Я и Другой Я

Тишина повисла между ними после последней фразы Влады. Король развернулся и вышел на улицу, оставив дверь распахнутой. Солнце ударило в глаза, оно было каким-то нагло ярким, нежели в его родном мире. Влад-Король медленно прошелся по двору, ощущая под сапогами мягкую траву, а не промерзшую землю. Это было странное ощущение. В углу стояла странная машина на колесах с ручкой. Король присел на корточки, изучая механизм. Острое лезвие под пластиковым корпусом, двигатель, бак для какой-то жидкости. "Для чего это?" – он провел пальцем по металлическому ножу, представив, как легко такой штукой можно было бы расчищать завалы из ледяных глыб. Но конструкция казалась слишком хрупкой для столь серьезной работы. Рядом лежал шланг, который Король поднял его, сжал в ладонь. Резина поддалась, но тут же вернула форму. Он потянул шланг, наблюдая, как тот извивается по траве, словно змея. После король заметил странную металлическую штуковину у забора – мангал. Он медленно обошел его, касаясь холодного металла. На земле рядом валялись черные угли. Он поднял один, растер между пальцами. Остатки пепла осыпались, оставляя на коже темные следы. Тут всплыло воспоминания о людях, что были готовы убить за очередную охапку дров в их "последнюю" зиму. Неожиданно его внимание привлекла небольшая коробка на крыльце. Подойдя ближе, он увидел, что это переносной... сундук? Открыв крышку, он обнаружил внутри банки и бутылки с жидкостью, погруженные в лёд. Одна из бутылок была наполовину пуста. Король начал разглядывать его со всех ракурсов. Жидкость внутри шипела, пузырьки прилипали к стенкам, искрясь на солнце. Вдруг скрип ступеней заставил его обернуться. Это была та незнакомка, в той же свободной футболке, что утром, но теперь и в рваных шортах. Один ремешок лифчика выглядывал из-под широкого выреза, а волосы были собраны в небрежный пучок. – О, нашёл холодильник, – лениво сказала она, шагая босиком. – Он слишком маленький для... – Портативный, гений, – Влада выхватила у него бутылку, её пальцы скользнули по влажному стеклу. – Для пикников и прочего. – А это что? – Лимонад. Ну, типа. Сахар, вода, газ. Резким движением она встряхнула бутылку. – Ты что делаешь?! – Король инстинктивно отпрянул. – Сейчас, царь, сейчас... Пальцы ловко открутили крышку и струя липкой газировки брызнула Королю прямо в лицо. Девушка залилась хриплым смехом, когда он замер, содрогаясь от неожиданности. Но что-то заставило её смех застрять в горле. Капли напитка стекали по резкому подбородку Короля, скользили вдоль мускулистой шеи, исчезая под воротом рубашки. Ткань почти прозрачной прилипла к рельефному прессу, выделяя каждый кубик. — Ты... — Влада, — перебила она, закидывая пустую бутылку через плечо. — А ты, видимо, необычайно важная королевская персона! Король сжал в руке новую бутылку. Глаза сузились, наблюдая, как Влада, смеясь, отступает к крыльцу. – Ой, что это у нас? – Она покачивала головой. – Король решил поиграть? Он не ответил. Лишь резко встряхнул бутылку, пузырьки с шипением взметнулись вверх. – Эй, погоди! – Влада начала отступать назад, но было поздно. Крышка со звоном отлетела, и струя ледяной колы ударила ей прямо в грудь. – А-а-а! Холодная! – она захохотала, подпрыгивая на месте. Капли растекались по её белой футболке, моментально делая ткань полупрозрачной лентой. Мокрый материал обтянул изгибы груди, проступил контур чёрного кружевного бюстгальтера. Капли скатывались по шее, исчезали в декольте, оставляли липкие дорожки на животе. – Ну всё, берегись, сейчас падет тиран! — Влада с диким смехом рванула к банке. Король, обычно такой невозмутимый, неожиданно ухмыльнулся. – Ты не смеешь... – О, ещё как! – она уже трясла банку, брызги летели во все стороны. Он резко шагнул в сторону, но Влада была