Царство Мёртвых

На уровне, куда сержант Милар спустился, оказалось много некронов. В лабиринте крипт их спали тысячи, и Тито потерял счет тому, скольких уже пробудил, мчась по коридорам и уже запутавшись в поворотах. Он давно уже не слышал стрельбы тау, у которых должен был уже закончиться боезапас, но был уверен, что те продолжали преследование, стараясь избегать столкновений с пробуждающимися монстрами. Паранойя говорила ему, что они постоянно позади, и это начинало раздражать, потому за очередным поворотом десантник остановился рядом с очередным спящим некроном и попытался выровнять дыхание, чтобы подумать. Первое, что его беспокоило, это тау. Маскировочные боескафандры изначально охотились за ним и Бовиносом, а затем вычислили его местонахождение и напали на него, чтобы уничтожить командира вытеснивших их сородичей из гробницы лич-стражей. Очевидно, что они сообщили своим об этом и теперь находились в режиме свободной охоты, ограниченные лишь необходимостью есть и пить. Астартес был способен прожить без еды и воды на одной системе внутренней рециркуляции брони около двух недель, но тау должны были полагаться на нормальную еду, потому их возможности заканчивались в пределах от трёх дней до недели. Скрываться в гробнице настолько долго было бессмысленно, да и ксеносы скорее пойдут назад, чем будут умирать, пытаясь его найти. Тито сжал губы недовольно и скривился от пульсирующей боли, которая всё еще донимала его, пусть раны и медленно заживали. Неожиданно ему в голову пришла идея устроить на преследователей засаду и попытаться выключить самого опасного из игры, но вопрос состоял в том, как их заставить раскрыться раньше, чем они заметят его. Ответ пришел словно сам собой. Тенегенератор. Ангел Ночи со всё еще работающим шумогасителем пошагал дальше по крипте мимо некронов, выбирая того, кто сыграет роль приманки, и по пути потянулся рукой назад, чтобы с щелчком отцепить гаситель фотонов от своего заплечного реактора. Устройство тут же перестало работать и в руке Тито похоже стало на маленький жезл со сферическим набалдашником. Около высокого прохода куда-то еще глубже в гробницу он присоединил тенегенератор к крайнему некрону, просто вбив ему его в затылок, после чего тут же укрылся за углом и, пока тот проходил жуткую и достаточно громкую трансформацию, затаился вне зоны видимости пробудившегося монстра, думая уже о другом. Второй вещью, которая его беспокоила, была эта полная некронов-рабов гробница. Снаружи, как в тюрьме, были те, кто обладал оружием и техникой, но здесь, в глубинах, были лишь безоружные безумцы, а даже покойный магистр Сорнери говорил, что Проклятие Свежевателя поражало некронов выборочно, после чего зараженные уже распространяли его дальше на здоровых, когда те просыпались. Здесь же все просыпались уже зараженными и сразу трансформировались в алчущих плоти чудовищ. По логике получалось, что их заразили специально перед самым сном, но кто и зачем, оставалось загадкой. Разве что только их собирались использовать против других некронов, как оружие, которое хуже простого уничтожения. Вряд ли было большее унижение для считающих себя высшей формой жизни созданий, чем превратиться в безмозглых чудовищ. Тито поёжился, подумав о том, что такое "оружие" унижения было сравнимо по чудовищности с заражением своих людей чумой, чтобы те заразили потенциальных захватчиков города. Он был против такого всеми фибрами души и причин убить криптека стало на одну больше даже при том, что и некроны, и тау были подлежащими аннигиляции ксеносами. Одно дело долг перед Императором и Человечеством, а совсем другое - нечто личное, что теперь горело внутри его сердца. Тито замер, услышав, что тряска некрона прекратилась, знаменуя завершение трансформации. Монстр, судя по окружавшему его облаку тьмы, стоял в шаге от своего места сна, и медленно скрёб по полу своими когтями, будто забывший что ему делать зверь. И звук шагов боескафандров он тоже услышал, осторожный и медленный. О чём сейчас думали тау и сколько их? Сержант прикинул, что подозревать они могут только то, что его один из некронов остановил и убил, хотя, конечно, тау должны были считать его тоже некроном, просто другого рода. А вот сколько их... Ангел Ночи закрыл глаза, превратившись в слух. Один. Два. Три. Значит, обладатели скорострельных пушек отступили, а вооруженные рельсовыми орудиями и фузионным бластером продолжили преследование. Это было для него хорошо. Орудия врагов стреляли одиночными и вероятность попасть была куда ниже, чем если бы они поливали коридор огнём из скорострельного оружия. Сержант улыбнулся и открыл глаза, видящие в полной тьме некронского подземелья так же хорошо, как человек видел днём. Это была его стихия. Нужно было просто дождаться... Резкий звук царапающих когтей, когда проклятый некрон заметил подошедшего близко тау, заставил последнего выстрелить в облако тьмы, а первого прыгнуть на второго сразу после этого выстрела. Тито воспользовался этими отвлекающими звуками, чтобы выхватить топоры, выглянуть из-за угла, чтобы убедиться в том, что тенегенератор всё еще работает как следует, а затем напасть вместе с некроном на тау. Топор рассёк воздух в миллиметрах от боескафандра и сержант цикнул с досадой, когда противник отпрыгнул назад, паля во тьму наугад. Раскалённый белый луч бластера тау расплескался по стене далеко позади, пройдя между некроном и десантником опасно близко, и сразу за этим тьму прошили болванки рельсовых пушек, врезавшиеся в черный металл стены с оглушительным звуком, напомнившим о том, что такая штука и десантника легко прошьет насквозь. Догонять отступающего ксеноса в такой ситуации было равно смерти, потому Тито признал засаду неудачной и толкнул за боескафандром некрона, вырвав из его затылка свой тенегенератор. Впервые тау увидели против кого сражаются на самом деле без покрова тьмы, который исчез в ту же секунду, и сержант криво ухмыльнулся, скрываясь обратно за поворот и на ходу вставляя поглотитель фотонов обратно в крепежи. Теперь его личность скрывать было бессмысленно, ибо отсутствовали факторы, на которые это бы серьёзно повлияло. Ангел Ночи активировал устройство вновь, собираясь пробуждать некронов дальше, когда понял, что тот перестал работать. Включить. Выключить. Ничего. А затем он провалился в дыру, оставшуюся от внезапно опустившейся вниз плиты пола.