Аллергия на иглы и высокомерных танцоров

Кафе на углу кампуса разрывалось от количества людей, как обычно в обеденный час. Запах свежесваренного кофе смешивался с ароматом горячих сэндвичей, а за окнами мелькали студенты, спешащие на занятия. Джисон, развалившись на диванчике в углу, размахивал руками, едва не опрокинув стакан с колой. Его друзья — Чанбин, Бан Чан и Хенджин — сидели вокруг стола, утыканного пустыми тарелками и тетрадями, и с разной степенью интереса слушали его тираду. — Нет, вы не понимаете, этот Ли Минхо — просто высокомерный козёл! — Джисон ткнул пальцем в воздух, его голос звенел от возмущения. — Я первый раз его увидел в танцевальной студии, и, блять, он двигался, как… как будто родился на сцене! Я прям залип, честно. Думал, вот он, человек-мечта. А он такой: «Не мешай, Хан». Не мешай! Серьёзно? Я просто стоял в дверях! Чанбин, жуя картошку фри, хмыкнул, откинувшись на спинку стула. — Ну, может, ты реально мешал, Джисон? — сказал он, ухмыляясь. — Ты ж у нас как ходячий динамик, вечно орёшь. — Да пошёл ты, — Джисон показал ему фак, но тут же продолжил, не сбавляя темпа. — Я вообще-то ноты тебе нёс, придурок. А этот… король танцпола посмотрел на меня, как на мусор под ногами! И с тех пор каждый раз, когда мы пересекаемся, он либо язвит, либо вообще игнорит. Вчера в коридоре, представляете, я поздоровался, а он только фыркнул и ушёл. Фыркнул, блять! Бан Чан, сидящий с ноутбуком и выглядящий, как будто он пытается одновременно работать и не заржать, поднял взгляд. – Погоди, Джисон, ты жалуешься на него уже вторую неделю. Он так сильно тебя зацепил? Джисон с раздражением втянул кофе через трубочку и бросил: – Ясное дело, он меня зацепил. Ты бы видел, как он двигается. Но его характер это просто... Кошмар. Хенджин, лениво потягивающий латте, наконец оторвался от телефона и прищурился, глядя на Джисона. Его губы растянулись в хитрой улыбке. — А я, между прочим, с Минхо в одной группе учусь, — сказал он, постукивая пальцами по столу. — И, знаешь, он обычно вполне нормальный. С другими ребятами прям милашка — шутит, улыбается, помогает с конспектами. А вот с тобой… хм. — Хенджин сделал театральную паузу, наслаждаясь, как Джисон начинает ёрзать. — Может, он просто неловко себя чувствует? Типа, прикрывает симпатию сязвительностью. Либо ты его реально бесишь, либо он в тебя втюрился. Одно из двух, ни больше, ни меньше. — Симпатию? — Джисон недоверчиво хмыкнул. — Хенджин, ты траву курил? Да он скорее станцует на Луне, чем посмотрит на меня без этой своей… — он скорчил рожу, подражая холодному взгляду Минхо, — …гримасы! Чанбин заржал, чуть не уронив картошку, а Бан Чан покачал головой, пряча улыбку за ноутбуком. — Ну, знаешь, Джисон, — сказал Чанбин, вытирая слёзы от смеха, — Хенджин дело говорит. Может, Минхо просто не знает, как с тобой общаться. Ты ж как ураган, а он, похоже, любит тишину. — Да какая тишина? — Джисон вскинул руки. — Он в танцзале под такие биты двигается, что стены дрожат! Я блять тогда чуть челюсть не уронил. Он был такой… — Джисон запнулся, а его взгляд стал мечтательным. — В чёрной майке, волосы мокрые от пота, а движения — как будто он музыку подчиняет. Я только заглянул на секунду, а он сразу: «Хан, не мешай, я занимаюсь». Как будто я пришёл там концерт устраивать! — Ого, — Хенджин