Экзамен для двоих

— Ты же не поздно вернёшься? Мирослав перебирал вещи в шкафу, думая, что лучше надеть, когда в дверном проёме показался Костя. — Ну, не раньше двенадцати. В час где-то. — В смысле? — Костя сложил руки на груди. — Вы чем собрались столько времени заниматься? — Кость, я с друзьями уже столько месяцев не виделся и вот они меня позвали. Знаешь, как я по ним скучал? Просто посидим, поговорим. — Ну, ладно, — неохотно согласился Костя. — Только много не пей. — О, с друзьями я пью много… — Мирослав рассмеялся. — Да не переживай, трезвый приду. — Завтра мы с тобой могли бы куда-нибудь пойти. В кино, например, — предложил Костя. — Сходим. Вскоре Мирослав был полностью готов. Вечер предстоял быть многообещающим, у него аж в груди сводило от волнения. Он практически всё лето не виделся с друзьями. После того, как весь город облетела новость о том, что Мирон сбил двух человек, друзья перестали писать. Мирослав отчаялся, смирился, что их пути разошлись, но как же он скучал. Вспоминал их встречи, тусовки, душевные пьяные разговоры… Как ему было хорошо с ними, он вырывался из реальности и отдыхал с ними так, что по-настоящему наполнялся энергией. А как много ему хотелось им рассказать: о Косте, об их скором браке, о переезде к нему, о своём неудачном опыте работы в магазине. — Мир, а может ты мне дашь номер кого-нибудь из друзей? Вдруг я до тебя не дозвонюсь. — Кость, не начинай. Если не отвечу, потом перезвоню. Не беспокойся! Мирослав поцеловал Костю на прощание и собрался уходить, как тот остановил его. — Ну чего ещё? — Может куртку потеплее наденешь? Мирослав только помотал головой в ответ и побежал к двери. Улица встретила его осенней прохладой и пока он шёл до метро, то задумался о том, что, возможно, и правда, стоило одеться потеплее. Он не сомневался, что шокирует ничего не знающих о его новой жизни друзей тем, что приедет не на такси, а на общественном транспорте. На своей машине Мирослав ехать специально не стал, так как планировал напиться. Не просто выпить, а уйти в настоящий отрыв. Он давно так не развлекался. С Костей они нередко позволяли себе пиво или вино, но совсем мало. Костя то и дело говорил, что Мирославу уже хватит и не давал ему перебрать. Сам он тоже отказался от крепких напитков, а на этой неделе ещё и в тренажёрный зал записался. Мирослав эту идею о здоровом образе жизни не разделил. Сразу вспоминал своего папу, который все уши ему прожужжал о необходимости спорта. Варианты совместного досуга у Кости тоже отличались от того, что хотел Мирослав. Костя предлагал погулять, сходить в кино или в кафе, а на предложение пойти в бар посмотрел укоризненно. Когда он только успел стать таким скучным? И друзей у него толком не было, поэтому Мирослав так истосковался по шумным компаниям. Он был так рад, когда на днях ему написал его старый друг Юрка. Они дружили с ним с первого класса! Но потом Юрка с головой ушёл в отношения со своим альфой и забыл о друзьях. А после новостей о Мироне остальные приятели Мирослава и вовсе исчезли. Но когда Юрка вдруг ни с того ни с сего создал новый чат в месседжере и позвал всех встретиться, Мирослав с удовольствием согласился. Они пойдут в свой любимый ресторан, где ближе к ночи начиналась развлекательная программа, был танцпол и живая музыка. Мирославу так сильно не хватало такого времяпровождения. Последние дни он только и думал, что об этой встрече. Единственное, что беспокоило, это деньги. Того, что перевёл ему недавно Костя, должно было хватить, но в таком случае у Мирослава после гулянки не останется ни копейки. Он не знал, можно ли будет ему ещё попросить у Кости, ведь скоро понадобится на продукты и бензин. Мирослав