Нулевой Элемент

      Инцидентов с новоприбывшей больше не происходило. С момента нападения на меня и Лиару она не приходила в сознание. Первое время это вызывало тревогу, но азари предложила поддерживать её организм питательными растворами, погрузив в медикаментозный сон — по крайней мере, до прибытия на Цитадель.       «Нормандия» тем временем взяла курс на Иден-Прайм. Командование настаивало на немедленном визите в колонию после сообщений о повышенной активности Цербера в регионе. Если их деятельность имела отношение к марсианским находкам, каждая минута была на счету.       Добрались до Иден-Прайм за несколько дней — Скопление Исхода находилось ближе всего к ретранслятору Солнечной системы. Под прикрытием «Нормандии» я высадилась на поверхность с лейтенантом Вегой и Лиарой. Колония оказалась пустынной — война добралась и сюда, а Цербер, воспользовавшись хаосом, успел закрепиться в ключевых точках. Приказ был ясен: найти и захватить артефакт, обнаруженный ими.       Сопротивление началось сразу после высадки. Постепенно продвигаясь вглубь колонии, мы пробивались к цели, оставляя за собой лишь мертвые тела.       Каково же было наше удивление, когда вместо ожидаемого протеанского артефакта мы обнаружили стазис — капсулу с живым протеанином внутри. Вскрыв капсулу, мы пробудили представителя древней расы. Жаль было потраченного времени — он ничего не знал об устройстве чертежи которого обнаружили на Марсе, но заполучить союзника, сражавшегося против Жнецов, было бесценно. После доклада командованию мы немедленно направились к Цитадели.       Рориту Янг переместили в каюту за медотсеком — решено было оставить её на борту до тех пор, пока Лиара не попытается установить контакт и выяснить обстоятельства её появления.       На Цитадели Уильямс доставили в госпиталь Гуэрта, а я отправилась на заседание Совета — просить подкреплений для Земли. Как и ожидалось, политики отказали — каждая раса сражалась со Жнецами на своих фронтах, и никто не хотел ослаблять оборону. Чёрт! Хотя бы согласились изучить чертежи, извлечённые из того проклятого дроида Цербера... После заседания состоялся неприятный разговор с Удиной в его офисе. На Совете он скромно молчал, зато наедине выдал целую тираду о моей "недипломатичности". Нашу милую беседу прервал советник Квентиус — единственный, кто предложил реальную помощь. Турианский флот в обмен на спасение примарха Федориана с луны Палавена. Блестящая возможность.       Перед отлётом я навестила Уильямс в госпитале. Она уже пришла в себя и, к счастью, ничего не знала о нашем таинственном пассажире. Там же я встретила доктора Чаквас — пригласила её вернуться на борт. Доверяла ей и Лиаре больше всех на корабле. К счастью, она согласилась.       Родственников Рориты Янг найти не удалось — все либо погибли, либо пропали без вести после вторжения. Сестре, Ноа Янг, я оставила сообщение — вдруг прочтет. Цитадель изменилась до неузнаваемости. Прежде упорядоченный и спокойный центр галактики теперь был переполнен беженцами всех рас. Зал прибытия больше напоминал лагерь для перемещённых лиц — повсюду люди искали близких, надеясь на чудо. Война не пощадила никого.       Для дозаправки и подготовки экипажа нам пришлось ненадолго задержаться на Цитадели. Я заказала необходимые припасы, медикаменты, а также дополнительную униформу для нашей "вторженки". Лиара в это время готовилась к предстоящему разговору с девушкой, а мы посвятили в ситуацию доктора Чаквас.       Доктор немедленно отчитала нас за решение держать Рориту под седативами, справедливо указав на опасность таких методов для здоровья. В течение нескольких часов ей удалось не только привести пациентку в сознание, но и установить с ней доверительный контакт. Из докладов EDI и Чаквас я поняла, что доктор старательно избегала в разговорах любых тем, связанных с временными промежутками, и убрала из поля зрения девушки всё, что могло выдать даты. Все посвященные в ситуацию пришли к соглашению: пока с Роритой не поговорит Лиара, необходимо любыми средствами удерживать её в неведении о реальном положении дел в галактике.       Постепенно девушка начала чувствовать себя свободнее. Чаквас даже уговорила её на установку современных имплантов для перевода и использования омни-тула, однако я настояла на том, чтобы повременить с операцией. Давать Янг доступ к экстранету сейчас, на мой взгляд, было крайне преждевременным и опасным решением. Доктор не стала спорить, объяснив пациентке, что для установки имплантов требуется разрешение руководства, и мы пока ждём одобрения. Такой ответ, к счастью, её устроил.