Еë слова

Между "нет" и "да"

Неловкое затишье. Сома попросила время подумать — и эти несколько дней растянулись для Барабашки в мучительную вечность. Они избегали разговоров, переписывались только о работе в «Добрых сердцах», и даже взгляды их больше не встречались. Барабашка кусала губы до крови, чтобы не позвонить ей среди ночи и не выдохнуть: «Забудь, это была шутка». Но каждый раз, когда телефон молчал, в груди что-то сжималось, будто кто-то незаметно выкручивал там невидимый вентиль. Всё изменилось в дождливый четверг. Ссора! —Мы не можем! — Сома наконец взорвалась, когда они остались одни в волонтерской комнате. Барабашка не отводила глаз, но пальцы её вцепились в край стола так, что побелели костяшки. —Это почему же? —Потому что так не бывает! — голос Сомы дрогнул. —Люди осудят. Мои родители... они даже представить такого не смогут. —А ты можешь? — Барабашка сделала шаг вперёд. —Можешь хотя бы представить? Сома отвернулась, и это было хуже любого слова. —И потом... — она прошептала. —Я хотела подругу. А ты... —А я что? — Барабашка засмеялась, но в голосе её была голая боль. —Испортила твой идеальный мир? Плохая подруга? —Ты всё перевернула! Тишина. Барабашка развернулась к выходу, но Сома вдруг схватила её за руку. —Подожди... — но в ответ лишь тихие шаги. Они не говорили ещё неделю. Но потом... —Я не спала три ночи, — призналась Сома, когда Барабашка пришла к ней домой под предлогом напомнить про работу, а затем «забыть» куртку. —Я тоже, — Барабашка не смогла солгать. Сома взяла её руку и прижала ладонь к своей щеке. —Я боюсь. —Я тоже. Но их губы уже находили друг друга, осторожно, будто боясь разбить этот хрупкий момент. Тайные встречи Они не говорили никому. Целовались в пустых коридорах «Добрых сердец», когда все расходились. Барабашка провожала Сому домой, но целый час не могла решиться поцеловать её на пороге, пока та сама не потянулась к ней, дрожа от холода и волнения. Романтика в мелочах: Барабашка писала записки и прятала их в карманы Сомы. «Ты слаще, чем "Красный бархат"», «Сегодня твои глаза особенно прекрасные»; Сома училась готовить любимую пасту Барабашки, и даже если у нее получалось ужасно, Барабашка ела каждую пересоленную вилку с преувеличенным восторгом; они смотрели фильмы под одним пледом, и Барабашка делала вид, что не замечает, как Сома постепенно крадёт её свитер. Страхи и доверие Однажды Сома разрыдалась после звонка родителей. —А если они узнают?.. Тогда Барабашка держала её за руку всю ночь и впервые рассказала о своём детстве. О том, почему не верит людям... но верит ей. Первая ссора в отношениях. Отношения развивались стремительно, но постепенно страсть начала уступать место бытовым тревогам. Первой настоящей ссорой стал день, когда Барабашка увидела, как Сома стирает их фото из соцсетей. Вспомнились те моменты слабости, когда Сома вдруг отстраняется в людных местах, и Барабашка старалась делать вид, что не замечает. —Ты стыдишься меня? —Нет! Я просто... —Это странно, я же твоя девушка... Ты можешь доверять мне. Они не разговаривали день, но потом Сома пришла к ней с распечатанными фотографиями. —Вот. Буду носить в кошельке. Чтобы все видели. —Оу... Милая, я не имела в виду такие радикальные меры.. Ты тоже меня прости, мне нужно было понять тебя. Первый смелый шаг Они взялись за руки на волонтёрском собрании. Кто-то поднял бровь. Кто-то улыбнулся. Одна из девушек-волонтёров тут же отвела взгляд и больше не подходила к ним в тот день. В волонтерском чате начали пускать слухи... Но Сома не отпустила её пальцы. Море, которое помнит.. —Ты всё ещё боишься? — спросила Барабашка, когда они сидели на том же берегу, где всё началось. Сома прижалась к её плечу. —Да. Но с тобой — меньше. Барабашка поцеловала её в макушку, а море шумом волн будто говорило: «Это только начало».