вышел на нужной станции и отправился к ресторану. Он не рассчитал время на дорогу и чуть припоздал, поэтому все уже сидели внутри и ждали только его одного. Это означало, что о том, что он приехал на метро, никто не узнал. У Мирослава холод по коже прошёлся, когда он переступил порог ресторана. Внутри всё волнительно сжималось, от тревоги пересохло в горле и пульс отдавался звоном в ушах. Он увидел знакомый силуэт омеги с пшеничными волосами и вздрогнул. Юра с их последней встречи совсем не изменился. Одет он был дорого, со вкусом. Как и всегда. На его лице мелькнула улыбка, когда он узнал Мирослава. — Рад тебя видеть, — произнёс Юра. Он показался Мирославу закрытым, а между ними ощущалась пропасть. Друг говорил с ним так, будто они были деловыми партнёрами. Не общались они давно, но можно ли было вернуть их старую, крепкую дружбу? — И я тебя. Пойдём к остальным? За столом их ждали Петька, Сеня и Артём. Когда они вновь объединились, Мирослав на мгновение ощутил, что всё стало как раньше. Но стоило им начать разговор, как он понял, что глубоко ошибался. Говорили они мало, обсуждали общие темы, пока Мирослав не решился спросить: — Юр, а вы с Гришей как? — А мы никак. Расстались. Только сейчас Мирослав заметил умело спрятанную грусть в глазах друга. Так вот почему он так внезапно решил всех собрать. Ему было больно и одиноко от разрыва с альфой. Но как они могли расстаться? Мирослав не верил. Они же встречались долго, были такие счастливые, влюбленные… — Я узнал, что он мне изменяет. Причём не разово, а крутит с другим омегой на стороне уже давно. Юра залпом опустошил свой бокал вина и налил себе ещё. Мирославу передавалась вся боль, что испытывал друг. Он придвинулся ближе и взял его за руку. — Вот мразь! Да как он посмел?! — не сдержался Мирослав. Юра помотал головой, показывая, что к более близкому разговору был не готов. Мирослав не стал давить, но знал, что друг позже всё обязательно расскажет. — Мир, а ты случаем не встречаешься с кем-нибудь? — поинтересовался Петя. — Если честно, я замуж выхожу через месяц, — Мирослав решил признаться сразу. Он боялся задеть Юру этой новостью, но тот наоборот приободрился и вопросительно посмотрел на него. Остальные друзья отвлеклись от еды и вина и в недоумении на него посмотрели. — Ты беременный? — спросил Артём. На его лице застыла грустная улыбка, а во взгляде читалась жалость. — Тём, ты забыл? Мир у нас трахаться не любит, — напомнил Юрка. Он оживился и уже не выглядел таким мрачным. — Теперь люблю, — опустив взгляд в пол, негромко произнёс Мирослав. — Значит, беременный? — взгляд Артёма просиял. — Нет, — сквозь зубы процедил Мирослав. Он пытался скрыть, но это заявление обидело его. Он ведь вообще сомневался, что сможет когда-нибудь забеременеть. Вроде бы и сам не хотел, в то же время переживал, что в будущем это станет проблемой. — А что тогда? — подключился к разговору Петя. — Вот так внезапно… А! Подожди, это тебе, что ли, родители мужа нашли? — Нет. Родители мои против Кости. И его папа тоже… И вообще все. — А что с ним не так? — удивился Сеня, хлопая глазами. — Ну, он… не совсем нашего круга. — А поточнее? — Юрка смотрел на Мирослава так, будто сгорал от нетерпения выудить из него всю информацию поскорее. Мирослав начал рассказывать с самого начала. Как его не допустили к экзамену, как он готовился вместе со своим одногруппником. Как ему было трудно принять Костю, такого непохожего на всех его знакомых альф. Как они сами того не хотели, но сближались. Как впервые поцеловались. Как стали ночевать вместе и долгое время не заходили далеко. Как пришли к сексу и как Мирослав первый раз в жизни получил незабываемое