Вознесение твоей души

Оставшиеся дни пролетели безумно быстро. Тэхен предлагал продлить их отдых, но Гук ссылался на учёбу, что нельзя так много пропускать. Ложь это все, но Ким только промолчал. Дело не в учёбе, а в тех мужиках, что не переставали звонить и писать. Это раздражало, особенно тогда, когда они занимались сексом. Наслаждаетесь вдвоём друг другом, вот-вот закончите, но весь настрой сбивает телефонный звонок. Оба знали кто это, поэтому и портилось настроение. Но Тэ заметил одну деталь. Звонил все время один и тот же человек, поэтому интерес к этой персоне только разгорался. Кто же это такой настырный? Навязчивый. Прилипчивый. Покушающийся на то, что принадлежит ему? Так, пока Чон мылся, мужчина записал себе номер телефона этого человека, нахмурившись из-за того, что студент подписал его как "Любовник 3". Ради интереса захотелось посмотреть, как и он записан в телефоне этого паренька, что утверждал о ценности Кима в его жизни. "Медвежонок Тэ". Улыбка в тот вечер не сползала с лица. Стоило им вернуться в Корею, Ким тут же сел за холст, начиная по памяти класть на полотно Чонгука, того самого, со связанными руками и повязкой. То заплаканное личико до сих пор мелькало перед глазами. До чего же прекрасен. Было бы всё хорошо, если бы не тот "Любовник 3". Это оказался мужчина 24 лет, зовут его Пак Чимин, работает в крупной кампании, целится на место президента, в отношениях с Гуком занимает нижнюю позицию. — Да лицо у него слишком смазливое...Странно, что Гук его выбрал. Значит, у него большой кошелёк, ведь он совершенно не в вкусе Чона, — Тэ сидел в гостиной своей квартиры и смотрел на планшете всю собранную информацию. — Мерзость. Откинув технику в сторону, мужчина потер переносицу и шумно выдохнул, думая, что же делать. В последнее время Чонгук часто находится в компании этого человека, и это раздражало, бесило, ревность кипела в крови. На часах почти восемь вечера, Ким медленно тянется к бокалу вина и смотрит на ночной город сквозь панорамные окна. — А ведь он и сейчас с этим Паком в ресторане сидит, засранец, — сделав небольшой глоток, Тэ все же берет телефон и набирает Чона. — Алло, Тэхен-а? Что-то случилось? — Не могу просто так позвонить? — А, нет, можешь конечно. Просто, я сейчас немного занят, — было слышно, как он пытался приглушить музыку на фоне. — На свидании с Пак Чимином? — Что? Откуда ты....— но старший перебивает. — У меня завтра выставка в три дня, ты придёшь? После неё хотел бы сводить тебя на свидание. Несколько минут в трубке слышится приглушенная музыка и дыхание Гука. — Я не смогу...У меня на завтра уже были планы, не могу ничего отменить. Прости меня, Тэтэ... — Ну и пиздуй со своим Паком, — ругается Ким и сбрасывает трубку. — Да как он смеет мне отказывать? Чем этот смазливый мужик лучше меня? Выпив залпом бокал вина, мужчина подошёл к окну и посмотрел вниз. Город медленно засыпал, замедлялся, многие спешили по домам, чтобы отдохнуть. С верхнего этажа небоскрёба люди выглядели очень маленькими, казалось, что их можно раздавить двумя пальцами. — Раздавить? — усмехается Ким. — Пак Чимин, ты сегодня до дома не доберёшься. — и губы расплываются в довольной улыбке, а в глазах засияли искорки азарта. План был максимально прост: проследить за Чонгуком и Паком, подождать, когда Чимин проводит студента до дома и останется один, а дальше дело за малым. Раз на улице темно, нужно сочетаться, чтобы ни в коем случае не спалили. Чёрная водолазка, штаны, перчатки, кепка и маска. Разложив все нужное по карманам, Тэ спустился на парковку, где в углу заметил лопату. Неважно чья она, раз стоит без дела, работенка найдётся. Закинув её в багажник, Тэхен