Критическая точка

Прежде чем Гарри успел произнести хоть слово, двери часовни с грохотом распахнулись, будто разверзлись врата ада, и внутрь ворвались Долохов и Снегг. Их внезапное появление нарушило гнетущую тишину, как гром среди ясного неба, и заставило обоих, Реддла и Гарри, вздрогнуть от неожиданности. Лицо Волан-де-Морта исказила ярость. Он вскочил на ноги с грацией хищника, готового к атаке, испепеляя вошедших гневным взглядом. В его алых глазах, казалось, полыхнуло пламя, выжигающее всё на своем пути. — Я же ясно приказал, чтобы меня никто не беспокоил! — прорычал он, его голос - удар хлыста - хлестнул по воздуху. — Что за непростительная дерзость? Кто позволил вам… Не дослушав гневную тираду Лорда, Долохов и Снегг синхронно преклонили колени, демонстрируя показное почтение, но в их позах чувствовалось напряжение. — Прошу прощения, мой Лорд, — проговорил Северус, опуская голову. Его голос был ровным и спокойным, но в нем чувствовалась скрытая тревога. — Но обстоятельства требуют вашего немедленного вмешательства. Промедление может иметь катастрофические последствия. — Что случилось? — процедил Реддл сквозь зубы, закатывая глаза. Он чувствовал, как кровь приливает к голове от ярости. Его тщательно выстроенные планы рушились, как карточный домик, и он не мог ничего с этим поделать. — Министерство магии подняло мятеж, мой Лорд, — коротко отрезал Долохов, не поднимая головы. Его голос был хриплым и угрожающим, как рычание дикого зверя. — Орден Феникса оказывает ожесточенное сопротивление, и наши силы несут серьёзные потери. — Члены Ордена Феникса, при поддержке мракоборцев, прорвали наши ряды, — дополнил Снегг, сохраняя невозмутимое выражение лица, сообщал о незначительной неприятности. — Они наносят ощутимый урон нашим позициям, мой Лорд. Реддл несколько секунд молча обдумывал ситуацию, сжимая кулаки до побеления костяшек. Его мозг работал на пределе, просчитывая возможные варианты развития событий. Отступить сейчас? Когда он, наконец, загнал Поттера в угол, когда был так близок к обретению полного контроля над своей душой и судьбой? Но он не мог позволить себе потерять власть, которую он так долго и упорно добивался. Приняв решение, Реддл вскинул голову, бросая вызов судьбе. — Долохов, за мной, — скомандовал он, резко развернувшись. Его движения были быстрыми, отточенными до совершенства. Спрятав золотую сферу обратно в ларец и небрежно сунув его за пазуху, он направился к выходу из часовни. — Северус, Поттер на тебе. До моего возвращения ты отвечаешь за его безопасность своей головой. Любая оплошность… Он не стал договаривать. Одного взгляда, брошенного на Пожирателя, было достаточно, чтобы тот понял, какую цену ему придётся заплатить за свою некомпетентность. — Да, мой Лорд, — склонил голову Северус, провожая Тёмного Лорда взглядом. В его чёрных глазах мелькнул странный огонёк, который Гарри не смог расшифровать, но который заставил его ещё больше встревожиться. Когда дверь за Реддлом и Долоховым захлопнулась, в часовне воцарилась напряжённая тишина. Снегг медленно повернулся к Гарри и впился в него пронзительным, холодным взглядом, скальпелем проникая в его душу. — Ты идёшь со мной. И не вздумайте выкидывать глупости, мистер Поттер, — ледяным тоном произнёс Северус, приближаясь к мальчику. — Иначе, вы окажетесь в клетке, как зверь, и я лично буду наблюдать, как вас дрессируют Гарри, стиснув зубы, с ненавистью посмотрел на бывшего профессора. Он презирал этого человека, его предательство, лицемерную игру. - Как он мог доверять тебе? — выплюнул парень, вкладывая в эти слова всю свою боль и разочарование. Услышав эти слова, Снегг презрительно усмехнулся. Он подошёл вплотную к Гарри и, наклонившись, схватил его за подбородок, сжимая пальцы так сильно, что тот почувствовал резкую боль. — Вы слишком глупы, мистер Поттер, чтобы понять, что такое настоящая верность, — прошептал он, глядя ему прямо в глаза. Его голос был полон яда и пренебрежения. — Вы никогда не поймёте, как сложно играть свою роль, когда на кону нечто большее, чем твоя жалкая жизнь. Его слова звучали двусмысленно, словно он намекал на что-то. Но Гарри не хотел слушать его оправдания. Он считал Снегга предателем и не собирался менять своё мнение. Резко вырвавшись из его цепких пальцев, парень отшатнулся от мужчины, как от прокажённого. — Не смей прикасаться ко мне, — прошипел он, глядя на Снегга с отвращением. Мужчина лишь презрительно усмехнулся, демонстрируя своё превосходство. Взмахнув волшебной палочкой, он снова заковал запястья Гарри в магические цепи. — Для вашей же безопасности, мистер Поттер. Боюсь, у вас слишком велик соблазн сбежать, — съязвил Северус, глядя на него сверху вниз. Затем он грубо схватил его за локоть и потащил к выходу из часовни, как закованного в кандалы пленника.

