Исповедь взаперти

Рыжая копна волос путалась от сильного ветра, что гудел среди пустых улиц и бился о каждый дом на своем пути. Руки обнимали плечи, стараясь спрятать тело от неприятной прохлады, пока фея боязно шагала по знакомому тротуару. Пусто. Блум не могла узнать Магикс. Кажется, те же дома и перекрестки, родная площадь и переулок с любимыми магазинами, но всё это выглядело, как подобие. Город будто поставили на паузу: ни звука, ни птицы над головой, ни одного человека. Только пронизающий ветер, из-за которого каждый шаг казался тяжелее предыдущего, а уши противно закладывало. Сквозь густую тишину неожиданно начали пробиваться женские крики. Фея остановилась на очередном перекрестке, не понимая, куда повернуть голову. Голоса доносились с каждой из сторон. Знакомые. Винкс. Они звали, искали, постоянно повторяли её имя, превращаясь в какофонию, которую уже было невозможно разобрать. Блум болезненно сжала веки и схватилась за волосы, начиная крутить шеей до слабого головокружения. Она не может помочь, они не могут найти, никто ничего не может. Фея резко подняла голову и открыла глаза. Серость Магикса пронзил холодный свет фонаря в нескольких метрах от девушки. Огромная тень, что отбрасывал юноша, опирающийся на столб, разрезала улицу до середины. Он стоял спиной, но Блум не могла не узнать эти очертания плеч и темно-синюю куртку. Она засеменила вперед, когда ветер усилился, начиная ставить подножки. — Скай? Скай, это же ты? — кричала фея, вытягивая руку к юноше и пытаясь поймать равновесие. Скай медленно обернулся, сунув обе ладони в карманы. Молчал. Стоял так, будто его совсем не касался безумно сильный ветер, из-за которого Блум практически ничего не видела сквозь взъерошенные волосы. Она уже боролась с потоком воздуха, наклоняя корпус вперед, стараясь прорезать невидимую преграду головой, но практически не двигалась с места. — Помоги мне, Скай! Я не могу, пожалуйста, помоги! Ветер резко стих. Рыжие волосы опали на лицо. Блум как можно быстрее смахнула их назад, окончательно спутывая пряди в тугие узлы. Хотелось шагнуть ближе, но ноги казались слишком тяжёлыми для того, чтобы хотя бы поднять одну их них. Оставалось только стоять и смотреть на пустые голубые глаза. Скай всё еще молчал, не проявлял ни одной эмоции. Голоса подруг вновь ударили по ушам новой волной, но остались где-то на фоне, обволакивая Блум своеобразной пеленой. — Ты слышишь их? — прошептала фея, стараясь уловить реакцию Ская. Юноша медленно описал взглядом принцессу Домино сверху вниз, вернулся к ее глазам. Он достал руки из карманов, сложил на груди и перенес вес тела на правую ногу. Пожал плечами, повернулся к Блум спиной, едва уловимо хмыкнул. Немного постоял, но всё-таки пошел прочь, возвращая фею одиночеству. Она резко села на корточки и закричала, до бела сжимая кулаки. Резкий ветер больно ударил в лицо. Блум потеряла равновесие и начала медленно падать, как с крыши многоэтажного здания, а не высоты собственных колен. Внутри всё сжало. Фея дернулась и ударилась головой о спинку кровати. Твою мать. Всего лишь сон. Блум открыла глаза, пытаясь восстановить дыхание и понять, почему рукам так больно. Оказалось, что она сжимала одеяло уже онемевшими пальцами. Кое-как расцепила хватку и, закинув руки за себя, откинулась на мягкую подушку. Стыдливо опустила веки, а затем и вовсе накрыла глаза одной ладонью. Давно сны не оставляли настолько противное послевкусие. И что это значит? Она подсознательно всё ещё ищет Ская, ждет от него помощи? Блум поникше усмехнулась. Вчерашняя мысль не давала покоя. Принцессу Домино действительно интересовало поведение короля Эраклиона. Продолжает ли он играть в милого парня хранительницы огня Дракона? Может, льет крокодильи слёзы на камеру очередного телеканала? У Ская и Винкс взяли бы интервью в первую очередь. Такая сенсация – пропала сама Блум. Фея невольно представила, как Стелла нервно поправляет прическу и забывает вопрос журналиста. Как бы принцесса Солярии ни любила внимание и свет софитов, она бы точно не давила эмоции. Иногда Блум казалось, что она чувствует, как Винкс переживают и бьются головами о стены, злятся на Фарагонду, потому что, вероятно, даже она не знала решения. А что Скай? Неприятно признавать, но, скорее всего, он утешается в объятиях Диаспоры. Если в этом нуждается. Блум легонько ударила себя по лбу. Он точно не переживает. Может, даже рад, что пропала надоедливая фея, которая постоянно вытягивает проявления чувств, пытается разобраться в измене, напоминает об обязанностях и договоренностях между королевствами, что держутся на улыбке сладкой парочки. Скаю точно всё равно. Он, облегченно выдохнув, развлекается с Диаспорой на королевском ложе без угрызений совести. Хотя, как будто они существовали до. Блум не могла узнать в нем того неловкого и слащавого мальчика на летающем мотоцикле. Храброго специалиста, который был готов спасать свою принцессу из каждой западни и рисковать жизнью. Фея не раз вспоминала, как Скай вытирал ее слезы большим пальцем и поглаживал плечи. Раз за разом эти картинки и остатки эмоций разбивались о реальность. Сейчас Блум даже не была уверена, что всё было именно так, как она помнит. Может, юная девочка, попавшая в совершенно другой мир заодно надела розовые очки и до последнего боялась их снять? Нарисовала вокруг первого из проявивших интерес парней идеал принца на белом коне из детских фантазий и видела каждое действие так, как хотелось, а не было нужно? Блум почти забыла случай из Облачной башни. Тогда неопытную фею обманули при помощи заговоренной книги, сказали, что она – потомок трех ведьм прародительниц. И Скай был рядом. Он не успокоил Блум, не попытался опровергнуть услышанное. Он просто испугался и оставил фею одну. Потом даже не брал трубку, а вернулся, когда уже стала известна правда, да так, будто ничего и не произошло. Может, сейчас Блум наоборот слишком сильно сгущала краски, но так было легче. Легче окончательно отпустить, обвинить, признать конец сказки. Наконец, перестать прогонять воспоминания о своих истериках из-за потерянных во тьме биологических родителях, которые Скай ловко заканчивал, укладывая Блум в постель. Лучше бы просто обнял и накрыл одеялом, медленно поцеловал в макушку и сказал, что всё будет хорошо. Если признаться, хорошо было, да и сама фея не выступала против подобного снятия стресса. Просто не верилось, что любовь всей её жизни выбирала именно такой способ для умиротворения Блум. Если он, в принципе, хотел успокоить. От подобных мыслей в начале дня ужасно хотелось отвлечься. Первое, что пришло в голову – неосознанное сравнение с вчерашним, скажем, происшествием. Блум не надеялась, нет, даже не думала о возможности получить от Айси что-то похожее на поддержку. Просто не могла сдержать поток слов, которые уже долгое время бурлили внутри и не были способны найти выход. Принцесса Домино всегда думала, что внутри ведьмы существует только холодный расчет, ненависть и неплохое чувство юмора. Но в момент, когда Айси прижала ее к себе, внутри всё перевернулось. У этой ледяной ведьмы тоже есть душа. Страшно признавать, но, возможно, она была куда больше, чем у прочих знакомых феи. Сначала Блум решила, что сошла с ума. Или похитители наслали очередное заклятие. Потом разум потихонечку начал осознавать происходящее и вступил