удовольствие. Друзья одаривали его многозначительными взглядами и улыбались. Мирослав поделился неудачным знакомством с папой Кости и поведал о том, что его собственные родители говорят об их отношениях. Затем объяснил, что теперь вынужден работать, на что друзья удивлённо воскликнули. — И зачем такой альфа нужен, который даже обеспечить не может? — спросил Сеня. — Любовь, — усмехнулся Юра. — Ты меня, конечно, удивил. Так, ну за это надо что-то посерьёзнее выпить? Официант! — Нет, вы чего, не надо… — запротестовал Мирослав, вспомнив наставления Кости. Он хоть и шёл сюда с настроем напиться, но, когда предался воспоминаниям о начале их отношений, то решил всё-таки послушать Костю. — Ещё как надо! — возразил Сеня. — Коньяк нам. Переубеждать друзей было бесполезно. Мирослав решил, что не будет коньяк, а ограничится вином. Но стоило ему только попробовать, как он не смог остановиться. Под коньяк беседа пошла так хорошо, что Мирослав не заметил, в какой момент уже смеялся и выдавал все подробности их с Костей жизни, а друзья увлечённо расспрашивали. Затем внимание сместилось на Сеню, который признался, что тоже познакомился с новым альфой. — А тот, который у тебя две недели назад был, это уже старый? — уточнил Юрка. Друзья смеялись, выпивали, а когда началась программа, то сидеть на месте им надоело, и они устремились на танцпол. Мирослав отрывался на полную катушку, наслаждался каждым моментом, ведь он так давно не был в подобном месте. Юрке, видимо, захотелось выплеснуть всю боль от расставания, и он вместе с Мирославом вырвался в самый центр танцпола. В эти мгновения идеальным казалось все: каждая песня заводила всё сильнее, от выпитого приятно кружило голову, и друзья были рядом. Мирославу казалось, будто им всем снова по шестнадцать, завтра будет тяжело вставать в школу с похмелья, но он всё равно пойдёт, потому что это ещё один повод увидеться с друзьями. Холодный воздух развеял туман в голове. Мирослав будто уже почти протрезвел, так на него действовал леденящий ветер. Он ежился, кутаясь в свою лёгкую куртку и согревался крепкими сигаретами Юрки. — Хорошо, да? — поинтересовался друг. — Очень! И чего я раньше не понимал, как это здорово, вот так выбираться? — И я не ценил. А Гриша меня с вами никуда не пускал. Вот я дурак был… Больше никогда не позволю никакому альфе над собой командовать, — поделился Юрка. — Как ты его терпел? — недоумевал Мирослав. Друг пожал плечами. Когда они сели за столик, чтобы немного перекусить и ещё выпить, Сеня попросил телефон позвонить, так как его собственный разрядился. Мирослав протянул ему свой мобильник. — Я даже твой пароль помню, — улыбнулся Сеня. — Ох, ничего себе… Наблюдая, как лицо друга исказилось и как его итак большие глаза стали ещё больше, Мирослав напрягся. — Да у тебя проблемы, похоже. Сеня вернул телефон, и Мирослав чуть из рук его не выронил — двадцать восемь пропущенных от Кости! Двадцать восемь! Дрожащими руками он нажал на «перезвонить» и с замиранием сердца слушал длинные гудки. — Кость, что случилось?! — Мирослав аж подпрыгнул на месте, когда услышал недовольный голос Кости на другом конце провода. Неизвестность пугала его до дрожи. — Мир, а ты время видел? — В смысле? — Половина третьего уже! — А случилось-то что? — То, что ты обещал не задерживаться! Да я чуть с ума не сошёл! Ты чего не отвечаешь? — Так мы танцевали… Кость, извини, не предупредил. Ложись без меня. Мы тут с ребятами к Юрке собираемся. — Ты чего?.. Как это к Юрке? — Да мы с ним полгода не виделись! Нам столько всего обсудить надо… Да не переживай, всего на пару часов. Сейчас уже такси вызываем. — Мир… — Кость, ну я соскучился по друзьям. Ладно