Возврату не подлежит

손을 잡아주는 사람이 있으면 길은 무섭지 않다

Дословно: Когда есть кому взять тебя за руку,

дорога не страшна

      Сколько они ехали — Тэхён не знал. Ровный ход машины укачивал, голова тяжелела, веки сами собой начинали слипаться. Чонгук осторожно подтянул его к себе ближе, так что голова Тэхёна оказалась у него на коленях, и укрыл мягким клетчатым пледом.       Тэ то проваливался в дремоту, то просыпался, испуганно дёргаясь. И каждый раз встречал глаза Чонгука. Тот успокаивающе улыбался и скользил по лицу взглядом, от которого внутри всё скручивалось и растекалось тёплой тягучей сладостью. Хотелось прижаться к альфе и вдыхать притягательный аромат, исходящий от его тела, тонуть в невероятной глубине янтарных глаз, которые так внимательно следили за каждым движением.       Чонгук склонился и нежно прикоснулся губами ко лбу, словно проверял его состояние. И от этого невесомого поцелуя тревога, плотно спаянная с напряжением, вдруг отступила, и Тэхён прерывисто вдохнул.       — Приехали. Джин нас уже ждёт, — сообщил Намджун, тактично прокашлявшись.       Тэхён сел, оглядываясь. Машина замедлила ход у высоких ворот, настолько необычных, что он даже подвис на мгновение. Мастер воссоздал живую изгородь в металле: застывший узор из переплетённых ветвей и листьев. Тонкая, почти ювелирная ковка. По обе стороны от ворот стояли двое охранников: в тёмной камуфляжной форме, решительный взгляд в разрезе балаклав и автоматы, свободно висящие на ремнях. Они не переглядывались, не меняли стойки — просто смотрели вперёд, будто заранее знали, кто едет и зачем.       Намджун с пульта открыл ворота, и колёса тихо зашуршали по асфальту. Гладкая и ровная дорога убегала вперёд, теряясь среди стволов деревьев, а за ними начинался посёлок, который назвать так не поворачивался язык. Дома все разные, но выполненные в едином стиле: темное морёное дерево в отделке, ровные лаконичные линии, панорамные окна, отражающие зелёную хвою. Ни одной ограды между участками. Живущие здесь люди не прятались друг от друга.       Машина свернула к невысокому зданию из стекла и металла со светящейся зелёным неоном большой вывеской «Рaradise Clinic». Заведение выглядело слишком современным для такой глуши: автоматические двери, тепловые панели, мягко светящиеся датчики на входе.       Когда автомобиль остановился, двери клиники открылись. Первым вышел высокий широкоплечий мужчина в белоснежном халате. За ним ещё двое санитаров, слаженным отточенным движением выкатившие каталку.       — Чонгук, что случилось? — Врач распахнул дверь машины и заглянул внутрь.       Он принюхался и замер, переводя взгляд с Чонгука на Тэхёна и обратно. А потом улыбнулся мягко и понимающе.       — Это наш доктор Сокджин — муж Намджуна. А это Ким Тэхён. Мой Тэхён, — представил Чонгук их друг другу.       — Почему это «твой»? — Тэхён тут же насторожился, взглянув на альфу.       — Всё просто, — спокойно ответил Чонгук. — Ты не единственный Ким Тэхён в Корее. Но единственный Тэхён, делами которого я сейчас занимаюсь.       Тэхён проглотил комок в горле. Глупо было отрицать, что «мой Тэхён», звучало гораздо лучше, чем «Моя головная боль и моя ходячая проблема».       Чонгук прищурясь наблюдал, как санитары подвезли каталку вплотную к машине и приготовились переложить Тэхёна. В этот миг чёрные глаза альфы вспыхнули янтарными бликами.       — Разрешите, — обратился к Чонгуку один из санитаров.       Раздалось хриплое угрожающее рычание.       — Мы осторожно.       Видимо, к зрительным галлюцинациям у Тэхёна добавились ещё и слуховые. Но ему точно не почудилось, что альфа зарычал ещё громче, потому что санитары попятились, отступая.       — Я сам, — рявкнул Чонгук, не позволяя санитарам даже прикоснуться к Тэхёну.       