Исповедь взаперти

Блум действительно осознала, что именно произошло, только ближе к вечеру. Примерно к этому времени тело перестало гореть и позволило подумать о чем-то более серьезном, чем неровное дыхание ведьмы. Хотя, его принцесса Домино никак не могла выкинуть из головы. Слишком нравился итог маленькой игры. Блум удалось вывести Айси на действие и прервать череду статичного пребывания рядом. Для феи произошедшее казалось победой. Особенной. Не каждый день преданная принципам ведьма с ледяным сердцем сбрасывает собственные оковы, совершая что-то поистине невозможное. Это цепляло. Заряжало потерянной энергией и давало силы жить, а не бесцельно существовать в до безумия надоевших стенах. Заставляло сделать чуть больше шагов за день, чтобы оказаться с Айси в одной комнате и просто посмотреть на неё. Спокойно, без единой грязной мысли, пускай, иногда они и приходили в голову. Блум нравилось следить за действиями ведьмы. Казалось, что у Айси всегда был план, даже если представлял из себя порядок обычных действий. Поставить стаканы на место, вытереть стол, схватить яблоко из холодильника, посидеть на подоконнике, представляя далекий Магикс – всё это ведьма делала так, будто у каждого движения была цель. По крайней мере, так видела Блум. Она верила в Айси и питалась её спокойствием, пока молча сходила с ума. Наверное, знание о взаимности спасло принцессу Домино. Фея поняла, что есть возможность оставить в своей жизни что-то ещё. Впервые поступить так, как хотелось самой, а не, как обычно, париться из-за чужого мнения. Блум и в желании-то не была уверена – просто делала. Думала только о способе достижения, совсем не сосредотачиваясь на последствиях. Если они вообще будут. Каждый раз, когда принцесса Домино выходила на кухню, она первым делом обращала внимание на исцарапанную стену и сразу же находила новую черту, которая приближала к неизвестной дате. Число никто не говорил, даже не намекал, но Блум уже успела смириться с её существованием и ничего не предпринимала. Только посматривала на увлеченную утренним кофе ведьму и беззвучно вздыхала. Неужели, Айси не понимала? Иногда фея хотела начать тяжелый разговор. Собиралась с мыслями, складывала в голове давно готовые фразы и было напрягала связки, как ведьма вставала из-за стола и, обернувшись с едва заметной улыбкой, принималась смывать с белой керамики быстро въедающиеся кофейные разводы. И Блум останавливалась. Не решалась сказать всего одно предложение, потому что Айси не было всё равно на какую-то чашку. Потому что она любила эту чашку и не хотела пить кофе на следующий день из другой, хотя вся посуда была одинаковой. Так странно. Принцесса Домино впервые за долгое время почувствовала себя свободной. По-настоящему. Перестала мучиться от постоянно давящих обязанностей, натягивать улыбку, подбирать слова для миллионов людей, которые ставят обычную девочку с Земли выше любого другого идола. Забыла о еженедельных собраниях в главном дворце Домино, где приходилось битый час изображать заинтересованность в положении дел королевства и искать нужное предложение, что постоянно ждут от неё несколько десятков внимательных глаз. Хотя, половина из них ждали промаха от принцессы Домино. Точно шептались до и после обсуждений, да и во время тоже. Будто Блум не видела скользкие взгляды, наполненные искренней ненавистью. Несмотря на спасение королевства и честные попытки соблюдать обязанности принцессы и главной наследницы фея продолжала чувствовать себя чужой. Это не её. Да, в ней действительно текла королевская кровь, но она выросла не в окружении десятка фрейлин и атласных пеленках. В обычных хлопковых, с кучей пятен и тянущимися по краям нитками, которые мама старательно обрезала после каждой стирки, пока пропахший сажей и дымом папа отдыхал после тяжелой смены, рассказывая об очередном пожаре, что можно было бы избежать. Смешно. Наконец, получить долгожданный отдых благодаря кучке психопатов, которые определили себя вершителями судеб. Разделить его с главным врагом, который, по сути, своей тоже был навязан обстоятельствами. Наверное, Блум смогла бы подружиться с Айси, будь они обычными девушками. Теми же одноклассницами в привычной земной школе. Обсуждали бы горячих старшеклассников, прогуливали уроки, списывали контрольные и сбегали через окно на вечеринки. Блум, как и хотела, стала бы тату-мастером, помогая маме с цветочным магазином в свободное время. Айси же она видела врачом. Наверное, притягивала воспоминание, в котором ведьма перебарывала себя и старательно зашивала изувеченную спину. Точно. Фея уже несколько минут гипнотизировала бледную кисть напротив. Весь день хотела подойти и предложить помощь, но всё никак не находила лучшего момента, наблюдая, как Айси мучается от каждого прикосновения к покрасневшей коже. Небольшая волна тепла прокатилась по телу. Блум даже не подумала, что ведьма может пострадать от подобного. Ну, в целом, фея тогда ни о чём, кроме ощущения прохладных пальцев внутри и не думала. Только потом дошло. Противоположности противоположны во всем. Жаль, что это сказывалось и на особо приятных способах получить удовольствие. Принцесса Домино неосознанно закатила глаза, вспоминая, как ловко ведьма изгибала пальцы и врезалась костяшками при каждом глубоком толчке. Сравнить можно было только со Скаем, но грубые руки специалиста и рядом не стояли. Он всегда торопился, стараясь, как можно быстрее присунуть, иногда и не проверяя, готова ли Блум к такой ширине. Нет, фее нравилось и это. Она никогда не была против резкости и несколько болезненного проникновения, которое, всё-таки, да приводило к разрядке. Просто не знала, что может быть по-другому. Принцесса Домино схватилась за бледное запястье так неожиданно, что ведьма выронила вилку. Даже дёрнула руку на себя, но Блум только добавила силы к хватке. Быстро сосредоточилась и пустила из кончиков пальцев исцеляющую магию. Практически сразу покраснения начали светлеть, а напряжение под ладонью спадать. Фея подняла взгляд на Айси. Еле уловимое недовольство. Опять хочет сказать о границах? Блум проверять не стала. — Мне стыдно, — начала фея и нервно сглотнула. — Я обожгла, я залечу. — Только за это стыдно? Айси подняла одну бровь, но руку всё-таки вырвала. Плевать. Кожа успела приобрести здоровый для ведьмы оттенок. Блум медленно переместила ладонь под щеку и уперлась локтем в стол. Устало вздохнула, не особо желая выдерживать зрительный контакт. Приметила стоящую в дальнем углу кухонной столешницы бутылку вина. Неохотно перебрала последние поступки и пожала плечами, понимая, что чувство стыда обычно появлялось из-за окружающих. Сейчас оно казалось бесполезным. Осудить могла только ведьма, а она особо подобным не увлекалась. — А должно быть за что-то ещё? — То есть, для тебя не произошло ничего из ряда вон выходящего? — интонация ведьмы окрасилась раздражением. — Напомню, я тебя отымела, Блум. — Тебе стыдно? — фея вернула взгляд к синим глазам, пытаясь узнать ответ сразу, но Айси не выдала ни одной эмоции, — Ты мое тело даже толком не увидела, нас никто не застукал, я этого хотела и мне понравилось. Откуда взяться стыду? — ведьма шумно вдохнула, заставляя раскошелиться на ещё одну фразу. — Я бы и от продолжения не отказалась. Честно. Точно. Прямо. Толку юлить, когда это уже случилось и действительно хочется ещё. Хочется вновь забыться на короткое мгновение, откинув все тягомотные переживания, отдаться паре умелых и, как оказалось, нежных рук ведьмы, чтобы отключить разум на сладостные секунды, к которым приведет не менее вовлеченный в процесс когда-то враг. Блум улыбнулась. Безумие. Фея открыто доверяла своё тело Айси, что заёрзала на стуле и оттолкнула опустевшую тарелку. Ведьма едва заметно сморщила нос, прикрыла веки, глубоко