тебе, ложись. — Мир, это как понимать вообще? — Кость, всё, меня ждут. Мирослав быстро доел остатки на своей тарелке и последовал за друзьями, которые уже собрались и были готовы уходить. Больше всего в их встречах он любил этот самый момент, когда они уже вдоволь танцевались, наелись и слегка под градусом ехали к кому-нибудь из них домой. Квартира Юрки встретила Мирослава приятной ностальгией. Как же часто в своё время он сюда приходил. Они смотрели фильмы, выпивали и просто болтали обо всем на свете. Как же ему этого не хватало… С Костей было хорошо, но порой, Мирославу было стыдно себе признаваться, скучно. Они постоянно находились вместе, иногда нужно было друг от друга отдохнуть. Когда Костя пропадал весь день на работе, Мирослав успевал по нему соскучиться, но время от времени его настигало чувство, что хотелось провести вечер по-другому. Но рестораны и бары, где раньше любил бывать Мирослав, они не могли себе позволить. Да и хотелось пойти куда-то именно с друзьями. С ними было так свободно, они бы никогда не упрекнули, что он много пьёт или много курит, они принимали его любым. У себя дома Юрка раскололся. Рассказал в подробностях как произошло их с Гришей расставание и даже заплакал. Мирослав обнимал его, чувствуя эту боль как свою. Он не следил за временем, он был настолько погружен в беседу, что уже не думал о Косте и о том, что тот, скорее всего, не спал и переживал. Они открыли бутылку коньяка, и после нескольких рюмок Мирославу захотелось прилечь. Он так и заснул на диване в гостиной у Юрки, а за окном медленно начинало светать.

***

Семь утра. Ночь закончилась, теперь-то уж точно. Костя так и не сомкнул глаз, несмотря на то, что накануне рано встал и вечером ходил на тренировку в тренажёрный зал. Он сделал себе кофе и попытался отвлечься, однако ничего не выходило. Ярость буквально пожирала его, затягивала в свои сети и гнала далеко все остальные мысли. Совершенно не так он представлял их общие с Мирославом выходные. Ему всё это не нравилось с самого начала. Эти друзья, что объявились так внезапно. Где они были раньше, когда Мирослав в них нуждался? Да он же им сейчас нужен только для того, чтобы выпить и потусить в клубе. Им плевать на его проблемы, они не интересовались его жизнью столько времени. Но Мирослав совсем не стал его слушать и в шесть вечера ушёл из дома на встречу с ними. Тринадцать часов назад. Костя опустил голову на сложенные руки. Как Мирослав мог с ним так поступить? Он же обещал вернуться не поздно, а сам не пришёл ночевать! Что он там делал, с кем был? Костя не тешил себя иллюзиями, ведь он знал об одной особенности Мирослава — будучи пьяным, тот мог полезть к любому альфе и переспать с ним. Как со старостой их группы Владом. Как мог бы и с ним самим, но тогда Костя вовремя остановил Мирослава. А много ли таких альф, как Костя? Единицы откажутся от халявного секса с пьяным и податливым омегой. Стоило только представить, что этой ночью Мирослав мог с кем-то уединиться, как Костю начинало трясти. Он убеждал себя, что тогда Мирослав был свободен и делал, что хотел, а сейчас он так не поступит. Но где гарантия? Костю раздражало всё. Он не понимал, чем мог заслужить такое к себе отношение. Ведь он был, как сам считал, идеальным альфой! Ради Мирослава поменял работу, где терпел ненавистных коллег, снял квартиру, за которую отдавал треть зарплаты. Он не упрекал Мирослава, что тот уволился из магазина. Он каждое утро пытался разбудить его в университет, но ничего не выходило. Он не ругал его за курение, хотя ему это не нравилось. Давал деньги и не спрашивал, на что они тратятся. Он готовил ничуть не реже Мирослава, а порой и чаще. Даже во время секса