Нулевой Элемент

Рорита       — Рори, приезжала бы ты чаще, — мама надула губы, пока мы шли по парковой аллее. — С твоей работой в лаборатории на Луне мы совсем перестали видеться. Ноа скоро совсем перестанет тебя узнавать.       — Мам, Альянс хорошо платит, и дает возможность работать над собственными проектами, — я старалась звучать убедительно, но внутри сжималось от тоски по дому. — Мы достигли большого прогресса. Если все будет хорошо, то… — я резко оборвала себя, вспомнив о строжайшем запрете делиться деталями исследований. — Всё будет хорошо.       Свежий ветер обдувал лицо, принося с собой чувство спокойствия. Но внезапно что-то тяжелое и твердое сдавило грудь, заставив меня задыхаться...       Я резко проснулась. Это был сон. Реальность оказалась не менее удушающей — Вега спал, схватив меня в охапку, как медвежонка. Его мощная рука лежала на моей грудной клетке, не оставляя пространства для дыхания. Выгадав момент, я с легким биотическим толчком оторвала его «лапищу» от себя.       Так как времени на покупки для обновления гардероба не нашлось, а вся моя одежда была безнадежно испорчена кровью, пришлось импровизировать. Надела форменные штаны с Нормандии, а сверху — рубашку Веги, завязав ее замысловатым узлом на талии.       Покрутившись перед зеркалом, я с досадой отметила, что скрыть голубое сияние вен под тонкой тканью практически невозможно. Отражение по-прежнему казалось чужим. Волосы, хорошенько отросшие, выглядели безжизненно: синий цвет на кончиках выцвел до болотно-зеленого, а каштановые корни доходили уже до середины длины. Вид был поистине жалким.       С решительным видом я направилась на кухню, взяла нож и ровно по границе натурального цвета срезала всю окрашенную часть. Стрижка получилась короткой, чуть короче плеч. Попытавшись кое-как уложить растрепавшиеся пряди и умывшись ледяной водой, я вернулась в комнату будить Джеймса.       — Если ты не встанешь сам, я вылью на тебя воду, — предупредила я, демонстративно подходя к кровати с полной кружкой в руках.       — Все, все, встаю... — застонал он, с трудом приподнимаясь. — У нас же отпуск, и вчера мы изрядно выпили. Почему ты выглядишь так бодро, если пили мы вместе? — Он недовольно сел на кровати, потирая виски. — И почему я у тебя? Мы что тут... ох... — Он поднес руки ко лбу, и я прервала этот поток несвязных мыслей.       — Мы тут просто спали. Кое-кто завалился по пьяни на мою кровать, а утром пытался меня задушить, как плюшевую игрушку, — сделав глоток холодной воды, я почувствовала, как остатки головокружения отступают.       — Фух, ну и славно, — он выдохнул с облегчением. — Я уж думал, что натворил делов. Ты так рано встала, потому что я спать мешал?       — Что есть, то есть. Хотела лечь на диван, но единственное одеяло было придавлено тобой, а вытащить его не представлялось возможным. А тут, знаешь ли, прохладно, — я выразительно закатила глаза. — Ох, моя голова... У тебя есть что-то от похмелья? Хотя, вряд ли... — он с трудом поднялся на ноги и, пошатываясь, побрел к выходу. — Скоро вернусь.       После его ухода в помещении стало пусто и тихо. Подойдя к дивану, я села, закинув ноги на край, и продолжила медленно пить воду из той самой кружки. Мысли о близости с кем-либо в моем нынешнем состоянии казались не просто абсурдными, а откровенно эгоистичными. А строить отношения на жалости... было бы еще ужаснее.       — Мне одной будет лучше, — слова сорвались с губ сами собой, но услышать их, кроме стен, было некому.       Время тянулось мучительно медленно. Я зарылась лицом в колени, уставившись в противоположную стену. Мысли роились одна за другой: как помочь команде, как предотвратить повторение ужаса с поглощением, как вообще бороться со Жнецами, если мое собственное тело — это бомба замедленного действия.       