вдохнула. Коснулась шеи и принялась явно болезненно продавливать пальцами выделяющиеся от напряжения сухожилия. Нервы. Неудивительно. — Меня не забыла спросить? — всё-таки прошипела Айси, переместив неспокойную ладонь на переносицу. Блум рывком откинулась на спинку стула и вскинула брови. И что это значит? Неужели, ведьма пыталась навязать на себя роль жертвы, которую, бедную и несчастную, заставили ублажать фею. Не так это было. Пускай, Айси практически никогда не говорила о каких-либо чувствах или эмоциях, принцесса Домино прекрасно понимала, что точно никого не принуждала. Да, намекала, может, дразнила, иногда перегибая палку, но не она решила уточнить природу желания, а потом его исполнить, полностью отдаваясь процессу и слушая каждое немое предпочтение. Тогда что? Фея сщурилась. — Я просто говорю. Теперь спрошу, — принцесса Домино привстала, оттолкнувшись ладонями от стола. — Ты бы повторила? — А давай ещё расписание составим? — прыснула Айси и подскочила, чуть не завалив стул. — Сон, завтрак будет по желанию, а в душ можно сразу вместе, чтобы про полотенце забыть. Как тебе, фея, всё устраивает? Ведьма на секунду застыла, не отводя взгляда от Блум, вздрогнула и в два шага оказалась у окна, сложив руки на груди. Отвернулась, будто навсегда. Да, как же. В отражение точно смотрела: на реакцию принцессы Домино терпения, видимо, не хватило. Она же только звучно цокнула, подняв уголки губ, но отвечать не собиралась. Пока что было приятно смотреть на своеобразную истерику. Блум, конечно, предполагала, что поговорить с Айси на тему их нового статуса вряд ли получится нормально, но чтобы диалог происходил настолько эмоционально, она представить не могла. Ей настолько тяжело признать? Почему ведьма не включала свою рациональность? Она бы как раз была в тему. Плюсов выходит больше, чем минусов. Новый способ потратить частичку бесконечного времени, да ещё и с удовольствием. А, так вот, что забыла фея. Нормально сказать нельзя было? Блум сложила губы уточкой. Действительно, чего она хотела от Айси, которая, похоже, подобных разговоров никогда не вела. Это же унизительно. Нужно наоборот сказать "спасибо" за то, что ведьма не молчала. Принцесса Домино перевела вес с ноги на ногу, рассматривая пару вариантов поведения, и, едва кивнув, тихо подошла к Айси. Не человек, а статуя. Даже от дыхания не шевелилась. Блум сглотнула и невесомо провела ладонью от плеча до напряженного предплечья на недвижимой груди. Ведьма дернула рукой, будто отмахиваясь от надоевшего насекомого, но замок расцепила. Можно ли это назвать положительной реакцией? Твою мать, Айси, ну почему ты такая сложная. Фея устало откинула голову, щёлкнув шеей. Маялась бы Блум так снаружи? Точно нет. Снаружи ведьмы её особо не привлекали, а тем более – не были единственным способом отвлечься. Повезло же Айси. Ужасно сильно хотелось спросить: "Тебе нравится, когда за тобой бегает сама хранительца огня Дракона?", но Блум предпочла ответить самостоятельно. Фея слегка неуверенно двинула ближе, натыкаясь на холодную спину. Уперлась подбородком в плечо, чуть приподнявшись на носочках, и, едва качнувшись, уронила ни чем не примечательный поцелуй на бледную шею. Ведьма, наконец-то, зашевелилась: немного вздрогнула. А это сложнее, чем казалось. По идее, будучи девушкой, легче понять, как сделать приятнее и чего-то добиться. Только идеи остаются идеями, когда практика выходит совсем другой. — Я правильно поняла? — тихо протянула Блум, оставляя ещё один поцелуй на покрывшейся рябью шее, и аккуратно приобняла, положив ладонь в районе ребер. — Откуда мне знать, — Айси прозвучала на порядок мягче прежнего. — С такой-то кашей в голове... Она не договорила. Фея отключила бархатный голосок, излучающий одно презрение, всего парой простых движений: завела вторую ладонь на холодное тело и окончательно притянула к себе. Ведьминский звук ограничился едва слышимым выдохом. Блум довольно ухмыльнулась. Похоже, правильно. Оставалось правильно повести себя. Одна ладонь феи вздрогнула. Принцесса Домино почувствовала то, чего точно не должна была: своё тепло. Как? Откуда? Блум провела ладонью по боку ведьмы ещё раз, стараясь убедиться в реальности ощущения. Айси заметно напряглась. Грубо сбросила руку принцессы Домино. Твою мать. Нужно быстро соориентироваться и забыть о разыгравшемся любопытстве. Ведьма только пошла на контакт. — Айси, — Блум сильнее вытянулась, стараясь достать шёпотом до уха. — Повернешься ко мне? Фея даже не успела расслабить вторую руку, не ожидая настолько быстрого ответа. Положительного. Ведьма послушно повернулась и качнулась назад, находя опору в краю подоконника. Неожиданно. Хорошо, что Айси опустила голову. Не увидела широко распахнутых голубых глаз, которые не могли найти конкретной точки наблюдения. Только спустя секунду Блум поняла, что теперь её ладонь касалась прохладной поясницы. Необычное, кажется, первое в жизни подобное касание. И что с этим делать? Что вообще делать дальше? Огненная уверенность испарялась на глазах. — Поцелую? — даже робко уточнила фея. Айси подняла взгляд и наклонила голову в бок, будто не понимая, зачем Блум спрашивала. Блум сама не понимала. Скорее, старалась потянуть время и представить примерный план действий. Хотя бы вспомнить, как вёл себя тот же Скай. Может, здесь от него будет толк. На секунду фея предположила, что специалист начал изменять как раз из-за некоторой пассивности в постели. А что ей было делать, когда он в несколько минут умудрялся распаковать принцессу Домино? Что делать сейчас? Почему от Айси исходит сила огня Дракона? Блум растерянно сжала веки. Вот теперь точно стыдно. Недовольный вздох коснулся лба прохладой. Фея поджала губы. Хотелось провалиться под землю. Так хорошо шла и споткнулась на ровном месте. Точно так же, как и вчера. Тогда потерялась от вопроса, сейчас от движения. Жаль, что судьба наделила только импульсивностью. Как же глупо. Неудивительно, что Айси так себя вела. Больно ей надо маяться с непостоянной феечкой, которая только красиво заигрывает, а потом резко всё обламывает. Принцесса Домино прикусила щеку и сделала маленький шаг назад. — Черт с тобой, Блум, — резко произнесла ведьма, заставляя распахнуть глаза. Холодная рука схватилась за локоть и потянула на себя, сокращая расстояние. Фея от испуга убрала ладонь с чужой поясницы, прижав оба предплечья к груди. Айси повела бровью и ловко села на подоконник, зажимая теплые бедра между колен. Блум заморгала чаще. Пока хватало лишь на это. Ведьма взялась за правую кисть принцессы Домино. Расслабила кулак лёгким нажатием на суставы и, приложив ладонь к своему телу, повела с шеи по мягкой груди, следом коснулась талии и повторила тот же путь несколько раз, буквально показывая, что нужно делать. Фея завороженно следила за собственной рукой, совсем не думая перехватить инциативу. Она даже не пыталась собрать хотя бы какие-то мысли. Любую фразу внутреннего голоса заглушал внимательный взгляд Айси. Ведьма будто оценивала Блум. В синей радужке мелькало сомнение, пока принцесса Домино стояла, как вкопанная, и не решалась даже напрячь руку, которой Айси позволяла дотронуться практически до каждого уголка своего тела. Окончательное осознание кольнуло в нижней части живота. Блум остановила ладонь на талии и слабо сжала. Айси подняла один уголок губ, раскинув руки в стороны, и, прогнувшись к принцессе Домино, несколько устало произнесла: — Пробуй давай, пока я добрая, — она прочистила горло и заметно тише добавила. — Правильно ты поняла. Фея проморгалась. Айси слабо кивнула, ещё раз призывая к действию. Точно. Шанс. Ведьма доверилась и приоткрыла реальные эмоции. Эту возможность нельзя потерять. Блум подняла ладонь к холодной щеке, зацепилась мизинцем за уголок челюсти и сама потянулась