Выйдя из машины, Чонгук вновь подхватил омегу на руки. Его руки дрожали. Одно мгновение — и Тэхёна с силой прижали к груди, а альфа глухо застонал, уткнувшись носом ему в шею. Тот дар речи потерял от наглости этого альфы. Но, несмотря на дикое смущение от выходки Чонгука, ему очень понравилась такая забота. Его носили на руках, словно он был хрустальным и мог разбиться от малейшего движения.       Было ужасно неловко, но… Приятно-о-о!       Твёрдой поступью Чонгук прошёл в клинику и направился в палату в окружении охраны. Он ногой толкнул дверь палаты и вошёл, прижимая драгоценную ношу. Бережно опустив Тэхёна на широкую кровать, отступил. Его руки упали вдоль тела, а лицо исказилось, как от сильной боли. Сглотнув, Чонгук сделал шаг назад, но лишь для того, чтобы ногой пододвинуть стул, и сел рядом, даже не собираясь оставлять Тэхёна один на один с доктором.       Личные границы? Нет, он явно об этом не слышал.       Сокджин, склонившись, начал осмотр. Измерил пульс и покачал недовольно головой, заметив порезы с запёкшейся кровью на его запястьях, проверил зрачки. Тэхён едва заметно моргнул, но выдержал свет фонарика.       — Головокружение было? Тошнота? — спросил доктор, ладонями прощупывая затылок.       Тэхён помотал головой. Пальцы врача уверенными движениями ощупывали место удара. Кожа саднила от прикосновений. Сокджин отметил припухлость на затылке и неглубокий порез от удара об угол тумбы.       — Повезло, обошлось без сотрясения. Всё будет хорошо. Уже завтра сможешь бегать. — Сокджин погладил Тэхёна по волосам, а со стороны Чонгука опять раздался странный рык.       — Пардон. — Доктор поднял руки в позу «сдаюсь» и улыбнулся. — А теперь запаситесь терпением. Оба. — Он выразительно посмотрел на Чонгука. — Мне нужно обработать пациенту раны.       Он смазал порезы специальным кремом. Вязкая субстанция приятно холодила, и пульсирующая боль мгновенно стихла. Он протянул Тэхёну эту баночку с волшебным кремом.       — Держи. Обрабатывай два раза в день. Утром и вечером. Через день и следа от порезов не останется. Этот крем — моя разработка. Содержит секретную вытяжку. — Сокджин подмигнул ему.       — Спасибо, — с серьёзным видом поблагодарил Тэхён. Наконец, поборов стыд, он начал говорить, сминая при этом края футболки: — Я не могу сейчас оплатить приём. Если вы выпишите счёт, то обязательно в ближайшее время его погашу. Я всё верну вам…       — Он что? Ничего не знает? — Сокджин недоумённо уставился на Чонгука.       Альфа с мягкой улыбкой покачал головой.       — Не знаю что?       Сокджин уже открыл рот, но Чонгук поспешил ответить первым:       — Эта клиника принадлежит «Лунному свету» — фирме, которой руковожу я. Об оплате не беспокойся, счёт включён в корпоративные расходы. На тебя напали на нашей территории, значит, все расходы фирма берёт на себя. Считай это компенсацией за то, что тебе пришлось пережить.       Теперь стало понятно, почему так переживал этот альфа. Наверняка, он не хотел огласки нападения, не хотел, чтобы Тэхён подал заявление в полицию. Именно поэтому предпочёл разобраться с бандитами своими силами, поэтому и привёз в частную клинику, поэтому и заботился так о Тэхёне. Только поэтому.       — Я бы предложил оставить Тэхёна на ночь в клинике под наблюдением специалистов или он мог бы пока пожить у нас с Намджуном, но чувствую, что ты будешь категорически возражать.       Тэхён видел, что говорил Сокджин совершенно серьёзно, но лукавая полуулыбка так и просилась прорваться наружу.       — Он поедет ко мне, — отрезал Чонгук, а потом спохватился и обратился к Тэхёну: — Ты согласен? Всё будет хорошо. Со мной ты в безопасности. Веришь?       