Десятка мечей. Том II.

В полдень маршалы были у здания Министерство вооружённых сил Франции. Форма, которую с собой взяла Анна, была по размеру Леону, но новый комплект Алексею был чуть туговат. Они спокойно проникли на саму территорию, показав поддельные удостоверения на посту охраны, и решили идти не через главный вход, а через боковую дверь, что была со стороны сада для прогулок и раздумий политических и военных мужей. Они не перемолвились ни единым словом ни на гесцарском, ни на французском, чтобы никто их не подслушал. Анна молилась Астерию, чтобы Леон из-за волнения, что его раскроют, не вызвал ни у кого подозрений. В себе она была уверена. Вчера была мимолётная слабость, вызванная ностальгией по прибытию в Париж. После прохладного и приводящего в порядок мысли душа Анна снова собралась и на первое место поставила задание, которое им дал Михаил Александрович. План Анны состоял лишь в том, чтобы походить и послушать чужие разговоры и что-нибудь разузнать, чтобы потом работать с полученной информацией на завтрашнем балу. Она ходила по красивым и светлым коридорам, не привлекая к себе особого внимания. Некоторых старых генералов и майоров она видела или даже была с ними знакома во время своей учёбы в школе для благородных девиц. К кому бы ей прибиться? Было подозрительно заводить беседы со старыми матёрыми военными, которые занимали высокие посты, но от рядовых ничего ценного получить было почти невозможно. В полдень должно было быть много людей в столовой, и Анна направилась туда. Она взяла себе небольшой перекус, села за одиночный стол недалеко от скопления молодых сержантов и навострила ухо. Она надеялась не только что-то подслушать, но также надеялась на разговор с молодыми людьми, которые бы не могли позволить сидеть девушке в одиночестве. Девушка и в армии Гесцарии, и в армии Франции — интересный человек, мотивации и ценности которого могут быть совершенно безумными. Анна ела медленно, и поначалу ничего особого в разговоре нескольких сержантов не услышала. Но когда она уже допивала кофе, она зацепилась за одну фразу: «К месье Лапьеру сегодня заходил наш английский друг». Месье Лапьер? Анна помнила лишь одного — Гюстава Лапьера. Она виделась с ним много лет назад, в салоне жены юного писателя, которая по случаю годовщины свадьбы со своим возлюбленным устроила бал. Тогда месье Лапьер был капитаном, сейчас же он уважаемый генерал. Поэтому он должен был быть в курсе намерений верхушки Франции. Анна одним глотком покончила с кофе, думая, что же ей делать дальше. Как вдруг к ней подошли те сержанты, заметив девушку в одиночестве. Анна на это надеялась, весь перекус придумывая историю для мадмуазель Марты Леконт. — Добрый день, мадмуазель... — Леконт, — с улыбкой ответила одному из них Анна. — Мадмуазель Леконт! — подхватил другой сержант. — Рад с Вами познакомиться. Вы уже младший лейтенант, но ни я, ни мои товарищи раньше о Вас не слышал. — Я не «уже», а только младший лейтенант. Не подумайте, меня устраивает моё положение, просто у меня перед глазами есть хороший пример — мой двоюродный дедушка. — Ваш двоюродный дедушка? — спросил третий сержант. — Да, месье Дерош. — Генерал-лейтенант? — крикнули молодые люди вместе. — Да, только... — Анна потупила взгляд в пол. — Мы с дедушкой не любим это освещать. Многие могут подумать, что я продвигаюсь по карьерной лестнице с его помощью, однако, я хочу добиться чего-то сама, своими усилиями. — Доказать всем, что Вы достойны? — Именно! Молодые люди, не могли бы вы мне помочь. Дедушка... то есть, месье Дерош, отправил меня к месье Лапьеру, я должна передать ему важное сообщение. Но я не нашла его в кабинете, не подскажите, где он? — Обычно месье Лапьер приходит только к двум часам. У Вас ещё около полутора часа, мы бы могли составить Вам компанию... Анна вскочила со стула. — Огромное вам спасибо! И прошу прощения, но у меня есть ещё дела, которые я могу успеть сделать до прихода нашего генерала, — Анна поклонилась сержантам и убежала. У неё есть полтора часа. Полтора часа, чтобы найти кабинет месье Лапьера и попасть внутрь. Здание