Костя в первую очередь думал о том, как удовлетворить Мирослава. Он делал ему минет, но не просил того же самого взамен, хотя ему этого, как и любому альфе, хотелось. Но Костя понимал, что Мирославу было противно и не настаивал. Он также не возмущался, когда приходилось есть очередной невкусный ужин, потому что Мирослав готовить так и не научился. Принял то, что у Мирослава нет течек. Костя понимал, что в будущем, когда они захотят ребёнка, у них может и не получится, но убеждал себя, что они либо найдут какое-то решение, либо смирятся с этим. Главное, чтобы быть вместе. Но сегодняшней ночью Косте просто плюнули в лицо. Мирослав не выполнил обещание вернуться до часа ночи. Он даже не позвонил предупредить, что задержится! И не отвечал, когда Костя отчаянно пытался дозвониться. А ведь Костя места себе не находил. Он был готов бежать в этот клуб, искать Мирослава и тащить его домой. Но Мир всё-таки соизволил ответить и сказал, что возвращаться пока не думает, а собирается ещё пару часов посидеть у какого-то друга. С того разговора прошло пять часов. Мирослав снова не отвечал на звонки. Ничего не написал и не предупредил. Косте было настолько больно и обидно, что он не мог ничего делать. Ни о чем думать, ни на что отвлечься. Не хотелось есть, сна не было ни в одном глазу. Только миллион вопросов: за что? Почему Мирослав с ним так поступил? Ведь Костя всегда был хорошим и ждал того же от других. Он был примерным сыном, заботливым братом, ответственным студентом, трудолюбивым работником, любящим альфой, который изо всех сил пытался стать для своего омеги лучшим. И что он получил от этой жизни взамен? Что об него просто ноги вытерли? Доверия к Мирославу больше не было. Костя не простит ему этого. Он больше не позволит так с собой поступать. Он ведь любил его, да так, что иногда казалось, дышать без него не мог. А Мирославу было просто плевать. Он использовал Костю, а жил с ним только ради того, чтобы родителей лишний раз позлить. А когда ему вернули машину, то и вовсе расслабился: работать больше не хотел, учиться тоже не стремился. Ему с Костей было комфортно и удобно, вот и всё. Все оказались правы: коллеги, одногруппники и, самое главное, папа. Это осознание током прошлось по телу. Хотелось кричать, биться об стену, лишь бы избавиться от этой раздирающей изнутри боли. Когда Костя постарался успокоиться и лежал на кровати, находясь где-то между глубоким сном и лёгкой дремой, послышался звук открывающейся двери. Он присел на постели и внимательно вслушивался, как Мирослав старался тихо разуться. — Ты не спишь? — удивлённо спросил он. У Кости все внутри закипело по новой. Конечно, Мирослав удивился. Потому что он сам бы никогда не стал беспокоиться, если бы Костя где-то пропадал всю ночь. И как Костя мог быть таким слепым? Ведь все вокруг пытались открыть ему глаза. А он верил каким-то пустым иллюзиям. — Хорошо погулял? Костя сам удивился, как холодно прозвучал его голос. Но Мирослав этого, кажется, не заметил. Он прошёл в комнату и прямо в уличной одежде рухнул на постель. — Ой, не то слово! Я та-ак отдохнул! Заснул, блин, у Юрки. Извини, Кость! Ну я, конечно, не выспался совсем. Вздремну ещё немного, ты не против? А насчёт этого кино там… Давай в другой раз сходим? Как у Мирослава все было просто. Он совсем не понимал, что натворил. У Кости не было больше желания продолжать этот разговор. Он встал с кровати. — Ты вот серьёзно сейчас?! — прокричал он. — А что такое? — Мирослав приподнялся на локтях на постели. — Это же мои друзья… Мы, кстати, в следующие выходные к Сеньке пойдём с ночёвкой! У него дома вообще круто, бассейн есть. Родители у него свалят… — Мир, да я всю ночь не