу за всё это время не появилась на пороге моего дома. Я была бы ей не рада, но сам факт.       Тряхнув волосами, прогоняю ненужные мысли.       Сейчас у меня и Ева всё нормально. Нам комфортно вдвоём. Я бы хотела, чтобы так и продолжалось. Поэтому от семьи Сноу и от него самого нужно держаться подальше.       — Эй! — Разворачиваюсь на пятках, гневно смотря на парня перед собой. — Отдай! Немедленно!       Каин, одетый в красно-чëрную клетчатую рубашку, серую футболку и чёрные рваные джинсы, улыбается, обнажая белый ряд зубов а около глаз собираются лучики морщинок. Ему всего двадцать, но у него эти лучики уже давно, ещё со школы. Пытаюсь отобрать у него свой телефон, который он бесцеремонно вынул из заднего кармана моих джинсов.       Как я не заметила его приближение? Так была поглощена мыслями о нём же?       — И тебе доброе утро, Мисс Мортон. Я тут узнал, что мы, оказывается, учимся в разных группах, — говорит Каин и берёт меня за руку, которую я пытаюсь тут же вырвать из его захвата. — И ты первокурсница… это интересно. Не хочешь мне ничего рассказать?       — Не имею ни малейшего желания. Убери руки! — рычу ему в лицо.       Каин быстро проходится языком по своей нижней губе и толкает меня за колонну, скрывая от любопытных глаз студентов, заполонивших центральный холл. Где-то там стоят Роза и Кристен. Тэд и Мила. И я чувствую, что против своей воли наша парочка притягивает к себе всё внимание.       Прекращаю брыкаться и смотрю с вызовом на блондина. Он навалился на меня всем своим горячим тренированным телом, блокируя мои малейшие трепыхания, упираясь рукой в стену рядом с моей головой.       — А я думаю, рассказать придется, — тихо говорит Каин, чуть отстраняясь от меня, но при этом моя грудь всё равно касается его. — Почему ты от меня шарахаешься, Лэйн? Я разве тебя обидел?       Обидел?       Мне хочется рассмеяться, но вместо этого из моего рта выходит что-то, похожее на бульканье. Глаза Каина сразу перемещаются на мои губы, и я забываю, как дышать. Его ладонь всё ещё сжимает мою, посылая горячие импульсы по всему моему телу, словно разряды тока. Шевелю пальцами, пытаясь вырвать у него свою руку и привести свои подтëкшие на пару секунд мозги в порядок.       Как мантру повторяю про себя: «Мне нужно держаться от его семьи и от него как можно дальше.»       — Что это вы тут делаете? — раздается весёлый голос Тэда, опережая поток едких слов, которые годами копились в моей голове и предназначались для Каина.       Каин лениво поворачивает голову к своему другу и наконец отступает от меня на шаг, продолжая держать мой телефон в руке.       — Скройся, Харпер, — раздражённо говорит он другу.       — Я бы с радостью, но меня Мила отправила за тобой. Боюсь, если я вернусь один, начнёт плеваться ядом, как она это умеет, а я такое не переживу, — пожимает плечами Тэд и широко улыбается мне. — Привет, Белоснежка. Какие планы на вечер?       — Никаких, — бормочу, протягивая руку ладонью вверх. — Отдай мой мобильный.       Смотрю на Каина, который, плотно сжав губы, крутит между пальцами мой телефон. Он смотрит на меня в ответ. Я пытаюсь прожечь в нём дыру взглядом, а что пытается сделать он, понятия не имею. Смотрит и смотрит, не моргая!       — Запиши мой номер. Сейчас, — говорит он.       Диктует одиннадцать цифр, которые я ввожу в свой телефон, словно под гипнозом. В любой момент может написать бабушка и рассказать, как у них с Евой дела, а мой телефон — словно магнит — постоянно притягивает к себе Каина. Проще сделать, как он говорит. Всё равно, даже если он позвонит, я ни за что не возьму трубку. Мне звонить ему совсем незачем.       — А теперь сделай дозвон.       Зло смотрю на него. Выглядит расслабленным и совершенно невозмутимым. Словно не он зажал меня несколькими минутами ранее в холле, полном людей. Вторгся в моё личное пространство, которое я тщательно оберегаю от разных придурков!       Делаю, как просит, поглядывая на ожидающих меня Кристен и Розу.       — И мой заодно запиши, — закидывая руку на плечо друга, говорит Тэд. — И пометь: мой будущий парень.       — И не мечтай, — бросаю через плечо, двигаясь в сторону подруг.       Чувствую, как между лопаток печёт. У меня есть несколько вариантов того, кто смотрит на меня в этот момент, и ни один из них мне не нравится.