***

Всё было именно так, как и докладывал Долохов. Орден Феникса, загнанный в угол, предпринял отчаянную попытку переломить ход войны и вернуть контроль над Министерством магии. Воспользовавшись временной неразберихой, когда Пожиратели смерти были отвлечены второстепенными задачами, члены Ордена и мракоборцы, ведомые жаждой справедливости и отчаянием, ринулись в бой, словно камикадзе. Они сражались с ожесточением, достойным лучшего применения, подавляя и уничтожая Пожирателей одного за другим. В коридорах Министерства гремели взрывы заклинаний, воздух был пропитан запахом гари и крови, а на стенах и полу оставались следы ожесточенных схваток. Орден, как волна, сметал всё на своем пути, отчаянно надеясь на чудо. Но как только в самом центре хаоса возник Волан-де-Морт, будто сама Смерть во плоти, на поле боя воцарилась леденящая тишина. Заклинания оборвались на полуслове, сражающиеся застыли в неестественных позах, превратившись в восковые фигуры. Все почувствовали его присутствие, как ледяной ветер, пронизывающий до костей. В воздухе повисла густая, осязаемая аура страха, которая парализовала волю и заставляла трепетать даже самых закалённых воинов. Кингсли и Альбус двинулись вперёд, как на заклание, в самое пекло, прямо к ногам Волан-де-Морта. Их лица были напряжёнными и сосредоточенными, но в глазах читалась тревога. Они шли, будто на эшафот, зная, что их может ждать неминуемая гибель, но готовые пойти на всё ради спасения Гарри Поттера. — Где мальчик, Том? — громко спросил Альбус, стараясь казаться невозмутимым, хотя внутри у него всё сжалось от дурного предчувствия. Его голос, обычно спокойный и уверенный, на этот раз звучал немного дрогнувшим. Реддл медленно повернул голову в его сторону, одарив старого волшебника презрительным взглядом. Его алые глаза горели нечеловеческим огнём, отражая пламя ада. — Что такое, старик? Пришёл лично забрать своего золотого мальчика? Надеешься на чудо? Хочешь достойно похоронить его, чтобы потом оплакивать свою потерю? Его слова прозвучали как плевок в лицо Дамблдору и Ордену, как издевательство над их надеждами и идеалами. Заявление Реддла было слишком дерзким и жестоким, чтобы в него можно было поверить. Никто не хотел признавать, что Гарри Поттер мёртв, особенно Альбус Дамблдор, который видел в нём не только оружие против Волан-де-Морта, но и достойного преемника. — Возможно, я и отдам тебе мальчишку, — медленно проговорил Реддл, обдумывая каждое слово. — Но только на моих условиях. На условиях, которые вам не понравятся. — Условия? — презрительно фыркнул Аластор «Грозный Глаз» Грюм, скривив лицо в отвращении. — Ты не в том положении, чтобы диктовать условия. Ты загнан в угол, и скоро тебя ждёт заслуженное возмездие. Реддл даже не удостоил его взглядом, Грозный Глаз был ничтожной букашкой, не заслуживающей внимания. Его взгляд был прикован к Дамблдору. — Во-первых, отзови своих шавок, старик, — холодно произнёс Реддл, обводя взглядом поле боя. — В любом случае, я сильнее любого из них. И ты прекрасно это знаешь. А ты, похоже, совсем выжил из ума и потерял хватку. Тебе не тягаться со мной. - Нет никаких во-первых и во-вторых! - взревел Шеклболт, не выдержав оскорблений змея и презрительного тона. Он, как безумец, выхватил волшебную палочку, собираясь атаковать Волан-де-Морта, но не успел даже взмахнуть ею. Прежде чем кто-либо успел что-то предпринять, невидимое заклинание сорвалось с губ Тёмного Лорда, ядовитая змея, бросающаяся на свою жертву. Раздался тихий хлопок, и голова Кингсли, отделившись от тела, с глухим стуком упала на пол, как спелый плод, сорвавшийся с ветки. Из обезглавленного тела хлынул фонтан крови, заливая всё вокруг. Кровь брызнула на лица и одежду стоявших рядом мракоборцев и членов Ордена, окрашивая их в багровый цвет. На мгновение воцарилась гробовая тишина. Все были шокированы произошедшим. Никто не ожидал, что Реддл сможет убить Кингсли так быстро и легко. Ужас сковал их, лишив дара речи. Мракоборцы и члены Ордена, очнувшись от кошмара, в ужасе отшатнулись от тела Кингсли, словно оно было заразным. Их лица исказились от страха и отвращения. Многие не могли сдержать рвотных позывов, глядя на окровавленную голову их товарища, валяющуюся на полу. Некоторые закричали от ужаса, потеряв остатки самообладания. Лицо Дамблдора побледнело. Он смотрел на тело Кингсли