Единственным лучом надежды была возможность доступа к терминалу Цитадели. Но как именно этим воспользоваться и для чего на самом деле была создана эта гигантская станция, оставалось загадкой. В этих раздумьях я незаметно для себя погрузилась в тяжелый, тревожный сон: маленькая девочка в коляске плакала, а рядом с ней стояла моя мама и тщетно пыталась развеселить ее погремушкой...       Резкий, грубый стук в дверь вырвал меня из забытья. Я мгновенно вскочила, поспешно утерла лицо и подбежала к панели управления. Сердце бешено колотилось — кто это мог быть? Джеймс никогда не стучал так.       Дверь отъехала, и я замерла. На пороге стояли двое инопланетян, чей вид заставил кровь стынуть в жилах. Один — массивный кроган с брутальным, испещренным шрамами лицом, второй — протеанин, его черты были непроницаемо холодны. Оба выглядели так, словно пришли не с визитом, а на войну.       — Где Вега? — прорычал кроган, его голос звучал как скрип старой двери       Его движение было стремительным. Не дожидаясь ответа, он резко рванулся за спину, к оружию. Я инстинктивно выбросила руку вперед, пытаясь выстроить хоть какой-то барьер. Но его реакция была удручающе быстрой. Грохот выстрела из дробовика в упор оглушил меня.              Щит, сформированный в панике, не выдержал. Что-то горячее и острое впилось в плечо, срываясь с кривой траектории. Рука повисла плетью, а по коже разлилось тепло стекающей крови. Дробь не убила меня — защита все же поглотила основную силу удара,              — но ударная волна отбросила меня назад, вышибив воздух из легких.       — Не надо! — хрипло выкрикнула я, пошатываясь. Нужно было телепортироваться, уйти из-под удара, но адская боль и нарастающая тошнота сбивали концентрацию.       Кроган, видя, что я еще на ногах, с угрожающим ревом двинулся ко мне, перезаряжая оружие. Его маленькие глаза горели яростью, и в них мелькнуло нечто... странное. Не просто злоба, а почти что испуг, спровоцированный моей неестественной устойчивостью. Для существа его размера и силы такая реакция была более чем поразительной.       Пытаясь отползти, я снова почувствовала, как мир плывет. Ко рту подкатила тошнота, и меня вырвало, сковав судорогой.       — Где Вега? — его рык прозвучал прямо над ухом.       Я попыталась что-то сказать, собрать энергию для контратаки, но сознание уплывало, как вода сквозь пальцы. Темнота на краях зрения сомкнулась в плотную пелену, поглощая все. Последнее, что я успела отметить, — это как протеанин, до этого молча наблюдавший, наконец-то сделал шаг вперед, словно пытаясь остановить своего разъяренного напарника. Джеймс       — Эй, Лола, что за шум? — голос Веги прозвучал из коридора, прежде чем он сам появился на пороге с кофе и пакетом еды. — Явик? А ты какими судьбами? — его взгляд скользнул с протеанина на крогана, и улыбка мгновенно сошла с лица.       — Мы предположили, что твоя соседка могла тебя... нейтрализовать, — холодно, без тени смущения произнес Явик. Его взгляд аналитически скользил по комнате. — Я отследил твой энергетический след. Ты был здесь недавно, и твое состояние было... аномальным. А затем след оборвался. Учитывая видеоданные о ее способности к абсорбции при физическом контакте, вероятность твоего уничтожения оценивалась в 87%.       Вега, не слушая дальше, бросил пакет на пол и ворвался внутрь. Рекс в этот момент как раз поднимал безвольное тело Рори с пола. Ее лицо было залито кровью, а на видимых участках кожи проступали темные, почти черные синяки.       — Что ты, черт возьми, наделал?! — рыкнул Вега.       — Всего один раз выстрелил. Она успела среагировать — неплохо для такой малявки, — пробурчал кроган, но его голос потерял прежнюю уверенность.       Джеймс грубо оттолкнул руку Рекса и осторожно, стараясь не причинить еще большей боли, подхватил Рори на руки, чтобы перенести на кровать. Его пальцы искали пульс на ее шее — слабый, но стабильный.       — Зачем стрелять? В чем дело?! — его голос дрожал от ярости и ужаса.       — Похоже, ошибся, — кроган наконец начал оправдываться, разводя мощными руками. — Она была жива, когда я ее поднимал... Это... она сама отключилась. Мы зашли к тебе, обнаружили бардак, сломанную мебель, следы крови... — он ткнул пальцем в сторону Явика. — А он заявил, что ты был тут не в себе и твой след пропал. А еще показал запись, как эта девчонка растворила клона Шепард чуть ли не прикосновением. Решил, действовать на опережение. Не дать себя коснуться. Но, видимо, действительно погорячился... — Рекс тяжело отступил и плюхнулся на диван, смотря на свои руки с неожиданным для него самого недоумением.       — Проклятие, Рекс! — Джеймс был на грани. Он выскочил в свою квартиру и вернулся с аптечкой, мгновенно вколов Рори две дозы панацелина. Убедившись, что ее дыхание выравнивается, он с трудом сдержал гнев.       — Слушай, сегодня вечеринка у Шепард. Мы пришли за тобой, ты не ответил на сообщение... — Рекс все еще пытался объяснить необъяснимое. — Ты вообще видел свою комнату? Она выглядит как после боя. Я... понимаешь, мне рассказывали, что она уже нападала на капитана... Думал, и тебя прикончила...       Явик, все это время молча наблюдавший, наконец холодно заметил:       — Агрессия была избыточной, но логичной. Мы не знаем пределов ее способностей. В мои времена угрозу такого уровня устраняли превентивно, не дожидаясь развития событий. — В его голосе не было ни злобы, ни сожаления. Лишь холодный расчет. Человеческая жизнь для последнего протеанина была статистической величиной, а не трагедией. Его раздражала эта эпоха, где столь примитивные, с его точки зрения, виды диктовали условия.       Вега с силой сжал переносицу, пытаясь загнать обратно ярость, требовавшую вышибить зубы крогану.       — Идите на вечеринку без меня. Мне нужно доставить ее в больницу. Неизвестно, насколько серьезны травмы. — он говорил сквозь зубы, с трудом сохраняя самообладание. Он помнил, что Рекс действительно писал, что зайдет. И он, Джеймс, проигнорировал сообщение, оставив Рори одну.       — Надо отдать должное, — кроган, оправившись, снова обрел дар речи. — Она даже не пикнула, учитывая повреждения. Еще и пыталась сопротивляться. Для хрупкой девчонки — очень даже ничего. У вас все женщины-воины такие?       — Рекс, просто убирайся. — Голос Веги стал опасно тихим.       Выпроводив незваных гостей, он вернулся в комнату и осторожно взял Рори на руки, стараясь не задеть раненое плечо.       — Не везет тебе в нашем времени, — тихо прошептал он, вынося ее из квартиры.       Лейтенант двигался к стоянке транспорта с предельной осторожностью, стараясь не причинить девушке еще большей боли. Каждый ее слабый, прерывистый вздох отзывался в нем ледяным ужасом. Его омни-тул тускло светился — он пытался провести диагностику, но, не будучи медиком, мог лишь констатировать очевидное: множественные травмы, шок, внутреннее кровотечение.       Аккуратно уложив Рори на заднее сиденье, он рванул с места, ведя челнок с нарушением всех скоростных режимов. Подлетев к больнице Гуэрта, он выскочил из машины и большими шагами ринулся к стойке неотложки.       — Помощь! Срочно нужны носилки! — его голос, хриплый от напряжения, заставил саларианских санитаров встрепенуться.       Когда ее выгружали, его сердце сжималось от беспомощной ярости. Он чувствовал себя виноватым — оставил ее одну, проигнорировал сообщение... Сжав кулаки, он одним движением отправил Шепард подробный рапорт о произошедшем. Каждая строчка давалась с трудом.       Войти в больницу сразу он не смог — трусливо отсиживался в стороне, боясь услышать худшее. Но когда пришел ответный запрос от капитана с требованием доложить о состоянии, пришлось пересилить себя.       Найдя одного из санитаров, он узнал номер палаты и замер перед медицинской картой, висевшей на стене:       «Множественные разрывы плечевых мышц и сухожилий. Раздробление плечевой кости правой руки. Разрыв мышц брюшной полости. Сотрясение мозга. Повреждение тазобедренной кости правой стороны.»       