***

      — Ты посмотри на эти колени, — бормочет Кристен, приоткрыв рот, глядя на бегающих по полю парней.       Старшекурсников.       Оказывается, пары по физической культуре проходят у нескольких групп сразу. К нашему потоку первокурсников присоединился третий курс и одна группа с пятого. У меня пока освобождение после больничного: ногу напрягать не рекомендуется ещё две-три недели. Поэтому решила просто посидеть на трибунах, подышать свежим воздухом.       У Кристен же оказалось освобождение от физических нагрузок в целом. Мы купили стаканчики с горячим кофе в университетском кафетерии и расположились на трибунах. Подбадриваю Розу, бегущую разминочные два километра, криками, когда она, еле волоча ноги, пробегает мимо нас.       Вокруг поля по дорожкам бегает наш курс, а в центре тренируются и, кажется, собираются играть в футбол третьекурсники. Девушки из их групп расположились на газоне правее, и, в отличие от наших одногруппниц, которые, покрываясь потом, бегают, делают что-то, отдаленно напоминающее растяжку.       Я стараюсь не смотреть на поле, потому что по какому-то неведомому стечению обстоятельств Каин опять оказался рядом. Не виделись и не общались два года, а теперь, словно сверху кто-то решил надо мной посмеяться, постоянно сталкиваемся.       — Хочу, чтобы они все сняли майки и бегали с голыми торсами. А я сниму их на видео… — строит планы Кристен, откусывая сэндвич, не отрывая глаз от поля.       — И что будешь делать с этим видео? — спрашиваю.       — Как что? Любоваться! Ты знаешь, какие тела у футболистов?       — Ммм… — мычу, проверяя телефон.       Бабуля ничего не писала: значит, у них с Евой всё нормально. Смотрю на фото дочери на заставке и решаю его сменить. У Каина какая-то нездоровая тяга к моему мобильному, а дочь очень похожа на него. Именно на этой фотографии плохо видно, потому что она хохочет во весь свой полу беззубый рот. Если смотреть на её серьёзные фотографии или те, где она просто улыбается, то там Ева — вылитый Каин Сноу. Она моё постоянное напоминание о нём. Ставлю на заставку скачанную из интернета картинку-эстетику и убираю телефон в рюкзак.       — Каин на тебя постоянно поглядывает. — Пихает меня в бок Кристен, заставляя оторваться от телефона и тоже посмотреть на группу парней в центре поля. — Моя сестра тебя убьёт.       Кристен смеётся, а я вяло улыбаюсь. Ловлю взгляд Каина, который успел переодеться в красную спортивную университетскую форму, и кривлю губы. Он в ответ ухмыляется и подмигивает, отворачиваясь. Рядом с ним разминается Харпер. Тэд завязал свою чёлку в смешной хвост-пальму и, поигрывая бровями, флиртует с пробегающими первокурсницами.       Кристен тихо вздыхает, глядя на то, как Тэд стягивает с себя футболку. И бормочет что-то про услышанные молитвы. Не могу сдержать смешка.       Мне обычно трудно заводить новые знакомства и подруг. Но Кристен неожиданно мне нравится. Несмотря на то, что она явно из «этих» мажоров. Только проще.       — Гооооряч, — тянет она, закончив свой перекус. — Ты чего молчишь-то?       — А что сказать? — пожимаю плечами.       Каин красивый парень — неудивительно, что его девушка обдала меня уничтожающим взглядом после той сцены в гардеробе. Возможно, придётся с ней объясняться. Мне нет до её парня никакого дела. Пытаюсь в очередной раз себя в этом убедить. Я на него не претендую и вообще планирую держаться как можно дальше. Есть у меня, конечно, одно «но», с которым я никак не могу разобраться.       