Struck by storm

      Странное дежавю посетило Джексона Шторма, когда он в очередной раз с трудом разлепил веки и ничего не вспомнил.       Странное дежавю испарилось в мгновение ока, когда Джексон Шторм обнаружил себя в постели с Маккуином в бунгало на пляже Флориды.       – Пиздец.       – Успокойся, ничего не было, – шикнул на него Маккуин, натягивая одеяло на голову.       Занимался рассвет, это хорошо было видно сквозь панорамные окна, выходящие на бирюзовый океан. Шум едва уловимых волн был почти не слышен, солнечные лучи, отражались от прозрачной, похожей на неровное зеркало поверхности воды, заливали половину комнаты и теперь протянулись до лица Маккуина.       Молния недовольно откинул тонкое одеяло, жмурясь от золотистого сияния восхода. Шторм как завороженный рассматривал переливы света и океана на его бледной коже. Маккуин имел какую-то невообразимую ауру святоши со скверным характером. Это выглядело и красиво, и смешно одновременно.       Великий гонщик, выглядящий как божество? Шторм и подумать не мог, что Маккуин на самом деле так красив без маски вечного недовольства. Каждая морщинка в уголках глаз была на своем месте, поджатые губы пересохли от жажды, но выглядели очень... заманчиво.       Шторм тряхнул головой, отгоняя мысли.       – Налюбовался?       Джексон со стоном откинулся обратно на подушку. Маккуин определенно имел скверный характер и полное отсутствие такта.       – Умеешь ты испортить момент, Маккуин.       – Даже отрицать не станешь? – усмехнулся Молния. Его здорово позабавила ситуация.       Вчера они наконец перешли «ты», чтобы скомпенсировать разницу в возрасте. Она не то, чтобы требовала компенсации, но определенно добавляла формальности. Потому что когда объект твоих желаний обращается к тебе на «вы», ты чувствуешь себя ужасно древним.       Молнии не было сорока, но по какой-то причине ему продолжали напомнить, что он уже «всё». Тем не менее, внутри он был вполне бодр и весел, и явно не тянул на звание главного старичка Наскар. Даниэль Виражиз и то был большим скуфом, чем он.       Эта мысль почти заставила его рассмеяться. Молния старательно прожевал улыбку, чтобы не тревожить Джексона. Не каждый день просыпаешься с легендой в одной постели. Ему требовалось время, чтобы все переварить.       Шторм все равно заметил насмешливый взгляд.       – Чего? – буркнул он, недовольно хмуря брови.       – Как голова? – спросил Маккуин и потянулся к графину с лимонной водой. Он предусмотрительно наполнил его, перед тем как вырубиться.       – Ром не шампанское. Сойдет.       – Вы серьезно привезли двадцать коробок шампанского в боксы?       – Тридцать, Маккуин, – исправил Шторм. – Почему тебя это вообще так удивляет? Ты чемпион со стажем. – Он окинул Молнию неопределенным взглядом. – Не говори, что ты никогда не праздновал. Я многое по телеку видел.       – Я успел покуролесить в молодости, это правда, – усмехнулся Маккуин. Сначала весело, потом самодовольно.       – Что за чушь с понятием «молодость»? – Джексон забрал протянутую ему кружку с водой, сделал глоток и скривился. Чертов лимон. – Тебе тридцать с лишним.       – Почти сорок Джек, и ты сам это начал.       Джексон прикусил губу. Он правда первый, кто в лицо назвал Маккуина ветераном. Справедливости ради, он сам услышал это от Хикса и аналитика Дайджест.       – Когда я внезапно оказался на полпути в Наскар, у меня не было в мыслях навязчивой идеи обозвать тебя стариком.       Молния снисходительно улыбнулся. Он не стал упоминать, что вчера во время пьянки уже слышал об этом. Но и удержаться от напоминания, кто испоганил ему сезон тоже не получилось.       Молния встал с постели и потянулся, тело ответило легким хрустом.       – Что ж вы все как мешок с костями, а? – взмолился Джексон. – Это звучит ужасно, знаешь ли. Мне теперь жалко тебя таранить на трассе.       – Надо отдать тебе должное, ты ни разу не зацепил мою тачку за прошлый сезон.       Шторм закатил глаза.       – Это такой скрытый упрек за то, что снес бочину, когда бортанул Рамирез?       Молния неожиданно скривился от звука имени Круз. Шторм не стал лезть ему в душу и спрашивать отчего. Нежелание покидать спорт и уступать дорогу молодым. Джексон мог это понять. Для кибер-спортсмена он тоже рано закончил.       Только в отличие от Маккуина, ему было куда пойти. Пусть он не горел желанием когда-нибудь оказаться за рулем настоящего болида всерьез, Джексон никогда не исключал такой возможности. А у Маккуина оставалось только тренерство, потому что гонки были для него всем, и ничего другое не могло заинтересовать его также сильно.       – У тебя вылет в десять, ты вчера говорил, – напомнил Молния.       Джексон обреченно посмотрел в экран телефона. Вставать не хотелось, но ему надо было вернуться в отель.