в борьбу с самим собой. Главный враг проявлял наивысшую степень эмпатии и успокаивал всего одним движением, хотя раньше был одной из основных причин такого состояния. Блум недолго сражалась с рациональностью. Тогда Айси казалась слишком мягкой и восприимчивой к чувствам феи. Принцесса Домино не могла не воспользоваться таким подарком судьбы, поэтому разрешила себе расслабиться. Даже сейчас она неосознанно вспоминала, как слушала едва учащенное сердцебиение, вдыхала свежий аромат, напоминающий перечную мяту и чувствовала неловкие и редкие поглаживания по спине. Как? Как Айси без кучи слов и просьб поняла, что нужно Блум? Просто взяла и сделала, не попросив ничего взамен и не намекнув на обычное "спасибо". Тогда фея не думала ни о чём, кроме ужасно ватной головы после настолько сильного эмоционального опустошения, поэтому и мысль о разменной монете не возникла. Она только посмотрела в сторону закрытых глаз ведьмы и молча ушла. Может, попросит сегодня? Фея нахмурила брови. Айси и за, по сути, спасение жизни толком ничего не попросила, хотя могла превратить принцессу Домино в послушную слугу, что точно было бы в её стиле. Стыдно. Странно приятно. Немного страшно. Незнакомо, но одновременно вызывающе интересно. Рыжая голова ощутимо закипела от столь различных эмоций и мыслей. Пора это заканчивать, день только начался. Вполне вероятно, что ведьма решит проблему до её появления, делая вид будто ничего необычного и не произошло. Действительно, просто один заклятый враг обнял второго, а ему это понравилось. Каждый день такое происходит. Блум резко встала в попытке отогнать лишние мысли, как взгляд резко замылился, а тело немного повело. Рука ловко оперлась на тумбочку позади. Хм, годы берут свое. Фея ещё пару раз шатнулась на месте и двинула из комнаты. Айси уже не спала, что было неожиданно. Принцесса Домино обернулась на часы. Начало первого. Сон занял слишком много времени. — Чайник ещё не остыл, — донеслось с дивана. Ведьма лежала на животе, согнув ноги в коленях, от чего широкие штанины практически полностью закрывали её от взгляда Блум с нынешнего ракурса. Фея последовала словам Айси и прошла до кухонной стенки, вслепую достала кружку и, быстренько нашаманив чай, уселась на столешницу. Ведьма так и не оставила книгу в покое, хотя, казалось, что уже давно её дочитала. Бледные руки периодически сменяли синий и красный фломастеры и подчеркивали предложения на некоторых страницах, которые Айси быстро листала. Неужели ведьма страдает выделением особенно понравившихся цитат? Блум хмыкнула и сделала глоток мягкого на вкус чая, тепло которого приятно растеклось по пустому желудку. Айси отлистала с десяток страниц назад, пробежалась глазами по выделенному тексту, недовольно фыркнула и вернулась к началу книги. Блум даже облегченно выдохнула. Она бы точно не смогла переварить, что именно эта ведьма захотела выучить парочку цитат из книги о феях. Похоже, Айси пыталась найти подсказки между строк или собрать из оставленных на страницах осколков скрытое послание. И, видимо, всё шло так себе. Принцесса Домино, честно говоря, не надеялась, что в волшебной повести возможно найти что-то полезное. Сама пыталась сообразить нужную закономерность из кучки бесполезных фигурок, цепляясь за каждое отличие, как за истинный путь к свободе. Наверное, именно тогда Блум поняла, что информацию они будут получать только с помощью редких писем, которых, как не кстати, давно не было. Но останавливать аккуратно выводящие очередную черту руки совсем не хотелось. Пускай, хотя бы у одной из них останется надежда. Блум же была уверена, что если они и смогут выйти, то только по желанию тех, кто их запер. Скорее всего, когда мучители наиграются с психикой волшебниц, они, наконец, увидят родной Магикс. Или девушек просто убьют, что было бы куда логичнее и прагматичнее с точки зрения злодеев. Фея сделала еще один глоток. А что ей ещё оставалось, кроме того, как наблюдать за увлеченным выражением лица ведьмы, которая то и дело забавно мяла губы, полностью отдаваясь анализу бессмысленных строчек. — Блум, — неожиданно обратилась ведьма, стукнув фломастером по книге. — Тебе что-то нужно? Фея вздрогнула, пытаясь понять, как она не заметила, что Айси уже давно подняла взгляд. Такой усталый, но в то же время точно сосредоточенный теперь на глазах Блум, а не строчках. Принцесса Домино вслепую поставила кружку на столешницу, неловко соскользнула на пол и сделала пару шагов вперед, не отрывая взгляда, хотя очень хотелось. Эта синяя глубина не пускала. Она будто сама просила заглянуть глубже и узнать недавно открывшуюся душу ведьмы получше. — Может, тебе нужна моя помощь? — Блум пожала плечами и, присев на корточки перед Айси, уже сунула нос в открытый разворот. Ведьма так глубоко вздохнула, что щеку принцессы Домино обдало едва теплым воздухом. Похоже, в помощниках она не нуждалась. Только отступать без ответа не хотелось. Фея взяла свободный фломастер в руку и покрутила между пальцев, стараясь выбрать на что лучше в данный момент смотреть. Недавний рисунок заметно побледнел и так на светлой коже. Блум часто замечала, как Айси аккуратно проводит пальцами по голубым линиям. Стоит сыграть пониманием неозвученных желаний в ответ и предложить обновить рисунок, когда ведьма будет в хорошем настроении. Сейчас же она вырвала фломастер из рук феи и пробормотала: — Здесь я справлюсь сама. Не отвлекай. Блум цокнула, но поднялась и вернулась к столешнице, уже потянувшись к кружке. Готовить что-то было крайне неохотно, а желудок требовал наполнения, поэтому фея залпом завершила существование оставшегося чая. Этого не хватило. Что же, как хорошо, что яблоки отнесли к нескончаемым предметам. Иногда Блум задумывалась об их появлении, да и в целом работе данной квартиры, которая явно была магическим творением. Хотя, может, предметы вокруг реальны, те же стены, мебель, просто находятся они в необычном месте для жилой площади. Она хрустнула яблоком, почесав открытое предплечье. Температура совсем не менялась, когда своеобразный календарь Айси говорил о подходящей к середине осени. Это бункер. Или другое измерение. Или... Плевать. Какая разница, если из него не выйти. — Она всегда верила в свои идеи, хотя головой понимала, что они бессмысленны, — процитировала Айси, утыкая кончик фломастера в щеку. — Узнаешь себя, фея? Блум закатила глаза, расплываясь в хитрой улыбке. Серьезно? Ведьма проигнорировала помощь, но, видимо, настолько устала от статичного занятия, что решила поиграть с принцессой Домино, используя надоевший текст. Раньше бы фея восприняла подобное в штыки. Сейчас понимала, что это – просто рабочий способ Айси поговорить ни о чём. — Сказала постоянно проигрывающая сторона, — Блум посмотрела на опустившую взгляд в книгу ведьму и тихо хихикнула. — Это так, к слову. — Иногда Фелия ступала прочь от своих принципов и желаний ради короткого счастья других, — продолжила читать строки Айси, игнорируя ответ феи. — Стоит ли оно того? Вторая цитата заставила задуматься. Принцесса Домино не раз попадала в ситуацию, где приходилось выбирать светлую сторону, которую требовали окружающие. Может, она не хотела продолжать быть лидером новоиспеченной Команды света, спасать мир от очередных темных магов и, в конце концов, рисковать жизнью. Иногда, когда Блум сильно уставала, она