Часть 21. Любовь к Маккуину и вину
5 апреля 2026 г., 20:00
— Букмекеры сегодня озолотятся, — выплюнул Реверхем, нахмурив брови. Он с выражением искреннего презрения, один в один как выглядел Джексон, когда ему что-то не нравилось, наблюдал за празднованием команды Ржавейка, и если Льюис Кас еще держал себя в руках, то Стерлинг направо и налево бросался к микрофонам, практически вырывая их из рук журналистов, только чтобы вновь заявить:
— А я говорил! У нас самая сильная команда, сегодня нам нет равных в чемпионате Большого Поршня!
Один из участников Ржавейки подбежал к Льюису и попытался поднять его на руки, но встретив непонимание и легкую степень осуждения в его взгляде, ограничился очень близким объятием и поздравительным воплем прямо в лицо.
Чем дольше Рэй смотрел на это все, тем паршивее становилось. Он оглянулся на Шторма — тот стянул балаклаву и взъерошил мокрые от пота волосы. Джексон с невозмутимым видом вытянул за провод наушник из уха и усмехнулся собственным мыслям.
Реверхем глубоко вдохнул и потер переносицу. Конец им всем на послегоночном брифинге Адреналин. Если кому-то могло показаться, что улыбка Джексона в камеру подбежавшего репортера источает радушие и счастье в отношении гонщиков нового поколения, «раздвигающих границы автоспорта», как выразился сам Шторм, то Рэй, давно изучивший своего гонщика вдоль и поперек, боялся представить какое торнадо сейчас проносится в его голове.
Обворожительная улыбка двадцатого излучала такую всеобъемлющую любовь к спорту и доброжелательность к людям, что никто бы не догадался, какая на самом деле желчная змея в этот момент просыпается в Шторме. Рэй даже дернулся, чтобы остановить его, когда он неожиданно развернулся на пятках, попросив репортеров немного подождать, пока он будет «чествовать победителя со всеми вытекающими». Что конкретно он имел ввиду, Джексон не уточнил, но при взгляде на Рэя, он в по-маккуиновски поджал губы и недовольно качнул головой, прося не влезать.
***
Шторм широкими шагами приблизился к Льюису. Краем глаза он видел, что Молния даром времени не терял и вразвалочку прогуливался вокруг машины Каса, нахохлившись как недовольная птица. Джексон мысленно сделал пометочку спросить, что незаконного он успел разглядеть или какие технологии им следует перенять у Ржавейки. Было удивительно, что их тачка так быстра, потому что в прошлом сезоне Молния прилично проигрывал ему во времени с каждого круга. Это заставило его задуматься, насколько же сильно он задавил Маккуина и что скорость, хоть и основная, на самом деле далеко не главная составляющая успешной гонки. Не мог чемпион так разгромно проиграть Адреналин на непобедимой Ржавейке, остававшейся недосягаемой много лет за исключением всего двух сезонов из одиннадцати возможных. По мнению Джексона, Кэл Уэзерс выиграл благодаря невероятному стечению обстоятельств, так что исключать можно было всего лишь один сезон. Шторм остановился, чтобы найти Диноко на питлейн. Интересно, это Рамирез не едет или у них настолько дерьмовая машина, что десятое место Круз не кажется чем-то страшным? Серьёзно, она выиграла всего одну гонку, которую начал Молния, но единолично, так еще и в отсутствие Шторма с Маккуином, выше третьего места подняться не смогла. Пока Джексон думал, Льюис решил действовать. Шторм поймал себя на мысли, что впервые знакомится с новичком, который его обыграл не через пять или десять лет, а буквально сразу — Джек сам-то гонщик всего сезон. Как скоротечно, оказывается, чемпионское время в спорте. А еще он понял, что Льюис видел, как он направлялся к нему, но почему-то не дошел. Честно говоря, Джексону было наплевать, он уже не чувствовал раздражения, просто принял проигрыш как свершившийся факт. Его самого пугало, как часто меняется настроение, но с другой стороны — в чем минусы? Шторм прекрасно чувствовал себя сейчас, не считая прилипшей к телу формы и ужасной всклокоченной прически. Хотя фанатки точно