подъехал к ресторану и вовремя, из него выходили Чон и Чимин. Злой взгляд карих глаз тут же упал на их руки, что были сплетены. — Ублюдок, да как ты смеешь его трогать? — шипит себе под нос мужчина, начиная аккуратную слежку за машиной. Как и ожидалось, ухажёр привёз Чонгука к его дому, но, перед тем как разойтись, этот мужик затянул Чона в поцелуй, так ещё и свою грязную руку отпустил тому на пах. Он не мог услышать, о чем они разговаривали, но после Чимин вышел из машины и проводил младшего до самого подъезда. Когда остался один, отошёл подальше от дома, чтобы закурить. На дворе глубокая ночь, ни души, отличное время. Ким тихо вышел из машины, подкрался к Паку со спины и без особых церемоний воткнул нож в шею, попадая по сонной артерии. Горячая кровь чувствовалась сквозь ткань перчаток. Её жар, то, как она стекает. — Милый Гуки только мой, — шепчет на ухо умирающего парня, которого начало трясти, а рот открывался в противных хрипах с булькающей кровью внутри. Нанеся ещё пару ножевых ранений, Ким положил труп в багажник машины, откуда быстро поехал в сторону леса. Он ни разу никого не убивал, но почему-то не было страшно, тремора в руках не ощущалось. Наоборот. Внутри стало так хорошо и спокойно, что в голове возникла идея убить абсолютно всех ухажёров Чонгука. Вскоре он добрался до нужного места, вытащил труп, взял лопату и понёс бездыханное тело вглубь леса, улыбаясь содеянному. Все ощущалось как обычная шалость в пятилетнем возрасте. Неосознанно Ким начал хихикать, кидая мёртвого под дерево и принимаясь копать яму. — Устроить бы здесь кладбище всех твоих мужчин, Гуки...Мне не жалко марать свои руки ради тебя. Я их всех ненавижу, хочу закапать каждого, от и до, чтобы ни одна такая тварь не осталась в живых.— шипит сам себе мужчина, вытирая пот со лба, не переставая копать. Стоило столкнуть Чимина в яму и взять лопату, скульптор чувствует вибрацию в кармане. Сняв одну перчатку, достал гаджет и широко улыбался, увидев на экране родное "Малыш Гу". — Алло? — Тэ, прости меня, пожалуйста, что отказал тебе. Я не хотел, чтобы ты ревновал, и тем более не хотел тебя расстраивать, — слышится искренне в трубке. — Я? Ревную? Не смеши меня, Чонгук. Я вовсе не ревнивый, честное слово. Тебе не стоит об этом переживать, — облокотился спиной на ствол дерева и, посмотрев на звёздное небо, широко улыбнулся. Такой мягкой, искренней улыбкой, которой улыбается только этому студенту. — Ну, судя по голосу, ты говоришь правду...Ещё раз прости. — Вместо слов "прости", приходи завтра на мою выставку, а потом сходи со мной на свидание, — и взгляд падает на мёртвого Пака. — Я постараюсь...Спокойной ночи, Тэтэ. — Сладких снов, малыш Гуки. Убрав телефон в карман, Ким повернулся к яме и посмеялся, закапывая дальше. Конечно, не ревнивый. Вот ни капли. Будучи у себя в квартире, Тэ пытался смыть с себя запах крови, чистил свой рот на несколько раз, лишь бы не чувствовать этот металлический вкус. Только под струями тёплой воды пришло осознание того, что он натворил. Спокойствие мигом пропало, на своих руках он видел кровь, что постепенно начала заполнять ванную. В панике и ужасе Ким выбежал из неё полностью голым. Он действительно обезумел. Тяжёлое дыхание, широкие зрачки и галлюцинации. Было такое ощущение, что он под веществами, но нет. Тэхен таким не занимается. Просто он осознал насколько глубоко уже находится под землёй. Зависимость от Чона обернулась потерей личности, рассудка и жизненных ценностей. Но уже слишком поздно... Мужчина не помнил, как смог уснуть, но на утро проснулся довольно бодрым, что удивило. Конечно, вчерашняя выходка сидела все ещё в голове, но переживать об этом уже не было никакого желания. Да и тем более, впереди выставка и свидание с Гуком. По поводу студента, стоило выйти из ванной, он тут же позвонил. — Тэтэ, доброе утро! Накрылись у меня планы...