задумывалась о том, чтобы всё бросить, отказаться от обязательств и остепениться в Гардинии, переодически навещая Домино. Нет. Она нужна магическому измерению, как главная защита от зла, нужна девочкам, нужна Алфее в качестве хорошего учителя и лучшего примера для подражания, да и на край тот же Скай никогда бы не согласился на подобную тихую жизнь. Поэтому Блум продолжала бороться, а неозвученные желания томиться внутри и понемногу стихать до следующего случая. Только от принципов фея никогда не отворачивалась. Принцесса Домино резко перевела взгляд на ухмылку Айси. Неужели, вчера ведьма действовала согласно внутренним установкам? Блум сщурилась от желания перевести обмен подколами в более серьезное русло. Личное. — Как по мне, стоит, — фея невинно пожала плечами. — А ты что думаешь? Айси подняла одну бровь и, отложив книгу к подлокотнику, села, скрестив руки на груди. Блум еле сдержала просящуюся наружу улыбку. Курс психологии не подводил в который раз, а она ещё ругалась вместе со Стеллой на остальных девчонок, что доказывали значимость этой дисциплины. Жест защиты и недовольства. Прости, ведьма, но ты первая начала и сама дала почву. — Что мне думать? — недовольно фыркнула Айси и откинулась на мягкую спинку. — Обычно я разрушаю счастье других и не жалуюсь. Как ты умудрилась связать это фейское утверждение со мной? — Ага, — увлеченно протянула Блум и облокотилась на столешницу так, что смогла положить одну ногу на другую, — Оказание медицинской помощи, спокойные разговоры с заклятым врагом, советы и даже этот разговор – всё это реально входит в твои, — на этом слове принцесса Домино указала на ведьму надкушенным яблоком. — принципы? Фея не сдержала усмешки, но быстро подавила её, делая очередной укус. Айси же согнула левую ногу и поставила на край дивана, от чего мягкий материал заметно прогнулся. Не нравится вопрос? Печально. По-другому уже быть не может. Она сделала слишком много противоречивого, чтобы не попытаться докопаться до чего-то большего, чем ледяная оболочка. — Это рационально, Блум, — напряженно выдохнула ведьма. — Так проще сосуществовать в долгосрочной перспективе. Стоило признать, Айси хорошо держала лицо и подбирала слова. Фея могла отдать руку на отсечение, что подбирала. Правило о лжи всегда не давало покоя, зато сейчас здорово играло на стороне Блум. Она была уверена, что это лишь одна из причин. Чувствовала что-то ещё, а это что-то очень хотелось разгадать. Ну, или принцесса Домино хваталась за любой пробел информации, который можно заполнить, так как лишенный работы разум на пару с пылкостью не давали ей покоя. — Ты уверена, что обнимать меня — это рационально? Фея игриво наклонила голову в бок, замечая, как на бледных щеках проступили скулы. Нога ведьмы шумно соскочила на пол. Она расцепила замок на груди и хлопнула ладонями по дивану, но так и не встала, как предполагала Блум. Только наклонилась вперед, открывая принцессе Домино полный смешанных до мутного блеска эмоций взгляд. — Тебе хуже что ли стало? — возмутилась Айси. — Что ты привязалась? — Как раз не стало. — Тогда какие ко мне вопросы? Фея слабо махнула рукой и опустила взгляд. Хватит. Точно не сейчас. Блум сама не понимала, что хочет услышать, но это явно не то. Маленький огрызок оказался в мусорке. Фея пощелкала липкими от сока пальцами и, не удержавшись, включила кухонный кран, хотя и так собиралась дойти до ванной. Слабый шум от ровной струи воды умиротворял поток противоречивых мыслей. Она стряхнула капли, опустила кран и, не оглядываясь, зашагала по коридору. Остановилась у выбитой двери. Наверное, Блум хотела узнать, почему ведьма её обняла. Айси могла просто продолжить слушать, даже не вникать, о чем фея зареклась в самом начале. На зло? Слишком по-детски. Эта ведьма точно не из людей, которые не знают себе цену. Она у подобных поступков Айси, скорее, завышена. Неужели, и правда вслушивалась, перенимала эмоции и жалела? Блум вслепую закрыла дверь, неестественно изогнув руку. Если повезет, на Айси опустится подходящее проклятие, и фея сможет этим воспользоваться. Рыжие брови неосознанно опустились. Мысли, как у ведьмы. Обычный интерес того не стоит. Хватить гадать и искать обходные пути. Грязная игра точно не вариант. А нечищенные зубы – тем более. День проходил слишком спокойно. Ведьма была увлечена книгой и игнорировала любое действие Блум так искусно, что сама фея могла поверить в свое отсутствие. Впрочем, принцесса Домино тоже неособо хотела вступать в очередную дискуссию, которая ни к чему хорошему не привела бы. Оставалось только прожигать время, выполняя обычные бытовые действия. Помыть посуду, хотя ее можно было и просто выкинуть, разложить одежду по цветам и закинуть в стирку. Блум была готова гладить даже нижнее белье, главное, что время шло, а голова занята чем-то монотонным и гипнотизирующим. Сон не давал покоя, вызывая очередные гадания о правде, которые, в конце концов, пришли к представлению конца света в магическом измерении. Иногда думать о подобных ужасных происшествиях помогало. В сравнении, жить в квартире без выхода выглядело уже не так плохо. Да и толку от мини-фильма о конце света не было: в конечном итоге Блум всё равно видела живых Винкс, рвущих на себе волосы из-за неудачных поисков лидера. Иногда фея задумывалась и о Трикс. Раз тогда Айси была на свободе, то и её сестры избежали заключения. Вероятно, они тоже ищут свою подругу. Единожды Блум представила, как Трикс и Винкс объединились ради спасения своих лидеров. В целом, это было возможно. Она же с Айси как-то уживается уже второй месяц и ничего. Действительно серьезные конфликтные ситуации можно посчитать по пальцам, да и обе волшебницы давно признали, что устали от поддержания шкалы ненависти друг к другу. Хотелось верить в ведьм и фей, в заключение временного перемирия. Возможно, так дело к освобождению пойдет быстрее. Так или иначе, время не останавливалось. Блум приготовила обед, через несколько часов ужин, поела в относительном одиночестве, так как Айси все не могла оторваться от поиска ответа среди строк, легла спать, отмечая ещё один бесполезный день. Повезло, что в этот раз не приснилось ничего из списка "может нарушить внутреннее равновесие". Чего нельзя было сказать о ведьме. Наверное. Айси снова проснулась раньше Блум, и фея опять застала сожительницу за книгой, когда прошла на кухню за завтраком. Это заставляло задуматься. Принцесса Домино уже привыкла по утрам видеть спящую ведьму, в дверях предполагая, в какой позе на этот раз лежит главный враг. Иногда Айси удивляла. Она могла спать на спине, согнув колени и закинув одну ногу на другую, так ещё и иногда ей покачивая. Забавное зрелище. В какой-то момент Блум поймала себя на мысли, что хотела увидеть искреннюю улыбку ведьмы. Так Айси улыбалась только во сне. К этому фея привыкнуть, скорее всего, никогда не сможет. Так странно. Необычно. Даже интимно. Поднятые уголки губ, едва заметные ямочки на щеках, расслабленные руки, слетевшая с плеча ткань футболки. Во сне эта неприступная ведьма казалась слишком живой, что пугало и одновременно впечатляло. Только сейчас Айси полулежала, закинув ноги на дальний от двери подлокотник, и перелистывала страницы уже ближе к концу книги. Что-то в ее сосредоточенном взгляде поменялось. Блум не успела рассмотреть подробнее: не хотела повторения