заценят, да и Маккуину понравилось — он кидал на Джексона слишком заинтересованные взгляды. Журналистам Молния, конечно, скажет, что на самом деле хотел обсудить возвращение Джексона или поговорить с Льюисом, просто у него косоглазие, поэтому он пялился на Шторма. Джексон чувствовал правду: Молния раздевал его взглядом и точно планировал зайти дальше. Льюис подошел к Джексону и оглядел его снизу вверх, словно ребенок смотрит на высокого взрослого. Шторм не был выше, но в глазах Каса имел определённый авторитет. Джексон постарался не выдать довольное выражение лица и взял на себя инициативу: — Привет, ты же Льюис? Не видел твою гонку, но финиш был неплохим. Честнее было бы сказать «отличным», но Льюису знать об этом не обязательно. — Да, Льюис. — Кас волновался, переступая с ноги на ногу, при этом его лицо продолжало сохранять отстраненно-надменное выражение. Он скрестил руки, и посмотрел на Джексона. — Спасибо. Шторм не сдержал улыбку. Похоже, Кас его фанат, с кого еще копировать такое поведение? — У вас была потрясающая гонка, мистер Шторм. Я смотрел все ваши гонки, в том числе в киберспортивных чемпионатах. Вы великолепный гонщик. Сначала Джексон почувствовал себя старым. Бедный Маккуин, к нему же часто подходят с такими словами. Долей секунды позже Шторм понял, что готов искупаться в медовом потоке слов Льюиса. Получать признание оказалось приятно, как будто сахарный десерт. Приторно, но вкусно. — Я признателен за такую поддержку. Ты тоже многого сегодня добился, думаю, теперь ты с Ржавейкой надолго, — усмехнулся Джексон. Грубы Льюиса едва заметно скривились, но он взял себя в руки, возвращая невозмутимый вид. Джексон тихо рассмеялся. — О, понимаю, команда не из приятных, но хотя бы быстра, так что Лью, придется с ними подзадержаться. Шторм старался быть таким же вежливым как Маккуин, но Джек внутри мрачно заметил, что с победой Кас точно в плей-офф и будет сражаться за Кубок. Ещё один конкурент, которого надо обыгрывать. Шторм надеялся круг соперников ограничится уже знакомыми ему пилотами. — Мой предшественник долго не продержался. Я слышал вы хотели подписать его в Адреналин? — напомнил Льюис. — Если так, то вы увидели в нем потенциал, а Стерлинг нет. Джексона снова пробрало на смех. — Ты действительно думаешь, Стерлингу есть дело до потенциала? Ему важен результат здесь и сейчас. «Одна ошибка и тебя он тоже выкинет», — додумал Джексон про себя. Неплохой расклад для Адреналин, но в последнее время Шторм преисполнился чувством сострадания к людям, поэтому перевел Каса на приятную тему: — Ты смотришь кибер-гонки или тоже участвуешь? Мне кажется, я тебя где-то видел. — Моя полная фамилия Касанов. Мы встречались на турнире в Бостоне в прошлом году. — Точно, ты играл за юниорскую команду! — наугад предположил Джексон, уже ища взглядом Маккуина, чтобы побыстрее свалить. — Я, кстати, комментирую Испанский кибер-кубок в среду. Если знаешь язык, могу достать ссылку на бесплатное подключение. Льюис не смог остановить расползающуюся улыбку: — Я не знаю испанский, но я бы равно посмотрел.***
Двери лифта в отеле медленно закрылись, Джексон не глядя ударил по кнопке одного из верхних этажей и толкнул Маккуина к стенке. — К черту всех этих фанатов и журналюг, иди сюда, — Шторм притянул его за воротник лакированной куртки и жадно влажно поцеловал, касаясь своим языком его. Молния обхватил его шею и плечи, но спустя десять этажей медленно разорвал поцелуй. Джексон недовольно простонал. — Я не дотерплю до номера. — Я думал, ты будешь извиняться за желание подписать мою копию в Адреналин. — Молния легко толкнул его в грудь. — Если ты обижен, я могу это исправить, просто дай мне сделать… — начал Джексон, но Молния тут же заткнул его поцелуем и начал стягивать с него куртку. На следующем этаже Маккуин снова передумал: — У нас еще рекламная вечеринка, займёмся сексом после, иначе никто из нас на ней не появится, — с неохотой напомнил Молния и отстранился. Джексон не любил рациональный подход, но спорить не стал. — Какая жалость. — Он закатил глаза облокотился о стенку лифта рядом с Молнией. — Опять эти спонсоры. Я надеюсь там можно будет хотя бы выпить.***