к едва теплым губам. Айси поддалась поцелую и, кажется, отдала всю власть фее, которая, в свою очередь, пыталась не облажаться. Ритмично, влажно, игриво. Целоваться Блум умела. Хотя бы за это могла не переживать. Эти мягкие губы постоянно хотелось прикусить. Помять своими, втянуть и услышать томное мычание ведьмы. Принцесса Домино постепенно входила во вкус, но не могла полностью погрузиться в процесс. Иначе это закончится также, как и вчера на диване. Блум нехотя оторвалась от налившихся кровью губ и с небольшой заминкой коснулась шеи. Что именно может понравиться Айси? Поцеловать, облизнуть, укусить... Фея снова споткнулась, не понимая, что лучше. Ещё и ладонь опять коснулась бока, от которого исходило собственное волшебство. Совсем слабо, еле уловимо, но это точно был огонь Дракона. Ошибки быть не может. Не с этой магией. Но откуда? — Блум... — чуть раздраженно отозвалась Айси, от чего фея резко двинула рукой выше и уткнулась в шею носом. — Просто целуй. — Прости. Недовольный вздох. Ведьма повернула голову, подставляя больше места. Принцесса Домино сглотнула, облизнула губы и, опустив веки, наконец, коснулась чувствительной кожи. Поцелуй, второй, третий. Кончик языка, резкий полукруг. Айси только чуть глубже вдохнула. Кулак сжался. Ни черта не понятно. Откуда на ведьме огонь Дракона? Блум пустила ладонь под футболку. Дошла пальцами до края бельевого топа, спустилась ниже. Странно. Кожа здесь казалась куда грубее. Теплее. Фея, забывая о шее, полностью сосредоточилась на ощущениях под ладонью. Шероховатая, совсем не ровная. Какие-то уплотнения и маленькие впадинки в хаотичном порядке. Блум свела брови, только потянулась с очередным поцелуем, как холодная ладонь уперлась в грудину и оттолкнула. — Хватит, — отрезала ведьма, разведя колени, от чего смогла отодвинуть принцессу Домино ещё дальше. — Своё творение не узнала? — Что? — Хорошо, смотри, — Айси чуть ли не рыкнула и, толкнув от себя Блум куда сильнее, задрала край футболки. Огромное, в основном, темное бесформенное пятно покрывало практически весь правый бок. По давно обугленной коже расплывалась фиолетовая паутинка когда-то поврежденных сосудов. Ожог пестрил на равномерно светлом фоне, будто кто-то перемешал несколько красок и плеснул на чистый лист. Оставил ужасную кляксу навсегда. Блум неосознанно коснулась одними подушечками изувеченной кожи, стараясь направить исцеляющую магию, но ничего не почувствовала. Этот ожог уже давно не болел. Ведьма больно хлопнула по руке и опустила футболку. — Довольна? — голос слегка дрогнул, но ретироваться Айси точно не собиралась, — Утолила любопытство? Всё равно бы увидела, не могла подождать пару минут? — она сжала зубы так, что на щеках проступили острые скулы, — Хотя, с твоим рвением, ты бы к завтрашнему футболку не сняла, — ладонь вцепилась в шею, заставляя Блум подавиться воздухом. — Или ты ждала, что я и в этом подскажу? Фея потерялась. Окончательно. Любопытство действительно утолила. С лихвой. Холодные пальцы чуть расслабились, позволяя вдохнуть. Принцесса Домино никак не могла даже закрыть глаз, шарахаясь от каждой попытки ведьмы поймать взгляд. Твою мать. Облажалась да с каким треском. Нужно было как-то исправить ситуацию. Айси ни в чём не виновата. Наоборот. Блум еле сдержала слёзы. Ещё заплакать не хватало. Как же глупо. — Я просто думала... — Ты последнее время совсем не думаешь, — Айси перебила фею, лишая последней возможности оправдаться, если она была. — И я, похоже, тоже. Идиотка. Ты только и умеешь... Забудь. Ведьма отпустила Блум окончательно. Опустила голову и, закинув ноги на подоконник, отъехала к одному из углов. Громко уронила висок на стекло. Расслабила плечи. Фея так и не сдвинулась. Даже знать не хотела, что не договорила Айси. Явно что-то не особо приятное, но правдивое. Ты только и умеешь раздувать пламя, не собираясь его поддерживать. Наверное, так. Эгоистка. Принцесса Домино еле шагнула вперед и оставила мягкий поцелуй на бледной щеке. Ведьма едва повернулась. — Я растерялась, — выдохнула Блум, опустив голову. — Не тупая, поняла, — Айси ещё секунду потравила душу разочарованным взглядом и перевела внимание на окно. — Уйди. Не делай хуже. Но Блум не ушла. Она не могла бросить на полпути приоткрывшуюся завесу. Не хотела потерять единственную возможность скрасить бесконечные дни чем-то ярким. Настолько приятным, что это было бы в состоянии перебить неуспокаивающуюся тревогу. Помогло бы забыть мешающий свободно вдохнуть страх. Наконец, успеть сделать то, что действительно хочется, закрыв глаза. Хотя бы сейчас. Пока ещё есть время. — Не закрывайся, пожалуйста, — принцесса Домино попыталась погладить плечо ведьмы, но она оттдернула руку, ударившись о стекло. — Просто поговори со мной. Скажи, что думаешь. — Серьезно, Блум? — Айси спрыгнула с подоконника, заставив попятиться. — О чём мне говорить с феей, которая в наглую пытается меня привязать? Принцесса Домино еле сглотнула, встретившись с взглядом, что переполнялся гневом. Синие глаза в миг потемнели, не впитывая даже яркие блики от лампочек, пока ведьма продолжала напирать, чуть ли не наступая на дрожащие ноги. — То строишь из себя невинность и поцеловать боишься, то стоны наигрываешь, чтобы я услышала. Подумала, какая я классная, что из-за меня миленькая фея про все рамки приличия забывает, что она на всё готова, чтобы я к ней притронулась, да? — ведьма едко ухмыльнулась. — Получила своё, сделала вид, что хочешь помочь, вину загладить за свой огонь, но только сильнее его раздула этими чертовыми разговорами. А потом, ой-ой, растерялась. Не ожидала, что так быстро соглашусь? Не успела придумать новый круг, поэтому нашла способ соскочить? Какой пунктик твоего плана я испортила, чёртова фея? Айси не говорила. Она кричала. Громко, оставляя звук в барабанных перепонках с противным звоном. Глотала воздух ртом, от чего её губы быстро высыхали, выбеляя тонкую покусанную кожу. Даже из аккуратно собранного пучка выпало пару прядей, которые ведьма будто не замечала, пребывая в яростном порыве. Блум и сама не сразу поняла, что уже коснулась спиной стены коридора. Зато чувствовала, как адреналин прибывает в кровь. — Айси, я не... — рот феи резко накрыла холодная ладонь. — Только попробуй, — локоть ведьмы врезался в стену около уха. — Я просила не делать хуже. Принцесса Домино поджала губы. Нет, не боялась – понимала, что ведьма не тронет. Просто пыталась лишний раз не касаться. Колени и так подкашивало. Блум хватало сил на то, чтобы смело смотреть в раскрасневшееся от эмоций лицо. Замечать выделяющуюся венку на бледной шее. Перенимать ритм сбитого дыхания через движение от каждого вдоха, которое импульсом передавалось через прижатую ко рту ладонь. Следить за едва качающейся прядкой, что мешала видеть затуманенный красной рябью взгляд. Принцесса Домино, не моргая, подняла руку и убрала бесцветный локон за ухо ведьмы, лёд которой слишком красиво таял. — Блум, — сквозь зубы проговорила Айси, но ладонь со рта убрала. Почти. Приятный холод плавно съехал ниже, минуя подбородок. Остался на шее, сковывая гортань. Синева радужки на порядок посветлела, приобретая совсем иной оттенок. Всего на мгновение. Айси отдёрнула руку, как от раскаленных углей, и уперлась ладонью в стену. Блум еле сдержала улыбку. Возможно, действительно немного, да играла. Вызывать эмоции у неприкосновенной ведьмы было интересно и до заточения. — Ты неправильно поняла, — начала фея на выдохе, стараясь подобрать максимально правдивые формулировки. — Да, не ожидала. У меня и в мыслях не было лепить то, чего нет. Просто открыть и принять то, что уже есть. — Зачем? — Мы не должны ограничивать себя, тем более, когда знаем, что именно нужно. Айси закрыла глаза и глубоко вдохнула, видимо, стараясь переварить услышанное. По