прошлого утра, которое закончилось так себе и закрыло возможность на лёгкий диалог в ближайшее время. А молчать, порой, было тяжело. Новая посуда в раковине, хм, она, всё-таки, поела. Славно. Минус десять минут от очередного пустого дня. Фея взялась за губку, не теряя возможности предаться монотонности. Пена приятно обволакивала пальцы, мягкая вода из-за слабого напора завершала мелкое удовольствие. Транс прервала Айси, поставив пустую кружку на столешницу. Ведьма не с первой попытки открыла нужную дверцу и достала кофе. Ещё не успела запомнить, где он находится, хотя пьет его почти каждый день? Блум прошлась взглядом выше. Синий теперь присутствовал не только в радужке глаз. Заметные разводы под нижними веками. Не спала что-ли? Почему? Неужели, поймала нить среди фейского повествования? Тогда бы уже сказала. Но Айси молчала. Даже не смотрела в сторону принцессы Домино, пока размешивала растворимый кофе, а утыкалась взглядом в стену перед собой. Блум неосознанно вспомнила себя перед сложным зачетом. Ведьма точно не спала сегодня. И не готовила завтрак, хотя была её очередь. Фея выдохнула, стараясь не придать действию выделяющуюся эмоцию, но зря переживала. Айси просто вернулась на диван, держа кружку двумя руками у рта. Блум проводила немного согнутую спину взглядом и задумчиво сдвинула губы вправо, подавляя желание задать вопрос. Внутри феи сражались абсолютно противоположные идеи: отплатить за непрошенную поддержку беспокойством и совсем не обращать внимание на ведьму, пока та сама не соизволит заговорить. Постучав пальцами о край раковины, Блум пришла к решению приготовить завтрак. Это было первостепенной задачей. Незамысловатый омлет, душ, постукивание ногами о каждую стену в попытке сбежать от скуки, хождение от одного края квартиры до другого. Затем, собрать высохшие вещи и сложить в шкаф по нужным полкам, сменить надоевшую майку на такую же другого цвета, но перед этим задуматься. Иногда Блум хотела взять футболку, которую изначально отдала ведьминской стороне. Простой принт притягивал, а теперь, когда ткань пропиталась прохладой ледяной магии, вещь манила еще сильнее. Кондиционера любители комфорта своих жертв не предусмотрели. Хранительнице огня Дракона даже при условии запечатанной магии частенько было жарко. Футболка Айси пришлась бы так кстати, но нарываться на очередное недопонимание не хотелось больше. Мало ли, что лишенная сна ведьма может выдать. Обед тоже пришлось готовить самой. Блум лениво отбивала мясо, периодически вытирая пот со лба нижним краем майки, но, когда пришло время жарить, не выдержала и решила собрать волосы, что уже прилипали к хребту. Резинки опять под рукой не было. Фея обернулась на Айси. Похоже, книга закончилась. Неудачно. Иначе бы ведьма точно поделилась найденной информацией или хотя бы подозрительной связью. Она просто лежала на спине и рассматривала потолок, иногда выписывая в воздухе пальцем понятные только ей узоры. Именно на этой руке и была резинка, хотя белые волосы еле, но держались в привычном пучке. Ни информацией, ни резинкой Айси не поделится. Блум фыркнула и, хлопнув ближайшим ящиком, вытащила из него вилку, закрепляя ей густую копну волос. Потрясла головой — вроде держится. Вилка справлялась с необычной задачей даже лучше зубной щетки. Раскаленное масло иногда вылетало из сковороды на руки феи, но боли не причиняла. Принцесса Домино наоборот была рада почувствовать что-то похожее на собственную магию и разбавить долгий процесс жарки. Это раньше она могла потратить всего несколько секунд, удивляя маму и папу идеальным стейком в Гардинии. Ленивый обед в одиночестве, хотя Блум поставила две тарелки. Ведьма только раз повернула голову на приятный аромат, но, даже не столкнувшись взглядом с феей, вернулась к более привлекательному потолку. Странно. Принцесса Домино была уверена, что Айси будучи в любом настроении таки вставила бы словечко. Закрыться после того разговора тоже не в характере ведьмы. Блум наколола весь кусок мяса на вилку, измазала уголки рта жиром, небрежно откусывая, и опустила брови. Похоже на ожидаемое проклятие, но в чем его суть? Сначала Блум теряла контроль над гневом, потом Айси не могла перестать пить. Магия влияла на что-то конкретное, логика проста и ясна. Фея быстро пробежалась взглядом по ведьме, стараясь не привлечь внимания и успеть узнать все внешние отличия. Да их практически не было, кроме усилившейся пассивности, которую можно списать на неудачно потраченное время с книгой, и синяки под глазами, что кричали об отсутствии сна. Последнее – единственное, от чего реально развить мысль дальше, хотя она всё равно никак не шла вперед. Но покоя не давала. Что-то точно не так. Блум это начало раздражать. Фея лезла не в своё дело. Какая разница, что с Айси, пока это ее не касается. Может, просто прониклась меланхоличным настроением. Ела же, да и в душ ходила, только ленилась больше обычного, так что беспокоиться не о чем. Пара дней максимум, после которой ведьма сама начнёт разговор. Уже проходили. Блум и не заметила, как насильное отрицание неравнодушия к состоянию Айси подвело день к концу. Тем же лучше. Стоит поскорее закрыть глаза и, наконец, прекратить надумывать лишние проблемы. Фея ловко закинула полотенце на свободный крючок, последний раз за день подмигнула отражению в зеркале и, подмечая всё еще бодроствующую ведьму, закрыла дверь в спальню. Мягкое постельное белье быстро и ненавязчиво выставило желание уснуть на первое место. Блум сунула одеяло между колен и закрыла глаза. Вторая кружка чая была лишней. Фея проснулась от неприятно колющей боли в низу живота. Ну, хорошо, что не приснился белый друг, мирно ожидающий в углу ванной комнаты. Блум неохотно смахнула одеяло в сторону и, потирая еле открывающиеся глаза, зашаталась до двери, а затем и вперед по коридору, успевая задеть плечом косяк. Чуть не уснула сидя, но очнулась от прикосновения виска к холодной плитке. Секундный испуг сменился легкой ухмылкой. Принцесса Домино представила, как Айси застает её в столь казусном положении. Хорошая эта штука, самоирония. Фея почесала живот и медленно пошла обратно, стараясь на этот раз никуда не врезаться. Взгляд упал на часы. Начало четвертого. Здорово, еще спать и спать. Стоп. Почему она видит стрелки? Блум остановилась посередине кухни, расставив руки в стороны. Свет действительно включён, не причудилось, уже славно. Взгляд резко опустился к дивану. Айси лежала с открытыми глазами, закинув одну ногу на мягкую спинку, и практически не моргала. Принцесса Домино устала бороться с собой: подошла к ведьме и, аккуратно наклонившись, чтобы не напугать, тихо спросила: — Ты чего не спишь? — Не хочу, — по щелчку ответила ведьма, так и не сдвинув взгляда с потолка, хотя голова Блум была буквально над её лицом. — А вчера ты спала? Ведьма слабо качнула головой из стороны в сторону. Вторые сутки без сна уже кажутся достойным поводом для беспокойства. Что-то произошло. Нельзя на ровном месте начать так себя мучить. Да и тем более, Айси не сжалась от боли, значит говорила правду. Как можно не хотеть спать так долго? — Я должна о чем-то знать? — тихо протянула Блум, медленно опускаясь на пол. Ведьма, наконец, оторвалась от потолка и повернула голову на принцессу Домино. Фея слегка дернулась: не ожидала, что Айси окажется так близко. Сантиметров