министерства было достаточно большим, и времени было в обрез. Анна обходила быстрым шагом все коридоры, читая каждую табличку на каждой двери, чтобы увидеть имя Гюстава Лапьера. Пару раз к ней подходили, чтобы поздороваться, посплетничать, но когда Анна понимала, что ничего нужного из этих разговоров она не узнает, то аккуратно заканчивала диалог, возвращаясь к поиску нужного ей кабинета. Единственное, что полезного она узнала, — этот «английский друг» принёс месье Лапьеру какие-то бумажки и оставил их в кабинете генерала. Один раз она даже пересеклась с Леоном, который, судя по выражению его лица, нашёл что-то интересное. Прошло больше часа, как Анна наша нужный ей кабинет на последнем этаже. Дверь, как это было нестранно, оказалась заперта. Она огляделась — ни души. И слава Астерию. Немногие доходили до этажа, где находились кабинеты генералов и маршалов. Ей нужно было действовать быстро и решительно. Будет слишком подозрительно, если младший лейтенант будет находиться здесь. Анна достала из волос шпильки, придала им нужную форму и быстро взломала замок, просочившись в кабинет, как кошка. Для Анны это был далеко не первый взлом замка, поэтому она умело справилась — во время поимки революционеров ей приходилось проделывать это множество раз. Когда Анна вошла внутрь, то сразу заперла дверь обратно. Она оглядела кабинет: шкафы, посередине рабочий стол и камин, который были далеко не в каждом кабинете. Анна перевела дух — слишком опасно было залезать в кабинет генерала. Ей чудом удалось успеть — почти сразу после того, как она обратно заперла дверь в кабинет месье Лапьера, послышались чьи-то неспешные шаги по коридору. У Анны оставалось около получаса, чтобы изучить кабинет. Первым делом она направилась к столу, где лежали бумаги, которые месье Лапьеру принёс какой-то англичанин. Сверху лежало письмо на французском, которое Анна начала читать. «Многоуважаемый месье Гюстав Лапьер, Благодарю Вас за оказанную помощь и быстрый ответ на мой вопрос! Мы всё сделали так, как Вы советовали. Месье Андрэ согласился на время подержать у себя все чертежи. Мистер Эванс почти сразу по приезде в Париж заболел серьёзным и печальным недугом, думаю, его жена будет сильно разочарована в своём муже и впоследствии подаст на развод. Нам очень жаль и самого мистера Эванса, которому желаем скорейшего выздоровления, а также мы приносим свои искренние извинения за такую оплошность с нашей стороны. Такого больше не повторится, мы хотим лишь крепких взаимоотношений с Францией и последующего сотрудничества. Кампания против общего противника хорошо может сплотить давних неприятелей и в будущем сделать их хорошими товарищами. У нас есть множество причин начинать конфликт с Гесцарией: и её эконмическое превосходство в последние десятилетия, и её контроль над важными морскими портами, и её претензии на владения в Северном Полюсе, и эта Трансгесцарская железнодорожная магистраль из Китая в Европу, и невозможность изучения Колымских хребтов, что так важно для нашего государства, вмешательства в политику Индии, что также является жемчужиной в короне Британской империи... Есть множество причин, но нет повода. Месье Лапьер, до меня доходит множество слухов, и одни из них про Вашу готовность и горячее желание начать конфликт с Гесцарией. С моей стороны было бы правильно дать Вам совет успокоить свои амбиции и подождать. Гесцария рано или поздно даст нам повод, нужно лишь ожидать и готовиться. Скоро Вы сможете проявить своё мастерство, я Вам обещаю — наши товарищи из Гесцарии над этим работают. Ещё хочу выразить отдельную благодарность за совет заглянуть в Ваш любимый ресторан, обязательно загляну туда ещё пару раз перед отъездом в Лондон. С уважением, Сэр Роберт Джеймс Брайт» Анна округлила глаза, читая это письмо. Так прямо писать о своём желании начать войну с Гесцарией военному мужу другого государства? Для такой неприкрытой откровенности Англия и Франция должны были несколько лет планировать это. Сколько Анна себя помнила Англия и Франция были историческими соперниками, имея давние и сложные связи. И