мышцам её лица бегало напряжение, дёргая то бровь, то уголки губ. Ведьма наклонилась. Блум затаила дыхание, думая, что может её сдуть. Холодный нос коснулся тёплого, затем лоб. Айси едва слышно замычала, но в мгновение свела брови так, будто её чем-то ударило, и толчком от стены разорвала весь контакт, двинув к ближайшему стулу. Блум выдохнула и откинулась на стену, закатив глаза. Это точно была Айси? Настолько нежно, что даже в сердце ёкнуло. — Лучше перетерпеть здесь, чем сгорать от позора снаружи, — устало отчеканила ведьма. — А теперь, правда уйди. И Блум ушла. Она всё равно не смогла бы парировать, хотя знала чем. Айси неосознанно заблокировала главный аргумент, оставляя фею ни с чем. Принцесса Домино аккуратно закрыла дверь и с разбегу упала лицом в подушку. Не могла, глядя в ждущие освобождения глаза, произнести вслух жуткую правду. Пока ведьма верит в позор снаружи, фея будет молчать и гореть в одиночку. Ночь вышла тяжелой. Блум практически не сомкнула глаз, сражаясь с бесконечными мыслями. Может, Айси была права? Фея просто не заметила среди внутреннего хаоса собственных попыток получить особенное внимание. Страдая от одиночества, периодически сравнивая с когда-то близким Скаем, удивляясь необычным проявлениям ведьмы, принцесса Домино, сама того не понимая, активно навязывалась. Играла чувствами, о существовании которых только недавно узнала. Осознала, что Айси – обычный человек, наделенный эмпатией, и не нашла ничего лучше, как начать вкладывать в ведьму нужное и насильно вытягивать лишнее. Омерзительно. Фея даже оправдывать себя не хотела. Кто она такая, чтобы так глубоко залезать в душу закрытого человека. И ради чего? Низменного желания, проблему с которым должна была решать тоже сама. Пускай, влечение взаимно, но вряд ли Айси разделяла истинную природу чувства Блум. Это фею приучили глушить стресс сексом и ей с этим или жить, или разбираться. Ну, она и разобралась. Сразу, как уловила маленький намек, побежала навстречу, сбивая все принципы на пару с нормами приличия. Хорошо, что себя не обманывала – Айси действительно привлекала. Эти плавные властные движения, где каждое точно рассчитано и выверено до идеала. Притягивающая прохлада, которая должна была отрезвлять, но всегда оказывала противоположное воздействие. Блум плавилась от мягких ведьминских рук, что так сильно отличались от всех прошлых. Они другие. Запретные, от того, так востребованы и нужны. Считывающие любое изменение ладони, внимательный взгляд и немой контроль – всё это заставляло фею чуть ли не трястись от ожидания и забывать о самом главном. Отдача. Как можно было так тупо растеряться, когда Айси сделала невозможное: кажется, окончательно поддалась Блум, при этом подозревая её корыстные намерения. Мерзко. Глупо. Отвлечься на свою же магию, забывая о неожиданном доверии непробиваемой ведьмы, а на вид открыто слиться, не желая даже притвориться заинтересованной. И жалеть уже поздно. Неважно, что принцесса Домино успела сказать. Айси сделала выводы. Неутешительные для Блум, но до боли верные. И фея не понимала, что теперь делать дальше. С одной стороны, ведьма точно и бесповоротно обозначила позицию. С другой – забыть, то как нежно и искренне она приблизилась, невозможно. С третьей, поджимало время. А, может, и нет. Блум не знала, но постоянно паниковала, вспоминая уже о своём выводе, после которого хотелось навсегда перестать думать. Сколько им осталось: день, неделя, месяц? Принцесса Домино перекатывалась по измученной движениями постели и никак не могла найти себе места. Зажимала голову подушкой, пихала ногами одеяло, потому что любая поза была неудобной. Она путалась в нерасчесанных волосах, шепча сквозь до боли неспокойный сон: "Убьют. Умру. Умрем.". Руки сжимали простынь и тянули в разные стороны до треска. Блум будто боролась, то и дело взмахивая конечностями, выставляла ладони, собираясь призвать огонь Дракона и продолжала часто-часто дышать, обливаясь холодным потом. — Милая фея, просыпайся. Принцесса Домино в полном непонимании свела брови, вжавшись затылком в подушку, и еле открыла один глаз. Голос легко узнаваем, но интонация... Ведьма никогда так не разговаривала. Да и не улыбалась, сидя на краю кровати и поглаживая чужое колено. Блум проснулась окончательно и, отдавшись первой реакции, резко села, подобрав колени к груди. Айси протянула распахнутую ладонь, заметно вздрогнула, будто через неё прошла молния, и залепетала: — Извини, пожалуйста, что разбудила, — она продолжала тянуть уголки губ до ушей. — Я не могу больше молчать. Мне нужно спросить. Можно? Блум с усилием потерла глаза костяшками указательных пальцев. Легонько ущипнула себя за бок. Не сон. Тогда галлюцинации. Айси в десять секунд нарушила все свои привычки: разбудила принцессу Домино, мило прикоснулась, улыбнулась и произнесла больше вежливых слов, чем за всё их знакомство. Фея неуверенно кивнула, надеясь, что этот перфоманс – безумное подобие мести за вчерашнее. — Немного стесняюсь, — ведьма подтянула плечи к щекам, от чего Блум передернуло. — В Винкс остались свободные места? — Для тебя, может, найдется, — протянула принцесса Домино, пытаясь подыграть или хотя бы понять суть столь идиотского вопроса. Фея толком не успела подумать, как Айси накинулась с крепкими объятиями и чуть ли не сломала шею, резко повиснув на не отошедшей от сна Блум. Галлюцинации вроде нельзя осязать, видеть и слышать одновременно, да? Принцесса Домино не нашла ничего лучше, чем оттолкнуть ведьму. Это не она. Айси бы никогда не исполнила что-то подобное даже ради издевательства. Она слишком сильно ценит свои границы. Блум вжала пальцы в виски. Точно. Похоже, психопаты вернулись со своими опытами. На мгновение появилась мысль задать больше вопросов желающей из Трикс вступить в команду главного врага. Фея ударила кулаком по собственному колену. Нет. Опять вылезла эта мерзость. Даже та же Айси пыталась контролировать принцессу Домино, пока она была под заклинанием, хотя могла вдоволь поиздеваться над разгневанной феечкой. Нужно взять себя в руки и помочь выбраться из полного абсурда. Только ведьма уже встала. Сделала шаг назад и замерла. Блум еле удерживала взгляд на безумно стеклянных глазах, стараясь не пропустить что-то важное. Айси и смотрела по-другому. Обычно во власти синих глазах можно было утонуть. Сейчас взгляд могущественной ведьмы походил на абсолютно безвольное хлопание глазками, напоминающее дурочек ещё из земной школы. Резко изменился. Яркий испуг. Айси затряслась. Так сильно, будто всё холодное тело сковало жуткой судорогой, но она даже не предпринимала попытки двинуться с места. Стояла и терпела, как тупой болванчик. Блум было встала, чтобы хотя бы схватить ведьму за плечи, но замерла, наблюдая за закатывающимися до бела глазами и медленно оседающим телом. Глухой стук заставил вздрогнуть уже фею. Она упала на колени перед Айси и вскрикнула, тут же захлопывая рот ладонью. Неужели, всё? Ведьма не двигалась. Совсем. Блум осела на пятки, игнорируя жгучую боль в связках. Конец? Она была права? Теперь фея следующая? Глаза неприятно намокли. Руки, собравшие всё напряжение в кулаках, затряслись. Принцесса Домино зажмурилась и начала быстро качать головой из стороны в сторону. Нет, нет, нет. Этого не может быть. Они не могут настолько сильно издеваться. Даже Айси до такого бы не додумалась. Точно, Айси. Блум скользнула по полу, обжигая оголенные ноги силой трения, и, перекинув одно колено, села на бедра ведьмы. Мысли о приближении смерти заполоняли разум, не давая возможности вспомнить уроки о первичной медицинской помощи. Взгляд потерянно метался по расслабленному телу, пока фея пыталась хотя бы немного успокоить дыхание. Да. Дыхание. Нужно проверить. Принцесса Домино аккуратно поднесла пальцы