присвистнул, наклоняясь ближе. — Ты прям поэму про его майку написал. Джисон, ты точно в него влюблён. — Да не влюблён я! — Джисон шлёпнул ладонью по столу, но его щёки предательски покраснели. — Просто… он мне симпатичен, да. И я не знаю, как с ним сблизиться, когда он каждый раз смотрит на меня, как будто я проклял весь его род. Бан Чан закрыл ноутбук, его глаза блестели от усталости. — Может, попробуй не орать на каждом углу? — предложил он. — Минхо, похоже, ценит дисциплину. А ты… ну, ты — это ты. — Спасибо, Чан, очень помог, — буркнул Джисон, скрестив руки. — Вы все бесполезные. Я просто хотел пожаловаться, а вы… Его слова оборвались, когда дверь кафе распахнулась, и внутрь вошёл никто иной, как Ли Минхо. Рядом с ним шёл Феликс, его лучший друг, с яркой улыбкой и россыпью веснушек на лице. Минхо был в тёмной толстовке, волосы слегка растрёпаны, но он всё равно выглядел потрясающим. Джисон невольно выпрямился, его сердце сделало кульбит. — Вот он, — прошипел Джисон, кивая в сторону Минхо. — Видите? Король танцпола собственной персоной. Минхо, будто почувствовав взгляд, повернул голову. Их глаза встретились, и на долю секунды Джисону показалось, что Минхо чуть прищурился. А потом он… хмыкнул. Хмыкнул, чёрт возьми, и демонстративно поднял меню, закрыв им лицо, как будто Джисон был каким-то назойливым насекомым. — Ох, бля, — Хенджин присвистнул, откидываясь на спинку стула. — Это было… показательно. Джисон, я тебе говорил! У него к тебе точно что-то есть. Либо ты его жёстко бесишь, либо он в тебя влюблён. Повторяю: одно из двух. — Да ну тебя, — Джисон уткнулся лицом в ладони, чувствуя, как щёки горят. — Он просто козёл. Точка. Чанбин, всё ещё хихикая, ткнул его в плечо. — Ну, если он козёл, чего ты так зациклился? — спросил он, подмигнув. — Может, Хенджин прав, и тебе стоит попробовать с ним нормально поговорить? Без твоего… хм, обычного шума. — Нормально поговорить? — Джисон поднял голову, его голос был полон сарказма. — Да он меня проглотит и не подавится! Вы видели, как он посмотрел на меня? Как будто я ему жизнь испортил! Бан Чан вздохнул, но его улыбка была тёплой. — Джисон, ты как всегда драматичен, — сказал он. — Может, Минхо просто не привык к твоей энергии. Дай ему время. — Время? — Джисон фыркнул, откидываясь на диванчик. — Я лучше напишу песню про его высокомерие. Назову её… «Бесячий король танцпола». Хенджин заржал, чуть не пролив свой латте, а Чанбин хлопнул Джисона по спине. — Вот это я бы послушал, — сказал он. — Но, чувак, реально, попробуй подкатить. Хуже-то не будет. Джисон закатил глаза, но его взгляд невольно скользнул к Минхо, который теперь что-то говорил Феликсу, всё ещё держа меню перед собой. И почему-то, несмотря на всю злость, Джисон не мог отвести глаз. Этот парень был невыносимым. Но, чёрт возьми, он всё равно был… завораживающим. Не просто же так он ему понравился. — Ладно, — буркнул он, хватая свой стакан с колой. — Но если он опять скажет мне заткнуться, я за себя не отвечаю. Хенджин ухмыльнулся, поднимая свой латте, как будто для тоста. — За преодоление преград, Джисон! Это ж твоя фишка. — Пошёл ты, — пробормотал Джисон, но не смог сдержать улыбку. Может, Хенджин и прав. Может, в этом холодном взгляде Минхо и правда есть что-то большее. Или он просто козёл. Одно из двух.