быстрее. Струя ударила ему в плечо, разбрызгиваясь по широкой спине. – Попала! – она ликовала, подпрыгивая, но тут же вскрикнула, когда Король, не теряя ни секунды, схватил вторую банку. Они носились по двору как дети. Она визжала и уворачивалась, а он серьёзный и могучий, вдруг стал столь беззаботным. – Сдаёшься? – загнав Владу к забору, промолвил Король. – Ни за что! – Влада внезапно пнула садовый шланг, и струя воды ударила Королю прямо в лицо. Он замер, пока вода стекала по его лицу. Тишина. А после... неожиданный хриплый смех. Глубокий и настоящий. – Я... проиграл, – так странно звучало из его уст это признание. Влада впилась пальцами в подол своей промокшей футболки. Она резко стянула ткань вверх, обнажая упругий плоский живот с блестящим пирсингом в пупке. – Что ж, вот ваш утешительный приз, ваше высочество, – хрипло прошептала она, сбрасывая футболку через голову. Мокрая ткань шлепнулась в лицо Королю, пропитанная смесью газировки и ее соблазнительным ароматом тела. Когда он убрал футболку с лица, перед ним предстала картина, от которой кровь ударила в пах. Влада стояла, выгнув спину, в черном кружевном бюстгальтере, который скорее подчеркивал, чем скрывал ее пышную грудь. Соски явственно проступали сквозь тонкую ткань, твердые от возбуждения или холода. Воздух между ними дрожал от сексуального напряжения. – Что такое, величество, – прошептала она, слегка наклоняясь вперед, чтобы подчеркнуть декольте, – никогда не видели полуголых девиц? Ее грудь почти касалась мокрой рубашки Короля, капли газировки все еще стекали между ними. Король почувствовал, как его дыхание участилось, а в жилах закипела кровь. Но прежде чем он успел что-то предпринять, Влада резко выпрямилась и сделала шаг назад. – Увы, на сегодня шоу окончено, – она игриво щелкнула языком. – Но я бы была не прочь правда выпить, у меня как раз есть бутылочка чего-то покрепче этой детской шипучки. Если, конечно, твоё величество не боится... С этими словами она развернулась и пошла к дому, нарочито медленно раскачивая бедрами. Когда Влада исчезла внутри дома, пальцы Короля разжались, выпуская мятую футболку. Он провел рукой по лицу, смахивая капли газировки. "Что за черт..." Он, переживший десятки битв, выстоявший перед вечной мерзлотой, только что позволил какой-то девчонке в кружевном белье довести себя до состояния возбужденного юнца. Король глубоко вдохнул, пытаясь вернуть себе привычный невозмутимый вид. Но где-то глубоко внутри, то, что он давно считал мертвым, что-то шевельнулось. Влад-Король переступил порог кухни, где Влада уже копошилась у какого-то белого шкафа, издававшего тихое гудение. Когда она распахнула дверцу этого шкафа, оттуда хлынул холодный воздух. Король заглянул внутрь и начал осматривать содержимое. Бутылки, странные упаковки, овощи, фрукты. — Но почему там и тут холодно? — недоуменно спросил он. — Что? А, ты про холодильники? Ну... — Влада достала бутылку с янтарной жидкостью и пару стеклянных стаканов. — Я сама не сильно ши-ши в этой теме, спроси как-нибудь Влада. Главное что благодаря этим чудесам техники нет нужды рисковать пальцами, откалывая лёд. Она ловко открутила крышку, плеснула напиток в стаканы. Резкий запах алкоголя ударил в нос. – Пробуй. Это не твой жалкий сидр или что вы там пили. Король взял стакан, оценивающе покрутил его в пальцах. Первый глоток обжёг горло. – Пойдет. Влада ухмыльнулась и плюхнулась на диван перед огромным плоским экраном. – А это телевизор. Гляди. Она нажала кнопку на пульте, и в миг экран оживает. Король невольно ступил назад, на него из магической пластины устремились десятки взглядов, люди в странных одеждах, что пели и кричали. – Это что ещё за?.. – его голос звучал непривычно растерянно. – Ха! Нет, это просто... певцы! — Влада переключила