Не нужно было быть медиком, чтобы понять: все было более чем паршиво. Не смертельно — современная медицина справлялась и не с такими травмами за неделю. Но от осознания того, что он допустил это, становилось дурно.       Собравшись с духом, он открыл дверь. Навстречу ему вышла знакомая азари-врач.       — К мисс Янг пока нельзя, — ее голос был профессионально холоден. — Мы остановили кровотечение, восстановили костную структуру. Сейчас проводят лазерное сшивание тканей. Это займет время. Дайте нам работать.       — Почему вы уходите? — рефлекторно схватил он ее за руку.       — Потому что моя часть работы завершена. Теперь ее ведут другие специалисты, — она высвободила руку и удалилась, оставив его одного.       Вега подошел к монитору, транслировавшему ход операции. На экране саларианцы ювелирно работали лазерами над ее рукой. Он смотрел, как луч за лучом восстанавливает то, что разрушил заряд дроби, и внутри него закипала ярость — холодная, целенаправленная.       Он не мог помочь ей сейчас. Но он твердо знал, что собирается сделать. Кто-то должен был ответить за это. И он знал, кому именно он собирается разбить морду. Шепард       Вечеринка была в самом разгаре, когда дверь распахнулась и на пороге появился Вега. Его белая футболка была в багровых пятнах, взгляд горел мрачной яростью. Шум моментально стих, гости замерли, перешептываясь.       — Лейтенант, что случилось? — первой опомнилась Лиара, подходя к нему. Она положила руку ему на плечо, пытаясь поймать его взгляд. — Почему вы один? Я думала, придете с мисс Янг. — Она понизила голос до тревожного шепота. — Джеймс, где Рори? Что произошло?       — Спроси об этом у крогана, — почти выплюнул Вега, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Ему лучше знать.       — О чем меня спросить? Что я знаю? — сзади раздался недовольный бас. К ним приближался Грюнт. — Что я сделал не так?       — Черт, да не ты, Рекс! — Вега с силой выдохнул, проводя рукой по лицу. — Мне нужно выпить.       Лиара мягко, но настойчиво взяла его под локоть и отвела в сторону, в ванную комнату. Через десять минут она вернулась с чистой футболкой.       — Переоденься и умойся. Ты весь в крови, пугаешь людей. Но потом обязательно объясни, что произошло, — она строго сложила руки на груди, прислонившись к косяку.       Дверь ванной приоткрылась, и в проеме возникла высокая фигура Гарруса.       — Мне тоже интересно, почему ты врываешься на вечеринку в таком виде, — его челюсть щелкнула от неодобрения.       — Черт! Черт! Черт! — Вега ударил кулаком по стене, и звук удара эхом разнесся по тихой комнате. — Рекс стрелял в Лолу! Почти в упор!       Лиара резко вдохнула, прикрыв рот ладонью. Гаррус же сохранял ледяное спокойствие.       — Ну, раз ты не стреляешь в ответ и не пытаешься разобраться с кроганом здесь и сейчас, значит, она жива и с ней все в порядке.       — Вот, полюбуйся на этот «порядок»! — Вега яростным жестом отправил им на омни-тулы файл с выпиской из больницы и краткую запись с операции. — Ты настолько ее ненавидишь, что тебе просто плевать?       — Лейтенант, давай рассуждать здраво, — голос Гарруса оставался ровным, что лишь сильнее бесило Джеймса. — Зачем Рексу стрелять в нее без причины? Скорее всего, она первой напала, но не рассчитала сил...       Не договорив. Вега в один шаг закрыл расстояние между ними и вцепился в броню турианца.       — Да что ты вообще знаешь! Тебя там не было! Этот... этот черепахо-гриб открыл огонь, потому что не нашел меня в квартире! Решил, что она меня прикончила! Лола тут вообще ни при чем! Это... это... — его голос сорвался, ярость сменилась горьким самоедством. — Это моя вина. Я снова оставил ее одну. Не закрыл дверь в свою квартиру, не ответил на сообщение... После той потасовки с наемниками не прибрался, и эта кровь у ее двери... это... черт возьми!       