вот, они вдруг решили объединиться. Да, после войн с Германией, в которых также участвовала Гесцария, они притёрлись друг к другу, но не настолько же... Пока Анна отходила от услышанного, в коридоре послышались очередные шаги и крик молодого человека «Monsieur Lapierre, je peux Vous parler un Instant [1]?». Анна сразу почувствовала холодный пот на лбу, и как кровь покинула её лицо. Что ей делать? Почему месье Лапьер пришёл так рано? И куда ей теперь деваться? Она была так взволнованна своим проникновением в кабинет генерала, что не подумала о путях отступления из него. Выходить через дверь не было смысла, лезть из окна было хорошим, но опасным решением — третий этаж, как-никак. Анна бросила взгляд на камин. — Quel beau temps aujourd'hui [2]! Это услышала Анна, когда подтянула последнюю ногу. Лезть по дымоходу в жизни ей ещё не представлялось случая, однако что-то подобное было на тренировках, когда она жила в казарме. Анна, насколько она могла, тихо лезла по дымоходу. Мало того, что это было тяжело физически, так ещё и сажа падала прямо на лицо Анне. Один раз её нога соскользнула, из-за чего она чуть не упала и создала лишний шум. Анна на секунду замерла и закусила губу. Сейчас либо она сбегает, либо всё пропало. Тогда она сама станет поводом для войны с Гесцарией. Так и был бы этот повод каким-то героическим, а так её застанут грязной, потной и в неловком положении в дымоходной трубе! В тишине дымохода Анна слышала, как её сердце бешено билось. Она всё ожидала, как снизу покажется лицо генерала, и каждая секунда её просто мучила. Когда ей стоит продолжить движение? В такой тишине, в какой сидел месье Лапьер, было слышно даже малейшее движение мыши под плинтусом. Долго висеть Анна не могла, у неё просто бы не хватило сил провисеть так, к примеру, час и продолжить движение вверх. Вдруг тишину в кабинете нарушил скрип двери и чей-то голос. — Monsieur, désolé de vous déranger, le maréchal vous demande de venir [3]. Месье Лапьер что-то пробубнил себе под нос, проскрипел креслом, вставая с него, и вышел, захлопнув за собой дверь кабинета. Анна с облегчением вздохнула и была готова заплакать от счастья. Будучи младшим лейтенантом, которого она сейчас и играла, Анна считала, что люди высших чинов сидят в своих кабинетах и почти не вылезают оттуда, занимаясь по большей части бумажной работой. К её счастью, её представления о службе высокопоставленных военных деятелей оказались неправдивыми, и Анна была безмерно рада этому. Конечно, она могла бы и больше проводить времени, сидя в своём кабинете, как это делал, например, Виктор Григорьевич, но возраст позволял Анне резво бегать по коридорам и лестницам. А также она считала, что лучше сделает всё сама, чем передаст дело кому-либо ещё, первые месяцы Виктория и Дмитрий почти ничего не делали и носили статус «адъютантов», можно сказать, просто так. Когда дверь захлопнулась, Анна полезла дальше. Она чудом, словно ласка, смогла протиснуться через резные отверстия в кирпичном оголовке трубы дымохода и сразу легла на крышу. Ползком она добралась до пожарной лестницы и спустилась вниз с задней части здания. Как ей теперь выйти? Через главный выход она соберёт много внимания и подозрений, поэтому этот вариант Анна и не рассматривала. Через прутья забора она бы не протиснулась, а вот перелезть через него было возможно. Чуть подумав, Анна огляделась по сторонам, сняла свой китель, кинула его на заборные пики и без труда перелезла через забор. После её вскарабкивания по дымоходной трубе забор казался пустяковым препятствием. Анна уверенно приземлилась на две ноги, шум от сапог глухо разнёсся по округе. Она подпрыгнула и, порвав его пикой, сняла китель, чтобы не оставлять после себя следов. Анна направилась к машине, в которой её должен был ждать Алексей. Алексей курил папиросу, облокотившись об автомобиль, рядом с ним стоял Леон. Когда они увидели Анну, Леон округлил глаза и выпрямился, а Алексей обронил папиросу из внезапно открывшегося рта. Действительно странное зрелище — девушка в военной форме Франции с изодранным кителем и покрытая