Ева.       Два года я привыкала к мысли о том, что это только мой ребенок. Каин от неё отказались, предложив избавиться. Каин исчез, словно его никогда и не было в моей жизни. Моя мать оставила меня разбираться со всем самой. Зато теперь… обстоятельства давят на меня.       Мне нужно решиться на разговор тет-а-тет с ним, пока не поздно. Интуиция кричит о том, что моя мать не откажется от идеи подпортить репутацию его семье и вывернуть всё грязное бельё наружу. Это лишь вопрос времени.       — Давно они встречаются? — Поворачиваюсь к Кристен, складывая руки на груди. — Сноу и твоя сестра?       — Месяца два. Он когда приехал и появился в университете, Милка в него когтями вцепилась. Сразу всем объявила: «Он будет моим» — Кристен передразнивает интонации сестры, сделав свой мягкий грудной голос писклявым и высоким; я против воли улыбаюсь на эту пародию. — Но надо отдать ему должное, он долго её посылал. Да и некогда ему было. Говорят… — понижает голос до шёпота, хотя рядом с нами никого нет, — у него мать совсем плоха. Онкология. Он поэтому и приехал из своей Италии. Там ему университет оплачивал всего пятьдесят процентов стипендии, остальное надо было доплачивать из своего кармана. Сама понимаешь, деньги немаленькие, а сейчас всё на лечение матери уходит. Но его папаша молодец, воспользовался ситуацией.       — Как?       — Во власть полез. Развернул на фоне её болезни отличную компанию. И Каина подтянул. Примерная семья. Папа, мама, я.       — Откуда ты всё это знаешь? Сестра рассказывает?       Каин так близок с этой Милой? Он всегда был немного закрытым. С виду красачик, король вечеринок и капитан футбольной команды, но близко к себе никого не подпускал. У него и друзей-то в нашем классе не было. Он как-то всегда в стороне держался. На это девчонки и клевали: на его ауру таинственности.       — Она мне ничего не рассказывает, мы почти не общаемся, несмотря на то что живём в одной квартире, — фыркает Кристен. — У меня свои источники. Интернет!       — Да ладно… — тяну я, — не всё, что там пишут, правда.       — Так все думают. Но в 99% слухи верны. Говорят, у Каина Сноу ещё ребенок есть.       Кофе, который я в этот момент решаю глотнуть, попадает не в то горло и идёт носом. Пытаюсь отдышаться и прокашляться. Хватаюсь за салфетки, лежащие на сиденье рядом, и прижимаю к лицу. Стараюсь вдохнуть поглубже и перестать наконец кашлять, потому что моё представление привлекло ребят на поле.       Каин хмурится и делает пару шагов в нашу сторону. Отрицательно качаю головой и выбрасываю вперед руку. Со мной всё нормально! Если бы он не объявился в городе, было бы вообще прекрасно! Пусть о своей девушке заботу проявляет, она вон на траве перед ним разве что на поперечный шпагат не села.       — Белоснежка, дыхание рот в рот не нужно? — сложив ладони в рупор, кричит Тэд. — Я всегда здесь!       Боже…       — Только этого не хватало… — сиплю еле слышно и, прочистив горло, пытаюсь крикнуть погромче: — Нет!       — Жаль! — лыбится мажор, опустив руки на бëдра. — Я в этом деле мастер!       — Харпер! На ворота! — рычит Каин, хлопая по спине своего друга, и смотрит прямо на меня.       Ведёт подбородком, будто спрашивает: всё ли нормально. Еле заметно киваю и отворачиваюсь.       Кристен рядом похлопывает меня по спине и, откупорив бутылку с водой, протягивает мне. В ближайшее время жидкости видеть не хочу! Меня интересует совсем другое! Мама наплевала на всё и начала распространять слухи в интернете? Дала интервью и рассказала всем про нас с Евой?       