Десятка мечей. Том II.

Приближалась ночь. И так тёмное небо заволокли чёрные тучи, море стало гораздо беспокойнее, из-за чего Арсений Даниилович не мог отойти от штурвала. Холодные волны Баренцева моря ударялись о бортовые стенки парохода. Он героически справлялся с путём, что предстояло ему преодолеть. Такие круизы, как этот, стали достаточно популярными в последние десять лет. Судоходные маршруты из Гесцарии в страны Европы существовали уже давно, но первое время люди просто боялись ими пользоваться. Только спустя годы плаваний пароходов через северные моря без происшествий люди смогли осмелеть и привыкнуть к такому варианту путешествий в Европу. В такую противную погоду хотелось просто сидеть в каюте, чем и занималась троица только утром познакомившихся людей. В каюте всё также играла пластинка с французским шансоном, горел тёплый свет лампы на письменном столе, и чуть приоткрытый иллюминатор приносил с моря солёный воздух. Алексей всё читал свой роман, Рафаэль писал очередное письмо, а Анна дочитывала книгу испанского писателя, параллельно пытаясь придумать план своих дальнейших действий. Но волнение за Родиона мешало ей сосредоточиться. Прошло уже два часа, как они виделись в последний раз. С каждой прошедшей минутой её тревога только росла. Даже спокойная атмосфера, что царила в каюте, не могла успокоить девушку. К восьми часам вечера Анна не удержалась и резко села на кровати, готовая отправиться на поиски Родиона. — Что-то у меня плохое предчувствие, — вдруг нарушил общее молчание Алексей и отложил книгу в сторону. — Не к добру это. — Меня тоже одолела тревога. Как будто должно случиться что-то плохое. Рафаэль оторвался от письма. — Возможно, на нас так действует погода. — Вы тоже? — спросила Анна, и Рафаэль утвердительно кивнул. — Не попадался ли Родион никому из Вас на глаза? — Никак нет. — Ох, Астерий... Мы с ним разошлись два часа назад — он пошёл играть в бильярд, а я подышать воздухом на палубу бизнескласса. С того момента я с ним даже не пересекалась. — Возможно, Родион так увлёкся игрой? — попытался Рафаэль успокоить Анну. — Он бы не позволил себе заставлять меня волноваться за него, — Анна помолчала. — Нет, я так не могу, — она вскочила с кровати и схватила сумочку, что лежала подле неё прямо на полу. — Вынуждена Вас покинуть — я припудрить носик. Анна бодрым шагом вышла из каюты. Когда дверь за ней захлопнулась, Алексей спрыгнул со своей койки. Он хотел поговорить с  Рафаэлем без лишних, тем более дамских, глаз. — Пишете очередное письмо своей очередной тётушке? Рафаэль отложил ручку с листом бумаги и встал на ноги, подойдя к Алексею. — А Вы, месье слишком любопытный. Покоя Вам не дают мои письма, да? Что сейчас, что, когда я вышел сегодняшним днём. Вам бы научиться заметать за собой следы, я специально оставил письмо со сложенным уголком, но когда вернулся — не было ни моего загнутого уголка на листе бумаги, ни ручки, лежавшей на нём. Разве что ручка вдруг ожила и решила полежать на мягкой постели. Как у Вас говорится? Любопытство кошку сгубило? — Ах, — Алексей нахально улыбнулся и скрестил руки на груди, — не знал, что для написания письма тётушке требуется такая конспирация. — Уважаемый! — Рафаэль нахмурился. — Вы переходите границы дозволенного! Анна, как только вышла из каюты, рванула по коридору и сразу врезалась в Родиона, который, казалось, был на таком же взводе, как и его госпожа. — Родион, Астерий, помилуй! Где ты был? Я уже себе места найти не могла! — Госпожа, всё так, как Вы и говорили! — глаза Родиона были округлены от страха. — Что? Что ты имеешь в виду? — тревога Родиона перешла к Анне. — Тот кок Джон Смит — я его видел в столовой, у него перевязана рука. — Так надо его схватить сейчас же! Только Анна рванула в сторону столовой, как Родион остановил её, вцепившись своими руками в плечи Анны. — Нет! Госпожа, происходит что-то странное. Большая часть персонала судна пропала, начались общие волнения. Камбуз замер, оставшиеся члены экипажа работают за троих... Что-то случится с минуты на минуту. Вам нужно поговорить с Алексеем. Анна посмотрела через плечо Родиона. В коридоре, перпендикулярно проходящем тому, в котором они находились, промелькнул Арсений Даниилович, что широкими шагами направлялся к себе в каюту. Что происходит? Почему именно в первый день мятежники решили начать действовать наперекор своему плану, ведь им нужно было добраться до Англии? Она посмотрела сначала на напряжённого всем телом Родиона, что пытался сохранить хотя бы внешнее спокойствие, и перевела взгляд на закрытую дверь каюты. — Так, — мужчина в синем пиджаке достал пистолет, — давай прекратим этот спектакль. Рафаэль сначала в недоумении изогнул левую бровь. Он хотел что-то сказать, но рассмеялся и последовал примеру Алексея — из-за пазухи Рафаэль достал свой пистолет. — Да, согласен, пора заканчивать спектакль, — он усмехнулся и прищурил глаза. — Решил меня взять на понт? К сожалению, не на того напал. Как хорошо, что ты сам попался мне в руки, как раз я все ставки делал на тебя. Алексей в гневе потряс пистолетом, указывая на Рафаэля. — Как ты смеешь так со мной разговаривать, хренов мятежник?! — Мятежник? — Рафаэль в растерянности слегка опустил вытянутую руку с пистолетом. Вдруг раздался скрип двери. Девушка, которая пару минут назад выходила "припудрить носик", стояла на пороге с каменным выражением лица, держа в обеих руках по револьверу, каждый из которых указывал на