сажей. — Анют, что... — Я хочу в душ. — Хорошо, хорошо, — молодые люди без лишних вопросов сели в автомобиль. Первые пару минут дороги в салоне стояла тишина, лишь Леон, сидящий рядом с Анной на пассажирском сидении, изредка поглядывал на Анну. Как вдруг она шумно вздохнула и откинулась на спинку сидения. — Астерий, помилуй, я прям молодость вспомнила! Куда только раньше не приходилось лезть... Но я уже отвыкла, я стара для такого! — Анют, ну что ты, ты вовсе не старая, — сказал Алексей, глядя на подругу через зеркало заднего вида. — Что у тебя там случилось? Когда мы с тобой последний раз пересеклись, ты... ну... была в порядке. Анна глубоко вздохнула, готовясь всё рассказать. — В общем, я решила подслушать разговоры в столовой, перекусила там, и ничего особого не услышала, кроме того, что к генералу Лапьеру заходил какой-то англичанин и оставил ему бумаги. Ко мне подошли молодые сержанты, и в итоге они сказали, что месье Лапьер приходит обычно к двум часам дня. Ну я и начала искать его кабинет до того, как он придёт. Нашла я его где-то в половину второго, проникла в кабинет и прочитала письмо, что лежало сверху всех бумажек. Оно было от некого сэра Роберта Джеймса Брайта. Он писал о том, что чертежи лежат у какого-то месье Андрэ Леруа. Также, если верить этому письму, то можно сказать, что, к сожалению, опасения Его Величества оправдались — Англия и Франция готовятся к войне с Гесцарией, у них есть много причин, но они ждут повод. Ждут и параллельно готовятся, — молодые люди помолчали, осознавая всю серьёзность ситуации, Алексей от злости сжал пальцы на руле. — Я не успела ничего другого изучить — только закончила читать это письмо, как месье Лапьер начал открывать кабинет, и мне пришлось лезть в дымоход. Я вылезла через трубу дымохода, спустилась по пожарным лестницам и перелезла забор, где на пиках порвала китель. Леон и Алексей молчали. После известий о скорой возможной войне, они испытывали смешанные чувства, но из-за последующего рассказа Анны, Алексей нервно хихикнул. — А я встретился с этим сэром Робертом Джеймсом Брайтом, — сказал Леон. — Это поэтому ты так ярко светился, когда мы в коридоре пересеклись? — Да, но, как я позже понял, ничего особого узнать мне не удалось. Этот сэр Брайт, как оказалось, является гесцарийцем и служит в армии Англии. — Как ты узнал? — спросила Анна. — Он споткнулся рядом со мной и смачно выругался на гесцарском, — Алексей рассмеялся. — Я ему наплёл, что являюсь наполовину гесцарийцем, наполовину французом и знаю некоторые, особо экспрессивные слова из родного языка своей матери. Мы немного поговорили, я, как человек, служащий в, как оказывается, вражеской армии своей родины, знал за какие рычаги дёргать. Он сказал, что родился и вырос в Рардбурге, но из-за вереницы некоторых событий в итоге оказался в Англии. Теперь там у него жена, дети, работа, знакомые, в общем, он не рассматривает возвращение в Гесцарию. На дне рождения месье Леблана его не будет, он сказал, что сегодня вечером уезжает домой. — Вот гад... — прошептал Алексей, сворачивая на перекрёстке. — Сколько ему примерно лет? Может, я знаю его. — Сказал, что около тридцати. — То есть, ничего уточняющего он тебе не поведал? — К сожалению, нет... Но я пытался. Не знаю, поможет ли тебе чем, но у него нет одного глаза. И всё. — И всё... — прошептала в задумчивости Анна, думая, кто это мог бы быть. — Спасибо, Леончик, но нет, ничем не помогло. По возвращению в Рардбург надо будет поискать, кто уехал в Англию, и так и не вернулся. — И что тебе это даст? — спросила Анна. — Его семья. Если они не захотят идти на эшафот, то скажут что-нибудь полезное. Это ладно, уже в Гесцарии. Что завтра делаем? — Пытаемся узнать, кто такой месье Андрэ Леруа, и где он обитает. Послезавтра нужно будет выкрасть чертежи. — Понял, — сказал Алексей. Леон молча кивнул. В тишине трое маршалов добрались до дома, Анна сходила в душ и переоделась в чистое платье. [1] Месье Лапьер, я могу поговорить с Вами минутку? [2] Какая сегодня прекрасная погода! [3] Месье, извините, что беспокою Вас, маршал просит Вас прийти.