Нулевой Элемент

      Едкий запах гари резко ворвался в нос пробуждая. Похоже, лейтенант решил попрактиковаться в роли повара. Обычно он готовил вполне сносно, но сегодня явно был не в своей тарелке.       — Джеймс, ты всегда готовишь завтраки не у себя? — поморщилась я, ненавидя запах горелого мяса. Он навевал слишком свежие и неприятные ассоциации.       — Лола, а ты, смотрю, в хорошем настроении сегодня. Как спалось? — он пытался звучать бодро, но в голосе слышалась фальшь.       Спалось ужасно. Видения с Цитадели, пронизанные красным светом и криками, не отпускали всю ночь. И теперь этот запах паленого лишь усиливал тошнотворное чувство. Но говорить ему об этом? Нет уж.       — Бывало и лучше, — потянулась я, делая вид, что разминаю затекшие мышцы. — Но почему ты решил завтрак превратить в угли?       — Черт, вот же ж зараза, не углядел, — он с виноватым видом отодвинул сковороду. Я встала и оделась, направляясь к графину с водой. И заметила: Вега может и улыбался, но держался от меня на почтительной дистанции. Он старался делать это непринужденно, но инстинкт самосохранения выдавал его с головой. Было некомфортно находиться в одном помещении с человеком, который боится даже случайного прикосновения.       — Может, прогуляемся? Дома душно, заодно и позавтракаем не углями, — предложила я, делая вид, что не замечаю его неуклюжих уклонений.       — Отличная идея! Мне как раз надо захватить пару вещей, зайду за новым обвесом для винтовки, — он почти выскочил из квартиры, оставив меня одну.       Я быстро прибрала следы его кулинарного провала и вышла, заблокировав дверь. Вега уже ждал снаружи.       — Предлагаю сначала перекусить, а потом ты — за обвесами, а я — за новыми вещами. Хочу обновить гардероб, раз уж я тут, похоже, надолго, — сказала я как можно более непринужденно.       Он поднял бровь, и фальшивая улыбка мгновенно сошла с его лица.       — Почему ты думаешь, что останешься тут надолго? — мы неторопливо шли вдоль жилой зоны, он шел, сложив руки на затылке, но его взгляд был пристальным и настороженным.       — После вчерашнего инцидента с клоном я очень сомневаюсь, что меня ждет радушный прием на «Нормандии», — пожала я плечами, стараясь говорить буднично, но внутри все сжималось.       — Брось, люди быстро забывают. Да и кто из нас не умирал на миссиях? Думаешь, мы настолько впечатлит... — он не успел договорить.       Я не выдержала. Со злостью, почти рефлекторно, резко протянула к нему руку — не чтобы ударить, а просто от отчаяния. И он среагировал мгновенно. Как дикий кот, он отпрыгнул от меня, как от огня, задев плечом стену. В его глазах мелькнул тот самый животный ужас, который я видела на записи.       [Вот он. Твой верный друг. Смотри, как он тебя боится] — ядовито прошипела Лола у меня в голове.       — «Брось», говоришь? — мой голос дрогнул от ярости и обиды. — Это что, твоя дурацкая шутка, которая затянулась? Или ты правда с тех пор боишься даже подойти ко мне ближе чем на три метра?       — Слушай, Лола, дело не в этом... — он попытался оправдаться, но я его перебила.       — В чем тогда? Говори!       — Я не хотел... Мне нужно время все проанализировать! — он сглотнул, избегая моего взгляда. — Да, я не самый большой мыслитель. И да, Лиара к тебе уже прикасалась, но она азари! А ты... ты вчера... — он замолчал, не в силах подобрать слова. — Я до сих пор слышу эти крики. Это было ужасно. Я не знаю, что это было, но я видел, как ты... — он не договорил, но по его лицу было все ясно.       Мне стало гадко. Ситуация давила все сильнее. Доверие, однажды потерянное, вернуть невероятно трудно. Но вчера Касуми была со мной в прямом контакте, и ничего не произошло. Это доказывало, что я не несу угрозы каждому, кто ко мне прикасается.       Поразмыслив, я решила раз и навсегда поставить в этом точку.       Я резко остановилась и обернулась, поймав взгляд Джеймса. Он замер на мгновение, удивленный. Этого мгновения мне хватило. Вспышкой синего света я телепортировалась ему за спину и, прежде чем он успел среагировать, сковывающим полем стазиса обездвижила его руки и туловище.       [Зачем? Он уже показал, кто он. Слабый. Трусливый] — прошипела Лола, но я проигнорировала ее. Мне хотелось вернуть если не все, то хотя бы часть того доверия, что было между нами за время тренировок. За то время, что он присматривал за мной, я к нему привыкла.       — Эй! Что это, Лола? Отпусти! — он попытался вырваться, но поле лишь гудело, мягко, но неумолимо удерживая его.       