Ммм, не напомнишь, во сколько у тебя выставка сегодня? — голос слегка дрожит, явно переживает, почему же его игнорирует Чимин. — Утречко, Гуки. Рад, что у тебя нашлось время для меня. Выставка с трех до восьми. Мне забронировать сразу столик в ресторане? — поправляет волосы, смотря на себя в зеркало. Он хорош во многом, поэтому Чон должен быть только с ним. — Да, конечно. Мне кажется, ты все ещё ревнуешь или расстраиваешься. Извини, правда... — Малыш, я тебе говорил, что совершенно не ревнивый, но это не значит, что тебе нужно ставить меня на второй план. — Я никогда так...— но Тэ перебивает. — Я все сказал, а сейчас мне нужно собираться на выставку. Жду тебя там с нетерпением. Разговор закончен, настроение даже поднялось от голоса Чонгука. Убийство Чимина уже ничего толком не значило. Все мысли снова забиты студентом, он заполнил каждую клеточку внутри Тэхена. Въелся в сердце, выгрызая каждый день большой кусок, предоставляя долгую мучительную смерть. Но если она от рук Гука, то не жалко умереть. И раз вечером они идут на свидание, нужно надеть самый лучший свой костюм: бежевый, что прекрасно подчеркивал статус и красоту Кима. Аккуратно уложив свои тёмные волосы, мужчина не забыл про дорогие аксессуары и парфюм. Хотелось, чтобы этот студент также ненормально зависел и нуждался. Да, Ким чертов эгоист, но каждый человек таким является ещё с рождения. Это свойственно абсолютно каждому, даже самому доброму человеку на Земле. По пути на выставку старший заказал им столик в ресторане на крыше отеля. Хотелось выпить, поэтому за руль потом не сесть, останется только спуститься и ты уже в номере шикарного отеля. Будучи в пустом выставочном зале, Тэ смотрел на картину, что была закрыта полотном. За этой тканью пряталось нечто личное, тревожное и будоражащее сердце в грудной клетке. Ему тяжело далось решение выставить эту картину на всеобщее обозрение, но это первый шаг к вознесению души Чонгука. Сначала картина, следом пойдёт скульптура, что постепенно приобретала очертания его любимого мальчика. — Тэхен? — не нужно было смотреть, чтобы понять, кому принадлежит этот чудный голос. — Гуки, ты пришёл, — широкая улыбка тут же появляется на лице и мужчина подходит к Чону, поправляя его волосы и строгий костюм чёрного цвета. — Давно я тебя не видел в костюме...Он смотрится просто великолепно. — Тоже самое могу и о тебе сказать, Тэтэ. Этот костюм, блять...Кажется, у меня скоро встанет, — шепчет и смеётся студент. — Извращенец. Не хочешь походить и посмотреть картины? Могу тебе лично провести экскурсию. — И какая же оплата будет у такой экскурсии? — усмехается Чон, смотря на Тэ. — Ммм, один поцелуй. Чонгук тут же приподнялся слегка на носочки, чтобы коснуться мягких губ, но входная дверь открылась и начал входить народ, желающий рассмотреть творчество Кима. Мужчина засмеялся, убрал руки в карманы и пошёл по залу, спокойно рассказывая студенту о каждой картине. Когда пришло время, все собрались у полотна, ожидая тот самый момент, ради которого большинство и пришло. Усадив младшего на первый ряд по центру, скульптор-художник вышел вперёд. — Я очень рад, что нашлось так много людей, которые интересуются моим творчеством. За этой тканью прячется картина, над которой я кропотливо работал на протяжении нескольких месяцев, вкладывая в неё частичку своей души и тела. Эта работа очень много для меня значит, не передать словами, как я счастлив, что человек, которому я хотел её показать, пришёл сюда...