На вечеринке решили провести перенаграждение победителей какими-то памятными безделушками в спонсорской фотозоне, какими именно Джексон не поинтересовался — подаренную коробку разрешили вскрыть в отеле и он тут же вручил ее Рэю. С легкой подачи того же Реверхема Шторм умудрился весело провести вечер на безалкогольном мероприятии, используя умение держать лицо в любой ситуации и банку Адреналина с шампанским вместо энергетика внутри. Его даже не удивило присутсвие Зейна Шторма и его внезапное примирение с Фидлтоном. В последнее Джексон ни на секунду не поверил, но с глубочайшим интересом внимал сплетнице-Маккуину, когда тот на ухо пересказывал ему суть разговора. Визуальную составляющую Джексон сам успел заметить во время одного из своих интервью. Зейн и Уолтер стояли у столика приглашенных гостей в противоположном углу и с нескрываемым осуждением смотрели на Стерлинга, который продолжал вести себя как чокнутый. Владелец Ржавейки едва ли не с объятиями кидался к каждому встречному. Слова Молнии помогли Джексону собрать полную картину: «До этого он также восхищался моим племянником, — сказал дядя. Он был раздражен.» Затем Уолтер одним глотком осушил банку спонсорского энергетика Молнии «Сверх Нова» и протянул руку для рукопожатия Зейну. « — Теперь это общая война, — заметил дядя. — Не лезь в гонки, Фидлтон, лучше считай свои деньги, пока есть такая возможность. — Резко ответил Зейн.» — Да ты прям шпион, Маккуин, — хмыкнул Джексон и допил очередную порцию шампанского в банке. — По-моему пора налить что-то покрепче. — Как вообще Зейн Шторм оказался на этом мероприятии? — Сюда пригласили всех родственников и партнёров гонщиков. Бывшая Дарва тоже здесь. Молния удивленно вскинул брови и двинулся за Штормом в направлении столика Адреналин. — С чего бы это? — Она теперь встречается с Райаном Лейни. Молния посмотрел наверх, силясь вспомнить за какую команду гонщик выступает. Ответ не пришел, но под потолком он успел увидеть надувные шары с рекламой. Ну и бред. — Быстро она променяла его. — Ага, — согласился Джексон. — Предлагаю прогуляться до твоей старой команды, пока Стерлинг страдает херней перед репортерами. — Зачем? — Узнать в чем секрет их скорости? — Шторм развёл руками. — Или есть предложения лучше. — Ты говорил у тебя есть русский друг, можешь пойти поговорить об этом со своей фанаткой. — Ты ревнуешь меня к Касу? — обрадовался Джексон. Он выглядел как довольный кот. Молния поджал губы. — Про друга правда? — Я тебя умоляю, Маккуин, я по-русски не знаю даже как поздороваться, не говоря уже о том, чтобы выуживать данные. И вообще это твоя бывшая команда, тебе и так все расскажут. — Как ты себе это представляешь? — Молния окинул Джексона неопределенным взглядм в попытках понять — шутит Шторм или нет, потому что лицо двадцатого оставалось весёлым, но спрашивал он на полном серьёзе. — Привет, мой старый добрый механик, я не помню как тебя зовут, но мне срочно нужна твоя помощь? — А я, ведущий светскую беседу — это нормально? — парировал Шторм. — И вообще светские беседы это твоя тема, валяй на разведку. Он толкнул его в направлении неизвестной двери. — А еще там работали твои друзья до того, как их уволили, — методично подбивал Джексон. Молния хотел уже высказать свое недовольство, но оказавшись в коридоре, понял, что Джексон вывел его с вечеринки. — Мы сбегаем, не попрощавшись? — Ни за что не поверю, что ты никогда так не делал. Молния нахмурился, боязливо оглядываясь. — Делал, но я был немного изобретательнее. — К чему изобретательность, если можно просто выйти? — парировал Джексон. Он, в отличие от Маккуина, не выражал и тени сомнения. — И не поспоришь, — в итоге согласился Маккуин. Шторм окинул скептическим