двадцать, не больше. Наверное, ведьма могла чувствовать теплое дыхание Блум, но не проявляла ни одной эмоции. Только пустые глаза с покрасневшими белками, синева под которыми усилилась. — Все нормально, — выдохнула Айси и медленно вернулась к потолку. В моменте Блум даже стало немного обидно. Неужели, белая штукатурка интереснее её лица? Фея невольно смутилась от неожиданной реакции и, выставив руки у спины, откинулась назад, неосознанно стараясь набрать расстояние. И почему она решила, что Айси должна на нее смотреть? Не насмотрелась за все те пять лет что ли. Так, стоп. Сейчас искать ответ на другой вопрос, который был куда важнее. Оставалось одно решение. — Как дела? — Я уже ответила, — фыркнула ведьма. — За секунду может что-то измениться? Да, может. По крайней мере, теперь понятно, что происходит. Ее заставляют не спать. Какой здесь смысл? И какой психопат решил тратить настолько мощную магию именно на это заклинание? С каждым разом Блум убеждалась в предположении о идее Ваших Б. свести с ума сильнейшую фею и ведьму. Похоже, в Магиксе действительно что-то происходит, раз они здесь, подвластны неконтролируемому влиянию и оставлены за дверью, как мешающиеся дети. Ну уж нет. Даже такому возможно противостоять. Нужно просто помочь друг другу не терять себя. Вероятно, Айси поняла это раньше, поэтому и обняла Блум. — Мне остаться с тобой? — фея еле сдержала зевок и коснулась холодного мизинца своим, чтобы ведьма точно обратила на неё внимание. Айси не сразу убрала руку. Только после того, как немного согнула мизинец, из-за чего пальцы волшебниц соприкоснулись сильнее. Ведьма положила запястье на лоб и неохотно пожала плечами. Этого хватило для того, чтобы Блум осталась. Она толком и не поняла ответ Айси, нет, даже не хотела понимать, решив для себя, что постарается помочь, хотя и не знала как. Так странно. Фея медленно провела по пальцу, на котором осталась лёгкая прохлада. Интересно, ведьма сделала это сама или так сказывается влияние заклинания? Каждая мысль заставляла чувствовать неловкость, но Блум быстро отгоняла неприятное чувство, оправдывая бредни внутреннего голоса попыткой отвлечься от жуткого желания вернуться к подушке. Она такая мягкая, вероятно, снова прохладная. Голова сама начала опускаться вперед. — Иди спать, Блум, — Айси пронзила тишину и заставила фею вновь напрячь шею. — Я не хочу, чтобы ты сопела под моим ухом. Принцесса Домино недовольно хмыкнула. Ей несвойственно издавать звуки во сне. По крайней мере, Флора ни разу за три года совместной жизни не пожаловалась. Фее природы можно было доверять: она бы не стала скрывать такую мелочь, которая могла мешать её чуткому сну. Сон, сон, сон. Он перетягивал весь фокус внимания на себя, оттягивая желание помочь ведьме далеко назад. Сопротивляться пока удавалось. — Точно? — Точно, — устало выдохнула Айси и повернулась лицом к спинке дивана, убрав одну руку под щеку. Встать с пола было тяжело. Сделать первый шаг навстречу постели чуть проще, а преодолеть дверной проём ещё легче. Там Блум остановилась, чтобы выключить свет в комнате ведьмы и разок обернуться. Ничего нового не увидела. Остается только одно: действительно лечь спать. Может, завтра заклятие исчезнет, и проблема, щекочущая разум испарится, не оставив последствий. Фея упала на подушку и отключилась. Снова повезло. Время пролетело так быстро, будто Блум моргнула. В целом, по снам принцесса Домино не скучала, поэтому была рада подобному раскладу. Еще не хватало лишнего повода для раздумий, с которым Айси уже не поможет. Если она не будет спать ещё сутки, вряд ли сможет нормально воспринимать реальность. Фея потянулась, протесываясь костяшками по стене, и ускоренным шагом вышла к ведьме. Она сидела за столом, медленно проворачивая ложку в кружке, которая странно часто билась о стенки. Так и не уснула. Блум носом втянула воздух и была готова поспорить, что Айси опять пила кофе. На разум магия воздействовала исправно, а вот тело подчинить не могла. Хорошо, что кофе бесконечный. Ведьма точно не пару кружек выпила. Всё-таки шли третьи бессонные сутки. Столько Блум себя никогда не мучала, поэтому даже не могла представить, что сейчас ощущает Айси. Фея, в целом, пыталась не обделять себя сном, понимая, как это важно для хорошей работоспособности. Невыспавшийся боец всегда знатно увеличивал вероятность проигрыша, каким бы сильным он ни был. Достаточно пропустить всего удар, и схватка окончена. Блум давно была знакома с данным правилом, поэтому боялась недосыпа, как с некоторых пор фантомного огня. Пожалуй, сегодняшнее утро стоит начать с ягод. Фея ссыпала достаточное количество малины из бездонного контейнера в глубокую миску, небрежно промыла под слабым напором и, опрокинув пару ягод, пока сливала оставшуюся воду, наконец, принялась за кисло-сладкий завтрак. Мять малину языком о твердое нёбо Блум начала ещё в детстве. Так однажды показал папа, уверяя, что это – лучший способ, каким можно есть мягкие ягодки. Спустя много лет принцесса Домино не изменяла устоявшейся привычке. Айси встала, чтобы отнести пустую кружку к раковине, но вальяжно осела обратно, громко стукнув посудой по столу. Организм заметно устал и работал из последних сил. Приглядевшись, фея заметила, небольшую тряску бледных рук. Блум оставила малину на столешнице и сама убрала грязную кружку. — Давай-ка на диван, — сказала фея, отдаленно напоминая материнскую интонацию. — Дойдешь? Может, ведьма и посопротивлялась бы раскомандовавшейся принцессе Домино, но сил у неё на это не было. Она просто положительно мыкнула и, уперевшись ладонями в стол, предприняла вторую попытку встать, что вышла куда лучше первой. Недолго постояла, пытаясь поймать равновесие и довериться собственным ногам, а после в два рывка дошла до дивана и провалилась в мягкую обивку. Фея же проследила тяжелый путь Айси, скрестив за спиной пальцы на удачу и, увидев его окончание, вернулась к малине. Пальцы быстро окрасились розоватым соком. Высохнуть он не успел: Блум увлеченно облизнула каждый, пока второй рукой набрала воды в пустой чайник. Стоит ли сделать ведьме ещё кофе? Можно и спросить, хотя такой вопрос можно отнести к риторическим. На Айси уже смотреть было тошно. — Поговоришь со мной? — тихо раздалось за спиной. Принцесса Домино улыбнулась и, прихватив малину, в три секунды оказалась рядом с ведьмой, протягивая ей миску. Айси посмотрела на Блум, потом на ягоды, выделила немного времени на фокусирование расплывающегося взгляда и взяла пару штучек. — Только сразу не жуй, попробуй сначала раздавить, — сказала фея, закинув в рот ещё малины. — Так вкуснее. Ведьма слабо хмыкнула, но совет не проигнорировала. После снова потянулась за ягодами. Бледные губы немного окрасились. Хм, а ей бы подошла помада подобного тона, правда, сейчас точно не время для игр в стилиста. Тем более, Айси опишет такой оттенок, как фейский. Тем более, это – прерогатива Стеллы. — Ещё тот детский бред, но ты права, — усмехнулась ведьма, аккуратно отодвигая миску в сторону. — Знаешь, как тебе помочь? Блум резко сменила тему. Не удержалась. Нужно было что-то делать. Если с ранением она кое-как справилась, то теорию о помощи людям, истощенным отсутствием сна, даже не слышала. Оставалось надеяться на Айси. Тогда, с водой, она же смогла пробиться сквозь магическое давление. Хотя, фея