под бледный нос и скрестила два других за спиной, со страху зажмурившись. Едва теплый воздух обдал кожу спустя две мучительные секунды. Блум расплылась в улыбке и громко выдохнула. Живая. Айси живая. Кто бы мог подумать, что фея когда-то обрадуется такому факту. Главный враг дышал. Да какой враг, это даже уже представлять смешно. Принцесса Домино захихикала, оголяя зубы, и на оставшемся импульсе принялась бить напряженными ладонями по бледным щекам. Мгновение – и ведьма задвигала головой, недовольно помыкивая. Следом, приоткрыла глаза и, мельком посмотрев на Блум, опустила веки с едва слышимой фразой: — Я вроде на кухне была. Плевать, что Айси говорила вчера. Фея была не в силах сдержаться. Она чуть ли не упала на ведьму и обхватила всё, что могла, крепко-крепко прижимая к себе. Живая. Значит, и Блум ещё поживёт. В плечи слабо запихались холодные ладони, сопровождая акт сопротивления звуками явного недовольства, но принцесса Домино не собиралась разрывать объятия. Вот это Айси. И её настоящую хотелось прочувствовать подольше. — Ты затряслась, резко упала, — Блум уперлась подбородком в ключицу. — И я... — Решила, что я умерла? — едко ухмыльнулась ведьма и, наконец, отлепила фею. — Не дождешься. Блум завалилась на пол рядом. Айси уже села и, сщурившись, рассматривала безумно радостное лицо принцессы Домино. Наверное, стоило бы объясниться, но портить далеко не плохое настроение обеим точно не входило в планы. Тем более, кажется, ведьма совсем ничего не помнила. Фея не могла решить: стоит ли посвящать Айси в её неожиданное желание присоединиться к Винкс. Но она успела решить сама. Поднялась на ноги, легонько толкнув Блум в плечо, и вышла из комнаты. Идти за ведьмой не хотелось. Зачем, если теперь точно всё в порядке. Ещё и эти объятия. Айси может потребовать объяснений. Нет. Фея не свяжет и пары слов. Идиотское наказание за ложь всё портило. Блум была готова солгать о влюбленности, лишь бы не раскрывать безумного эгоизма. Так обрадовалась отсрочке собственной смерти. Хотя, может, и не только. Принцесса Домино перевернулась на спину и раскинула руки, стараясь впитать прохладу паркета. Фея совершенно запуталась. Анализировать собственные чувства было больнее мысли о приближающемся конце, но, похоже, без этого она окончательно сведет себя с ума. Предполагаемая ложь о чувствах уже не казалась однозначной. Принцесса Домино же легко могла заменить оставленную Скаем пустоту первым попавшимся человеком? Могла влюбиться в ведьму? В Айси? Блум закрыла лицо ладонями и ударила затылком по полу, заставляя себя начать думать. Нет. Да, она узнала главного врага совсем с другой стороны. Провела бесконечные часы за бессмысленными разговорами или в комфортной тишине, не переживая за неприкрытую спину. Услышала глубокий голос ведьмы с соседнего стула, а не потока воздуха во время очередной схватки. Практически забыла, как выглядит строгий и высокий хвост, которому пришел на смену мягкий пучок из слегка вьющихся волос. Смогла увидеть и запомнить ледяную улыбку. Нет, это не влюблённость. Что-то иное. Новая обыденность. Принятие Айси за часть жизни. Её колкие замечания, редкие прохладные касания, изучающий взгляд и бредни о рациональности – они даже не удивляли. Ведьма просто перестала быть врагом. Тогда, кем стала? До подруги не дотягивала: у Блум до сих пор закрадывались сомнения об умении Айси коммуницировать, хотя несколько фраз фея, кажется, уже никогда не забудет. Да и доверие скакало хлеще спидометра под руками дорвавшегося до руля малолетнего специалиста. Обычная знакомая? Точно нет. Ведьма, так или иначе, провела рядом около пяти лет. После всего пережитого непозволительно причислять её к бесметному числу однотипных лиц. От романтического интереса имелось влечение, возникшее, видимо, на стечении внешней притягательности Айси и огромного количества стресса, что никак не мог найти привычный выход. Выходит, эта ведьма – просто случайный человек, вынужденный разделить навязанное извне чувство единства и последние дни жизни. Блум прикусила губу. Умеет же судьба подкинуть. Может, стоит открыть Айси глаза? Объяснить, что уже не будет позора, о котором она постоянно твердила. Тогда всё станет в разы проще. Ведьма, наконец, поймет странное поведение принцессы Домино, вполне вероятно, что его поддержит. Действительно разделит последние деньки и поможет наполнить их всем, чем только возможно. Фея ударила кулаком по полу. Опять. Опять она решила навязаться, совершенно не задумываясь. А хочет ли сама Айси это знать? Хватит. Хватит решать за ведьму. Вбивать в холодную голову свои полоумные идеи и пытаться разделить страх. Осознание происходящего – проблема сугубо одной Блум. Было бы ещё хуже, если Айси умудрилась прийти к этому раньше и решила отказаться также, как и от путаницы с влечением, а фея начала бы поднимать забытый кошмар. Ведьма действительно могла самостоятельно сложить два и два, понять, что они для ваших Б. не больше, чем расходный материал, от которого за ненадобностью необходимо избавляться. Магические эксперименты, тщательная подготовка и упоминание готовности использовать любые методы ради цели – всё это кричало о том, что они не оставят волшебниц в живых. Настолько собранным и могущественным психопатам, которые ещё и изощренно издевались, однозначно плевать на фею и ведьму. Они готовятся к чему-то более масштабному, чем нынешний цирк. Даже представить страшно, как их доведенные до идеала заклинания могут изменить Магикс. Их возможности уже позволяют обездвиживать огонь Дракона. И если Айси до сих пор не поняла, в какой безнадежной ситуации они оказались из-за собственной одержимости, ей очень крупно повезло. Всё. Блум поднялась и встала перед закрытой дверью, не решаясь протянуть руки. Никаких намеков или попыток разговорить ведьму. Провокаций ради безумно сладостных эмоций, которые редко, но прорывались сквозь толстый лед. Только сдержанные ответы на возможные вопросы. Хватит тянуть на дно вынужденного попутчика, оказываясь полным ничтожеством, что не в состоянии справиться с неизбежным в одиночку. Это неправильно. Слишком эгоистично. Айси не заслужила подобного отношения. За почти сотню дней под одной крышей она сделала слишком много, зарекомендовав себя, как человека. Живого человека с тихо цветущей душой, которую Блум не имела права тревожить. Принцесса Домино будет молчать. Ведьма ярко обозначила границу, поэтому это не выйдет сложным. Нельзя потушить невидимый позор, что Айси использует, как последний щит перед неизбежным. Лучше гореть в одиночестве, особенно, узнав силу этой боли. Когда Блум решилась выйти, ведьмы на кухне не оказалось. Повезло. Наверное, смывала неприятный осадочек от вмешательства в разум. Фея не раз задавалась вопросом: "Почему на неё насылали заклинание всего лишь раз?". Долго сравнивая и раздумывая за ленивой готовкой, она пришла к выводу, что Айси – более сложный подопытный. Ведьма могла сопротивляться магии, помнить, что происходило, отделять своё от чужого. Видимо, эти психопаты пытались подобрать нужную формулу именно для её непробиваемого сознания. Блум вздрогнула. Может, только эта проблема и отделяет Ваших Б. от перехода на следующий этап? Тогда, тем более, не стоило лишний раз тревожить Айси. Она, кстати, спрятала бутылку вина, что мирно ждала внимания. День проходил странно. Сбитый режим на пару с внутренней революцией не были единственной причиной. Ведьма вела себя слишком спокойно. Практически не говорила. Не высказалась и о подгоревшем мясе. Волшебницы только один раз переглянулись, чего хватило на то, чтобы полностью закрыть потребность в общении. Блум не выдержала долгого, пронизающего насквозь взгляда и закрылась в спальне. Вышла совсем поздней ночью, когда в горле пересохло так, что закончилась даже