Struck by storm

      Маккуин стянул с него комбинезон до пояса, и принялся за кофту под ним, беспорядочно покрывая лицо поцелуями. Джексон позволил ему вести, Маккуин незамедлительно этим воспользовался, толкнув соперника к пустому столу в боксах. Он знал, что сюда никто не сунется, но сердце бешено колотилось от ощущения, что их вот-вот засекут.       У Маккуина не было большого опыта в сексе с парнями, но он определено был, поэтому он не мешкая развернул Шторма к себе спиной. Тот рвано выдохнул, когда руки Маккуина оказались у него под кофтой, обводя рельеф живота.       – Что ты делаешь? – насмешливо спросил Джексон, но сопротивления не оказал, поддаваясь силе чужой руки и сгибаясь к столу.       Он задел ногой провод, в комнате стало ещё тусклее – маленькие лампы погасли. Здесь было тихо и пусто, стены отражали их голоса, звуки пит-лейн почти не добирались до них, заглушенные хриплым шепотом слов.       – Моя задница, Маккуин, однозначно не готова к этому, – нарушил спокойствие боксов Джексон, когда с него наконец стянули кофту, и пальцы соперника опасно протанцевали к краю комбинезона на бедрах.       – Я знаю, что делаю, – прошипел Маккуин. – И тебе бы быть потише, чертов Шторм.       – Приятно слышать такие ругательства от тебя, – шепотом рассмеялся Джексон. – Чертов Шторм... как же вкусно звучит.       – Заткнись. – Горячие губы Маккуина изучали его шею и плечи. – Мне сколько раз попросить тебя помолчать?       – Я не могу молчать, когда в меня упирается член секс-символа целой эпохи! – издевался Шторм.       – А ты попробуй, – рыкнул Молния, стараясь не думать, что там, снаружи, вокруг них ревёт стадион.       На лице Джексона отразилась улыбка одним уголком губ. Молния готов был поклясться, что это самая красивая вещь из тех, что он когда-либо видел.       – Ты залип, потому что я смертельно красив? – тихий смех Шторма на самом деле походил на шелест волн. Молния мог бы слушать его бесконечно, но вместо этого заткнул противника грубым поцелуем. У них не было времени на разговоры, с каждой минутой, проведенной вдали от всех, они рисковали быть вычисленными.       – Ого, какое рвение, – простонал Шторм, отстраняясь и подставляя шею под колкие поцелуи. – Ты даже к победе так не рвался, плейбой.       Тяжёлое дыхание Маккуина над ухом сводило с ума, адреналин от секретности в разы ускорял пульс, вызывая недостаток кислорода. Шторму на полном серьёзе казалось, что он чокнулся и теперь безвозвратно тонет в океане темных от желания глаз без возможности сделать хотя бы вдох.       Гоночный костюм оказался у его ног, футболка Маккуина последовала за ним.       – Может хотя бы до дивана дойдёшь? – Спросил Джексон, чувствуя легкое прикосновение чужого дыхания к своим волосам. Он откинул голову на плечо Маккуина, Молния покрыл поцелуями его шею и плечи.       – Я ожидал от тебя хоть какого-то стеснения, Джексон, ты точно по женщинам?       – Будь я «по женщинам», ты бы не лапал меня, как свою фанатку, Маккуин.       – Ты и есть, – расхохотался Молния, но тут же прикрыл рукой губы. Его одновременно возбуждала и забавляла ситуация, в которой они оказались, но он точно не хотел быть раскрытым.       Шторм утянул его в глубокий влажный поцелуй, стоило лицу Молнии оказаться его в зоне досягаемости.       Когда Маккуин прервал его, в мрачно-синих, как морские глубины, глазах Молнии, казавшихся совсем бесконечными в слабом свете комнаты, играли насмешливые искорки.       – Минуту назад ты говорил, что твоя задница не готова.       Джексон не мог отвести глаз.       – У вас так мало фантазии, Мистер Маккуин?       Прозвучало легко, без насмешки. Молния с мимолетной улыбкой перехватил запястья Джексона, которые потянулись к нему. Он завел его руки вперед, заставляя Шторма опустить ладони на стол. Маккуин прочертил едва уловимую линию вдоль его позвоночника кончиком носа, оставил след на острой скуле.       – Сделай уже что-нибудь, Маккуин. Хватит играть со мной.       Молния довольно наблюдал за страдающим выражением лица соперника, глядя на него сверху вниз. Тени играли на мышцах спины Джексона, делая его еще более маскулинным, Молния без стеснения разглядывал каждый изгиб.       – Хоть где-то я выше, чем ты, Шторми-бой.       – Какая же ты сука, а я ещё жалел тебя, – задыхаясь, рассмеялся Джексон полушепотом.       В ответ он получил приближенный к уху томный вздох:       – Я думал об этом чёртову дюжину раз, так что заткнись и поцелуй меня.       Джексон подался назад, прижимаясь к с его вздымающейся груди, спиной чувствуя, как напряжено его тело, но увернулся от поцелуя.       – Я тоже думал, не лишай меня удовольствия.       – О, я обязательно передам той рыжей сучке, которой ты дал в рот в переулке, – хмыкнул Маккуин.       – Не ревнуй, а лучше покажи, на что способен твой рот.       Молния с тихим смехом развернул его к себе лицом.       – Так смотри.       И опустился на колени. Шторм ошалело смотрел на него и не мог поверить.       – Жесть, Маккуин, я и не знал, что ты такая шлюха.       Вместо ответа чужой язык коснулся его кожи. Джексон положил руку на светлую голову и сдержал стон.       – Если бы я знал, на что ты способен, ни за что бы не назвал тебя стариком.