была уверена, что ведьма пыталась. Вряд ли кто захочет терпеть подобные мучения. — Просто говори. Что угодно, — Блум уловила в обычно стойком и ровном голосе намек на отчаяние. — Я устала слушать голос внутри. И это не я. Одно и то же. Не хочу спать. Не хочу спать. Фея вскинула брови и отставила миску на пол. Удивительно. Она понимала, что находится под заклятием, но не могла ничего сделать против. На секунду Блум попыталась представить себя в таком положении. Стоп. Это после. Нужно что-то говорить, может, правда, поможет. Только что? Принцесса Домино начала смотреть по сторонам, пытаясь найти тему длиннее одного предложения. — Так есть малину меня научил папа ещё на Земле. Мы редко её покупали, не знаю, как будто она была дефицитом, поэтому он пытался помочь мне растянуть удовольствие. Помню, как я сидела на заднем дворе у него на коленях и ловила ртом ягоды, которые он невысоко подбрасывал. А когда я не успела поймать одну... Блум замерла, резко почувствовав вес на плече. Осторожно повернула голову, уже понимая, что произошло. Айси уснула. Фея затаила дыхание, стараясь свести движение к минимуму, пока ведьма плавно скатывалась по её телу. Белые волосы закрыли колени. Вес приятно давил на ноги. Открытая короткими шортами кожа чувствовала едва теплый воздух, который выдыхала Айси. Принцесса Домино нервно сглотнула. Холодная рука зашевелилась. Блум вздрогнула. Только бы не проснулась. Объяснить подобную позу будет слишком сложно. Ведьма просто повернулась на другой бок и уткнулась носом в живот Блум, просунув правую руку вперед. Чуть погодя, скрутилась калачиком так, что фея почувствовала прикосновение коленей боком. Даже опустить взгляд страшно. Осознание приходило медленно. Принцесса Домино только смогла интуитивно втянуть живот, который постепенно нагревался от спокойного дыхания. Итак, Айси уснула. Это хорошо. Заклинание перестало действовать, дав возможность ведьме, наконец, отдохнуть. Она уснула на Блум и была невозможно близко. Это странно. Необычно. Невообразимо. Что теперь с этим делать не ясно. Тревожить сон Айси совсем не хотелось, она и так иногда вздрагивала, пугая фею. Но сильнее пугало другое. Лёжа на теплых коленях и прижимаясь к телу Блум, Айси выглядела такой беззащитной, такой... Живой. Принцесса Домино никогда бы не поверила, скажи ей кто, что подобное может произойти. Эта ведьма, она была главным кошмаром маленькой девочки, которая, как без году неделя, узнала, что она – фея. Заставляла дрожать одним взглядом в первую встречу, пока смотрела сверху вниз на сидевшую у ног Блум. Замораживала, подвергая юную жизнь смертельной опасности, без зазрения совести угрожала родителям. В конце концов, пыталась забрать магические силы, заставляя новоиспеченную принцессу Домино винить себя в том кошмаре, что устроила после на пару с сёстрами. Да, Блум справилась, поверила в себя, смогла спасти измерение и без страха посмотреть в ледяные глаза. Победить. Даже немного забыть первый год обучения в Алфее, как плохой сон. Научилась противостоять злу, стала хорошим лидером. В конце концов, начала получать удовольствие от схваток с главной из Трикс и не сдерживать ухмылку, когда могла заметить былой страх в чужих глазах. Но Блум никогда не думала, что ей удастся увидеть в Айси человека. Хорошего человека. Теплая рука, минуя обдумывание, аккуратно убрала белые волосы с лица спящей. Такая спокойная, расслабленная. Ведьма секундно сморщила нос. Мило. Блум невесомо провела пальцами по бледной щеке, с которой недавно окончательно сошел синяк. Уголок чужих губ слабо поднялся. В прошлый раз Айси тоже позволила прикоснуться к лицу, но ненадолго. Фея повторила движение, описывая подушечками пальцев аккуратную дугу по контуру. Мягкая прохладная кожа без изъяна. Ни шрамика или темного пятна от подростковых высыпаний. Ничего. Только от висков вниз шел еле заметный белый пушковый волос, прикасаться к которому тоже было приятно. Блум будто заново знакомилась с Айси, забывая её прошлый статус. Может, начала делать ещё с первого дня, как оказалась взаперти, просто не придавала этому внимания. Ведьма не смеялась над изменой Ская, не игнорировала плохое самочувствие, замечала изменения, слушала слова феи, терпела её выходки. Разделяла с принцессой Домино мучительное заключение в этой чертовой квартире, неосознанно раскрываясь совсем с другой стороны, которую фея точно бы не смогла увидеть в обычной обстановке. Резко вспомнился недавний монолог, что излился из Блум подобно крику души. Она помнила каждое слово. Чувство стыда сковало каждую мышцу. Фея твердила об одиночестве, которое высасывало все жизненные силы, оставляя включенным только эгоизм. Блум сама так решила, не дав шанса ведьме. А она была рядом. Всегда. Принцесса Домино своими же руками натянула выматывающее одиночество, хотя спасение от него сейчас буквально лежало на коленях и тихо сопело. Блум улыбнулась. А говорила, что фея будет мешать спать. Может, в хороших отношениях с Айси действительно нет ничего плохого. Несколько сложно, но плюсов от них куда больше. Лидер Винкс забыла о собственном девизе, который был как нельзя кстати. Вместе мы сильны. Время пролетит быстрее, ожидание конца заточения скрасится смехом и необычной дружбой с полной противоположностью. Но... Во что подобная связь может вылиться снаружи? Есть ощущение, что ничего хорошего не выйдет. Только это будет потом, если, в принципе, будет. Не думать о будущем нынче один из лучших вариантов. Блум подняла взгляд на циферблат. Прошло около часа. Теперь неудивительно, почему ноги постепенно онемели, а ткань на животе отдавала слабой влагой. Необычно, но даже у ледяной ведьмы дыхание теплое. Пора вставать. Айси точно проспит куда дольше, а просидеть весь день фея не хочет. Даже не рассматривает, как вариант. Слишком много новых мыслей, разбирать которые сил не хватало. Принцесса Домино аккуратно сунула ладонь под голову Айси, протянула до плеча и медленно приподняла, чтобы дать себе возможность быстренько выскользнуть из под ведьмы. Нашла рядом подушку и опустила белые волосы на неё. Айси перевернулась на спину, поставив одну ногу. Опять эта поза. Колено ведьмы начало медленно опускаться до дивана, но та успевала вернуть его обратно, избегая окончательного падения. Блум почти ушла, как заметила на дальнем подлокотнике небрежно свёрнутое одеяло. Обычно Айси спит под ним. Фея постаралась, как можно тише его расправить и накрыла ведьму чуть ли не с головой. Ничего, поправит сама, а, может, так даже будет лучше. Свет из окна никто не отменял. День проходил странно и голодно. Что-то приготовить не выходило из-за спящей Айси, хотя ближе к вечеру Блум предположила, что её не разбудит и падающий потолок. К плите не притронулась. Пришлось доесть малину и продолжить заполнять желудок фруктами. Случайный разгрузочный день хуже не сделает. Жаль, что его свойства распространялись и на социальную потребность. Раньше фея не замечала важности обычной переглядки с Айси. Сейчас скучала и по ощущению тяжелого взгляда на плечах. Вот это – одиночество. Засыпала принцесса Домино с тем же чувством стыда, к которому добавилось слабое отвращение к себе. Она никак не могла перестать анализировать действия ведьмы, свои поступки, слова, да даже взгляды. Пускай, Блум и не была обязана понимать Айси, но всё равно корила себя