***

Библиотека университета была пустынной, как заброшенный склад. Полуденное солнце лениво пробивалось сквозь пыльные окна, освещая ряды книг, которые, казалось, никто не трогал годами. Джисон, развалившись на стуле, размахивал руками, объясняя Хенджину свою новую музыкальную идею с таким энтузиазмом, что его голос эхом отражался от стен. — Хенджин, послушай, если вот тут, — он постучал пальцами по столу, имитируя ритм, — добавить такой ломаный бит, а потом вставить сэмпл, это будет просто взрыв! Как будто ты в космосе, но с басами! — его глаза горели, а голос был громче, чем обычно. Хенджин, сидя напротив с открытым учебником, который он явно не читал, закатил глаза. — Какого хуя ты всегда такой громкий, Хан? — прошипел он, потирая виски. – Я тут заснуть пытаюсь! – Сон – это скучно, а так хоть что-то интересное послушаешь, — Джисон махнул рукой, но всё же понизил голос. — Я просто говорю, эта идея — чистый огонь. Чанбин уже согласился записать демо, осталось только… — Хан Джисон, — холодный голос, словно лезвие, разрезал его тираду. Джисон вздрогнул и обернулся, только теперь заметив Ли Минхо, сидящего за соседним столом. Тот был окружён стопкой книг и ноутбуком, его тёмные глаза смотрели на Джисона с привычным раздражением. Чёрная толстовка, слегка растрёпанные волосы — он выглядел, как всегда, до раздражения идеально. — Ты можешь хоть раз заткнуться? Некоторые пытаются сосредоточиться. Джисон почувствовал, как щёки вспыхнули. Он не заметил Минхо, когда вошёл, и теперь его энтузиазм сменился неловкостью. — Ой, блин, извини, — выдавил он, потирая затылок. — Я… э-э, не знал, что ты тут. Не хотел мешать, правда. Просто… музыка, знаешь, вдохновение и всё такое. Минхо прищурился, захлопнув ноутбук с тихим щелчком. Его взгляд был холодным, как зимний ветер. — Ты просто невыносим, Хан, — сказал он, его голос был ровным, но язвительным. — Может, попробуешь говорить тише? Или вообще не говорить? Джисон открыл рот, чтобы ответить, но внутри закипела смесь стыда и раздражения. Он сжал кулаки под столом и выпалил: — А ты, блин, придурок, раз не можешь сразу сказать, что тебе мешают! Минхо только хмыкнул, собрал свои вещи и молча направился к выходу. Его шаги были такими же точными, как его танцы, и Джисон невольно смотрел ему вслед, пока дверь не закрылась за ним с тихим хлопком. Хенджин хмыкнул, откидываясь на спинку стула. — Поздравляю, Хан, ты облажался, — сказал он, ухмыляясь. — Это было… эпично. Назвать Ли Минхо придурком? Браво. — Ой, иди ты нахуй, Хенджин, — буркнул Джисон, уткнувшись лицом в ладони. — Я не хотел! Он просто… выводит меня из себя! Почему он всегда такой? Как будто я ему лично жизнь испортил! Хенджин хмыкнул, листая что-то в телефоне. — Наверное это потому, что ты такой громкий? — он поднял взгляд, его глаза блестели от веселья. — Серьёзно, Джисон, ты же прям светишься, когда говоришь о нём. Может, просто извинишься? Нормально, без твоего… хм, обычного шоу. — Извиниться? — Джисон вскинул голову, его голос был полон сарказма. — Перед этим ледяным королём? Да он скорее меня в космос запустит, чем примет извинения! — Ну, как знаешь, — Хенджин пожал плечами, возвращаясь к телефону. — Но, чувак, это реально может сработать. Подумай над этим. Джисон фыркнул, но слова Хенджина застряли в голове. Может, он и правда перегнул? Минхо выглядел искренне раздражённым, но… вдруг это не только из-за шума? Вспомнив, как Хенджин говорил про его возможную симпатию, Джисон почувствовал, как сердце сделало кульбит. Нет, бред. Полный бред.