Думаю, хватит слов. Все это снималось на несколько камер, сами люди записывали на телефон, но взгляд Тэ был прикован к Гуку. Стоило одним движением снять ткань, все восторженно открыли рты, охнули, но на лице студента читалось удивление и....непонятное чувство. На большом холсте среди всевозможных цветов был его Гуки. Такой прекрасный, улыбающийся, смотрящий прямо в душу. Именно в этом саду скоро появится скульптура этого человека и он вознесется к небесам. Многие стали подходить ближе, рассматривать, но старший не обращал на них внимания, смотрел только на одного парня в этой толпе. — Гуки? Все хорошо? — сев рядом, спросил старший. — Эта картина...Боже, она великолепная, мне так не по себе, что она будет здесь висеть, — студент закрыл лицо руками и согнулся, но Тэ заметил красные кончики ушек. Милота. — Я уже боялся, что она тебе не понравилась. — Мне безумно понравилось, правда. Просто, ты первый, кто сделал что-то настолько глобальное для меня. И не в первый раз! Сначала сад, теперь картина, ты говорил ещё что-то про скульптуру. Спасибо тебе большое. Я смущен... — Гук раздвинул пальцы и через них посмотрел на старшего, краснея и улыбаясь. — Для тебя мне ничего не жалко. Я только рад видеть тебя таким счастливым. Хочешь ещё посмотреть картины или в ресторан? — зарылся рукой в мягкие волосы на затылке Чона. — Уже много времени прошло, я сильно проголодался. — Тогда поехали, я забронировал нам столик кое-где, — хитро улыбается, встаёт и протягивает руку студенту. — С тобой каждый день полон сюрпризов, — смеется младший и берет Кима за руку, после чего приподнимается на носочки и быстро чмокает в губы, пока люди вокруг не видели. — Как тебе картины? Если какая-нибудь понравилась, могу её тебе подарить, — они уже были в пути к отелю, стояли на красном светофоре. — Мне все безумно понравились. Нет, не нужно. Твоим картинам место в галереях, ты просто замечательный художник и скульптор. Мне понравились маленькие скульптуры людей и животных, такие хорошие. — Какой же ты милый, блять...— мужчина все смотрел на сверкающую улыбку Чонгука и не мог ничего сделать с трепетом в груди. Посмотрев на дорогу, нажал педаль газа и вскоре они уже были у отеля. Поднялись на самый верхний этаж, где сели за лучший столик. Иначе никак. Для Чон Чонгука нужно все роскошное, высшего класса. Как джентльмен Тэхен отодвинул стул, чтобы младший сел на него, лишь после сам оказался напротив, открывая меню. — Что будешь? Выбрал уже? — но в ответ только тишина. Подняв голову, старший прищурился, заметив пристальный взгляд студента на экране телефона. — Чон? От столь строгого голоса, Гук вздрогнул и наконец обратил свое внимание на сидящего. — Прости, задумался о своём. Что ты спрашивал? — Ждёшь звонка или сообщения от кого-то? — стиснув челюсти, Тэ сжал руками меню. — Сказать честно, то да...Чимин со вчера куда-то пропал. Я переживаю, — тихо признался студент, опустив голову. — Переживаешь именно за него или за то, что тебя бросили? Не думаю, что такого человека как ты будет интересовать чужая жизнь, — фыркнул и вернул свою внимание к меню. — Прекрати быть такого мнения обо мне. Я правда переживаю за него, что могло случиться с человеком за ночь? Сам подумай, тебе бы спокойно было, если бы я взял и пропал внезапно? — хмурится Гук, отворачивая голову на вечерний город. — Я бы все равно тебя нашёл, будь ты даже глубоко под землёй. А этот Чимин...