за быстро опущенные руки. Теперь казалось, что фея черствее одной из самых беспощадных ведьм в измерении. Звучало безумно, но для принцессы Домино правдиво. Благо, всегда всё можно исправить. Далеко не факт, что сама Айси видела в действиях феи эгоистичность, но это уже было не важно. Блум увидела инициативу, которая казалась невозможной, поэтому не могла отказаться от попытки её развить. Да, возможно, эта ведьминская эмпатия – фикция. Мало кто может поверить в искренность заклятого врага, но после того, как Айси прижалась к фее во сне, она была не в состоянии отступить. Тяга к тому, чего не должно существовать, всегда побеждала рациональные опасения. Страх, что ведьма с утра не проснётся, не оправдался. Она даже успела сходить в душ, о чем говорила стекающая с волос маленькими каплями вода, пока их хозяйка сидела спиной к Блум и что-то пила. Привычного кофейного запаха не наблюдалось. В воздухе стоял только еле уловимый шлейф общего шампуня, который фея перестала замечать ещё на вторую неделю. Судя по пустой и сухой раковине, Айси еще не ела. Тем лучше. Можно сразу же сделать что-то хорошее. Принцесса Домино через плечо взглянула на выспавшуюся ведьму, как бы говоря "доброе утро" и, получив в ответ привычный кивок, обратилась к холодильнику. Кажется, Айси не помнила, как уснула, хотя фея толком и не понимала, каким образом могла бы выяснить это наверняка. Да и зачем? Отвечать на лишние вопросы придётся правдой, так что Блум была благодарна ведьме за молчание и начала замешивать тесто на блины. Молоко, яйца, мука – ничего сложного. Скорее, жарить устанешь, пока миска не иссякнет, но пострадать ради блинов стоило. Засыпать внутрь сахара, свернуть треугольником и наслаждаться. Блум облизнулась, представляя, как ест подобный завтрак, и не заметила, что на плите уже стояла сковорода, а в воздух поднялся аромат подсолнечного масла. Странно, вроде бы она огня ещё не включала. Бледная рука вытащила из-за плеча Блум широкую разделочную доску и положила на дальние конфорки, следом, переместила тесто на своеобразную подставку. — Вдвоем быстрее, — Айси уже успела откуда-то достать половник и разлить первый блин по сквороде. — А я есть хочу. Принцесса Домино в замешательстве повернула голову на голос, но взгляда поймать не успела. Ведьма упрямо смотрела на подрумянившиеся края белёсого круга и ждала момента, когда нужно поорудовать лопаточкой. Отказать не приходило в голову. Действительно быстрее. Блум встала на носочки и достала широкую тарелку, на которую вскоре Айси ловко перевернула первый блин. Постепенно румяная горка увеличивалась, хотя за всё это время не прозвучало ни одного слова. Волшебницы понимали друг друга без них. В нужный момент передавали половник или лопаточку, подставляли тарелку с готовыми блинами. Хватало и взгляда одной, чтобы вторая исполнила неозвученную просьбу. Так легко, удобно и комфортно, что Блум позволила себе подкинуть блин со сковородки и поймать его ртом, приятно обжигая губы и щеки. Айси повела взглядом и только ухмыльнулась. Кто бы мог подумать, что готовить с кем-то в первый раз будет так удачно. Ещё и блины, за которые Блум не так часто бралась. Их очень любил Скай. Они были одной из первых просьб, которые слышала фея на пороге хором специалиста. С одной стороны, приятно, что Скай хотел именно блины от Блум, а не из под рук служанки. С другой — минимум час уходил на скучное одиночество у плиты, пока юноша находил более интересное занятие, хотя мог и помочь. Затем, съедал больше половины, неосознанно вытирал жир с рук о юбку принцессы Домино и награждал таким же скользким, как и ладони, поцелуем. Тогда в этом Блум видела шарм. Пока фея вспоминала неоднозначную романтику, Айси успела стащить пару блинов и испачкать пальцы, поэтому двинула к раковине. Блум шагнула назад, натыкаясь на ведьму, но спиной почувствовала только острый локоть. Принцесса Домино кашлянула, придвинулась к плите, дав возможность пройти, и обернулась. Ведьма держала руки согнутыми, повернув блестящие пальцы в противоположную сторону от себя и Блум. Фея неосознанно провела аналогию. И помогла, и не запачкала. Айси вела себя лучше Ская? Айси? Что ещё раз? Рука выронила лопаточку, от чего масло выплеснулось на плиту. Зачем Блум их сравнивает, ничего же общего. Хотя светлые волосы, такие же глаза, пускай, у Ская они менее выразительны. Стоп. Пора, наконец, есть блины, ведьма уже отнесла тарелку на стол. Но первая за него села Блум. Айси отошла к холодильнику и что-то достала, закрутилась у раковины. На столе оказалась знакомая миска со знакомой малиной. Фея поскорее заткнула рот пустым блином. Сердце забилось чуть чаще, а руки вздрогнули. Очень не хотелось объяснять Айси, как так получилось, что она уснула на Блум, а та не сказала ничего против. Оставалось надеяться, что ведьма просто тоже любит эти ягоды. — Так что там случилось, когда ты не поймала? — спросила Айси с набитым ртом настолько спокойно, что фея чуть не поперхнулась. Всё-таки помнит. Ладно. Похоже, стратегия "делай вид, что ничего не было" – лучший вариант. Блум почувствовала себя на месте ведьмы, когда сама выпытывала причину неожиданных объятий. Неуютно. Некомфортно. Особенно потому, что сама ответ не знала. Принцесса Домино потянула время, выкладывая малину в середину блина. — Что не поймала? — фея слишком быстро заморгала, напоминая Стеллу во время оправдания перед преподавателем за пропущенную пару. — Ой, не прикидывайся, Блум, — без негатива бросила ведьма. — Малина, Гардиния, Отец. Я помню. Что было-то? — Да толком ничего особенного, — принцесса Домино растерялась, пытаясь вспомнить продолжение бессмысленной истории. — Сказал стараться лучше, а то больше не купит. — Ну-ну, — промычала Айси с неким разочарованием. — Как-нибудь проверим, если окончательно сойдем с ума от скуки. Блум на секунду представила, как ведьма подкидывает малину в воздух. Похоже на сон при высокой температуре, но никак не на возможную реальность. К тому же, зная Айси, она точно не будет помогать фее, а специально раскидает ягоды быстро и в разные стороны. Это ещё убирать потом. Сок малины особенно въедлив в дерево, из которого предположительно был сделан пол. Идея так себе. Количество блинов постепенно уменьшалось, хотя последние минут десять ела только Блум. Айси только гипнотизировала тарелку посередине, постукивая чистой вилкой по столу, которую сама и достала. Наверное, собиралась поиграть в этикет, но забыла. Лучше бы фея забыла свои слова, сказанные под действием навязанного гнева. Из-за них принцесса Домино каждый раз напрягалась, когда ведьма прекращала есть раньше. Чертовы психопаты. Посеяли напряжение на пустом месте, которого вот точно не хватало. Да и странно, что Айси так за это зацепилась. Блум уже озвучивала свое мнение и отказаться от него не могла. Да, набрала, но, кажется, это пошло на пользу. Фея взглянула на ведьму. Какая разница, если она постоянно ходит в объемных футболках, хотя не перед принцессой Домино же красоваться. Появившиеся щечки полностью не закрывали скул, а сухожилия на бледной шее также остро выступали на равне с ключицами и привлекали внимание. Не хватало какого-нибудь минималистичного кулона, который бы упал в ярёмную ямку в завершение картины. Да и фигура толком не поменялась, просто стала более плавной, делая Айси женственнее, а