***

На следующий день Джисон стоял перед дверью танцевальной студии, нервно переминаясь с ноги на ногу. В руках он сжимал бумажный стакан с кофе — карамельный латте, который, по слухам, Минхо любил. Это был его план: извиниться, вручить кофе и, может, наконец-то поговорить нормально. Без ссор. Без неловкостей. Ну, или хотя бы попробовать. Он глубоко вдохнул, поправил свою чёрную футболку и толкнул дверь. В студии было тихо, музыка ещё не играла, но Минхо уже был там, разминаясь у зеркала. Его движения были плавными, точными, как всегда, и Джисон на секунду замер, заворожённый. Чёрт, как этот парень умудряется выглядеть так… потрясающе? — Эм, Минхо! — Джисон шагнул вперёд, поднимая стакан с кофе, как трофей. — Я… это… принёс тебе кофе. Ну, знаешь, за вчера. В библиотеке. Я реально не хотел мешать, просто… ну, я такой, да. В общем, извини. Минхо остановился, повернув голову. Его взгляд скользнул по Джисону, потом по стакану, и он натянуто улыбнулся — той самой улыбкой, которая больше походила на гримасу. — Кофе? — переспросил он, вытирая пот с шеи полотенцем. — Хан, я не заинтересован. Но… ладно, прощаю. А теперь отвяжись, мне надо работать. Он отвернулся, будто отмахиваясь от мухи, и вернулся к своей разминке. Джисон замер, чувствуя, как в горле встаёт ком возмущения. Он сжал стакан так сильно, что бумага заскрипела, и кофе чуть не выплеснулось за край. — Серьёзно? — пробормотал он, глядя в спину Минхо. — Вот так просто? «Отвяжись»? Да кто ты такой, Ли Минхо? Он развернулся и вышел из студии, всё ещё сжимая кофе. Внутри бушевала смесь злости и решимости. Этот парень думает, что может просто отмахнуться от него? Ну уж нет. Джисон ещё добьётся своего. Он не знал, чего именно — разговора, дружбы или… чего-то ещё, — но он точно не сдастся. Не перед этим высокомерным королём танцпола. — Я тебе покажу, — прошептал он, бросив взгляд на стакан. — Ещё посмотрим, кто тут невыносимый.

***

Солнце палило нещадно, превращая асфальт перед университетом в раскалённую сковородку. Студенты лениво слонялись между корпусами, а Джисон и его друзья — Чанбин, Бан Чан и Хенджин — оккупировали один из деревянных столиков под навесом у главного входа. На столе громоздились стаканы с кофе, пара недоеденных булочек и тетрадь Джисона, исписанная какими-то музыкальными набросками, которые он уже час игнорировал. Его мысли были заняты совсем другим. Точнее, кем-то другим. — Я сдаюсь, — Джисон откинулся на спинку скамейки, запрокинув голову и драматично прикрывая глаза ладонью. — Этот Ли Минхо — как крепость! Я принёс ему кофе, мать его, а он посмотрел на меня, как будто я ему таракана в руку сунул! Как мне вообще к нему подкатить, если он такой… невыносимый? Чанбин, жуя соломинку от своего айс американо, хмыкнул, лениво постукивая пальцами по столу. — Ну, Джисон, ты ж не просто подкатил, ты прям вломился с этим кофе, как к себе домой, — сказал он, ухмыляясь. — Может, попробуй не так… в лоб? Он же тебя явно замечает, это уже плюс. — Плюс? — Джисон вскинулся, его голос сорвался на возмущённый писк. — Он замечает, как назойливую муху, Чанбин! Вчера в коридоре я сказал «привет», а он только кивнул, как будто я ему штраф выписал. Я не знаю, как с ним сблизиться, если он каждый раз отталкивает меня! Бан Чан, сидящий напротив с неизменным ноутбуком, оторвался от экрана и поправил очки. Наверняка работал над новым треком для фестиваля. Его взгляд был спокойным, но в уголках губ пряталась лёгкая улыбка. — Слушай, Джисон, — начал он, закрывая ноутбук. — Может, проблема в том, что ты всегда ловишь его в… напряжённой обстановке? Танцевальная студия, библиотека — это всё его «рабочая зона». Ему там комфортно быть строгим и собранным. Попробуй заговорить с ним в неформальной обстановке, где он расслаблен. Джисон моргнул, медленно выпрямляясь. Его глаза загорелись, как будто кто-то включил в голове лампочку. — Неформальная обстановка… — повторил он, постукивая пальцами по столу. — Расслабление… ненавязчивое появление меня… — он замолчал, его