Под прикрытием.

Бен ненавидел этот гараж. Помещение, атмосфера в котором больше походила на тухлые посиделки подростков, когда дешевое пиво закончилось, а бухать ещё охота. Сидя на кресле-мешке, он откинулся назад, задрав голову и изучая следы на ржавом потолке. Каждый представлял собой хаотичную линию, но вместе они складывались в картину. В какой-то мере напоминает карты сокровищ, из фильмов про пиратов. Хотя, о чем он вообще думает? Он сидит в ночи с непонятными типами, создают они все вместе видимо, не злодейский план, а атмосферу скуки. Не так он представлял себе это. Его юный мозг, излишне начитанный всяких комиксов представлял будни в банде вроде побегов от полиции, карт с изображениями территорий банков, которые предстояло ограбить и обогнуть охрану... С лазерами... А по факту самые интересные его дни в году - это когда ночью встречаются в разных уголках страны в непонятных местах типо заброшенного порта или переулков, и толкаешь какому-то дерганному типу коробку с солью или ампулами. Да-да-да, все профессионально (собственно, поэтому в эти дела отправляли таких юный как Бенджамин, во избежании задержания устоявшихся членов банды). Но это было дай-бог раз в год! Или не раз в год, но на все остальное интересное его с собой не брали. Впрочем, даже хорошо, не охота марать руки в крови, и он будет оттягивать это, пока есть возможность. В этом же году самое злодейское, что он делал - это носил сандали с носками. По ушам забил отвратительный треск и скрип. "Верджиний", буквально за ширмой из чьей-то душевой кабины, фасовал кокаин. Как будто это нормально. Как будто так и надо. Сейчас расфасует, найдет какого простачка, которому нужны деньги, скинет ему процента три от общей суммы и будет таков. Как же скучно. Понимая, что скорее всего таким простачком окажется он сам, Бен переваливается на левый бок, лицом к стене, чуть поморщившись, когда под ним хрустнула шарики пенопласта внутри кресла. Пытался сделать вид, что его здесь нет. Если не двигаться и не издавать никаких звуков достаточно долго, то, возможно, сойдёт за мебель и избежит унизительного дерьма. Работала эта схема в тридцати процентах случаев. Этому, безусловно, полезному трюку он научился у своего наставника - Адам тот ещё любитель исчезать на ровном месте, профессионал своего дела. Исчезать. Уходить в себя. Игнорировать. Даже если ты вот он - рядом. И это было до невообразимого странно: сидеть, думать о своем, когда в двух шагах от тебя обсуждают как отжать точку у конкурентов, попутно разговаривая с очередным оптовиком. К слову, Адам был недалеко. Пока не исчез. Хорошо. Чинил вместе с Теодором мотоцикл. Вроде как, принадлежавший непосредственно Теодору. Их вместе увидеть - настоящая редкость. Теодор не любит Адама, Адам не любит Теодора. Они, впрочем то здесь все друг другу не приятели, но между этими двумя - тонкая нить. Теодор знает что стоит ему накосячить — Брокен появится рядом, как черт из табакерки. Плевать где. Плевать как. Даже если они будут закрыты в коробке без выхода и входа, Брокен выйдет из стены. И это был единственный сдерживающий фактор. Ну, и ещё по мелочи, вокруг же команда.. Репутацию ни тому, ни другому портить не охота (хотя у Адама этой репутации нет). Теодор вздохнул. —Нужно заменить тормозные колодки... Были где-то запасные. Молчание. —Если мне не изменяет память они в ящике. Да, да, в ящике, из под пива, он под столом, достань. Бенджамин отвлёкся, вновь глядя в стену. Сам и не понял когда резкий стук раздался со сторону двух ребят - Адама впечатали лицом в стол. Теодор что-то шипел на своем языке, - он итальянец. Никто не обратил внимания. Никто. Всем было наплевать. Не важно, кто был бы на месте Адама, может, будь там Брокен ещё кто-то бы хотя бы спросил все ли в порядке, но там был Адам. И ни один даже не повернулся. Бен чувствовал где-то глубоко внутри, что должен хотя бы подойти к Адаму и помочь ему, защитить его хоть как-то, но вместо этого сильнее вжался в кресло, сливаясь с интерьером и поджимая хвост, как побитая собака.

***

Джеймс тряхнул головой, и продолжил разделывать рыбу, нож прошёлся под жабрами и лёгким движением отрезал голову. Себе бы эту голову отрезать, ей-богу. Порой мысли о прошлой жизни навевают жуткие воспоминания. А он здесь, в другом месте, с другим именем, с другой жизнью. Порой ему кажется, что все те моменты, где звали его Бенджамин - это просто сон, или другая вселенная, в которой он умер. Может, погиб во время выполнения миссии, может, обдолбался настолько, что и подох в конвульсиях, а может и собственная группа забила будь он в той жизни предателем. Он не знал. В этот же момент мужчина смотрит на разделочную доску. Зачем он вообще купил рыбу? Он же её не любит. Джеймс, может, рыбу и не любит. Бенджамин любит.