слюна. Айси спала на спине, свесив одну ногу, за которой на пол тянулось несколько раз перекрученное одеяло. Принцесса Домино слила оставшуюся воду из чайника в стакан и не смогла пройти мимо безмятежного сна. Белая футболка задралась по диагонали, приоткрывая темное пятно на боку. И как фея не заметила его раньше? Если бы не этот ожог, Блум бы удалось полностью вкусить подаренную ведьмой возможность. Да кого она обманывала. Обычный шрам, которых на теле феи предостаточно. Могла и посоревноваться через шкалу ужаса. Тот же шов на спине однозначно бы выиграл. А Блум проиграла. Из-за своей же глупости и любопытства, что частенько всё портили. Из-за того же она оказалась взаперти и обрекла себя на короткую жизнь. Ну, может, уйти на покой на пике карьеры в почти двадцать один год не так уж и плохо. Фея чуть ли не засмеялась, поэтому, прикрыв рот рукой, резко развернулась на сто восемьдесят. Странно. Стол не был чистым. Принцесса Домино сщурилась, пытаясь рассмотреть в полумраке, что-то помимо раскрытой книги. Ножницы, обрезки бумаги, маленький цилиндр, похожий на клей-карандаш, и упаковка от колоды карт. Так Айси их не выкинула. Занятно. Выходит, она весь вечер клеила карты. Ещё и единственную книгу изрезала. Толку от неё, правда, было мало – даже Блум успела прочитать волшебную повесть несколько раз, досконально запомнив сюжет. Но зачем Айси восстановила зерно раздора? Принцесса Домино сморщила нос от затуманенных воспоминаний. Первая и последняя игра закончилась хуже, чем так себе. Да, фея не забывала о влиянии Ваших Б., но всё равно не испытывала особого желания вернуться к азарту. Он хорошо ютился рядышком с огненным импульсивом и желанием побеждать. Может, это – месть ведьмы за игры Блум? Что же, заслуженно. Уснуть на этот раз было проще. Принцесса Домино знатно измотала себя размышлениями, передумав практически всё, что только можно и нельзя, поэтому сразу же утонула в подушке. Яркие картинки сна заставили вспомнить о практически не затронутой за целый день теме. Там, в ином мире, Блум действовала уверенно. Чувствовала, как прохлада становилась теплой. Слышала бархатный голос ведьмы. Касалась губами втянутого живота и смело спускалась ниже. Жаль, что приятные сны имеют свойство быстро заканчиваться. Фея пару раз пыталась вернуться, поворачиваясь на более удобный бок, чтобы закончить начатое хотя бы там, но ничего не вышло – она выспалась. Быстрый душ помог прийти в себя и вспомнить об окончательном решении Айси. Больше ничего не будет. И в этом снова виновата Блум. Нужно было ещё раньше включить мозги. Тогда, может, влечение бы и остыло, толком не проявившись. Нет же. Уже ничего не исправить, испортив всё окончательно. Ведьма, пусть, и поддалась, но была права. Принцесса Домино совсем не думала. Зато теперь будет. Постоянно прокручивать момент у подоконника и подставлять разнообразные действия, которые могла бы с легкостью воплотить в жизнь. Фантазировать пока Блум себе не запретила, но, кажется, была близка. Подобное времяпровождение так себе сказывалось на самочувствии – низ живота начинало сковывать тянущей болью томящегося жара, когда чувство вины останавливало любую просьбу тела. Кофе, поздний завтрак после полудня. Противный скрежет ножа по стене, сигнализирующий о конце ещё одной недели взаперти. Принцесса Домино мешала воздух в пустой чашке и заглядывала внутрь очередной царапины, оставить которую Айси уже особо не старалась. Тоже устала. Ведьма немного пошаталась из стороны в сторону, ударяя запястьем по ноге, и, не глядя стащив колоду с холодильника, села напротив феи. В каком-то смысле бережно вытащила карты, выложила веер на центр стола, однозначно хвастаясь проделанной работой. Рубашку заменили вырезанные сторого под размер страницы книги. Отличить порванные карты от целых было невозможно. Постаралась на славу, ничего не скажешь. Айси положила оба локтя на стол и, слегка наклонившись, добавила конкретики к и так понятному предложению: — В прошлый раз на кону ничего не было, — ведьма заглянула в глаза, открывая Блум подозрительный блеск. — Теперь будет. Вопрос. Абсолютно любой. Фея сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. Дела. Ведьма явно хотела что-то узнать. Просто так подобную игру точно бы не затеяла. Ещё и ловко попала в момент, когда принцесса Домино не готова отказаться. Совесть буквально изнывала, заставляя соглашаться с любым словом Айси, чтобы хотя бы так искупить вину за череду импульсивных покушений. Пугало одно: что именно она хотела спросить. Казалось, вчера была поставлена точка. Правду говорили на Земле: когда кажется, креститься надо. Блум свела губы вправо и неохотно кивнула. Бледные руки аккуратно собрали карты в стопку, быстро и показательно перемешали. Неужели, Айси собралась честно играть? Несложно предположить, что она могла пометить высокие ранги теми же фломастерами или наклеить на рубашку часть страницы с уже подчеркнутым нужным цветом текстом. Фея сщурилась и взяла шесть карт. Посмотрела на козырь. Черви. Поехали, терять уже нечего. Первый кон прошел достаточно быстро. Ни одна из волшебниц не проронила ни слова. Карта за картой выкладывалась на стол, козыри постепенно выходили из игры, оставляя ведьму пустой. Когда Блум осталась с червовым королем, Айси с недовольным выдохом развернула две свои карты. Одна мелочь. Без вариантов. Принцесса Домино даже не обрадовалась выигрышу. Она-то вопросов не подготовила. Очевидность точно не могла помешать. — Ты и дальше будешь честно играть? Айси цокнула, уже перемешивая карты. Фея подняла уголок губ. Похоже, ведьминские замашки всё-таки планировала использовать. Неудивительно, раз так запарилась ради, видимо, не очень простого разговора. Азарт потухшей принцессы Домино постепенно подогревался. Она и не думала, что ведьма пойдет на контакт. — Да, — с некоторой тяжестью в голосе произнесла Айси. Уже хорошо. Может, хотя бы сегодня удача будет на стороне Блум. Фея точно не готова раскрывать ведьме некоторые мысли. Только решила остановиться. Главное, чтобы она не уловила тревожную волну, исходящую от соперницы. Тогда, возможно, Айси не сможет выйти из игры также холодно, как в прошлый раз. Сейчас же, она вышла первая, оставив Блум с практически полной коллекцией шестерок. Ведьма изящно почесала кончик носа указательным и, создав совершенно невинную интонацию, промурылкала: — Так что было в ванной, Блум? Веки феи вздрогнули. Вот как. Решила пройтись по всем недавно осознанным косякам. Принцесса Домино облизнулась, неосознанно вспоминая тот вечер. Даже намека на план не было. Блум просто не уследила за собой, пребывая в разгоряченной агонии, будучи уверенной, что Айси её не услышит. А вот когда, всё-таки, услышала: внутри что-то перемкнуло. Фее ужасно сильно захотелось, чтобы ведьма слышала, как она горела. Даже не помнила, рассчитывала ли на смелость Айси, но однозначно вела себя искренне. По старому принципу, стараясь забрать от последних дней всё, что возможно. — То, что и слышала, — принцесса Домино провела языком по зубам, разбивая ответ. — У меня не было цели обмануть тебя. На бледном лице не отразилось ни одной эмоции. Могла бы и ухмыльнуться ради приличия, а то Блум ощущала себя на допросе. Хотя, сама подписалась. Возможность отказаться была. На секунду захотелось отвечать на вопросы не так нейтрально, как планировалось изначально. Реакция ведьмы казалась лекарством. Слишком дорогим. Она даже не обрадовалась второму выигрышу подряд. — Я сказала вчера что-то пугающее? Фея свела брови, не понимая, что имеет в виду Айси. Она быстро дополнила картинку, покрутив у виска пальцем. То есть, не вспомнила про заветное желание стать седьмой Винкс. Блум еле сдержала улыбку. На послевкусии подобная просьба от ведьмы действительно звучала забавно, но