её движения мягче. Талия, продолжая выделяться, тогда отбрасывала изогнутую тень на белую плитку. Длинные и худые ноги не потеряли изящности. Покруглевшие молочные бедра с ярко-красными царапинами от оставшихся в прошлом острых ногтей. Эстетично. Особенно красиво, потому что тогда оголенное тело ведьмы бликовало в замутненном взгляде от равномерно стекающей воды. Блум почувствовала, как к лицу подступило больше крови. Ну, если Айси не нравилось, фея знала, как помочь, не поднимая неловкую тему на прямую. — Я на днях думала о том, чтобы вспомнить пары по физической подготовке, — начала принцесса Домино, потерев разгоревшиеся щеки ладонями. — Время потратим, да и если выйдем отсюда, не сдуемся на первых порах. Мало ли что может случиться. — Можно, — Айси не сразу качнула головой, приковав взгляд к щекам Блум, и перевела его на глаза, что фея, как по команде, отвела. — Через час. Принцесса Домино положительно мыкнула и поспешно двинула из-за стола с тарелкой, стараясь занять себя чем-то монотонным. Странные мысли, участившиеся в последнее время не оставляли в покое. Хорошо, что так кстати удалось предложить ещё один вид деятельности, который займёт обеих. Скука сводила с ума и подкидывала разуму самые яркие картинки, коих было немного. Получалось скинуть на это и неосознанные сравнения бывшего парня с бывшим врагом. Слишком много прошлого и нового. Благо, час пролетел быстро. Как и при совместной готовке, волшебницы практически не разговаривали. Тренерским опытом или хотя бы походами в спортивный зал никто похвастаться не мог, поэтому обсуждать незамысловатые упражнения было бессмысленно. Блум отжималась, пытаясь разглядеть накопившуюся пыль под холодильником, пока где-то справа стучала стопами Айси, с прыжком поднимая колени к груди. Приседания, пара подходов на пресс, которые позволили фее почувствовать себя половой тряпкой. Были и плюсы – паркет отдавал приятной прохладой, пускай, позвоночник иногда неприятно об него бился. — Не могу. Жарко, — вырвалось из Айси сквозь частое дыхание. Она остановилась и смахнула скопившийся на лбу пот. — Дашь майку какую-нибудь? Блум прокатилась по полу, стараясь собрать как можно больше оставшегося холода, и неохотно поднялась на ноги. Плевать, что подумает ведьма. Фея не стала бы удивляться, если бы увидела её в таком же положении при выходе из спальни. А майку дать нужно. Принцесса Домино оставила влажный след на дверце шкафа и, уперевшись лбом в одну из полок на уровне своего роста, на тяжелом выдохе опустила взгляд. Быстро отыскала ни разу не надетую черную майку на длинных и узких лямках. Пойдёт. Блум вытерла плечи и шею на обратном пути, захватив нижний край своей одежды, и протянула майку ведьме. Айси секундно оценила выбор феи, одобрительно кивнула и, повернувшись лицом к окну, сбросила мокрую футболку на пол, открывая взгляду голубых глаз только спину. Серый бельевой топ почти полностью был на тон темнее. Из под его широких лямок пробивались острые лопатки, напоминая отрезанные крылья. Увидь это Блум в первую неделю в Алфее, тогда, может, и поверила бредням Стеллы. Фея солнца и луны тогда доказывала новой подруге, что у ведьм нет крыльев, потому что им их отрезают, поэтому они такие злые. Пот маленькими дорожками скатывался по бледной коже к темной резинке пижамных штанов по колено, огибая едва выпирающие позвонки. И зачем она повернулась к окну? — Иногда мне кажется, что за нами наблюдают, — практически серьёзно сказала Блум. — Так что, возможно, сейчас твою фигуру в очередной раз оценили. — Тогда разбавлю пикантную картинку неожиданностью. Айси накинула майку, подняла футболку и, смяв в плотный комок, метнула в окно. Блум не удержала смеха, хотя, даже не пыталась. Футболка, кстати, плавно скатилась на подоконник. Хм, может, барьер пропустит другой предмет? На одежде так или иначе остается магический след, на основе которого, скорее всего, и работает защита. Что будет, если кинуть что-то чистое? Ведьма обернулась на Блум и заинтересованно сщурилась. Да, похоже, думала о том же. И не только думала, так как уже дошла до стола, взяла вилку и отправила вслед за футболкой. Она также скатилась на ткань. — Ты долго крутила её в руках, успела пропитать магией, — озвучила фея и двинула к кухонной стенке. Идея пробить барьер включала второе дыхание. Ну, и немного хотелось закончить тренировку. На сегодня, ещё и с непривычки точно было достаточно. Просто одна волшебница не могла признать слабость перед другой, собственно, как и вторая. Может, затея была взята с воздуха, но сейчас выглядела куда серьезнее и внушительнее, чем продолжение спортивных мучений. Блум задумчиво постучала по щеке пальцем, пытаясь подобрать подходящий предмет, который в случае прохождения через барьер мог привлечь внимание и намекнуть на присутствие кого-либо в явно пустынном и незаселенном месте. Если повезет, фея поверит, что и палка раз в год стреляет. Ничего лучше миски она не придумала. Специально взяла из шкафа новую и подбежала к окну, с размаха швырнув посуду в центр стекла: боялась оставить слишком много магии за пару секунд. На инерции Блум сделала ещё пару шагов ближе. Мгновение. Резкая боль заставила поднять ладонь ко лбу, а под ногами с противным треском разбилась миска. Слева раздался короткий, но полный наслаждения смех. — Я понимала, что ничего не выйдет, но хотела увидеть это фиаско наяву, — хихикнула Айси. Блум только сморщила нос и недовольно хмыкнула, даже не повернувшись на ведьму. Понимала она. Принцесса Домино и представить не могла, что миска отскочит, да ещё и так сильно. Максимум: просто разобьётся, а осколки упадут на подоконник, из-за чего, возможно, футболку Айси пришлось бы выбросить. Тогда бы смеялась уже фея. Черт, больно же. Блум попыталась растереть лоб, но как только нажала на появляющуюся шишку пальцами, получила ярко ощутимый прострел до самых пяток. Замечательно. От магии в этой квартире теперь будет недельный единорог. Принцесса Домино усмехнулась с неозвученной шутки, не заметив, как Айси успела подойти ближе. — Руку убери, несчастная, — протянула ведьма, ткнув пальцем в поднятое феей предплечье. — Я не смогу видеть это каждый день. Блум не особо поняла, что имеет в виду Айси, но руку опустила. Хуже она всё равно уже вряд ли сделает. Ведьма секундно заглянула в голубые глаза и, переведя взгляд выше, приложила ладонь к горячему лбу. Приятный холод в миг распространился, как минимум до шеи, не только скрашивая боль, но и забирая жар от интенсивной тренировки. Фея довольно прикрыла глаза, стараясь не думать о реальной причине очередного положительного поступка Айси. Просто наслаждалась магией, которая обычно причиняла только нестерпимую боль. Второй раз. Уже второй раз Блум чувствовала этот холод на своём лбу и интуитивно подмечала разницу. Тогда, пускай, фея и слабо помнила, Айси была вынуждена помочь, неохотно касалась разгоряченной кожи, пытаясь держать руку на весу. Сейчас её ладонь полностью прижималась ко лбу, от чего в районе удара было даже немного больно. Пальцы ведьмы слегка двигались по коже, потом она прошлась рукой вверх до макушки, убирая упавшие на лицо волосы, и вернула ладонь на место, будто слабо поглаживая. — Ты делаешь это иначе, — тихо проговорила Блум, радуясь тому, что ведьма ещё в начале фразы отвела взгляд за спину феи. — Не выдумывай.