Я медленно обошла его, глядя в широко раскрытые глаза. Затем убрала поле и, сделав глубокий вдох, прикоснулась пальцами к его щеке. Он дёрнулся, ожидая боли или чего похуже, но, поняв, что жив и невредим, замер, глядя на меня с немым вопросом.       — Вроде и не страшно, да? — я позволила себе легкую улыбку и похлопала его по щеке, снимая напряжение.       — Ты сама не была уверена, какой эффект это окажет, — пробурчал он, но уже без прежней паники. — Умирать от глупых экспериментов не входит в мои планы. Отпусти уже…       Я ослабила поле, позволив ему наконец свободно двинуться, хотя внутри всё еще клокотала обида на его утренние «фокусы».       — Ну, на самом деле, еще вчера я была в самом тесном контакте с Касуми, и она жива-здорова, — я не удержалась от легкой насмешки, — а ты предпочел трусливо держаться подальше.       Он цокнул языком, но видно было, что камень с души упал и у него. Мы молча продолжили путь до ресторана.       Заказав еду, Джеймс, кажется, решил наверстать упущенное и выложить все вопросы, что копились у него все это время.       — Вот, я в корне не понимаю, — начал он, даже не проглотив первый кусок. — Док живет больше ста лет, матриархи азари — сильнейшие биотики… Но то, что ты вытворяешь, вообще ни в какие рамки не лезет! Меня, честно, радует, что такой силой владеет именно человек, да еще и не на стороне Жнецов. Ты ведь даже не обучалась толком?       — Лиара предполагает, что всё дело в мощном облучении нулевым элементом, — пожала я плечами, ковыряя вилкой еду. — И в том, что я использую биотику… естественно. Не выделяя ее как нечто особенное. Я просто очень быстро представляю то, что хочу сделать, и тёмная энергия реагирует. С тобой я тренировала именно ощущение внутренней силы, чтобы атаки были сильнее, быстрее и меньше выжимали из меня все соки. Сложно объяснить… — Я поморщилась. Всё это всё ещё плохо укладывалось в голове, ломая привычную картину мира.       — Ладно, с атаками хоть как-то понятно, — не унимался Джеймс. — Но твои барьеры? Эта твоя вечная «вторая кожа»…       — Ах, это… — я на секунду задумалась, подбирая слова. — Это больше на уровне инстинкта. Мой естественный щит. Его трудно заметить, пока в тебя не начинают стрелять. Именно благодаря ему я выжила, когда вы пытались меня расстрелять при первой встрече. Вега замер с полной ложкой у рта и сделал виноватое лицо.       — Я не знал… Был приказ. Говорили, ты шпионка Цербера, — он нервно отложил вилку. — Глупое оправдание, знаю.       — Я тебя не виню. Дело прошлое, — я махнула рукой, а затем, поймав его взгляд, решила продемонстрировать. Сконцентрировавшись, я попыталась обвить его руку невидимым силовым полем. Энергия дрогнула, отозвавшись неровной, едва заметной дрожью в воздухе. — Видишь? Себя я закрываю автоматически, это как вторая кожа. А вот чтобы прикрыть тебя, нужна концентрация. Ты двигаешься, и щит должен двигаться с тобой, а это сложно. Он не идеален, я всё равно могу получить повреждения, даже закрываясь. Если очень постараться, могу его уплотнить и расширить, но на это уходит куча сил и времени, и атаковать в ответ уже не получится.       Вега улыбнулся, но в его улыбке читалась тревога.       — Я видел, что тебе не обязательно так плотно накладывать защиту. Не говоря уж о том, что ты выдержала атаку Жнеца. До этого прямые попадания таких машин оставляли от биотиков только пепел. — Он допил остатки кофе из кружки, и мы, рассчитавшись, двинулись дальше.       Его слова задели за живое. Он восхищался моей силой, даже не подозревая, какой ценой она давалась.       — Да, здорово все это, — ответила я, и мои собственные слова прозвучали горько. — Но прямые схватки со Жнецами для меня — путь в одну сторону. Скорее всего, мой организм откажет быстрее, чем начнется битва за Землю.       Он вдруг резко остановился и развернул меня за плечо, чтобы посмотреть в глаза.       — О чем ты? — в его голосе прозвучала неподдельная, грубая озабоченность. Такая, какая бывает, когда речь идет о чем-то действительно важном.       И я не выдержала. Слова полились сами, сдавленные и откровенные.       — После моего столкновения со Жнецом я достигла своего предела. Мое тело было... перегружено темной энергией. Внутренние кровотечения, отказ органов. Мне сделали пересадку почти всего, кроме сердца. — я говорила быстро, глотая воздух, не в силах остановиться. — Это не излечимо. По словам врача, которая меня спасла, новые органы в итоге тоже откажут. Чем дольше я буду использовать биотику, тем быстрее я дойду до... — я замолчала, не в силах выговорить конец этой фразы, и махнула рукой. — Но сказали, что я еще поживу.       