Неужели вы так близки? Чего он такого предложил тебе, что ты не хотел ко мне приходить? — Давай не будем об этом, хорошо? Не думаю, что тебе хочется портить себе и мне настроение, — и прячет свое лицо за меню. — Да, я полностью согласен с тобой, — и между ними повисло молчание. Ким понял, что ему не стоило поддаваться эмоциям. Просто бесит, когда при тебе думают о другом человеке, говорят о нем и переживают. Почему он вообще вспомнил об этом смазливом мужике? Не пишет, значит не нужно. "Почему? Почему тебе мало меня? Я даю тебе столько всего, о чем другие даже не задумываются. Я люблю тебя сильнее жизни, я тону из-за тебя. С каждый днем все быстрее ухожу на глубину, задыхаюсь от невзаимной любви к тебе, а тебе лишь полакомиться чужим вниманием." Заказав еду, Тэ шумно выдохнул и посмотрел на студента, что все ещё сидел надув свои губки. Одно мгновение, и он сел поближе, беря аккуратное личико за подбородок. — Ты мне, конечно, весь нравишься, даже эти губки-бантиком не оставляют меня равнодушным, но улыбка тебе идёт намного больше. Прости, не хотел тебя обидеть, просто, пока ты со мной, не говори о своих мужчинах, хорошо? Мне жутко неприятно. Пока мы вдвоём, думай только обо мне. Не прошу быть как я, думающем все время о тебе...— заглянул в глаза напротив и поджал губы. — В твоём сердце есть место для меня? — Хорошо, не буду. Ещё раз извини, не подумал, что тебя это может как-то задеть, — ластится к руке старшего, что уже гладила по щеке. — Ты задаёшь очень сложные вопросы для меня. Точно сказать не могу, но знаю точно, что ты лучше всех остальных, кого я знаю. Может, это успокоит твою ревность? — Я тебе говорил, что совершенно не ревнивый. Просто неприятно, когда говорят о других, особенно о тех, кого я знать не знаю, — а тут обманул, он знает все-все. — Я понял, больше не повторю своих ошибок, прости, Тэтэ, — обнимает за шею и касается губ старшего, затягивая в медленный, но страстный поцелуй. Вскоре принесли еду, и от её запаха Тэ почувствовал, как свело живот от голода. Когда начали трапезу, кормили друг друга, целовались, стоило выпить немного вина, их снова тянуло друг к другу, жаль, что чувства Чонгука отличались от тех, что терзали Кима. Если в прикосновениях старшего чувствовалась особая нежность, смешанная со страстью, то Чонгук даже не скрывает своего желания и возбуждения. — Ужин просто великолепный, еда здесь высшего качества, а вид с крыши был невероятен, — Чонгук закрыл за ними дверь номера и тут же обнял скульптора со спины, оставляя мокрый поцелуй на шее. — Значит буду водить тебя сюда чаще, раз так понравилось, — наклонил слегка голову в бок, открывая больше свою шею для ласк. — Хочу сегодня сверху побыть, поэтому, пошли в душ? — шепчет младший, кусая мочку уха Кима и сжимая руками торс. Тэхен лишь кивает. Не в первый раз они меняются местами в их отношениях. Им двоим нравилось быть иногда снизу, иногда сверху. Чаще зависит от настроения, и студентику повезло, что атмосфера располагала как нужно. Душ принят вместе, где время потратили не только на подготовку, но и на хорошую растяжку. Цепляясь за плечи Гука и царапая их, мужчина шумно дышал, принимая в себя три пальца, что слишком пошло хлюпали. — Ты все ещё такой узкий... — Так у нас давно не было такого, чтобы я был в нижней позиции, — жмурится и еле сдерживает стон. — Сука, прекрати...Нормально уже, пошли на кровать. — До чего же сладкий, мне очень сложно тебе отказать, — с хлюпом достал пальцы и выключил воду. Стоило почувствовать в себе пустоту, Тэ вздрагивает и прижимается к студенту, что свои шаловливые руки устроил на его ягодицах, раздвигая их и шлепая. Каждый удар вызывал дрожь и тихие стоны. Зубы сами по себе смыкались на мокрой и горячей коже шеи и плеч, до чего было сложно себя контролировать от давно забытых ощущений. — Хватит издеваться надо мной, пошли уже, — отодвинулся от Чона и посмотрел в его глаза, при приглушенном свете они казались чёрными. — Просто я невероятно соскучился по твоей дрожи в теле, когда я тебя ласкаю...