как же хорошо, что это был простой бред. Принцесса Домино сильно бы разочаровалась. Представить Айси феей казалось кошмаром. Ей бы не пошло. Совсем не то, что хотелось бы видеть. — Нет, — Блум расслабленно махнула рукой и потянулась к картам. — Немного насмешила. Я быстро поняла, что это не ты. Ведьма подняла одну бровь. Потом потерла пальцами переносицу, сигнализируя о бурном мыслительном процессе, и прекратила, когда принцесса Домино уже раздала очередную партию. В этот раз повезло. Блум отдалила более серьезный вопрос на ещё один кон. Правда, пришлось выбить маленькую паузу в попытке найти подходящий или хотя бы немного полезный вопрос. Взгляд упал на кухонную столешницу. — Где вино? — В холодильнике, — не задумываясь, отозвалась ведьма. Значит, даже спрятать не пыталась. На её месте принцесса Домино не стала бы так доверять самой себе. Хотя, наверное, Айси верила очередному стереотипу о феях. Как хорошо, что он действительно был бредом. Блум частенько, особенно, со Стеллой проводила вечер или в ночном клубе, поднимая настроение коктейлями, или ещё в учебные времена, проносила за спиной Гризельды несколько банок пива на пару с Текной. Она, как и принцесса Домино, легко могла держать лицо перед строгим завучем в случае чего, поэтому всегда бралась за доставку алкоголя, хотя сама не пила. Погрязнув в сладостных воспоминаниях, фея даже не заметила, как проиграла. — Как дела? — далеко не сразу пробубнила Айси сквозь руку. — В Светлом камне было хуже. — Черт, Блум! — ведьма резко смахнула карты на пол. — Что тогда? Тебя как подменили. Фея наклонила голову в бок и поджала губы. Вот и эмоция, которую она так ждала. Понятное дело, что карты были всего лишь качественным предлогом для разговора. Ещё бы Айси на прямую подошла к волнующим её вопросам. В целом удивителен факт начала этого диалога. Казалось, ведьме наоборот должно было стать легче после того, как принцесса Домино угомонилась. Сама же об этом просила. — Просто решила перестать делать то, что тебе не нужно, — максимально спокойно проговорила Блум. Айси хмыкнула. Закатила глаза. Встала из-за стола, прошла пару шагов к окну и вернулась. Фея чуть ли не ощутила дежавю. Сейчас бы не ринулась за ведьмой. Точно нет. Принцесса Домино только-только начала вливаться в новый стиль поведения и мириться с тяжелым ожиданием. Айси замотала головой, растрепывая и так слабо держащийся пучок, который успела испортить руками, что никак не могли найти себе места. — Не понимаю, — она замерла и крепко сжала веки. — Ты что, чувствуешь ко мне что-то ещё? Открыла глаза. Холодная синева колыхалась растерянными волнами. Блум впервые видела, как дрожит радужка. Жуткое и одновременно впечатляющее зрелище. Ведьма серьезно переживала за это? Последний вопрос уже напоминал бред сумасшедшего в попытке случайно попасть в нужную точку. Как хорошо, что принцесса Домино успела на него ответить себе. Так бы точно растерялась и заставила Айси начать сходить с ума. Она точно не была бы рада молчанию. — Эстетическое удовольствие, разве что, — Блум свела брови от слишком заумного определения, вышедшего случайно. — Ну, в плане, глаза у тебя, например, красивые. Но серьезнее этого точно ничего нет. Ведьма резко отвела взгляд. Фыркнула. Фея закинула ногу на ногу. Да ладно, комплимент вывел из равновесия? Это же и так понятно. Как можно захотеть человека, который не привлекает внешне? Хотя, если подумать, услышь она что-то похожее от Айси, тоже бы, как минимум, смутилась. Совершенно не та личность, от которой ожидаешь услышать приятное самолюбию слово. Бесцветные волосы еле заметно шелохнулись. Айси снова посмотрела на принцессу Домино. Прямо, но совершенно не холодно. Зрачки расширились до непозволительного, а в них слишком сильно заискрилось отражение рыжих волос. — Тогда какого чёрта ты так ведешь себя? — зло прошипела ведьма, хватаясь за спинку стула за плечом феи. — Я не понимаю, Блум, ты как будто умирать собралась. И Блум резко откинулась назад, врезаясь в холодную кисть. Повисла тишина, которую боялась прервать, как принцесса Домино, так и Айси, не позволяя себе даже движение глаз. Казалось, что и оно выйдет слишком громким. Ведьма моргнула первая. Она же аккуратно двинулась, вынимая руку из под феи. Блум только пыталась понять, что будет дальше. Пока удалось осознать только одно: Айси не разделяла мнение принцессы Домино. Об этом же говорил и нескорый вопрос: — Так... И чего я не знаю? Ведьма не давила. Наоборот, медленно отошла к своему стулу и, чуть не промахнувшись, села. Этого Блум и боялась. Она не хотела видеть своё же потерянное лицо на месте властной и влекущей маски. Айси явно поняла правильно, видимо, решила уточнить. Руки предательски тряслись, отвлекая всё внимание на себя. Принцесса Домино съехала на пол, начиная собирать карты, но выходило совсем не очень. Фея взмахнула руками и, глубоко вдохнув, сдалась. — Как только они закончат свои эксперименты, от нас избавятся, — Блум обратно села на стул и, сложив руки перед собой, уткнулась лбом в предплечья. — Благие цели любыми способами. Мы в их схеме – просто этап. Тебе ли это рассказывать. Айси молчала. Судя по звукам, даже не шевелилась. Фея облегченно выдохнула. Сказать оказалось намного легче, чем начать. Блум закрыла глаза. Неужели ведьма серьезно ни разу не коснулась такого исхода? Стоп. Принцесса Домино резко вспомнила давний диалог после первого письма. Айси первая пришла к этой мысли. Похоже, действительно просто старалась сосредоточиться на чем-то другом. Тем более, тогда было намного меньше фактов. Сейчас картинка слишком хорошо складывалась. Или плохо. — Отличный повод напиться, — прорезала тишину ведьма, легонько хлопнув по столу, и встала. — Пусть только попробуют. Блум подняла голову. Она так легко это приняла? Пара минут молчания и всё. Фея, что, зря мучалась? Айси уже достала нож и вогнала в пробку. Прокрутила, высунув кончик языка, ловко откупорила вино. В эту же секунду окинула нож в сторону и приложилась к бутылке, запрокинув голову. Ну, может, фея поспешила с выводами о легкости принятия. Бледное горло ритмично двигалось, быстро проталкивая алкоголь внутрь. Принцесса Домино успела насчитать десять глотков до того, как ведьма отлипла от горлышка, шумно восстанавливая дыхание. Мощно. Похоже, Айси решила полностью ни в чём себе не отказывать. Кстати, не только себе, но и Блум. Ведьма протянула бутылку прямо в фейские руки. Принцесса Домино, не колеблясь, сделала пару крупных глотков, краем глаза посмотрев на часы. Начало шестого. В целом, даже время было не против спонтанного пьянства. Айси оставила бутылку и вернулась к холодильнику. Блум даже не удивилась, когда та развернулась с куском сыра и банкой мороженого. Без слов поняла, что стоит достать стаканы и донакрыть на стол ради мнимого приличия. Всё-таки впервые в истории всего магического измерения фея собралась пить вместе с ведьмой. Принцесса Домино приложилась к бутылке ещё раз, опустив веки от наслаждения терпким привкусом красного вина. Рубиновый быстро засиял в прозрачном стекле по обе стороны стола. Айси небрежно нарезала сыр и кинула на первую попавшуюся тарелку. Блум добавила колбасы, успев закинуть пару ломтиков в рот. Она, конечно, ела сегодня, но опьянеть от первых глотков не собиралась. Собственно, ведьма не отставала: вовсю орудовала ложкой, а после поставила мороженое по центру, чуть ли не отрывая от сердца. Необычнее этой посиделки в жизни Блум ещё ничего не было. Она только что разделила страх смерти с той, которая не так давно желала её же убить. Ни паники, ни намека на тревогу – только безумное спокойствие. Смирение. Вместе и правда легче, пускай, разговоры совсем не блистали. Блум почему-то потянуло на ностальгию. Принцесса Домино начала вслух перечислять самые