мужчин. В каюте повисло молчание, ветер развевал тонкую прозрачную занавеску, с моря задувал солëный воздух, помещение освещала лишь настольная лампа, а на фоне играли французские мелодии. Хорошая атмосфера для отдыха или медитации. Только три человека с протянутыми руками, в которых было по огнестрельному оружию, что целились друг в друга, были на взводе. — Возможно, тут какое-то недоразумение. Давайте поговорим. Двое мужчин только цокнули языками, и никто из них не опустил оружие. — Хорошо, — Анна тяжело вдохнула. Возможно она делала ошибку, но эта ситуация казалась Анне максимально странной и подозрительной, так что она решила рискнуть, раскрыв все карты раньше нужного. — Позвольте представиться. Анна Орлова, — еë тон стал твëрже. — Маршал Восточного войска, также именуемого как «Стальные Шашечницы». Мужчины сразу же опустили свои руки и, округлив глаза, сделали по шагу назад. — Анна Орлова? — Восточное войско?.. Оба были в замешательстве, отчего Анна выдохнула. Но не успела она похвалить себя за смелость, как Рафаэль тихо заговорил. — Леон Дюмаж, маршал войска с юго-запада или «Острозубых Афалин». Что? Два маршала на одно задание? Леон и Анна переглянулись. — Ха-ха-ха, вы не поверите! — двое повернули свои головы на Алексея, который поправил волосы рукой и встал в позу. — Алексей Исаков, маршал Северного войска или «Полярных Сов». Какая приятная встреча! — он поставил руки в боки и засмеялся. — Всë-таки нужно было приходить на заседание... — пробубнил Леон. — Что ж Вы не явились? Лично я был ранен во время подавления бунта на своих территориях и пролежал в больнице всë заседание. — Любезный, — Леон повысил голос, — имейте совесть. На самом деле маршал юго-запада пропустил заседание по личной неприязни к своим коллегам и множеству министров, которые, как он считал, являлись бесполезными нахлебниками, что жили за счëт государства и налогов граждан страны. Он не мог без отвращения смотреть на их кислые и противные лица. Эти люди ничего не делали, а только годами просиживали кресла: когда были проблемы — скидывали всë на своих подчинëнных и продолжали праздно проводить свои будни. Но почему-то эти бездельники возомнили себя главными и, пользуясь положением и возрастом, без зазрения совести во всëм попрекали Леона и указывали на его «незрелость», называли «ничего не понимающим юнцом». Да этот юнец прошëл множество сражений, бесчисленное количество раз был ранен, и около десятка раз его жизнь висела на волоске, три раза он видел свет в конце туннеля, а один раз его сердце остановливалось! Леон помнил, как его адъютант в панике рассказывал, что чуть не испустил дух, когда услышал продолжительный писк кардиографа в палате своего маршала. Какое право эти старики с блаженной жизнью имели, чтобы давать ему советы и, тем более, критиковать его работу? — У меня хоть и менее, но всë же уважительные причины. — Действительно грустно, что мне не удалось встретиться с такими выдающимися личностями ранее, — саркастично заметила Анна и убрала свои револьверы обратно в сумочку. — Предполагаю, вас тоже послали для задержания мятежников? — Верно. — Как так получилось, что мы все оказались здесь? — задумчиво спросила Анна. — Меня лично попросил Его Величество. — Меня отправил маршал Центрального округа, — Леон с лёгким нажимом потёр висок. — Думаю, они с Его Величеством не договорились, и одновременно послали нас на этот пароход. — Я был на границе и получил письмо от фельдъегеря, — сказал Алексей. — Возможно, он задержался, и, когда Его Величество не получил от меня ответа, отправил Анну. — Значит, — заговорил Леон, — раз никто из нас не является мятежником, то тогда где же они? Как только он закончил говорить, корабль резко наклонился, от чего трое в каюте чуть не попадали. Алексей громко выругался. — Леон, не знаю как вас по батюшке, Вы чертовски удачливый человек! — Многоуважаемый, можете закрыть свой рот? — Леон, в отличие Алексея, был больше раздражëн из-за того, что потерпел крах в расследовании, чем напуган всë ещë остающимися неизвестными мятежниками. — Корабль сменил курс! — Анна уже собиралась выскочить из каюты, как вспомнила, что с ней в каюте находилось ещё два маршала, с которыми нужно согласовать действия. — Нужно скорее задержать этого капитана! — крикнул Алексей. — Нет, он не может быть мятежником, — мужчины посмотрели на Анну. — Во-первых, Арсений Даниилович не мог пойти на такое предательство, потому что он — человек чести и истинный патриот нашей страны. — Вы такой вывод сделали за сутки? — Алексей усмехнулся. — Мы друг друга обманывали всë это время, никто из нас даже предположить не мог, что мы коллеги. — Я знакома с ним уже долгое время. И это была только первая причина, — Анна сделала паузу. — Вторая причина, по которой это не может быть Арсений Даниилович, заключается в том, что пару минут назад я своими глазами видела, как он проходил в сторону своей каюты. Все сразу нахмурили брови, даже Алексей, который до этого усмехался, стал вдруг серьëзным. — Нам нужно действовать аккуратно, на этом корабле есть ещë пассажиры, надеюсь, никто из них ничего не заподозрил, иначе начнëтся паника, — Леон ударил кулаком правой руки по ладони левой. — Вы оба идëте и арестовываете мятежников, а я позабочусь о мирных гражданах. — Родион Вам поможет в этом деле. — Remarquablement [1]. Анна кивнула и, не теряя времени, уверенным шагом с Алексеем направилась в ходовую рубку парохода. [1] Замечательно.