Так стараешься сдерживать себя, но знаешь же, что получается не очень? — смеется студент, беря Тэхена за руку и ведя на кровать. Но здесь уже старший решил показать, кто здесь имеет власть. Стоило юноше повернуться к нему лицом, толкает на кровать, заставляя упасть на спину. Руки тут же оказываются прижаты над головой, а меж ягодиц упирался вставший член. — Не забывай, кто здесь старше, засранец. — Хочешь оседлать меня? — хихикает Гуки, приподнимая свои бедра, проезжаясь органом между ягодиц. — Лежи смирно, я сам все сделаю, — тихо стонет мужчина, сжимая сильнее чужие запястья одной рукой, а второй взял смазку и ловко её открыл, обильно выливая её на член младшего. — Самостоятельный такой...Я, действительно, соскучился по такому тебе. Ты бы видел сейчас свое личико, бровки так мило нахмурил, — усмехается Гук, а мужчина взял член и подставил его головку к своей дырке, начиная медленно садиться. Конечно он будет хмуриться, ведь в позиции пассива был довольно давно и забыл, какого это. Расслабляя свои мышцы, Ким медленно начал садиться, сильнее сжимая руки Чонгука над его головой. — Сколько там уже осталось? Он весь во мне? — шумно выдыхает Тэ, перенося свои руки на грудь младшего. — Нуу, — резкий толчок и все тело бросает в дрожь. — Вот теперь точно весь. — Засранец, — сдавленно рычит, царапая чужую грудь. — Погоди, не двигайся, больно. Тэхен старался спокойно дышать, расслабиться до конца. Голова шла кругом от забытых ощущений и духоты. Чонгук, заметив его состояние, стал медленно поглаживать по бедрам, чтобы быстрее получилось нормально расслабиться. — К черту тебя, засранец, — наклонившись, скульптор впился в губы грубым поцелуем, начиная медленно двигать бёдрами. Пока он терялся в поцелуе, почувствовал горячие руки Гука на своих ягодицах. Юноша сжимал их, разводил в стороны, начиная самостоятельно двигать бёдрами. За такое получая сильный укус в губу. — Дай я сам, куда ты погнал? — тут же вздрагивает и протяжно стонет, выгибаясь в пояснице. — Кому ты врешь? Тебе же нравится, как я сюда давлю, разве нет? — и снова толкается во внутрь, задевая простату. Ким снова стонет и царапает бока студента. После вновь берет его руки и двумя своими прижимает к кровати, начиная самостоятельно двигаться, садясь почти до упора. Невольно в голове появилась мысль о том, что этот Чимин мог находиться в такой же позе, когда они занимались сексом. Ему было тоже так хорошо? Гук смотрел на него тем же возбужденным взглядом? Больно прикусив губу, Тэ выпрямился и начал садиться на всю длину, до упора. Быстро и грубо. Пошлые хлюпающие звуки заполняли номер отеля, а к ним добавлялись и их стоны, что прекрасно дополняли друг друга. Пальцы студента впивались в медовую кожу на заднице, бедра двигались навстречу, заставляя член входить ещё глубже, насколько это было возможно. Перед глазами все плыло, голова немного кружилась, из-за чего Тэхен наклонился и обнял своего мальчика, чувствуя, как крепко стиснули в ответ. — Я скоро кончу...— прошептал сквозь вздохи старший. Собственный член терся об живот Чонгука, создавая дополнительную стимуляцию и ускоряя приход оргазма. — Я тоже, а ещё мы забыли надеть презерватив. — Завались, просто кончи в меня.— и стал двигать бёдрами активнее, чтобы скорее случилась разрядка. Вскоре они оба кончают. Ким чувствовал, как медленно вытекало из него чужое семя, а под ухом слышал быстрое сердцебиение Чона. "Вот бы вырвать твоё сердце и насильно завладеть им..." С такими мыслями и заснул, обнимая тёплое, любимое и желанное тело.