канал. — Вот ещё новости есть. Вот кино. Вот... о, нихуя! На экране развернулась масштабная батальная сцена, где рыцари осадили замок в огне, сотни стрел летят, люди падают со стен. – Ну что, ваше величество, – Влада подняла бровь, – навевает воспоминаниями, да? — Господи, это тактический кошмар, — скривился Король, но неожиданно опустился на диван, не сводя глаз с экрана. Его пальцы непроизвольно сжали подлокотник. Влада ухмыльнулась, подтянув ноги под себя. — Ну что, зануда? Как бы ты сделал? Король сделал глоток виски, не отрываясь от экрана. – Видишь вон тот холм слева? – он ткнул пальцем в сторону. – Незанятая высота. Любой грамотный полководец выставил бы там лучников. И это... пф, бросать конницу на плотный строй без поддержки просто самоубийство. Влада наблюдала, как его обычно каменное лицо вновь оживляется. – О, а вот это... – Король вдруг наклонился вперед, когда на экране группа воинов начала отступать. – Наконец-то умный ход! Фальшивое отступление, чтобы заманить... Да, вот! Он даже хлопнул ладонью по колену, когда отступающие развернулись и ударили по преследователям. – Видишь? — повернулся он к Владе, глядя на нее с глазами полных азарта. – Вот как надо! Влада закусила губу, подавляя смех. – Боже, ты прямо фанат военных фильмов. Король откинулся на спинку дивана и откашлялся, снова пытаясь сохранить невозмутимость. – Я просто... отмечаю вопиющую некомпетентность. – Конечно, конечно, – она поднесла виски ближе, чтобы добавить Королю. – Ну что, великий стратег, продолжим твой разбор полетов? Он протянул бокал Владе. – Еще пару минут... Тут сейчас точно начнется полный разгром. И, к своему собственному удивлению, Король обнаружил, что ему... интересно? А Влада тем временем украдкой улыбалась, наблюдая, как эта королевская персона постепенно начала таять под воздействием алкоголя и плохо снятых батальных сцен.

Ближе к вечеру...

Бутылка виски стояла полупустая, а на экране телевизора замерла пауза. Третий за вечер фильм о войнах и сражениях так и не был досмотрен. Влада развалилась на диване, подперев голову рукой, наблюдая, как Король все так же увлеченно разбирал очередную сцену сражения. – Нет, смотри, вот здесь вообще абсурд, – его голос звучал уже менее чётко. В момент он запнулся и моргнул, будто пытаясь собрать мысли. Влада усмехнулась и, перевалившись через подлокотник, оказалась ближе. – Ты весь липкий от той газировки, – прошептала она, пальцы уже скользили по его груди, расстегивая пуговицы одну за другой. Король позволил ей снять рубашку, его дыхание стало чуть тяжелее, когда ее ногти провели по рельефу пресса. Она медленно стянула рубашку с его плеч, обнажая мощный торс, покрытый шрамами и напряженными мышцами. – Неплохо, – она ухмыльнулась, наклоняясь так близко, что черные пряди коснулись его плеча. – А знаешь, что было бы еще лучше? Ее губы почти коснулись его уха. – Если бы мы продолжили... в душе. Именно тогда все пошло не так. Король вдруг напрягся, его глаза резко протрезвели. В памяти всплыла вчерашняя сцена: приоткрытая дверь ванной, мелькнувшая тень. Влад... Он резко вскочил, едва не опрокинув кофейный столик. – Мне нужно... поговорить, – пробормотал он, уже отстраняясь. Влада замерла с его рубашкой в руках. Ее губы дрогнули, брови сдвинулись. – Серьезно? Сейчас? – голос сорвался на хрип. Но Король уже шагал в сторону гаража, даже не обернувшись. Когда он и вовсе пропал из зоны видимости, Влада швырнула его рубашку в угол. – Блядь! – она сжала кулаки, ногти впились в ладони. Она схватила бутылку виски и начала пить залпом с горла. А в руке все еще неосознанно сжимала подушку, на которой остался его запах, пот, виски и что-то неуловимо... королевское. Сука. Сука. СУКА. Влада швырнула подушку через всю комнату.

Спустя час с лишним...