Лиара мягко подошла и положила руку на спину лейтенанта, стараясь его успокоить.       — Раны не смертельны. Она вернется на корабль через несколько дней. Врачи сделали все возможное, все будет хорошо. Помнишь, Эшли была при смерти, а через три недели уже пила с нами в баре. — Она пыталась его подбодрить, но ее собственный голос выдавал напряжение. — А Рекс... молодец, нечего сказать. Стрелять в своих, не разобравшись... Что на него нашло?       Компания вернулась в главный зал, где царила беззаботная атмосфера. Казалось, никто не заметил недавней напряженности у входа. Лиара, наливая Веге солидную порцию крепкого алкоголя, тихо посоветовала ему пока держаться подальше от Рекса во избежание новой стычки.       — Эй, Вега, я все слышала, — внезапно появилась рядом Касуми, ненадолго выйдя из маскировки. Она сунула свой полупустой бокал в руку лейтенанта. — Пока все веселятся, я схожу проведаю ее. Она мне, знаешь ли, понравилась. — И, прежде чем он успел что-то сказать, добавила: — Я вернусь. Не говори никому, что ушла. — И снова растворилась в воздухе.       Капитан Шепард виртуозно перемещалась между гостями, рассказывая байки, но внимательно следила за ситуацией. Когда Вега остался один в кабинете, она наконец подошла к нему для серьезного разговора.       — Я видела, в каком состоянии Янг. После вечеринки загляну к ней в больницу. Надо будет договориться о ее транспортировке на «Нормандию» и... — Шепард не успела договорить.       — Капитан... — перебил ее Вега, голос его был глух от отчаяния. — Давайте оставим ее здесь. Может, хоть так у нее будет шанс выжить?       Шепард понимающе посмотрела на него.       — Значит, все эти дни ты не только присматривал за ней, — ехидно, но беззлобно подметила она, опускаясь в кресло.       — Смотрю, она тебе приглянулась. На войне больше всего мы боимся потерять тех, кто нам дорог. Думаешь, она согласится остаться в стороне, если мы бросим ее здесь, в одиночестве, лишим возможности внести свой вклад? Простит ли тебя за такое решение? — Капитан сменила улыбку на серьезное выражение, подошла и похлопала Вегу по плечу.       — Если завтра она сама скажет, что устала и не хочет больше сражаться — останется на Цитадели. В этом вопросе я даю право выбора вам обоим. Наша миссия почти невозможна и, скорее всего, обречена.       Шепард вздохнула и скрестила руки на груди.       — Но если кто-то хочет сражаться, чтобы перетянуть чашу весов хотя бы на одну миллионную шанса — я не буду его отговаривать. Каждый в моей команде знает, на что идет. И если ты, Вега, захочешь остаться — я тоже приму твой выбор. — Джейн замолчала вглядываясь в лицо Джеймса.       — Я с вами, капитан. Я в деле, вы это знаете. Но... — он посмотрел ей прямо в глаза, — да пожалуй. Решать только ей.       — Думаю, на этом всё. Развлекайся, уже завтра улетаем, и возможности отдохнуть не будет. И, пожалуйста, не устраивай потасовку с Рексом. Я понимаю, что случилось, говорила с ним. Он сожалеет. Не думай, что всем кроме тебя плевать. Он, кстати, сейчас в больнице. — Вега удивленно поднял бровь. — Скоро вернется. Хоть и сказал, что хочет проветриться... Касуми уже прислала мне фото оттуда.       — Спасибо, капитан. Я пойду.       — Иди.       Шепард еще некоторое время постояла одна в тишине кабинета, собираясь с мыслями. Затем она набрала знакомый номер.       — Рада слышать тебя, солнышко! Я так горжусь тобой! — голос матери прозвучал почти мгновенно.       — Мам, мне нужна информация. В моем экипаже есть человек: Рорита Янг. Утверждает, что она вдова покойного лейтенанта Стэнли Брауна.       На другом конце провода наступила мгновенная тишина.       — Солнышко... этого не может быть. Рорита пропала без вести задолго до твоего рождения. В день, когда погиб Стэнли, ее тело так и не нашли. Она была официально признана погибшей в той катастрофе.       — Мам, я совершенно серьезно. Она в моей команде и выглядит так же, как и тридцать пять лет назад. Высылаю тебе файлы. — Шепард передала фотографии и записи с камер «Нормандии». — Рорита хотела поговорить с тобой. Я приглашала ее на вечеринку, но произошел инцидент, и сейчас она в больнице. Если захочешь, можешь сама с ней связаться. Если после разговора ты подтвердишь, что это действительно она... тогда я поверю и перестану сомневаться.       Ханна Шепард молчала так долго, что Джейн уже подумала, что связь прервалась.       — Хорошо, — наконец вздохнула мать. — Я свяжусь с ней. Если для тебя это так важно. Она была моей близкой подругой, и я буду только рада, если твои слова окажутся правдой. Свяжемся позже. Люблю тебя, солнышко.       — Буду ждать твоего сообщения, — ответила Джейн, и связь прервалась.       Капитан еще какое-то время стояла в тишине, задумчиво листая файлы, которые только что отправила матери. Снимки Рориты, записи с камер... Все это казалось таким нереальным.       — И все-таки все это время ты ей не доверяла... — медленно, растягивая слова, произнес знакомый голос из дверного проема.       Шепард вздрогнула и машинально положила руку на пустую кобуру. В дверях, прислонившись к косяку, стоял Гаррус.       — Не ожидала, что ты будешь подслушивать мой разговор с мамой, — она расслабилась и улыбнулась, когда турианец сделал несколько шагов внутрь. — Для тебя вообще существуют границы?       — Только те, что ты сама установишь, — парировал он, подходя ближе.       — И да, сомнения есть, — призналась Джейн, позволяя ему обнять себя. — Если мама подтвердит ее личность, то мне останется только поверить в то, что Рорита Янг действительно каким-то чудом жива.       Гаррус приблизился и нежно коснулся лицом ее шеи, заставив ее содрогнуться от знакомых мурашек.       — Может, прогнать всех с вечеринки и остаться только вдвоем? — его низкий, вибрирующий голос озвучил самое заманчивое предложение на свете.       Джейн отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ему в глаза, и с улыбкой указала на бокал в его руке.       — Кто это говорит — ты или напиток в твоей руке? — она рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних часов наконец начинает отпускать.       Взяв его за руку, она повела его обратно в гостиную.       — Твое предложение очень заманчиво, но я обещала Кольяту провести поминальную службу. А обещания, нужно выполнять.       Поминальная служба прошла в торжественной, давящей тишине. Каждый сказал несколько слов о павших друзьях, вспомнил что-то светлое. Кольят, сдерживая дрожь в голосе, произнес проникновенную речь об отце и прочитал древнюю молитву, его голос эхом отзывался в тишине комнаты.       Проводив сына своего друга, гости постепенно вернулись к более живым разговорам, пытаясь отогнать мрачные мысли обсуждением будущего. Саманта Трейнор, воспользовавшись моментом, собрала всех для общего фото. После щелчка камеры и обязательной распечатки снимков на память компания снова разбрелась по углам. Шепард и Гаррус, убедившись, что публика достаточно поглощена беседами и алкоголем, чтобы заметить их отсутствие, тихо удалились в спальню, где и провели всю ночь.       Утро встретило Джейн раскалывающейся головной болью. С трудом подобравшись с кровати, она направилась на кухню, где застала оживленно беседующих Вегу и Лиару.        Лейтенант что-то жарил на сковороде, и от него вкусно пахло мясом.       — Лиара, нет у тебя чего-нибудь... от этого? — Капитан стояла, покачиваясь, и большими глотками осушала бутылку воды.       — Ох, Джейн... — азари с легким укором покачала головой, но все же протянула ампулу и инъектор. — Нельзя пить до такой степени, чтобы потом искать спасения в медикаментах.       — Логику моих действий обсудим потом, — отмахнулась Шепард, делая укол. — Сейчас мне нужен покой. Не скучайте.       Она вернулась в спальню, нырнула под теплое одеяло и приобняла спящего Гарруса за талию.       — Куда ты уходила? — он повернулся к ней, его голос был хриплым от сна. — Оставила меня одного замерзать.       — А, брось, прям так и замерзал, — фыркнула она, утыкаясь носом в его грудь. — Взяла у Лиары лекарство от головной боли.       Ей было зябко, и она поежилась под одеялом, поджимая ноги.       — Ты уходишь от меня рано утром к бывшей пассии... Похоже, мне все же стоит начинать ревновать, — пошутил Гаррус, и тихо засмеялся.       Джейн поддержала шутку, надувшись, как ребенок.       — Мне нравится, что такие глупые рожицы вижу только я, — прошептал он, притягивая ее ближе. — Давай полежим так подольше?       — Скоро нужно вставать, — вздохнула она. — Надо организовать транспортировку Рори на «Нормандию».       Турианец нахмурился.       — И что? Теперь ты ей доверяешь? Твоя мама, вроде, должна была с ней связаться.       — Связалась, — подтвердила Джейн. — Это действительно Рорита Янг. Мама подтвердила. Доказательств я не спрашивала — доверяю ей. Если она ручается, то и я буду верить.       Она сладко потянулась, всем видом показывая, как не хочет покидать теплую постель.       — Но надо вставать...       — Я помогу! — вскочил с энтузиазмом Гаррус и одним движением сдернул с нее одеяло.       Холодный воздух заставил Джейн вздрогнуть. С неохотой поднявшись, она начала одеваться. Турианец подал ей толстовку N7 и помог застегнуть молнию, поправив ткань на плече.       — Не хочу, чтобы кто-то еще видел твои прекрасные ключицы, — он чмокнул ее в шею и пропустил вперед.       — Проклятие, зачем так делать! — улыбнулась она. — Пошли, нужно перекусить и растолкать народ.       Картина в квартире была живописной. Кортез спал на полу в гостиной, свернувшись калачиком у дивана, на котором растянулась Саманта Трейнор, тихонько посапывая. Явик, бледный и страдающий, корчился от головной боли под оглушительный хохот Рекса. Грюнт медитировал под струями душа. Касуми мирно спала, прикорнув у шкафа с нижним бельем, а доктор Чаквас сокрушалась о последствиях употребления нестерильной закуски. Лиара и Джеймс, самые трезвые, ожесточенно спорили о достоинствах азарийской кухни.       Шепард с Гаррусом присоединились к завтраку и, попросив Вегу и Лиару помочь с побудкой остальных, сами направились в больницу Гуэрта.       Уладив формальности с персоналом по поводу транспортировки, капитан зашла в палату Рориты. Та лежала, уставясь в окно. Вид был неутешительным: половина лица и почти вся правая сторона тела были покрыты темными синяками. Правая рука была зафиксирована, левая лежала на животе. Она не сразу обратила внимание на гостей.       — Капитан, — тихо произнесла она, не отводя взгляда от окна. — Спасибо, что попросили Ханну связаться со мной. Я была очень рада услышать того, кто был мне близок и знал меня в... тех временах.       Она попыталась приподняться, но слабость и боль заставили ее опуститься обратно.       — Не двигайся, отдыхай, — мягко сказала Шепард. — Рада, что вы хорошо пообщались. Но мне нужно знать твое решение. Скажу прямо — я приму любое. Ты все еще хочешь участвовать в этой войне в составе моей команды или предпочитаешь остаться на Цитадели и начать новую жизнь вдали от битв?       Рорита глубоко вздохнула, ее взгляд стал отрешенным.       — В последнее время я много думала об этом. И склоняюсь к тому... что не хочу оставаться здесь. Если возможно, я хотела бы вернуться с вами. — Она будто хотела добавить что-то еще, но лишь безнадежно помотала головой, словно отгоняя навязчивую мысль.       — Хорошо, Рори. Я все уже организовала. Тебя скоро перевезут на «Нормандию». Мы вылетаем вечером. Ты готова?       Девушка молча кивнула, снова повернувшись к окну. Ее тишину и отрешенность можно было практически потрогать.       — Отлично. Пока что отдыхай, скоро придет медперсонал, — сказала Шепард, чувствуя исходящую от Рориты ауру глубокой, почти физической безысходности, но не решаясь пока копать глубже.