Боже…       Сейчас всё понесëтся как снежный ком. Судя по внешнему виду Каина, он ещё ничего не знает. Есть надежда на амнезию, типа той, что показывают в сериалах, но я понимаю: этот диагноз в его случае маловероятен. Его мать постаралась и всё от него скрыла. Мои сообщения до него не дошли, звонки остались без ответа.       Я злилась на него два года, а он, возможно, ни в чём не виноват? Разве что в своём отъезде, о котором не предупредил меня заранее.       — Чего? — сиплю вопросительно, протирая губы салфеткой. — В смысле ребёнок?       Поворачиваюсь к Кристен всем корпусом и замираю в ожидании, сминая в кулаке тонкую бумажную салфетку.       — Ага, по молодости сделал, — беспечно отвечает та и поднимает руку. — Роуз, мы тут! Надо ей воды предложить, чего-то она красная такая.       По молодости? Ещё одного ребенка?       — Каин? — Хватаю Кристен за рукав, возвращая внимание девушки к себе.       Она заправляет тёмные кудрявые волосы за уши и кусает свои пухлые губы, морща лоб, словно уже забыла, о чём мы только что разговаривали.       — Отец его! Ты чего? Я про Сноу-старшего, — она заливисто хохочет, а у меня впервые за несколько минут получается вдохнуть полной грудью. — Если б у Каина был ребенок, Милка бы к нему никогда не подошла. Она ярая чайлдфри. Дети вообще не её тема. А я, наоборот, люблю деток, жаль у меня своих никогда не будет, — вдруг прекращает смеяться девушка, так же резко, как начала.       — Всё впереди, — пытаюсь подбодрить её. — Не зацикливайся на диагнозе, если он и правда есть. Всё ещё десять раз может измениться.       Кристен молчит несколько секунд, глядя куда-то в пространство, а потом достаёт из контейнера ещё один сэндвич.       — Ну да. О! Каин забил гол!       — Супер, — бормочу в ответ, мельком взглянув на поле.       Каин отбивает пять какому-то парню и, обернувшись, смотрит через плечо прямо на нас с Кристен. Сжимаю руки в кулаки. Смотри на свою девушку, она в противоположной стороне!       Наконец-то отворачивается, что-то крича ребятам из своей команды, а я пытаюсь выровнять собственный пульс.       Если в интернет дошли слухи о второй семье его отца, то что будет, когда репортеры найдут нас? Вдруг нашей историей заинтересуется не только моя мать, а кто-то ещё? Мне определенно нужно поговорить с Каином, чтобы всё рассказать первой. Как ни крути, он сделал мне ребенка и должен нести ответственность наравне со мной. Очень сомневаюсь, что он обрадуется этой новости. Ему двадцать лет, и я готова поклясться, что в его голове нет и никогда не было мыслей о детях. Кто о них вообще думает в этом возрасте?       — Воды… я умираю… — рядом с трибунами останавливается запыхавшаяся Роза и, уперев одну руку в колено, а вторую протягивая за бутылкой с водой, пытается отдышаться.       Беру бутылку и сбегаю вниз вместе с Кристен.       Пока подруга жадно пьёт, мои глаза против воли сами ищут в толпе футболистов блондина. Игра набирает обороты. Парни бегают, пинают черно-белый мяч, ругаются и, кажется, забыли об окружающем мире. И это даже не тренировка, а просто пара по физической культуре. Каин всегда был одержим футболом. Его любимым видом спорта, и, видимо, ничего не изменилось.       Смотрю несколько мгновений на его светлый затылок и решаюсь.       Я поговорю с ним, обещаю себе, крепче сжимая в руках пластиковую бутылку с водой. Буквально на днях. Наберусь побольше смелости и поговорю.