Тэхёну хотелось верить, очень. Рука Чонгука была такой тёплой, такой сильной, а голос звучал так уверенно, что он непроизвольно шагнул ближе к нему. Взгляд альфы излучал такое спокойствие, то самое, которое ему очень не хватало, и страх впервые за долгое время отступил. Да и особого выбора у Тэхёна сейчас не было. Возвращаться в дом смотрителя было опасно. Сону знал, где он прятался все эти дни, и мог заявиться туда уже сам лично. А здесь, на территории коттеджного посёлка, Тэхён был под надёжной охраной.       Сейчас Тэхёну очень нужно было сильное плечо. Но не это было главным. Во взгляде Чонгука читалось искреннее беспокойство. Словно Тэхён для него был значим. Внутренняя чуйка выдала этому парню и его друзьям огромный и беспроцентный кредит доверия.       — Я согласен. — В голосе Тэхёна не было ни капли сомнения, а Чонгук и Сокджин, услышав его ответ, переглянулись и улыбнулись.       — Вы с Намджуном можете заглянуть к нам на ужин, заодно проверишь состояние пациента. — Чонгук предложил доктору компромисс.       — Договорились. — И они пожали друг другу руки. — Для пациента прописываю постельный режим на пару дней и усиленное питание. И если начнётся тошнота, головокружение или будет темнеть в глазах — звонить мне в любое время дня и ночи.       Чонгук понятливо кивнул, а Тэхён вспыхнул от смущения. За эту неделю он и правда похудел — штаны и футболка висели на нём, как на вешалке. Было неловко, что это заметил посторонний.       Тэхён поспешил встать с кровати, и от резкого движения его слегка повело. Чонгук сразу его подхватил, положив руки на плечи и прижав спиной к своей груди. Запах альфы стал заметнее, он манил, нежно обволакивая. Приятный аромат белого кедра, начинающийся сухими нотами древесной стружки, затем раскрывался смолистой глубиной. Тэхёну нравился строгий и спокойный аромат альфы.       — Поехали домой, Тэхён-и, — хриплым голосом сказал Чонгук и, взяв за руку, повёл его к выходу.       А Тэхён просто переставлял ноги, которых не чувствовал. Не замечал ничего вокруг, кроме этого мужчины, что шёл впереди. Широкая спина альфы могла защитить его от всего. И не было ни малейшего желания выдернуть свою ладонь из сильных рук.       Чонгук, приобняв за плечи, помог сесть Тэхёну в автомобиль, который привёз их в посёлок, и сам сел за руль. Он ехал аккуратно и медленно, позволяя Тэхёну осмотреть всё вокруг. Клиника располагалась практически в центре коттеджного посёлка и была окружена ровными дорожками, разбегающимися в разные стороны. Их сделали не вырубая вековых исполинов, дорожки просто обтекали стволы, убегая дальше. Машина повернула, съехав на одну из них. Все жилые постройки в посёлке были сосредоточены в одном месте. Только дом Чонгука располагался на самом краю огромного утёса и был буквально встроен в скалу. Деревья, окружающие его, устремлялись вверх, сцепляясь там макушками. Живая стена словно отрезала двухэтажный особняк от всего мира.       Дом был большой, очень уютный и светлый. Широкая лестница уходила на второй этаж, разделяя дом на две части. С одной стороны виднелась гостиная, освещённая переливами пламени в камине, а с другой — кухня с длинным обеденным столом и выходом на открытую веранду, с которой открывался вид на крутые горы.       Чонгук показал Тэхёну большую спальню на втором этаже.       — Располагайся здесь.       Комната не очень была похожа на гостевую спальню. Лаконичная и аскетичная мебель. Минимализм и эстетика в цвете — от светло-серого до тёмно-графитового. Мягкий ковёр и тяжёлые тёмные шторы, обрамляющие окно. Прямо перед ним — брутальный стол из массива дуба, заваленный бумагами и папками. Низкая кушетка, на которой лежал дорогой ноутбук. Обстановка очень простая, лаконичная и в то же время притягательная и благородная. Но больше всего Тэхёну понравилась незаправленная кровать и небрежно брошенная на стул рубашка. Беспорядка не было, нет. Но и не было до тошноты чисто, как всегда требовал Сону. Эта комната очень подходила… хозяину.       — Это твоя спальня? — шёпотом спросил Тэхён, догадавшись.       — Теперь твоя. Не бойся. Стёкла пуленепробиваемые и самая надёжная охрана, какая только может быть.       Тэхён оглянулся и даже выглянул в окно, в поисках охраны, о которой говорил Чонгук. А тот, заметил это, фыркнул и тихо рассмеялся.       — Я лично буду тебя охранять. Моя комната рядом. Тэхён, тебе достаточно будет меня позвать. Я услышу, даже если ты просто подумаешь.       Тэхён увидел своё отражение в зеркале и застыл. Ужас! И это слабо сказано. Тёмные круги под глазами, синяк на скуле, припухшая губа, всклокоченные волосы и запёкшиеся разводы крови на шее. Чонгук словно прочитал его мысли и мягко подтолкнул к дверям, сливающимися со стенами комнаты.       — Это гардеробная, а это ванная. Можешь принять душ и переодеться. Всё в твоём распоряжении. А я буду на кухне. Как закончишь, спускайся, — сказал Чонгук и вышел, прикрыв за собой дверь.       А Тэхён ещё некоторое время стоял и хлопал глазами, не понимая, что происходит. Почему этот альфа так внимателен к нему? Разве такое бывает? Посторонний человек проявлял к нему больше заботы и внимания, чем проявлял собственный муж. Тэхён искренне не мог поверить, что происходящее с ним сейчас было на самом деле. Слишком много странностей ощущал Тэхён после встречи с Чонгуком и очень хотелось понять мотивы такого поведения.       Тэхён выбрал себе домашний костюм в клетку, отметив, как много на вешалках висело новой одежды с бирками. Чонгук был намного крупнее его, но то, что он утонет в толстовке или штаны будут сваливаться, сейчас волновало меньше всего. Тэхён потянул на себя ручку ванной комнаты и… попал в настоящий эстетический рай для экстремалов!       Панорамное окно от пола до потолка заменяло одну стену. Оно было таким тонким и незаметным, что казалось, будто его и вовсе не было и Тэхён стоял на краю обрыва. В первое мгновение прозрачность стены вызвала легкое головокружение. Он боязливо шагнул вперёд и замер в восхищении, любуясь лениво плывущими по небу облаками и тем, как в пушистой хвое прятались лучи солнца. Это было невероятно красиво.       Сначала Тэхён думал, что примет только душ, но, увидев ванну, вмонтированную в пол напротив прозрачной стены, не удержался перед этим великолепием. Набрав воды, он бросил одну бурлящую бомбочку в воду и погрузился в негу и комфорт. Тёплая вода и аромат лаванды обволакивали и успокаивали. Удивительное ощущение идеальности всего происходящего накрыло с головой.       Как только вода начала остывать, Тэхён вылез из ванны, помыл волосы, сполоснулся под тропическим душем и вытерся удивительно пушистым полотенцем. На кухне появился уже совершенно другой человек — посвежевший и расслабленный.       Тэхён замер, заворожённо любуясь, как Чонгук ловко орудовал ножом, нарезая зелёный лук и складывая аккуратной горкой на разделочной доске. Затем Чонгук высыпал на ладонь чёрный перец горошком и кориандр… и просто размельчил их руками! Он пару раз с усилием провернул ладони, превращая специи в пыль, и приправил им самгёпсаль на гриле, встроенном в стол.       — Чем помочь? — предложил Тэхён.       — Можешь накрыть на стол. Тарелки и палочки там. — Чонгук кивнул на тумбу под кухонным островом.       Альфа продолжал творить чудеса на кухне. Как по взмаху волшебной палочки на столе начали появляться блюда: в глубоких белых мисках чесночный суп из говяжьих ребер, пибимпап, кимчи и маринованные баклажаны, жареные куриные крылышки на шпажках и рисовые палочки токпоки с сыром.       — Как? — Тэхён ошарашенно смотрел на всё это. — Когда ты всё это успел приготовить?       — Я только лук порезал и поджарил яйцо для пибимпапа. Готовой едой забил холодильник Юнги — муж Чимина. Нам нужно только всё это разогреть, — пояснил альфа. — Садись, я всё сделаю сам.       — Зачем тебе всё это?       Тэхён, конечно, очень рад был находиться рядом с Чонгуком, под его надёжной защитой, но всё же некоторые настораживающие мысли даже в его дурную голову приходили.       — Что «это»?       — Ну, обуза в виде меня.       — Ты не обуза, — резко выпалил Чонгук, — даже не смей думать об этом.       — Просто я не понимаю.       — А ответ, что я просто хочу помочь, тебя устроит? — спокойно ответил Чонгук, и у Тэхёна даже не возникло никакого желания строить из себя гордого и независимого омегу.       Искренность этого альфы пробила все стены, которыми Тэхён окружил себя, спасаясь от боли и страха. Глаза напротив сияли мучительной нежностью. Тэхён посмотрел в них и… пропал. Один взгляд в глаза Чонгука уносил в открытый космос. От волнения у Тэхёна пересохли губы, и он провёл по ним языком, вызвав грудной рык у альфы, глаза которого становились всё ярче, а расстояние между губами всё меньше…       — Кхм-кхм. — Тэхён услышал покашливание и слишком резко отпрянул от Чонгука, вернувшись на землю. — Кажется, мы не вовремя?       На них с виноватой улыбкой смотрел Чимин — тот самый альфа, который остался в доме смотрителя, чтобы разобраться с отморозками, и незнакомый Тэхёну омега.       — Тебе кажется, — бесцеремонно заверил омега, выходя из-за спины альфы. — Смотри, как обрадовался Гуки.       Чонгук взял нож со стола и воткнул его в разделочную доску. Омега даже бровью не повёл на его угрожающий выпад, только сморщил нос, принюхиваясь. Он небрежно бросил хозяину дома: «У тебя мясо горит», направился прямиком к Тэхёну. Тот протянул руку в ожидании рукопожатия, но омега схватил её и, рванув к себе, заключил в сокрушительные, душевные объятия.       — Наконец-то ты с нами! — воскликнул он. — Давай знакомиться, я Юнги — муж Чимина.       От такого радушного приветствия Тэхён сперва опешил и замер истуканом в объятиях, а потом… дрогнул. Было такое чувство, что он встретил старого друга, с которым не виделся несколько лет. Омега был очень доброжелательным и… немного беременным. Точнее очень беременным. Именно большой живот и помешал Юнги задушить Тэхёна в крепких объятиях.       — Гуки, прости, Юнги решил именно сегодня познакомиться с Тэхёном. Сам понимаешь, с ним сейчас спорить бесполезно.       — Не сейчас спорить бесполезно, а вообще со мной спорить бесполезно. А всё почему? — Юнги выжидательно посмотрел на своего мужа.       — Потому что ты прав? — неуверенно предположил тот.       — Не просто прав, а всегда прав! А почему мы до сих пор стоим в дверях? Чонгук, ты собираешься кормить свою пару или ты выставил всё это на стол только чтобы полюбоваться? Ты посмотри, какой он у нас худенький. Не то что я. — Голос омеги дрогнул, и на глазах вдруг показались слёзы.       — Юнги, ну ты чего? — всполошился Чимин. — Ты же скоро родишь. В прошлый раз ты буквально за пару недель восстановился.       — Это-то и есть самое обидное. Ладно если бы не знал, но второй раз так вляпаться! Ведь когда рожал Юнми, кричал, что больше я в роддом ни ногой, но этот наглец, — Юнги ткнул пальцем в Чимина, — мне мозги запудрил, очаровал, и вот — я опять толстый. И дышать тяжело, и ходить трудно, и обувь самому не зашнуровать, и есть я всегда хочу.       — Ну какой же ты толстый, просто ты беременный. Это нормально — набирать вес, — попытался успокоить омегу Чонгук.       — Это ненормально! Нормально набирать пятьсот грамм в неделю, а не как я, килограммами. Господи… как я хочу есть! — Со слезами на глазах Юнги посмотрел на накрытый стол.       — Чего же мы ждём? — Тэхён дёрнулся к столу. — Давайте садиться быстрее. Мы вдвоём всё равно бы это не съели.       Чимин и Юнги переглянулись и… не сдержались, рассмеялись в голос, а Тэхён искренне не понимал, что так их развеселило.       — Ты просто ещё не знаешь его аппетита, — шепнул Юнги на ухо Тэхёну, смахивая слёзы от смеха. — Он ест, как волк!       Чимин подошёл к своему мужу, притянул к себе за талию, и Юнги с готовностью откинул голову, позволяя ему уткнуться носом в шею. Альфа втянул его запах.       Тэхён опустил взгляд, чувствуя, как щёки залил румянец смущения. Слишком уж интимным был этот жест, но безумно захотелось и самому ощутить сильные руки на своей талии, чтобы так же скользили носом по его телу, вдыхая аромат. Тэхён украдкой посмотрел на Чонгука.       — Не слушай их, — со странным блеском в глазах сказал он и выдвинул стул, приглашая Тэхёна к столу. Сам сел рядом. Напротив сели Чимин и Юнги.       Тэхён любовался этой парой, так идеально и гармонично подходивших друг другу. Чимин был примерно такой же, как и Чонгук — подтянутый, накачанный, но ровно настолько, чтобы не потерять гибкость. В нём не было той тяжёлой подавляющей силы, что исходила от Чонгука. Аура Чимина ощущалась иначе. Он был как зверь — не тот, что рычит и давит мощью, а тот, что уже выбрал цель и просто шёл к ней. Тихо. Уверенно. Без суеты. Модельная внешность была обманчива: слишком красивый, слишком аккуратный, слишком спокойный. Но за этим спокойствием чувствовалась сила, скорость и мгновенная реакция. Настоящий хищник.       Юнги был полной его противоположностью. Совсем другой. Светлый, словно сотканный из мягких линий и ленивых кошачьих жестов. Светлые волосы пушились, падая на лоб, глаза прищуривались с хитрым, почти насмешливым выражением. Он и правда напоминал кота — избалованного, умного, прекрасно знающего, что весь мир крутится вокруг него. Его округлившийся живот лишь подчёркивал это впечатление: Юнги умел пользоваться своим положением виртуозно, одним взглядом заставляя всех окружающих выполнять любое его желание.       Тэхён с удивлением ловил себя на мысли, что в этой паре именно беременный омега был центром вселенной. Чимин существовал вокруг него: подстраивал шаг, пододвигал стул, следил за тем, как он ест, незаметно подкладывая самые вкусные кусочки, поправлял подушку под спиной, чтобы мужу было удобно сидеть. Чимин дрожал над Юнги так, как дрожат над самым ценным, что есть в жизни. Над тем, что страшно потерять даже в собственных мыслях.       — У них уже дети есть? — стараясь, чтобы его не слышала влюблённая парочка, поинтересовался Тэхён.       — Да, есть — сын Юнми, он еще совсем маленький, скоро будет церемония тольчаби, — так же тихо ответил ему Чонгук.       — Ты приглашён. Это даже не обсуждается, — категорично заявил Юнги и пихнул мужа в бок.       — Крепись, Тэхён, — улыбнулся Чимин. — Юнми тебя с ума сведёт. Самый непоседливый ребёнок, которого я только видел. Весь в папу.       Тэхён наблюдал, как Чимин и Юнги начали в шутку спорить, в кого у их ребёнка такой несносный характер, и улыбался от души, потому что атмосфера, царившая за столом, была безумно тёплой. С каждой минутой он прикипал к этим людям и уже стал ощущать себя частью их большой и дружной семьи. Удивившись своим ощущениям, Тэхён посмотрел на Чонгука и увидел его улыбающиеся глаза, которые с нежностью наблюдали за ним, словно он ощущал то же самое.       Одно не давало Тэхёну покоя. Он так и не знал, чем всё закончилось там, в доме смотрителя. Ведь Чимин остался один с четырьмя тренированными охранниками Сону. Тэхён бросал украдкой на альфу взгляды, пытаясь разглядеть хоть какие-то следы повреждений, ссадины или синяки. Ни-че-го! Даже сбитых костяшек на руках. В конце концов он не выдержал и задал вопрос, который так мучал его:       — Чимин, а что стало с теми… — Тэхён замялся, мучительно подбирая слово, с сожалением подумав, что своим любопытством испортил атмосферу вечера.       — Ушлёпками? — не церемонясь в выражениях, подсказал Юнги, нарезая ножницами на маленькие кусочки свинину с гриля.       