с нескрываемой скорбью. Он знал, что этот день станет переломным моментом в войне с Волан-де-Мортом. — Похоже, вы до сих пор не поняли, — произнёс Том, с презрительной усмешкой оглядывая ошеломлённых волшебников. — Мне не нужна волшебная палочка, чтобы уничтожить вас. Я — сама Смерть. Он поднял руку и взмахнул ею, словно отгоняя назойливую муху. С его пальцев сорвались невидимые заклинания, которые поразили нескольких мракоборцев. Они упали на пол как подкошенные, корчась в агонии, их тела сотрясались от конвульсий. Дамблдор нахмурился, чувствуя нарастающую тревогу. Он понимал, что Реддл стал сильнее, чем когда-либо. Нужно было уходить, пока не стало слишком поздно. — Чего ты хочешь, Том? — взяв себя в руки, спросил Альбус, стараясь скрыть дрожь в голосе. Впервые за долгие годы он почувствовал настоящий страх, он надеялся, что Тёмный Лорд давно утратил и треть своего могущества, но, к его великому сожалению, это оказалось не так. — Вы узнаете об этом позже, старик. Я свяжусь с Орденом в ближайшее время и сообщу о своих требованиях, — холодно ответил Реддл, чувствуя своё полное превосходство. — А сейчас избавьте меня от своего присутствия. Альбус несколько секунд молча смотрел на Волан-де-Морта, пытаясь прочитать его мысли, разгадать его планы. Затем, тяжело вздохнув, он кивнул в знак согласия. Члены Ордена Феникса, понуро начали трансгрессировать, унося с собой тела погибших товарищей. Некоторые тащили раненых, стонавших от боли. Эта битва была проиграна. Они отступили, потерпев сокрушительное поражение. На их лицах застыло отчаяние, и они чувствовали, что надежды на победу почти не осталось. — Антонин, — обратился к нему Тёмный Лорд, глядя на Долохова, стоявшего рядом с ним. — Удвойте охрану. Такое больше не должно повториться. Мужчина, не говоря ни слова, склонил голову в знак почтения и быстро удалился, чтобы выполнить приказ своего господина. Не теряя времени, Реддл трансгрессировал обратно в Мэнор, оставив за собой кровавый след и пепел надежды. Он возвращался в поместье с чувством триумфа, но на сердце у него было неспокойно.

***

Гарри, казалось, окаменел на жёсткой койке, как статуя, высеченная из отчаяния и злости. Несколько часов подряд он сверлил взглядом физиономию бывшего профессора, надеясь выжечь в ней дыру. В груди у него клокотала ярость, отравляя каждый вздох. Северус, будто насмехаясь, расположился в кресле напротив, в узком круге света от настенной лампы. В этой убогой комнате время остановилось, оставив Гарри наедине с гнетущим одиночеством. Воздух был пропитан запахами старых книг, пыли и затхлости, словно комната была запечатана на века. Снегг неторопливо читал какую-то толстую книгу в кожаном переплёте. Время от времени он облизывал кончик пальца и аккуратно переворачивал страницу, сопровождая это сухим шелестом, который резал слух Гарри. Каждый звук, каждый жест мужчины раздражали его, как капля яда, медленно просачивающаяся в кровь. Внезапно, будто прочитав что-то забавное, Северус усмехнулся, но не оторвал взгляда от книги. Его лицо оставалось непроницаемым, высеченным из камня. — Вы пытаетесь проникнуть в моё сознание, мистер Поттер? — лениво протянул он, изогнув бровь. Его голос, как всегда, звучал ровно и бесстрастно, так, словно он разговаривал с надоедливым учеником, а не с пленником. — Я бы предпочёл превратить ваши мозги в кашу и скормить их троллям, — прорычал Гарри, стараясь скрыть страх и отчаяние за словесной бравадой. Северус тихо рассмеялся, оценивая остроумие юного гриффиндорца. Он медленно оторвал взгляд от книги и посмотрел на мальчика с дьявольским блеском в чёрных глазах. Этот взгляд проникал в самую душу, ощупывая самые потаённые страхи. — Что ж, кто знает… возможно, однажды вам это удастся, мистер Поттер, — промурлыкал он, дразня. — О, не сомневайтесь в этом, профессор, — выплюнул Гарри, стараясь сохранить видимость контроля. — Я сделаю всё возможное. Вместо ожидаемой злобы Снегг вновь тихо рассмеялся, забавляясь его дерзостью. Внезапно дверь в комнату распахнулась без стука. В дверном проёме возникла тёмная фигура Барти Крауча-младшего. Лицо его было непроницаемым, маска, скрывающая истинные эмоции. В его глазах горел фанатичный огонь. — Тёмный Лорд вернулся, — сухо сообщил Крауч, не сводя глаз с Пожирателя. Затем его взгляд скользнул по Гарри, сидевшему в углу, и на его