спал! Я так переживал за тебя! А ты даже не понял! Неужели, увидев, что я тебе столько раз звонил, ты не подумал, что надо было вернуться домой? — Кость, да что такое? — Мирослав поднялся с кровати и в недоумении посмотрел. — Ну, погулял немножко… Можно же иногда? — Да что это за друзья такие?! Я не хочу, чтобы ты с ними общался! — Мало ли, чего ты не хочешь, — Мирослав усмехнулся. — Я с ними… Блин, даже посчитать не могу… Да больше десяти лет! Не общались мы какое-то время, да. Но теперь мы снова дружим. — Да ты им нужен только для того, чтобы пить и гулять! Костя не мог себя сдерживать. Он кричал, срывался, но по-другому не получалось. Он смотрел на Мирослава и не понимал, как он мог быть таким другим. Он был растрепан, от него разило перегаром и табаком. Под глазами чёрные мешки, волосы разлохмачены, взгляд спутанный. Да какой альфа бы позволил своему омеге приходить домой так? А он позволял. — Чтобы больше никаких друзей! — воскликнул Костя. — Я готов простить тебя, но если ты пообещаешь, что больше никуда с ними не пойдёшь! — Чего?! — Мирослав в недоумении посмотрел на Костю. — У меня итак голова раскалывается, ещё ты орёшь… Да что происходит? — Ты не будешь больше общаться с этими… друзьями! Я всё сказал. — А ты кто такой, чтобы мне указывать? — Мирослав подошёл к Косте вплотную. Разило от него так, что Костя боялся представить, сколько он выпил. — Я твой альфа, если ты забыл. Ты всё понял? — Так, мой альфа, не лезь. Я сам решу, с кем мне общаться, куда ходить и ночевать мне дома или нет. — Что ты сейчас сказал? Костя хотел думать, что ему показалось. Дрожь сковала тело, он не мог пошевелить и пальцем. Он стоял как вкопанный и смотрел на Мирослава, пытаясь понять, не сон ли это. Неужели его Мирослав действительно был таким? — Кость, мне никто ничего указывать не может. Ну признаю, надо было тебя предупредить. Прости. Вот, я тебе сразу говорю: на следующих выходных иду с ночёвкой к Сене. Кошмар, да я перед папами так не отчитывался в школе, как ты требуешь! У Кости аж дыхание перехватило от такого заявления. Мирослав его совсем не слышал… Он просто делал, что хотел. И собирался и дальше так поступать. Он любил только себя и на мнение Кости, который был ему практически мужем, ему было совершенно наплевать. — Мирослав, ты меня вообще слышишь?! — Костя медленно терял контроль над собой. Он так долго сдерживался, что был готов взорваться. — Я не позволю, чтобы ты шлялся непонятно где! Больше никаких друзей! Выходные ты будешь проводить только вместе со мной! Костя не понимал, что делал. Он больше не управлял собой, ярость взяла над ним верх и ему стало страшно. Он так боялся потерять Мирослава, что просто не мог этого допустить. Но как простить ему то, что он сделал? Мирослав оттолкнул его и, с презрением посмотрев, крикнул в ответ: — Даже не думай мне приказывать! — Мирослав, я всё сказал! — Я буду видеться со своими друзьями столько, сколько захочу! — Тогда уходи! — прокричал Костя, чувствуя, как всё внутри пылало от гнева. — Я не могу так! — Что с тобой произошло? — в голосе Мирослава ощущался страх. Он сам весь сжался, попятился назад и испуганно смотрел по сторонам. — Если ты выбираешь друзей, то уходи! Костя не мог прийти в себя. Ему было так плохо, что он больше не мог осознавать свои действия. Его трясло, он едва стоял на ногах. Но когда он услышал хлопок входной двери, то ощутил будто на него ушат ледяной воды вылили. И понял: настал конец. Дыхание перехватывало, сердце колотилось так, что из-за звона в ушах он не слышал больше ничего. Он рухнул на диван, а перед глазами кружилась вся комната. Всё это должно было быть страшным сном, но это была его реальность.