Похоже, он был в курсе всего произошедшего и не сомневался, что муж в одиночку справится с четырьмя отморозками.       — У нас в посёлке есть своё отделение полиции. Сдал их туда. Посидят там в камере до выяснения всех обстоятельств, — ответил Чимин и посмотрел пристально на Чонгука, словно хотел получить одобрение своего решения. Тот лишь едва заметно кивнул, соглашаясь с действиями Чимина.       Тэхён с замешательством обвёл взглядом всех, кто сидел за столом. Нервы были натянуты до предела, не давая ему возможности вздохнуть нормально. Он меньше всего хотел оказаться причиной неприятностей для Чонгука или его друзей, но, помимо воли, произошло именно это. Теперь эти люди будут вынуждены разгребать кашу, которую он заварил. Ему хотелось провалиться сквозь землю или, на крайний случай, залезть под стол.       — Ты не хочешь рассказать, что им нужно было от тебя? — осторожно спросил Чимин. — Мне они так ничего не рассказали. Как только у одного оказалась сломана челюсть, остальные вдруг стали совсем невменяемые. Умоляли их пощадить, утверждали, что обычные исполнители и действовали по приказу.       — Если хочешь, можешь воспользоваться пятой поправкой, — с умным видом предложил Юнги, сложив руки на животе. — Ты можешь не свидетельствовать против себя.       — Милый, мы не в США, у нас это так не работает. И потом, мы не в суде…       — А я подумал, что именно там. Ты почему накинулся с допросом на бедного мальчика? — Юнги замахнулся на мужа и шлёпнул его по плечу. — Забыл, что не на работе?       — Всё нормально. Мне действительно нужно вам всё рассказать. — Тэхён замолчал, и его начала бить мелкая дрожь.       А Чонгук… Он незаметно под столом взял его за руку и слегка сжал, словно сказал «не бойся, я с тобой». Тэхён шумно выдохнул. С такой поддержкой говорить сразу стало намного легче.       — Этих людей прислал мой муж. Один точно работает на него. Он следил за мной в день побега.       — Ты сбежал от собственного мужа? — оживился Юнги и цокнул от восхищения.       — Да, — признался Тэхён и зажмурился.       Он ждал, что сейчас Чонгук уберёт свою руку и отодвинется от него. Но ничего подобного не происходило. Тот, наоборот, переплёл пальцы ещё сильнее, придавая Тэхёну уверенности и сил продолжить свою исповедь.       — Я просил Сону дать мне развод. Хотел развестись, как цивилизованные люди. Но Сону… Он избил меня и запер на всю ночь в бойлерной. Вы хотите спросить, как меня угораздило выйти за него замуж? Если да, то ответа на этот вопрос у меня нет. Я и сам не знаю, но в чем я не сомневаюсь, что Сону ни за что бы не отпустил меня. Продолжил бы издеваться, только ещё извращённее. Поэтому, как предоставилась возможность — я ей воспользовался.       Признавшись, Тэхён ощутил такую лёгкость, будто огромная плита упала с плеч и он наконец вздохнул свободно.       — Красавец! — восхищённо воскликнул Юнги. — И давно ты скрываешься?       — Сегодня ровно неделя.       — Ты сбежал без денег и документов? — прищурясь, уточнил Чимин.       — Все мои карты муж заблокировал перед отъездом, а документы запер в сейфе, — пояснил Тэхён.       — Уверен? — Чонгук нахмурился. — Как же тогда тебе на счёт поступили деньги?       — Не понимаю. Вы о чём? — нахмурился Тэхён.       И Чонгук рассказал Тэхёну, что во всех полицейских участках, благодаря обвинениям Юн Сону, есть на него ориентировка.       — Бред какой-то. Я не делал этого! — дрожащим от обиды голосом сказал Тэхён. — Единственные деньги, которые у меня были с собой — это расчёт наличкой, который я получил на работе. Ни карт, ни телефона, ни ID у меня с собой не было.       — Разберёмся, — заверил Чимин.       — А давайте разбираться мы будем завтра. Для Тэхёна день и так был очень сложным, а если Джин узнает, что вы его пытали расспросами весь вечер, то кому-то точно не поздоровится. — Похоже, что Юнги знал, чем угрожать бесстрашным альфам, те сразу потеряли интерес к Тэхёну, зато с преувеличенным вниманием начали изучать содержимое своих тарелок.       — Тэхён, ты почему не ешь? Не нравится? — поинтересовался Юнги.       — Просто аппетит что-то пропал. Ты только не бери это на свой счёт. Всё было очень вкусно! Жаль, что я так не умею готовить, — признался Тэхён и покраснел, вспомнив, какой провальный ужин он устроил для партнёров супруга.       И настроение сразу испортилось, стоило только вспомнить, как унизил его Сону на том ужине. Чонгук словно прочитал его мысли, и они ему явно не понравились. Он с шумом выдохнул и до побелевших костяшек сжал в руках нож. Тэхён притих, испугавшись такой реакции. Он, конечно, не очень долго знал Чонгука, но такой взгляд видел только однажды. Когда тот ворвался в комнату и увидел Тэхёна, висящего на крюке. Точно так он рычал на тех подонков, которые посмели его обидеть.       — Сдурел? — Юнги кинул в Чонгука смятую салфетку. — Ты напугал Тэхёна. Ты что? Даже не видишь этого. Перестань злиться, возьми себя в руки. Никто Тэхёна сейчас не обижает.       Похоже, Юнги очень хорошо знал альф и умел с лёгкостью расшифровывать каждый вздох, каждый рык не только мужа, но и Чонгука. И Тэхён вдруг захотел научиться так же. Захотелось понять, чего же хочет на самом деле Чонгук.       — Прости, — хрипловатым голосом проговорил альфа и провёл ладонями по своим волосам. — Я не хотел.       Юнги остался довольным его извинениями. Он тут же переключился на Тэхёна и поспешил успокоить:       — Подумаешь, трагедия века — не уметь готовить. Это совсем несложно. Хочешь, я научу тебя?       — Правда? — Тэхён замер, не донеся палочки до рта. — Научишь?       — Конечно. Прямо завтра и начнём.       Тэхён с облегчением осознал, что никто за столом не собирался потешаться над его неумением или высмеивать его внезапно возникшую тягу к кулинарии. И ему вдруг очень захотелось научиться готовить что-то особенно вкусное, чтобы Чонгук ел, уминая за обе щеки, а он кормил его, точно так, как делали это только что Чимин и Юнги. От картинки, которая очень живо возникла перед глазами, вдруг стало жарко. Тэхён постарался отвлечься от собственных мыслей, опустив взгляд в тарелку, но почувствовал, как уши предательски вспыхнули, и поспешно отпил воды, надеясь, что никто этого не заметит.       Чонгук медленно опустил руку под стол. Он коснулся его ноги совсем чуть-чуть, к тому же через штаны, но Тэхёна как будто током ударило. Он смутился ещё больше и тут же инстинктивно повернул голову к Чонгуку.       — Я съем всё, что ты мне приготовишь, — тихо произнес он, заставив его покраснеть ещё гуще, проклиная его проницательность. — Ты устал? Если хочешь… я провожу тебя в комнату?       — Нет. — Тэхён покачал головой. — Мне… хорошо.       Сказать «рядом с тобой» он не решился.       Юнги вздохнул, отодвинул тарелку и вдруг облокотился на стол, задумчиво щурясь:       — Дорогой, — произнёс он, — кажется, нам пора уходить.       — Почему? — искренне удивился Чимин, быстро подхватывая ещё один кусок мяса с гриля.       Омега указал пальцем на Чонгука с Тэхёном:       — Потому что у этих двоих энергия такая, что мне, беременному, находиться в зоне поражения опасно.       Тэхён выдохнул от смущения, а внутри медленно растекалось чувство, не поддающееся идентификации. Чонгук, напротив, гордо расправил плечи, явно не собираясь спорить. Тэхён поймал себя на крамольной мысли, что очень рад тому, что в его жизни появился такой человек — спокойный, заботливый и понимающий с полуслова. Потому что было в этом альфе что-то очень правильное. Гармоничное. То, чего ему не хватало раньше. И видит небо, ему очень хотелось остаться рядом с Чонгуком… и никуда не уходить.

***