губах появилась презрительная усмешка. — Он ждёт тебя, Северус. Немедленно. Снегг лишь едва заметно кивнул. С тихим вздохом он закрыл книгу и положил ее на маленький столик. Встал с кресла, тщательно поправляя свою черную мантию, так будто собирался на королевский прием. — Благодарю вас за столь занимательную беседу, мистер Поттер, — промурлыкал Северус, одарив Гарри холодной змеиной улыбкой. — Надеюсь, наша встреча была для вас поучительной. Мы ещё обязательно увидимся. И не раз. С этими словами мужчина, скользнул к двери и вышел из комнаты, оставив парня одного в кромешной тьме. Крауч последовал за ним, и дверь с тихим щелчком закрылась, запираясь на сложный магический замок. Поттер вскочил с кровати и бросился к двери, пытаясь её открыть, но тщетно. Дверь была заколдована, не поддавалась никаким усилиям. — Блять! — яростно зарычал парень, со всей силы ударив кулаком по деревянной двери. Боль пронзила его руку, но он не обратил на это внимания. Внутри него бушевала буря эмоций, которую он не мог сдержать. Он чувствовал себя зверем, запертым в клетке, отчаянно пытающимся вырваться на свободу.

***

Северус, как призрак, скользнул в просторную гостиную Мэнора. В полумраке его движения были почти бесшумными, он растворялся в тенях. Комната была наполнена густым запахом дорогих сигар, выдержанного вина и едва уловимым оттенком страха, который пропитывал каждый уголок этого места. Его взгляд, рентген, скользнул по лицам собравшихся. В приглушённом свете канделябров он разглядел несколько знакомых фигур, каждая из которых была по-своему опасна. За массивным столом из полированного чёрного дерева восседала чета Малфоев. Люциус, как всегда, источал аристократическое высокомерие, словно весь мир был у его ног. Нарцисса сохраняла видимое спокойствие, но в её глазах читалась тревога, выдававшая её истинное состояние. Насколько Снегг знал, Драко сейчас находился в одном из тренировочных лагерей Пожирателей, выполняя роль «главнокомандующего» и обучая новобранцев тёмным искусствам. Рядом с Нарциссой, как тень, притаилась Беллатриса Лестрейндж. Её безумные и дикие глаза были прикованы к Тёмному Лорду, она видела в нём Бога. Её лицо выражало фанатичную преданность. Напротив Малфоев сидел Долохов, склонившись над стопкой пергаментов. Его лицо было непроницаемым, как маска. Снегг предположил, что это были условия договора о союзе, который Долохов должен был заключить на следующей неделе в Германии с министром магии, находящимся под негласным контролем Волан-де-Морта. Рядом с ним, сел Барти, готовый в любой момент защитить своего господина. Снегг подошёл к столу и склонил голову в знак уважения. Реддл одарил его змеиной усмешкой, приветствуя верного слугу. — Как наш маленький гриффиндорский зверёк? — промурлыкал он, сверля Северуса любопытным взглядом. — Пытается огрызаться, — ответил Снегг, слегка приподняв уголок рта в подобии усмешки. — Но пока безуспешно. Его яд не смертелен. Том одобрительно кивнул, наслаждаясь рассказом Пожирателя. Затем жестом пригласил его за стол, указав на свободное место рядом с Краучем. Северус бесшумно подошёл и сел рядом с Барти, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Он чувствовал, как на него смотрят, оценивают и изучают. — Министерство магии остаётся под нашим контролем, — произнёс Тёмный Лорд, нарушая тишину. В его голосе сквозило безразличие, он говорил о чём-то совершенно незначительном. — Показательная казнь Кингсли сегодня произвела должное впечатление. Теперь все знают, что оспаривать мою власть бессмысленно. Он сделал короткую паузу, обводя присутствующих пронзительным взглядом. — Дамблдор наконец-то понял, что ему больше не тягаться со мной. Он слишком стар, слаб и погряз в своих моральных принципах. Его время прошло. Этот старик стал слишком сентиментальным, а это очень большая слабость. Реддл замолчал на несколько мгновений, собираясь с мыслями. Затем, тяжело вздохнув, продолжил. — Но у нас остаётся одна серьёзная проблема — Гарри Поттер. Золотой мальчик, как его любят называть, продолжает представлять угрозу для моей власти и, в конечном счёте, для моего бессмертия. Я намерен решить эту проблему раз и навсегда. В гостиной снова повисла напряжённая тишина. Все присутствующие понимали, что сейчас их Лорд собирается отдать важные приказы, от которых может зависеть их будущее и судьба