взглядом сначала дверь, из которой они вышли и из-за которой все еще звучала музыка, затем Молнию. — Смокинг тебе не идет, ты теряешься на фоне всей этой мишуры. — Он помолчал, разглядывая прикид Маккуина. — В следующий раз надень что-нибудь поэкстравагантнее, — заключил он. Молния скрестил руки на груди. — А тебе, можно подумать, идет костюм? — Согласен, без одежды мне идет намного больше. Молния со стоном закатил глаза и провел рукой по лицу: — Ты невыносим. Джексон рассмеялся, направляясь в лобби отеля и оставляя Молнию без ответа. Им повезло, что вечеринка проходила в том же месте, где остановились участники гоночного уикенда, так что Маккуину ничего не оставалось, кроме как плестись за ним.***
До лифта Шторм добрался пьяный в хлам, поддерживаемый Молнией под руку. — Кто придумал открывать бар в отеле?! — раздраженно вздохнул Молния и поднял глаза к небу. Вместо неба он увидел бежевый потолок с шикарной люстрой в викторианском стиле. Это могла быть романтичная атмосфера, если бы ему не пришлось тащить своего… парня? Было непривычно называть этим словом Шторма. А еще стоило признать, что пьяный Джексон выглядел даже лучше, чем трезвый с идеально уложенной прической и обворожительной улыбкой в свете софитов на вечеринке. Костюм этому гаду все-таки шёл. Шторм отлепился от него, когда переступил порог лифта и осел на пол, глядя на Молнию снизу вверх. Тот нажал на этаж Адреналин и привалился к стене. Взгляд Шторма пробирал до мурашек. Красивый до невозможного. Этот образ в смокинге будет сниться Молнии еще очень долго. — Теперь я понимаю, почему ты никогда не останавливаешься в моторхоуме на трассе, — протянул Молния, рассматривая противоположную стену. Он старался смотреть куда угодно кроме Шторма, иначе рискнул бы воспользоваться кнопкой остановки лифта. Непонимание в глазах Джексона смягчало его привлекательный вид, но черт, этот томный полусонный взгляд продолжал действовать как опиум. Молния собирался ответить, что пить в одиночку, ему, наверное, скучно, но вместо этого сказал нечто другое, ставшее удивлением для них обоих: — Едва ли найдётся место лучше отеля, чтобы клеить красивых девушек. Джексон хмыкнул и отвел наконец свои роскошные грозовые глаза от лица Маккуина. Молния понял что все это время с трудом дышал. Оставалось надеяться, что не покраснели щеки. — Из всего многообразия девушек мне нужен один единственный парень, вот в чем ирония. Молния не сдержал смешок: — Поосторожнее, а то придется продолжить свидание здесь. — Так это свидание? — Джексон широко улыбнулся. — Каждый раз ты поражаешь меня в самое сердце, Маккуин. — У тебя оно есть? — не удержался Молния и все же посмотрел на него. Улыбка Шторма стала еще шире, а в глазах заблестели насмешливые искорки. — Может, у меня нет сердца, но точно есть бутылка пино-нуар в мини-баре. Молния ухмыльнулся и даже не попытался скрыть, насколько сильно его привлекает перспектива напиться в компании Шторма. — Это точно не ромком? — спросил Молния, поднимая Джексона на ноги. — Твой этаж. Джексон очень внимательно проследил за тем, что Маккуин не бросает его одного и точно собирается с ним в номер. Молния старался сдерживать улыбку, поскольку Джек выглядел ну очень забавно, когда пьяно хмурился, цепляясь за него. Убедившись, что дверь в номере закрыта, а чемпион все еще с ним, Шторм завалился на кровать. — Это самая настоящая спортивная драма, — глубокомысленно изрек он. Молния достал вино из мини-бара и воткнул в него штопор. — Тебя в экзистенциализм потянуло? Джексон поднялся на локтях и исподлобья посмотрел на Молнию: — Посуди сам — меня обыграл заносчивый новичок на быстрой машине! Один в один я в начале карьеры. Молния разлил алкоголь по бокалам и протянул один из них Джексону. Тот хмуро повертел бокал в руке, изучая содержимое. Красное вино в полутьме номера казалось черным. — Что ты чувствовал, когда проиграл мне? — Так говоришь, как будто это конец твоей карьеры. — Маккуин