Гараж погрузился в тишину после ухода Влада-Короля. Одинокий свет лампы мерцал, отбрасывая дрожащие тени на стены. Влад медленно поднялся с колен, его тело дрожало. Липкие капли спермы стекали по его лицу. Он потянулся к выключателю и свет наконец погас, окутав помещение во тьму. "Надо смыть это... надо..." Он медленными шагами побрёл в ванную. Влад прислонялся к стене, чтобы не упасть, ибо ещё не пришел в себя и весь мир в глазах плыл. Он толкнул дверь в ванную и свет от лампочки над зеркалом ударил в глаза. Влад моргнул, увидев в отражении свое перекошенное лицо, спутанные волосы, белые разводы на щеках. Он резко отвернулся и медленно повернул кран, и горячая вода хлынула. Он добавил пену, и густой аромат лаванды заполнил ванную комнату, смешиваясь с паром, поднимающимся от воды. Влад медленно опустился в ванну, ощущая, как горячая жидкость обволакивает его тело, смывая липкие следы с его бедер. Голова откинулась назад, глаза закрылись. Он провел руками по лицу, смывая последние следы, но не мог смыть воспоминания. Тем временем, в соседней комнате Влада лежала на измятой кровати, впиваясь пальцами в подушку, которую она с силой прижала между бедер. "Сучий король... он такой... невыносимый, заносчивый, высокомерный... ублюдок..." Её пальцы вцепились в ткань, сжимая её так, будто это были его мускулистые бёдра. Она приподняла таз, прижимая подушку сильнее, чувствуя, как горячая волна разливается от живота к промежности. Тонкие кружевные трусики, уже промокшие прилипли к опухшим губам. "Он бы схватил за волосы... Прижал лицом к матрасу... Заставил почувствовать, кто здесь главный..." Она выгнула спину, потянувшись к рубашке, той самой, что сняла с него. Она прижала ткань к лицу, вдыхая полной грудью, пока бёдра продолжали тереться о подушку с нарастающей яростью. "Его руки... Как бы они сжали бы грудь сейчас..." Влада застонала, закусив нижнюю губу. Она могла бы снять трусики, но ей нравилось эта маленькая пытка, словно Король торопил её, не давая расслабиться. Пальцы сжали левую грудь, щипая сосок, переходя потом к правой. Другой рукой Влада отпустила подушку и скользнула под трусики. Два пальца легко проскользнули между губами, уже мокрыми от возбуждения. Она представила его над собой, эти глаза, его грубые пальцы, впивающиеся в её бедра, оставляя синяки... Влада закинула голову назад. "Сука... Я сейчас!.." Оргазм накрыл её с неожиданной силой. Она впилась зубами в его рубашку, чтобы не закричать, бёдра дёргались в последних судорогах удовольствия и... тишина. Только хриплое дыхание. Влада уронила руку на живот, чувствуя, как пульсирует между ног. Она накрыла глаза локтем, всё ещё сжимая его рубашку в другой руке. Где-то за стеной капал кран. Горячая вода наполняла ванну. Влад лежал, запрокинув голову на край, длинные ноги согнуты в коленях, ванна была несколько маловата для его роста. Черные волосы, обычно взъерошенные в разные стороны, прилипали ко лбу и вискам, лишь несколько непослушных прядей все еще торчали вверх. Он провел ладонью по лицу, смывая остатки пены. Теплая вода проникала в уставшие мышцы, растворяя напряжение последних дней. Когда кожа на пальцах уже начинала морщиться, он решил поднялся. Вода с шумом хлынула в слив. Поднявшись, Влад вытерся полотенцем перед зеркалом. Его отражение было размытым, но все же различимым: худощавое тело с едва заметными мышцами, капли воды, скатывающиеся по груди. Он провел пальцами по подбородку, ощутив несколько черных волосков, что торчали у самого основания челюсти. Босые ступни шлёпали по прохладному деревянному полу коридора. Влажные волосы падали на лоб, и он откинул их резким движением головы. Проходя мимо гостиной, он замедлил шаг. В кресле, запрокинув голову, спал Влад-Король. Его руки были скрещены на груди, а на лице застыло редкое выражение покоя. Пустая рюмка стояла на столике рядом. Он потянулся к ручке двери, ведущей на заднее крыльцо и... замер. На ступеньках сидела Влада поджав колени к груди, словно пытаясь стать меньше. Лунный свет скользил по ее черным волосам, что беспомощно свисали вдоль лица, скрывая глаза, а в свободной руке она держала полупустую бутылку вина. – О, а вот и наш гений, – она повернула голову, ухмыльнувшись. – Ты... — начал он, но она перебила. – Знаешь, я тут думала, – голос ее звучал странно, то ли пьяно-игриво, то ли с непривычной серьезностью. – Ты ведь