всего волшебного мира. Они затаили дыхание, готовясь услышать приговор. — Я намерен воспользоваться древним, почти забытым ритуалом для переноса души из одного сосуда в другой, — объявил Реддл, раскрывая величайший секрет мироздания. В его голосе звучала уверенность, граничащая с самонадеянностью, но даже в нём можно было уловить тонкую нотку тревоги. В гостиной воцарилось напряжённое молчание. Присутствующие, как зачарованные, застыли на месте, не в силах поверить в услышанное. Даже обычно невозмутимый Долохов, с головой погружённый в изучение документов, резко вскинул голову, оторвавшись от чтения, и уставился на своего Лорда с нескрываемым удивлением. Северус нахмурился. Этот ритуал казался безумием, даже по меркам Тёмного Лорда. Никто прежде не решался на подобное, и последствия могли быть непредсказуемыми. Реддл, не обращая внимания на всеобщее замешательство, продолжил, словно говоря сам с собой. — Как вам всем известно, — он медленно обвёл присутствующих пронзительным взглядом, убеждаясь, что каждый из них помнит зловещие слова пророчества, — мальчишка, в чьём теле заключена частичка моей души, представляет слишком большую угрозу. Он — мина замедленного действия, которая может взорваться в любой момент. И я намерен её обезвредить. Нарцисса, с тревогой в голосе, нарушила воцарившуюся тишину. — Мой Лорд, вы уверены, что это… безопасно? Что, если что-то пойдёт не так? Этот ритуал кажется слишком опасным даже для вас. Даже Беллатриса, с фанатичным блеском в глазах, поддержала её. — Ритуал переноса души — крайне сложный и непредсказуемый процесс. Вдруг Поттер… умрет? Ведь это будет равносильно уничтожению крестража! Вы не можете подвергать себя такому риску, мой Лорд! Реддл жестом оборвал её, демонстрируя своё недовольство. Он не собирался выслушивать возражения или опасения. Он прекрасно осознавал все риски, но считал их оправданными. Снегг, после минутного молчания, нарушил напряженную тишину. — Могу ли я предложить… альтернативный вариант, мой Лорд? Реддл, нахмурившись, посмотрел на него, оценивая его смелость. Склонив голову набок, он произнёс. — Говори, Северус. Ты всегда умел удивлять своими… нестандартными решениями. Снегг выпрямился и, словно отчитывая ученика, произнёс. — Дамблдор не смирится с потерей Министерства. Он будет искать любую возможность вернуть власть в свои руки. И пока вы будете заняты ритуалом, который может занять несколько дней, а то и недель, Орден воспользуется вашей уязвимостью. Они нанесут удар в самый неожиданный момент, и мы не сможем этого предотвратить. Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся. — Поэтому, мой Лорд, я предлагаю более… безумный, но, на мой взгляд, эффективный план. Магический брак с Поттером. В гостиной воцарилась гробовая тишина. Даже у самых преданных последователей Волан-де-Морта отвисли челюсти от удивления. Снегг, будто не замечая шокированных взглядов, продолжил, сохраняя невозмутимое выражение лица. — Во-первых, вы объявите перемирие с Орденом Феникса, но с одним условием: Гарри Поттер должен добровольно согласиться на магический брак с вами и находиться под вашей защитой. Это позволит сохранить крестраж в целости и сохранности, предотвратив его уничтожение. Никто не посмеет поднять руку на того, кто связан с вами кровными узами. Он снова сделал паузу, чтобы дать присутствующим время осознать услышанное. — Во-вторых, — он выделил это слово интонацией, — этот брак позволит вам сохранить косвенный контроль над Министерством. Даже если Орден вернёт себе формальную власть, вы сможете влиять на их решения, используя Поттера в качестве… рычага. Вы сможете диктовать им свои условия, заключать выгодные сделки и держать их под постоянным контролем. Это будет своего рода петля, которую вы накинете им на шею, постепенно затягивая её. Реддл, на удивление собравшихся, действительно глубоко задумался над предложением Снегга. В словах профессора зелий была извращённая логика, с которой трудно было спорить. Альтернативный план казался безумным, почти немыслимым, но в то же время… гениальным в своей циничности. Во-первых, факт оставался фактом: никто из Пожирателей Смерти, да и сам Дамблдор, не посмеет причинить вред Поттеру, пока тот находится под личной защитой Тёмного Лорда. Это означало, что крестраж останется в целости и сохранности, предоставляя Реддлу время