взгляд стал расфокусированным, как будто он решал мировую задачу. Вдруг он щёлкнул пальцами так громко, что Чанбин чуть не уронил свой кофе. — Вечеринка! Мне нужна вечеринка, мать его! Чанбин заржал, хлопнув ладонью по столу, отчего булочки подпрыгнули. — Гениально, Шерлок! — сказал он, вытирая слёзы от смеха. — И где ты, блять, возьмёшь вечеринку? Просто пойдёшь и устроишь её на улице? Джисон, всё ещё сияя от своей идеи, отхлебнул кофе и медленно повернул голову к Хенджину, который сидел рядом, лениво листая что-то в телефоне. Хенджин, почувствовав взгляд, поднял глаза и тут же закатил их с выражением вселенской муки на лице. — О, нет, Хан, даже не начинай, — сказал он, поднимая руку, как щит. — Я не собираюсь устраивать ещё одну вечеринку только ради твоих любовных страданий. Прошлый раз я три часа отмывал пиво с ковра! — Хенджин, ну пожалуйста! — Джисон сложил ладони, как в молитве, и наклонился к нему так близко, что чуть не свалился со скамейки. — Ты же король вечеринок! Все знают, что твои тусы — легенда! Я сделаю всё, что ты хочешь! Буду твои конспекты переписывать, кофе носить, даже твой дурацкий кактус поливать! Только устрой вечеринку, и я клянусь, я вытащу Минхо из его чёртова панциря! Хенджин фыркнул, скрестив руки, но его губы дрогнули в лёгкой улыбке. Он явно наслаждался моментом. – Джисон, ты реально думаешь, что Минхо придёт на вечеринку только потому, что ты там будешь? — спросил он, приподнимая бровь. — Он же тебя избегает, как чуму. — Не избегает, а… просто не привык ко мне! — Джисон выпрямился, его голос был полон решимости. — Чан прав, ему нужна расслабленная обстановка. Музыка, люди, пара коктейлей — и он не сможет быть таким… ледяным. Он точно придет, к тебе все приходят! Это была чистая правда: если Хван устраивал тусовку, на нее стремились попасть многие. И как Хан замечал, хореографический факультет, всегда приходил к Хвану на вечеринки в полном составе. Бан Чан покачал головой, но его улыбка стала шире. — Ты неисправим, Джисон, — сказал он. — Но идея с вечеринкой… звучит неплохо. Только как ты убедишь его хотя бы говорить с тобой? Он же отказался даже от бесплатного кофе. — Это я ещё придумаю, — Джисон махнул рукой, хотя внутри у него не было ни малейшего плана. — Главное — вечеринка. Хенджин, ну, пожалуйста, чувак, ты моя последняя надежда! Хенджин вздохнул так громко, что, казалось, весь кампус услышал. Он отложил телефон и посмотрел на Джисона с видом человека, который уже жалеет о своём решении. — Ладно, так и быть, я устрою вечеринку в общаге — сказал он, поднимая палец. — Но подкуп коменды — на тебе. И если она снова будет орать, что мы сломали её любимый фикус, ты будешь разбираться. Плюс, ты должен мне три кофе. Карамельный латте, без всякой соевой фигни. Джисон закивал так быстро, что его голова напоминала болванчик на приборной панели машины. Его лицо расплылось в широченной улыбке, и он чуть не кинулся обнимать Хенджина, пока тот бормотал что-то вроде «Во что я блять вляпываюсь?». — Будет сделано! — воскликнул Джисон, хлопнув в ладоши. — Хенджин, ты бог! Я всё сделаю, клянусь! Коменда будет в восторге, фикус будет жить, а Минхо… — он бросил взгляд на окна хореографического корпуса, где за стеклом мигали светодиоды, освещая танцевальный зал. — Минхо не устоит. Я вытащу его из этого грёбаного панциря, вот увидите. Чанбин снова заржал, а Бан Чан покачал головой, пряча улыбку. — Мне уже жаль бедного парня, — сказал Чанбин. — Но если он опять тебя проигнорит, не приходи к нам плакаться. — Не проигнорит, — Джисон сжал свой стакан с кофе, его глаза горели решимостью. — Это будет легендарно. Минхо, готовься, Хан Джисон идёт в атаку. Хенджин фыркнул, возвращаясь к своему телефону. — Если ты так же будешь «атаковать» Минхо, как этот стол, — он кивнул на начавшую трещать после постоянных хлопков Хана столешницу, — то я уже жду, как он сбежит на другую планету. Джисон показал ему язык, но внутри он был полон надежды. Вечеринка. Это был его шанс. И он не собирался его упускать.