***

      Дядюшка Уолтер очень торопился, но все равно не успел купить команду до конца недели, поэтому в день гонки Маккуин мерил шагами пит-лейн в качестве знаменитого гостя. Тренировать Рамирез он не собирался, оставив её на попечение Смоки, механика Дока. Выступать за последнюю команду в турнирной таблице тоже, поэтому свой последний гоночный уикенд команда «Без тормозов» проводила в старом составе.       Ради приличия Молния все-таки заглянул к ним в боксы и пожелал удачной гонки. Там он напоролся на десятки острых как ножи взглядов от сотрудников, которых скоро уволят, и еще столько же восхищенных. Гонщик команды, имени которого Маккуин не вспомнил, очень долго благодарил его за визит, как будто он был богом. Потому что такого благоговения и трепета во взгляде Молния еще не видел.       – Да он одержим тобой, – хмыкнул Джексон. Молния закатил глаза. Шторм увязался за ним после последней тренировки и теперь не отставал ни на шаг. Когда они стали друзьями, Маккуин не успел заметить.       – Примерно когда ты улетел в Сиэтл на самолёте Адреналин, купил у меня билет на экскурсию по нашей гоночной базе, окунулся в современные технологии, а мы все это допустили. – Весело перечислил Джексон. Маккуин решил, что сходит с ума, иначе как Шторм понял, о чем он думал?       – У тебя слишком говорящие глаза, Маккуин, – с широкой улыбкой заявил Джексон. – А ещё ты вечно бормочешь себе под нос, как настоящий старик.       Молния открыл было рот, чтобы возмутиться, но Джексона позвал инженер. Маккуин порадовался, что СМИ ошивались в начале пит-лейна и старательно игнорировали низшие команды. Иначе какой инфоповод бы занял все первые строчки.       Шторм и Молния теперь лучшие друзья.       Маккуин счёл бы такой заголовок оскорблением в сторону всех своих друзей из Радиатор-Спрингс.       Джексон Шторм и Молния Маккуин: от ненависти до любви.       Это больше походило на правду, но Джексон наверняка бы долго возмущался по этому поводу. Хотя если вспомнить, что он был подписан в твиттере на «Умопомрачительные теории заговора прямиком с пит-лейн», который явно принадлежал одному из работников команд, и который старательно сводил Молнию и Джексона при любом удобном случае, каждые выходные заваливая ленту их фотками... Может быть, Шторм и не был таким неприступным женолюбом, каким его считал сам Маккуин. Интересно, он когда-нибудь, хоть один разочек, думал о Маккуине, когда оставался в дýше наедине с собой...       Молния глубоко вдохнул. Самое время для таких мыслей. А что ему оставалось, когда перед ним последние сутки маячил Джексон в этом черном, спущенном на берда гоночном комбинезоне? Облегающая термозащитная кофта, которая являлась нижним слоем под этим комбинезоном, только ухудшала ситуацию. Потому что Джексон был ну очень хорош собой – он тренировался также рьяно, как пьянствовал.       Чтобы не скитаться без дела, Молния направился к Диноко. На краю пит-лейн он все-таки передумал и со вздохом свернул в боксы Адреналин.