для поиска более… приемлемого решения. Во-вторых, перемирие, хоть и звучало как унизительное признание частичного поражения, могло принести свои плоды в долгосрочной перспективе. Реддл сохранит своё влияние в Министерстве, получит возможность постепенно проводить реформы, манипулировать законами, чтобы они соответствовали его целям. Это была та самая власть, к которой он так жадно стремился с юных лет. Впервые за много лет он оказался перед необходимостью выбора между двумя своими главными целями: бессмертием и абсолютной властью. И этот выбор, как ни странно, оказался на удивление сложным. — Интересно, как отреагирует наш маленький гриффиндорский зверёк на столь… неожиданное предложение, — промурлыкал Реддл, нарушая гнетущую тишину и глядя куда-то сквозь собеседников. В его глазах мелькнул хищный блеск. — Поттер, который вечно пытался спасти мир от войны и хаоса? — ответил Снегг с едва заметной презрительной усмешкой. — Думаю, он согласится. У него просто нет другого выбора. Перед лицом новой войны и гибели множества невинных, он пожертвует собой ради общего блага. Реддл был не в восторге от перспективы брака с заклятым врагом. Это было совсем не то будущее, о котором он мечтал, когда был юным Томом Реддлом и строил амбициозные планы. Но, как ни парадоксально, у него не было выбора, как и у его «зверька». — Люциус, — обратился мужчина к Малфою, окинув его оценивающим взглядом, — передай послание Ордену Феникса. Через два дня я готов встретиться с их представителями в Министерстве. Обсудим условия… перемирия. — Да, мой Лорд, — склонил голову Люциус, стараясь скрыть удивление и волнение. Он тут же поднялся из-за стола. Реддл поднялся, давая понять, что совещание окончено. Пожиратели Смерти поспешно последовали его примеру. — Где он сейчас? — спросил Том, не поворачиваясь к Снеггу. Его голос звучал холодно и отстранённо. — На чердаке, — коротко ответил Северус, не вдаваясь в подробности. — Переведи его в мои покои, — приказал Реддл, направляясь к выходу из гостиной. — Мне нужно поговорить с ним. Лично. — Да, мой Лорд, — Снегг тут же поднялся и последовал за Тёмным Лордом. — Мой Лорд! — вдруг вскрикнула Беллатриса, в её голосе сквозило возмущение, граничащее с истерикой. — Неужели вы действительно собираетесь заключить этот… брак с этим грязнокровкой?! С этим ничтожеством, которое давно должно было сгнить в могиле?! Волан-де-Морт резко остановился и медленно повернулся к Лестрейндж. Его глаза сузились, излучая смертельную угрозу. — Смеешь перечить мне? Ты забыла свое место? Лицо Лестрейндж исказилось от страха. Она опустила голову, как провинившаяся школьница. — Простите… мой Лорд. Я не хотела… Реддл ничего не ответил. Он развернулся и вышел из гостиной, оставив Беллатрису дрожать от ужаса. Снегг последовал за ним, не говоря ни слова.

***

— Чёрта с два! — взревел Гарри, услышав о предстоящем браке с Волан-де-Мортом. Его лицо исказилось от гнева, отвращения и бессилия. Каждая клетка его тела протестовала против этой чудовищной идеи. Он бросил испепеляющий взгляд на Реддла, который невозмутимо восседал в кресле. Его поза была расслабленной, но в глазах горел хищный огонёк. — Боюсь, у вас нет выбора, мистер Поттер, — тихо произнёс Снегг, стоя в дверях. — Есть! Я лучше сдохну! — выкрикнул Гарри, захлёбываясь отчаянием. Ему казалось, что его мир рухнул в одно мгновение. — Да, и тем самым подпишешь смертный приговор всем своим любимым друзьям, — усмехнулся Реддл, наслаждаясь страданиями парня. Ему нравилось играть с ним, как кошка с мышкой. — Не забывай о своих близких, Поттер. О тех, кто так сильно в тебе нуждается. Гарри с ненавистью посмотрел на Реддла, чувствуя, как внутри него нарастает бессильная ярость. Он был загнан в угол и не видел никакого выхода. — Северус, оставь нас, — спокойно произнёс Реддл, не отрывая взгляда от Поттера. Его глаза, как гипноз, удерживали его внимание. — Да, мой Лорд, — Снегг склонил голову и вышел из комнаты, оставив их наедине. Том продолжал молча наблюдать за парнем, хищник, выжидающий подходящий момент для нападения. Он изучал каждое его движение, каждую эмоцию, стремясь проникнуть в самую суть его души. Гарри казалось, что его сейчас разорвёт на части от переполнявших чувств. — Если ты думаешь, что я в восторге от такой перспективы, то ты глубоко ошибаешься, Поттер. Но если мы оба