получается доказал, что бесконечность миров реальна, да? Значит, где-то есть мир, где я королева. Где ты великий ученый. Где мы все... – она махнула рукой, – не вот это вот. – И что? — спросил он. – А то, – она вдруг повернулась к нему, и в ее глазах, обычно таких беззаботных, было что-то почти отчаянное, – что если вариантов бесконечно, то наши победы - не победы. Наши поражения - не поражения. Все уже было. Все будет снова. – Ты пьяна. – О, боже, какая проницательность, – она закатила глаза, но вдруг голос ее дрогнул. – Просто... если вариантов бесконечно, то зачем вообще что-то делать? Ее пальцы сжали бутылку так, что костяшки побелели. – Мы буквально ничто, Влад. Пыль, – ее голос сорвался на шепот. Луна освещала ее лицо, и Влад вдруг увидел не дерзкую рокершу, а просто девушку, которая боится, что ничто из того, что она делает, не имеет значения. Влад медленно опустился рядом и вынул бутылку из ее дрожащих пальцев. – Хочешь расскажу тебе кое-что? Вчера, когда я чинил кофеварку, я думал о том же. Он повернулся к ней, и в его глазах читалось что-то между сочувствием и заботой. – Потом я понял: если где-то есть бесконечное число Владов, которые сделали всё лучше меня... – он внезапно ухмыльнулся, – то где-то есть и те, кто сделал всё гораздо хуше. Влада фыркнула, но не отстранилась. – И знаешь что? Нам-то какая разница? – Влад откинулся назад, увлекая Владу за собой. Трава была холодной и колючей под спиной. – Может, где-то и есть мир, где мы не смотрим на звёзды. Где я не говорю эту речь. Где ты не лежишь вот так, с соплями и тушью на щеках. Он указал на Млечный Путь, растянувшийся над ними. – Но нам-то какая разница? Этот мир наш. Этот момент наш. И если в бесконечности вселенных мы не уникальны... – он пожал плечами, – то хуй с ней, с этой уникальностью. Для меня каждый из вас особенен. Вещи приобретают смысл лишь благодаря нам самим. Влада молчала. Потом внезапно рассмеялась искренне, что аж до слёз. – Боже, ты ужасный философ. – Не забывай, я это ты в коем-то роде! – он ухмыльнулся. И они лежали так, плечом к плечу, налюдая за звездным небом. Возможно где-то в бесконечности миров другие они тоже смотрели в небо. Но только здесь и сейчас это имело значение. Прошло, наверное, пару часов. Звезды сместились по небу, а разговор давно перетек от философских глубин к чему-то более легкому, к детским воспоминаниям, о глупых школьных историях, о белых и черных полосах жизни. Влад потянулся, почувствовав, как трава оставила следы на его спине. – Я ведь выходил, чтоб попить, – пробормотал он, поднимаясь. Подойдя к термосумке и открыв крышку, внутри Влад ничего не увидел. Ни одной банки, ни одной бутылки. Только лёд и капли на стенках. – Эм-м... – Влад почесал затылок, оглядываясь. – А где вся газява? Тишина. Потом раздался сдавленный смешок. Влада лежала на спине, прикрыв рот рукой, но плечи ее предательски тряслись.

На следующий день

Вокруг сгущались тени, ледяной ветер выл в разбитых витражах тронного зала. Он стоял на коленях, скованный цепями, а перед ним сотни недовольных взглядов. Лица, когда-то преданные, теперь искажённые ненавистью. – Тиран! – кричали они. – Ты пожертвовал нами ради власти! Кто-то бросил первый камень. Он впился в плечо, горячей болью. Потом второй. Третий. – Вы не понимаете... я пытался спасти нас... Но голос его тонул в рёве толпы. Последнее, что он увидел перед тем, как тьма поглотила всё , это его собственные руки, покрытые кровью. Кровью лучшего друга... Тут внезапно Влад-Король резко вскакивает, рука инстинктивно потянулось к мечу, которого не было. Солнечный свет заливал комнату. Птицы пели за окном. Он провёл ладонью по лицу, смахивая холодный пот. – Просто сон... Но тяжесть в груди не уходила. Придя в себя спустя время, он замечает, что на диване рядом, вперемешку с одеялами и подушками, спали Влад и Влада. Она свернулась калачиком, уткнувшись лицом ему в грудь, а его рука бессознательно обнимала ее за плечи. На полу же валялась пустая бутылка вина. Что-то внутри Влада-Короля сжалось. Не злость. Не раздражение. Просто... кхм. Он встал с кресла и тихо направился на кухню. Кухня встретила его беспорядком: грязные кружки в раковине, крошки на столе, пустая упаковка от печенья. А ведь в его дворце были кладовые, повара, слуги. Но не это... Он открыл холодильник. Внутри лежали странные коробки, банки с надписями, которые