Я наблюдала, как его глаза округлялись все больше, а привычная уверенность таяла на глазах, сменяясь шоком и растерянностью.       — Но... доктор Чаквас говорила, что в целом ты в порядке... — пробормотал он, ища опровержение.       — Сканер на «Нормандии» может упускать важные детали, — пожала я плечами, стараясь казаться равнодушной. — Вчера я снова приблизилась к своему пределу. Слишком часто использовала расщепление. Способ эффективный, но слишком затратный. В момент, когда напала клон, я уже кашляла кровью и чувствовала, как тело отказывает. Тогда и произошло... то самое. Каким-то образом образовалась синергия, и нас затянуло в этот купол. Сила просто хлестала из меня, а потом... я словно попала в другое пространство. Наподобие того кокона, из которого вы меня вытащили в лаборатории. Клон была от меня на расстоянии, и я клянусь, не понимала, что с ней происходит. Когда она исчезла, а энергия вернулась ко мне... я почувствовала себя намного лучше. — Обычно я не была столь словоохотлива, но сейчас мне отчаянно хотелось выговориться, выплеснуть этот груз. Стало чуть менее страшно. — После встречи со Жнецом я смогла поглотить часть энергии его луча и теперь могу использовать ее в атаках. Но после всегда накатывает слабость. Чем сильнее концентрация, тем быстрее я достигаю своего предела. Меня пугает, что однажды я неосознанно причиню вред кому-то из команды, потеряв контроль.       Джеймс слушал, не перебивая, и его лицо стало серьезным, собранным. В его глазах читалась не жалость, а решимость.       — Ты была в больнице после вчерашнего? Говоришь, тебе стало лучше — может, сходим прямо сейчас, узнаем, что именно произошло? — предложил он, и в его голосе снова зазвучали знакомые командирские нотки. Я просто кивнула, внезапно почувствовав облегчение от того, что я не одна с этой тайной.       Остаток пути до больницы мы проделали в молчании, каждый погруженный в свои мысли. ***       В больнице Гурта мы нашли ту самую азари-врача, которая помогла мне ранее. Проведя осмотр, она лишь развела руками в легком недоумении. Следы поражения органов практически исчезли, будто их и не было. Однако содержание нулевого элемента в моей крови оставалось высоким для человека — не таким, каким оно было до пересадки, но все же. Врач была искренне удивлена и поражена тем, насколько идеально и быстро прижились имплантированные органы — такого в ее практике еще не случалось.       Выйдя из больницы, мы пребывали в полном замешательстве. Кроме стабильно повышенного уровня НЭ, я была полностью здорова. Как это вообще возможно? Я отчаянно пыталась не думать о том, что биотический резонанс, возникший при столкновении с клоном, каким-то чудовищным образом поглотил и усвоил ее тело, использовав его как ресурс для моего исцеления. Боль я по-прежнему не чувствовала, но даже сквозь это притупленное восприятие меня начинала леденеть мысль: а что, если после столкновения со Жнецами я смогу восстанавливаться только так? Ценой других жизней?       [Не отвергай дар. Ты выжила. Это главное] — прошептала Лола, но ее голос на этот раз звучал настороженно, почти так же встревоженно, как и я себя чувствовала.       — Ладно тебе, Лола, не зацикливайся, — Вега, видя мое подавленное состояние, похлопал меня по плечу. — Раз здорова, значит, можно и отметить. Давай в бар — пора наконец отдохнуть от этих нервных деньков.       — Да, пожалуй, я не против, — согласилась я, чувствуя, как нуждаюсь в чем-то, что отвлечет от мрачных размышлений.       Мы сели в его машину и поехали, болтая о пустяках — о том, как даже в отгуле приходится крутиться, и как было бы здорово наконец-то расслабиться и выпить. Джеймс привел меня в бар при казино «Серебряный берег». Пока он «ненадолго отлучился», я устроилась у барной стойки рядом с танцполом и заказала себе что-то покрепче.              Место было именно таким, какое любил лейтенант — шумным, полным жизни и азарта. Я медленно потягивала свой напиток, и тут краем глаза заметила знакомую фигуру. Это была капитан Шепард. Она сидела одна на балконе, нависавшем над танцполом, с задумчивым видом наблюдая за суетой внизу.       Мне захотелось подойти, поговорить, извиниться за вчерашнее... Но едва я собралась с духом, как чья-то рука мягко, но настойчиво легла на мою.       — Давай сегодня не будем им мешать, — сказал вернувшийся Джеймс и взглядом указал на противоположную сторону зала.       Там, прокладывая путь через толпу, шел Гаррус в своем неизменном, но на удивление галантном костюме. По его уверенной походке и направлению взгляда было абсолютно ясно, куда и к кому он направляется.              — Оу, я думала, капитан тут одна... Просто хотела поздороваться, — пробормотала я. — Но... да, ты прав. Мы же пришли отдыхать.       В этот момент музыка сменилась на страстное танго. И мы стали свидетелями того, как турианец, с присущим ему достоинством, протянул руку Шепард и, преодолев ее смущенное сопротивление, повел на танцпол.              — Похоже, зрелище будет забавное, — фыркнул Вега. — Пойду посмотрю поближе.       Он с ухмылкой направился к самому краю площадки. Я не стала его сопровождать, но тоже встала, чтобы лучше видеть. Сначала капитан явно нервничала и путалась в ногах, но затем, расслабившись, полностью отдалась ритму и движению. И, несмотря на то что они были представителями разных рас, смотрелись удивительно естественно и гармонично. В их каждом жесте, во взгляде читалось глубокое понимание, словно они были двумя частями одного целого.       — Знаешь, а они и правда хорошо смотрятся вместе, — тихо сказала я, чувствуя, как в горле предательски сжимается ком. Нет, я не скучала. Просто таких простых, спокойных и мирных эмоций в моей жизни давно не было.       Когда капитан с Гаррусом, закончив танец, ушли с площадки под аплодисменты, на паркете оказалась я. Подхваченная новой, веселой и ритмичной музыкой, я начала танцевать, стараясь отпустить все тревоги. И на мое удивление, ко мне через мгновение подошел Джеймс и с немного смущенной, но решительной улыбкой протянул руку.       — Могу пригласить тебя на танец? — с немного смущенной ухмылкой спросил Джеймс. Я кивнула, и он осторожно обнял меня за талию. Его движения были немного неуклюжими, но чувствовалось, что он старается и в то же время боится сделать что-то не так, быть слишком грубым.       Мы кружились под ритмичную музыку, и в какой-то момент окружающие, видя наш размах, расступились, давая нам больше пространства. Кто-то просто стоял и с улыбкой наблюдал, кто-то пытался повторять наши движения. Когда песня закончилась, мы, запыхавшиеся и смеющиеся, направились к барной стойке.       — Кто-то времени зря не теряет, а, Вега? — повернувшись на знакомый голос, я увидела Шепард и Гарруса. Турианец стоял сзади, обнимая ее. — Сегодняшний вечер, кажется, специально создан для пар, — теперь капитан улыбнулась лично мне. — Хотела пригласить вас обоих на вечеринку по случаю окончания отпуска и успешного решения... некоторых проблем. Через пару дней «Нормандия» заканчивает ремонт, и нам пора возвращаться к заданиям. Ну что, придете?       Она положила руку мне на плечо и наклонилась к моему уху, понизив голос до доверительного шепота:       — Ответ «нет» не принимается. Я хочу, чтобы ты там была.       Джеймс расплылся в широкой улыбке.       — Вечеринка? Это здорово! Обязательно придем. А тех, кто заартачится, притащим силой! — он многозначительно подмигнул мне. Я лишь покорно кивнула, все еще не до конца веря, что меня снова готовы принять в команду. Шепард и Гаррус, удовлетворившись ответом, растворились в толпе.       — Тебе придется нести за это ответственность, Джеймс, — я сделала серьезное лицо, хотя внутри все пело от облегчения. — Надеюсь, ты не пытаешься влюбить меня в себя своими танцевальными способностями?       Он громко рассмеялся, и его смех был таким искренним, что к моим щекам непроизвольно потянулись уголки губ.             — Как знать, Лола. Говорят, перед моим очарованием мало кто может устоять! — парировал он.       Мы провели еще несколько часов, выпивая и танцуя. Пару раз Джеймс пытался затащить меня за карточные столы, но я непреклонно останавливала его как и сама не пошла.       Домой мы вернулись глубоко за полночь. Вега, оглушенный выпивкой и усталостью, едва переступив порог, рухнул на мою кровать и моментально провалился в сон. Он уже не соображал, где находится. Я тщетно попыталась вытащить из-под него хотя бы уголок одеяла, чтобы устроиться на диване, но в итоге сдалась и прилегла рядом, накрывшись тем, что осталось. Сон накрыл меня почти мгновенно, смывая остатки напряжения этого долгого, странного, но в итоге удивительно хорошего дня.