хотим… выжить, нам придётся пойти на это, — спокойно произнёс Том, стараясь придать своему голосу убедительности. — Это единственный выход из сложившейся ситуации. — Кто сказал, что я вообще хочу жить?! — возмутился он, с ненавистью глядя на Реддла. — Я готов умереть прямо сейчас! Это намного лучше, чем этот… брак с тобой! — Ты ведь так сильно хотел победить, Поттер, — промурлыкал Реддл, напоминая ему о долге. — Хотел остановить войну, спасти своих друзей, дать им шанс на нормальную жизнь. Что же случилось? Где твой героизм, твоя храбрость? Неужели ты… сдаёшься? — Не смей давить на моё чувство вины! — заорал Гарри, теряя самообладание. Он ненавидел Реддла за то, что тот так хорошо его знал. — Не смей мне угрожать! Ты… ты просто чудовище! Том расхохотался, как будто услышал самую смешную шутку в мире. — Это всего лишь временный союз, Поттер, — произнёс Реддл, вытирая выступившие от смеха слёзы. — Когда я найду способ освободить тебя от этого… крестража, мы расторгнем брак, и ты сможешь идти куда угодно. Ты получишь свою свободу, и никто больше тебя не побеспокоит. Гарри недоверчиво смотрел на него, не веря своим ушам. Ему казалось, что он попал в какой-то кошмарный сон. — Ты… ты сам-то слышишь, что несёшь? Ты предлагаешь мне… выйти за тебя? — с ужасом спросил Гарри. Его лицо исказилось от отвращения. — Что тебе собственно не нравится? — Реддл склонил голову набок, искренне не понимая, в чём проблема. — Ты просто будешь жить здесь, под моей защитой. Война закончится, все будут счастливы. Разве это не то, чего ты всегда хотел? Поттер чуть не задохнулся от возмущения. Да, то, что предлагал Волан-де-Морт, было просто безумием. Но Гарри также понимал, что это то, чего он действительно хотел больше всего на свете: мира, пусть даже ценой собственной свободы. Он продолжал молча смотреть на Реддла, словно пытаясь прочитать его мысли. Наконец он глубоко вздохнул и закрыл глаза. — У меня будут свои условия, — тихо произнёс парень, стараясь говорить как можно спокойнее. Он чувствовал себя опустошённым и разбитым. Реддл усмехнулся, предвкушая предстоящую сделку. Это оказалось проще, чем он думал. — Ты можешь изложить их на бумаге. Мы обсудим их и подпишем договор послезавтра в Министерстве. В присутствии Дамблдора и… какого-нибудь нового министра. — Нового? — Гарри приподнял бровь, удивлённый словами Реддла. — А что с Кингсли? Реддл остановился в дверях и повернулся к мальчишке, одарив его зловещей улыбкой. — Я убил его сегодня, — коротко бросил он, словно сообщая о покупке нового галстука, и вышел из комнаты. Краем уха он услышал, как что-то полетело в дверь и с грохотом разбилось о стену. Реддл усмехнулся.

***

Они сидели вчетвером в просторном кабинете министра магии, как игроки в покер, собравшиеся для решающей партии. Атмосфера была наэлектризована напряжением, недоверием и скрытым страхом. Каждый из присутствующих прекрасно понимал, что на кону стоит судьба всего волшебного мира. Волан-де-Морт одаривал всех присутствующих своей ледяной улыбкой. Напротив него, как загипнотизированный кролик перед удавом, сидел Гарри. Его глаза, полные шока и недоверия, были прикованы к Реддлу, словно он боялся, что эта иллюзия развеется в любой момент. Рядом с парнем, потрясённый не меньше его, находился Альбус Дамблдор, чьё мудрое лицо выражало глубокую задумчивость. А во главе стола, как беспристрастный арбитр, восседал новый министр магии — Барти Крауч-старший, старательно сохраняя невозмутимое выражение лица, хотя внутри него бушевал ураган эмоций. Но все взгляды были прикованы к Реддлу. Он выглядел совсем не так, как все привыкли видеть его в последние годы войны. На месте кошмарного монстра, внушающего ужас одним своим видом, сидел молодой, невероятно привлекательный мужчина в безупречно сшитом чёрном костюме. Его тёмные волосы были аккуратно уложены, а глаза, вместо зловещего алого, сияли небесно-голубым цветом, словно аквамарины, завораживая и пугая одновременно. Это был Том Реддл в юности, до того, как тьма поглотила его душу. — Не могу поверить… — выдохнул Гарри, нарушая воцарившуюся тишину. Его голос дрожал от волнения. — Где… где безносый змей? Куда он делся? Том усмехнулся, наслаждаясь реакцией парня. Ему нравилось видеть смятение в глазах своего врага. — Ради тебя я готов применить чары иллюзии, если ты так привык к моему… любимому облику, — промурлыкал Реддл, слегка наклонив голову. В его голосе звучало насмешливое презрение, но в то же время чувствовалась какая-то странная… тоска. — Значит, мне не показалось… — проговорил Дамблдор, нахмурив густые брови. — Ты использовал иллюзию все эти годы? Умно, очень умно, Том. Но… зачем? Зачем скрывать своё истинное лицо? — Мне больше нравится алый цвет глаз, старик, — уклончиво ответил Реддл, — но боюсь, ты никогда не сможешь меня понять. — Что ж, не будем тратить время на пустые разговоры, — вмешался Крауч-старший, нарушая напряжённую тишину. Он чувствовал, как от волнения потеют его руки. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить условия перемирия. Так каковы ваши условия, мистер Реддл? Том искоса посмотрел на мужчину. Он терпеть не мог, когда его называли по фамилии отца магла. В его глазах вспыхнул гнев, но он быстро подавил его в себе. Такую дерзость он мог простить только Дамблдору, но никак не Краучу. — Всё очень просто, — произнёс Том, нарушая напряженное молчание. Его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась стальная воля. — Я прекращаю войну, отзываю Пожирателей Смерти… — он сделал небольшую паузу, давая всем возможность осознать услышанное. — Но при этом я хочу сохранить возможность участвовать в процессе принятия важных решений и внесения изменений в законы, касающиеся волшебного сообщества. Крауч, очнувшись от оцепенения, недовольно нахмурился. — Что-то ещё? — спросил он, стараясь сохранить беспристрастный тон. Реддл одарил его зловещей улыбкой, от которой по спине пробежал холодок. — Да, — промурлыкал он, словно делясь сокровенной тайной. — Я и мистер Поттер заключим магический брачный союз. В кабинете воцарилась гробовая тишина. Дамблдор и Крауч одновременно вскочили со своих мест, будто их ударило током. — Что?! — выдохнул Дамблдор, глядя на Реддла с ужасом в глазах. — Это… это просто недопустимо! Лорд, не замечая всеобщего шока, продолжал объяснять, как будто рассказывал маленьким детям сложную математическую задачу. — Всё очень просто. Мистер Поттер является вместилищем части моей души. Как я могу быть уверен, что никто не попытается использовать его против меня? А в браке со мной он будет под моей защитой. Гарри сидел как парализованный. Его взгляд был прикован к Реддлу, но в его глазах не было ни злости, ни ненависти. Только отчаяние и смирение. — Гарри, — прошептал Дамблдор, глядя на юношу с болью в сердце. — Никто не может заставить тебя делать то, чего ты не хочешь. Помни об этом. Реддл молча наблюдал за происходящим, чего-то ожидая. Внезапно Гарри поднял голову и, глядя прямо в глаза Дамблдору, произнёс тихим, но твёрдым голосом: — Я согласен. В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене. Том удовлетворённо улыбнулся. — Вы уверены в своём решении, мистер Поттер? — уточнил Крауч, надеясь услышать другой ответ. Гарри лишь молча кивнул в ответ, не отрывая взгляда от пола. Крауч с тяжёлым вздохом откинулся на спинку кресла. — Гарри, ты должен понимать, что магический брачный союз — это очень серьёзный и необратимый шаг… — начал было Дамблдор, пытаясь достучаться до сердца юноши. — Не тратьте своё время, старик, — перебил его Реддл, и его голос стал холодным и жёстким. — Мы с мистером Поттером уже всё решили. Все детали улажены. — Не все, — возразил Гарри, впервые за долгое время глядя на мужчину с ненавистью. Реддл усмехнулся. — Ах да, чуть не забыл… твои личные условия, — промурлыкал он, вспомнив о чём-то незначительном. — Обсудим это позже. Затем, обратившись к Краучу, он произнёс. — Итак, министр, мы договорились? Бартемиус, как марионетка, кивнул и, достав из папки чистый пергамент, быстро написал условия договора. Реддл внимательно прочитал каждую строчку и, удовлетворённо улыбнувшись, поставил свою подпись. — Теперь, если вы не возражаете, — произнёс он, откладывая перо в сторону, — я хотел бы остаться наедине с мистером Поттером, чтобы обсудить некоторые… личные вопросы. Крауч неохотно поднялся со своего места и направился к двери. - Могу я остаться, Гарри? — спросил Дамблдор, положив руку на плечо юноши. Том закатил глаза. — Не стоит беспокоиться, директор, — ответил парень, пытаясь убедить Дамблдора в том, в чём сам не был уверен. — Всё будет хорошо. Альбус с тяжёлым сердцем сжал плечо Гарри в знак поддержки и покинул кабинет вслед за министром.