он не понимал. Что-то зеленое и вялое в прозрачном пакете, бутылка с желтой жидкостью и... вот и яйца. Король удивился удобной упаковке, где яйца были красиво рассортированы в ряды. – Так, ладно..., – пробормотал он, ставя сковороду на плиту. Плита. Очередное чудо дивное. Он повернул ручку и огонь вспыхнул синим кольцом. А ведь в его мире нужны были дрова, уголь, время... В общем, яйца он разбил неловко, что скорлупа попала в сковороду, а один желток растекся. Но в итоге что-то похожее на яичницу начало шипеть. – Вроде не так и уж сложно.., – усмехнулся он про себя. Через пару часов, когда он уже мыл посуду, свет в кухне начал тускнеть. Он посмотрел в окно, а там тучи. Густые, тяжелые, плывущие низко. – Буря? Первые капли забарабанили по крыше, сначала робко, потом все смелее. Он замер, прислушиваясь к этому чуждому ритму. Тучи у него ассоциировались лишь со снегом, вечным и безжалостным, погребающем все на своем пути. Но это... Он резко распахнул дверь и замер на пороге. Ветер обдал его лицо, а перед глазами заструились тысячи сверкающих капель разбивающихся о землю. Они сверкали как алмазы на мгновение и исчезали, будто никогда не существовали. Его рука медленно поднялась, и первая капля упала в центр ладони, как пойманная бабочка. Он не помнил, когда в последний раз видел дождь. В его королевстве небо давно превратилось в вечную ледяную пелену. А здесь... здесь оно плакало тёплыми, искренними слезами. Король запрокинул голову, подставив лицо небу. Вода стекала по его щекам, затекая за воротник. Ему казалось, она смывает с него груз всех тех решений, что тяготели на плечах. Не короля, не тирана, а просто человека, слишком давно не знавшего таких простых радостей. Где-то вдалеке прокатился гром, напомнив далёкие залпы пушек. Но здесь это был просто голос природы. Влад глубоко вдохнул, и лёгкие наполнились влажным, свежим воздухом, таким непохожим на вечную мерзлоту его родины. Щелчок зажигалки заставил его вздрогнуть. На крыльцо вышла Влада, одетая в растянутый черный свитер, с мокрыми от дождя волосами. Она ловко зажала сигарету между губами, прикрывая пламя ладонью от ветра. – Ну что, ваше величество, решили принять душ под дождем? – голос её был хрипловатым от недавнего сна. Король медленно повернулся. – Я забыл, каков он на вкус... Дождь, – его голос звучал непривычно мягко. – Ну и ну. А я думала, короли только шампанское на вкус знают, – она ухмыльнулась, но в глазах читалось любопытство. – Тебе сколько лет, если дождь как диковинка? – В моём мире... его не было. Лет тридцать. Может, больше. Влада замерла с сигаретой на полпути ко рту. – Чё блять, серьезно? – её брови поползли вверх. – Ну тогда наслаждайся моментом, король. Она неожиданно стряхнула пепел и протянула ему сигарету. – На. Первая сигарета под первым дождём это как... ритуал. Назовем это так. Король смотрел на дымящийся окурок, потом на её пальцы. Он взял сигарету. Их пальцы ненадолго соприкоснулись, её были тёплыми, несмотря на дождь... – Не затягивайся резко, – предупредила Влада, но было поздно. Король закашлялся, и она звонко расхохоталась, так, беззлобно, что даже казалось дождь стих на мгновение, что бы послушать ее смех. – Не убейте себя, ваше высочество! Влада ловко выхватила сигарету из его пальцев и сделала небольшую затяжку. – Кхм, ну что ж, величество, – голос её звучал мягче, – теперь ты официально прошёл посвящение. – Раз в твоём мире не было дождя, то что там было?.. Молчание. Только шум воды и далёкий гул города. – Лёд, – наконец сказал он. – Только лёд. И решения... которые всегда были плохими. Она не засмеялась и не язвила. Просто молча опустила голову. – Зато здесь есть дождь, – Влада неожиданно стряхнула пепел прямо в лужу у своих ног. – И дешёвое вино. И даже, – она сделала паузу, игриво приподняв бровь, – твоя собственная версия, которая тихо и мирно храпит на диване, без своей пижамы с единорогами! Король удивился самому себе, как из его груди вырвался низкий, хриплый смех. – Ты невыносима, – сказал он. – Зато не скучная, – она бросила окурок, и он с шипением погас в воде. Они замерли в этом мгновении. Два совершенно разных человека под одним небом. И дождь. Бесконечный, равнодушный и такой живой дождь, стирающий границы между их мирами, между прошлым и настоящим, между королём и простой девчонкой. Он лился сквозь них, сквозь время, сквозь это мгновение.