сделал огромный глоток из бутылки и вернул ее на прикроватный столик. — Я тоже ему проиграл, но все, о чем я думаю, это как буду целовать тебя, пока ты не задохнешься. Это подействовало и Джексон тихо хмыкнул, встретившись с ним взглядом. — Мы поменялись местами, теперь ты даже шутишь как я. Молния забрал у Шторма бокал и навалился на него сверху, опасно приблизившись к лицу своего парня. Насколько же охренительно было осознавать это. — Я не шучу, — заговорщическим шепотом заявил Молния, не разрывая зрительный контакт. — Куда подевались вся твоя спесь? Джексон сглотнул, но не отодвинулся. Синее море в глазах Маккуина душило и раздевало его без прикосновений. Он бы все отдал, чтобы окунуться в прохладные волны. — Пахнешь океаном, — прошептал Джексон. Молния усмехнулся: — Займемся сексом или повышением культурного уровня в этом чертовом номере? Кажется, ты обещал мне страстный вечер. Он толкнул Джексона на подушки, уселся верхом и потянулся к бутылке. Молния жадно испил вино, по-аристократически выгнув спину, и Джексон решил, что «культурный уровень» в повышении точно не нуждается. Шторм с неровным вдохом раскинулся на подушках, но вдруг замер с открытым ртом. Молния последовал его примеру, подняв голову кверху. — Зеркало на потолке? — присвистнул он. — Такого я еще не видел. Замешательство Джексона длилось всего секунду, после чего он внезапно выдал деланно-хриплым шепотом: — Чемп, прошу, вы…тащи из меня душу, я хочу видеть это в отражении на гребаном потолке, — попросил он и принялся целовать Маккуина.***
Поцелуи из томных и медленных переросли в быстрые и ломаные, Шторм целовал так, словно на самом деле хотел задохнуться в руках Маккуина, растрепавших ему волосы и теперь стягивающих с него ремень. — Ахринеть, не так быстро, чемп, — тяжело дыша попросил Джексон, но тут же принялся раздевать Маккуина в ответ. — Ты говоришь одно, но твои действия утверждают обратное, — довольно заметил Молния. — Скажи мне что ты хочешь, чтобы я содрал с тебя все наклейки. Джексон рассмеялся, задыхаясь от поцелуев Маккуина на своей шее. — Ты выбирал выражения с испанским словарем? — С чего ты взял, — не понял Молния и поцеловал его в губы. — Такой испанский стыд от простых слов я давно не испытывал, — хмыкнул Джексон. Молния полностью избавил его от лишней одежды и стал покрывать поцелуями ключицы, медленно спускаясь ниже. — Знаешь, — начал Молния, но собственный рваный вдох не дал ему договорить, потому что руки Джексона очертили внутреннюю сторону его бедра. Заметив реакцию, Шторм решил прогуляться прикосновениями к чуть более рискованным местам. — М? — Джексон с упоением следил за тем как Маккуину становится все тяжелее держать себя в руках. — Думаю, это все-таки дешевый ромком в очень дорогом отеле. — Не вижу минусов, — выдохнул Джексон и не сдержал стон, когда Молния подтолкнул его под плечо, заставляя перевернуться на живот и кончиками пальцев протанцевал по мышцам на его спине. — Черт. Мурашки волнами расходились от невесомости прикосновений, заставляя рассудок теряться в ощущениях. — Ты, кажется хотел, чтобы я… — Молния поцеловал его между лопаток и Шторм выгнул спину, вытягивая перед собой руки. — Вытащил из тебя душу. Или вытрах… — Какая же ты сука, Маккуин, — перебил Шторм, с явным наслаждением подставлять под поцелуи. — Так попроси остановится, — прошептал ему на ухо Молния и оставил влажный след на яремной вене. Мягкая пульсация под языком ощущалась как что-то возвышенное. С таким телом Шторм был бы богом в Римском Пантеоне. — Какое сравнение, я польщен, мой смертный поклонник, — по-доброму издевательски рассмеялся Джексон. — Не знал, что у тебя такие интересные наклонности. — Я сказал это вслух? — хмыкнул Молния. — Какая жалость. — Ты превращается в меня, ты в курсе? — А ты против того, чтобы стать одним целым? — пошутил Молния. — Напомнить, о чем ты просил меня, о великий? — О, нет, я не отказываюсь от своих слов, старик.