значимые события, связанные с Айси, так беззаботно, будто пересказывала недавно просмотренный фильм, а не собственную жизнь. Ведьма покорно слушала тараторящую фею, иногда кивая и ухмыляясь. Совсем редко вставляла свои пять копеек, вызывая искренний и звонкий смех. Кто бы знал, что перед лицом смерти, оказывается, смешно вспоминать прошлые травмы. Да и в целом, вся жизнь как-то искусственно выбелялась, напрочь отшибая объективное восприятие. Все когда-либо совершенные ошибки уменьшались до маленькой пылинки, которую было слишком легко смахнуть. Оставшиеся переживания смывало вино, нанося заметный румянец на щеки обеих волшебниц. Блум перетянула подтаявшее мороженое на себя и, не задумываясь, поднесла банку к лицу, удачно не попадая ложкой прямо в глаз. Успела заметить осуждающий взгляд ведьмы. Ну да, сейчас ещё начнет читать нотации о том, как правильно нужно есть мороженое. Фея отставила банку, слизывая белые остатки с уголков рта. Ведьма стукнула пустым стаканом ближе к краю стола, меняя выражение лица на более простое, но не менее увлеченное. Чертов алкоголь. Айси и так имела свойство прямо и бесстыдно заглядывать в глаза, но Блум ещё никогда не видела её пьяного взгляда. Томный, мягко подчиняющий любое движение и не позволяющий оторваться от мутного блеска даже на мгновение. Фея неровно вдохнула. Ведьма облокотилась на деревянную спинку и, обнажив зубы, сверкнула меж них языком. — Нет желания переместиться, Блум? Принцесса Домино потерлась щекой о плечо, взглянула на ожидающую ответа, и вальяжно поднялась. Опыт не пропьешь. Не зря она остановилась на стакан раньше: зрение и осязание не отказывали, а вот разум приятно плавился от созданного напряжения, не находя ни одной преграды. Блум шагнула ближе. — Смотря куда. Айси наигранно повела бровью, вытянув губы вперед. Описала комнату рыскающим взглядом в поиске ответа, который, наверняка, уже знала. Пожала плечами, опуская веки. Медленно прикусила губу. Фея шире открыла глаза, замечая, как под озорными зубами бледно-розовый сменился на красный. На выдохе проморгалась. — Можешь и на колени. Скрип нарушил очередность фраз: Айси отъехала по паркету подальше от стола сильным рывком. Теплые ладони коснулись плеч. Принцесса Домино секундно перевела вес тела на руки и опустилась на ноги ведьмы, не скрывая предвкушающей улыбки. Придвинулась ближе, выгнув поясницу, и подставила лицо под прохладный выдох. — Они же онемеют. Айси завела руки за голову Блум, ловко собирая рыжие волосы резинкой с запястья, пока сама уже коснулась щеки губами. Фея ухмыльнулась и провела ладонью к бледной шее, чувствуя частый пульс на сонной артерии и пробегающую дрожь по своему позвоночнику. Ведьма заглянула в глаза. — Плевать. Блум даже не пыталась понять, кто первый коснулся губ. Это было не нужно. Нужно только дышать, чередуясь безумно рваными поцелуями. Принцесса Домино, не стесняясь, проводила языком по едва теплому рту, воруя оставшийся привкус вина. Айси лишь зажимала фейскую наглость зубами до тихого мычания, а после позволяла повторить, но не отдалиться, впиваясь пальцами в талию уже под майкой. Сброшенная недосказанность развязывала руки. Блум хаотично проминала шею и плечи ведьмы, совсем не задумываясь о правильности движений. Сон сбывался ярче прежнего. Теперь она точно не допустит ошибки. Не затормозит. Айси повела руки выше, захватив нижний край ткани большим пальцем. Фея тут же дёрнула за лямки, отрываясь от влажных губ, и скинула майку. Ведьма едва открыла глаза, как снова закрыла, без проблем находя горячую шею. Блум откинула голову, чувствуя аккуратные укусы ближе к вырезу бельевого топа. Правая рука Айси резко упала. Фея вздрогнула, шумно выдыхая. Ещё прохладные пальцы провели по переднему шву шорт, продавливая касание через два слоя ткани. Блум заерзала по бердам, стараясь уловить каждое движение, и не сдержала первый стон, который заглушило частое дыхание ведьмы. Она поднялась к уху, окончательно закладывая барабанную перепонку и прошептала: — Что же ты со мной делаешь... Глаза закатились сами собой. Наслаждение дразнящими пальцами отошло на второй план, выделяя слова Айси. Блум резко схватилась за горловину футболки и оттянула вниз, примыкая к бледной коже. Она уже не выбирала что-то одно между поцелуем, касанием и укусом, а, не теряя времени, делала всё, что могла, вдыхая еле уловимую свежесть ледяного тела. Горячая рука юркнула под ткань, минуя как шрам, так и второй слой одежды, мягко накрывая грудь. Ведьма прогнулась навстречу, сбиваясь внизу. Плевать. Сейчас приятнее сверху, когда Айси начинает чаще вдыхать через рот. Фея нащупала пятками пол и привстала. Цепкие пальцы схватились за край шорт, потянули обратно. Блум оттолкнулась свободной рукой от плеча и вернулась к губам ведьмы. Увлекая быстрым поцелуем, она продолжила вставать на ноги, стараясь отцепить упрямо приземляющую руку. Айси отвлеклась. Почти. Она оттянула губу феи и, облизнувшись, не открывая глаз, проговорила: — Ты куда собралась? Блум, наконец, полноценно встала и одним движением развела ноги ведьмы, закрепляя поставленным на открывшуюся седушку коленом. Айси распахнула веки. Быстро проанализировала ситуацию и, столкнувшись с ярко-голубыми глазами, сглотнула. Фея чуть наклонилась и скользящим движением нашла пояс черных шорт. — Я? На колени, — Блум подмигнула и спустила ткань, заводя пальцы уже под нижнее белье. — Айси, будь добра, помоги всего раз. Рвано выдохнув, ведьма отвела взгляд, но привстала в момент, который точно поймала принцесса Домино и, соскользнув коленом со стула, опустилась, утянув за собой лишнюю одежду. Ладони упали на потеплевшие бедра, улавливая лёгкое напряжение. Фея двинула ближе, выставляя плечи навстречу смыкающимся ногам. Она подняла взгляд и уловила нотки сомнения. Ведьма сейчас серьёзно решила подумать? Блум жалобно изогнула брови и, оставив легкий поцелуй на коленке, прошептала: — Одно слово, и я остановлюсь. Айси кивнула. Чуть погодя, съехала немного вперед, не отпуская края стула. Так тяжело подпустить к себе фею? Что она там лепетала про статус хранительницы огня Дракона. Ну-ну. Блум кротко усмехнулась и, стараясь поскорее скрыть эмоцию от чужих глаз, прильнула к ведьме. Слегка боязливо провела одним кончиком по внутренней стороне бедра. Потом, замечая, как Айси втянула живот, куда смелее коснулась поблескивающих складок. Едва надавила и услышала звучный вздох. Снова улыбнулась. Получалось же. Пальцы неосознанно сжали бедра, оставляя розоватые отпечатки. Губы быстро заскользили, помогая подстроившемуся под сдержанную реакцию языку. Фея окончательно отключила логику, стараясь только слушать, чувствовать и думать о ритме. В целом, проблем, кроме затекающих колен не было. Достаточно быстро Айси отцепилась от стула, подняв одну руку к лицу, от чего и так тихая отдача приглушилась. Импульс приказал рыкнуть на ведьму, но Блум остановила вторая рука. Пальцы ощутимо скрутили волосы и потянули принцессу Домино ближе. Совсем скоро на голову переместилась и первая. Постепенно рот начало сводить. Не давала отступить усиливающаяся дрожь, что начала рваными волнами прокатываться от ног к телу. Оказывается, ощущать её приятнее, чем свою. Резко ведьма сильнее выгнулась и ахнула громче обычного. Твою мать. Да ладно. Пальцы больно дернули спутанные волосы на себя. Колени врезались в плечи. Блум даже затаила дыхание и, еле удержав темп, довела Айси до конца. Почувствовав, как она расслабляется, фея вытянула до боли затёкшую с не привычки шею и легла на одну из ватных ног. Обалдеть. Ведьма тяжело дышала через рот, откинувшись так сильно, что её грудь при каждом вдохе практически закрывала лицо, которое хотелось запомнить навсегда. Она смогла. Смогла оправдать ожидания. С треском разбить холодную маску. Забыть о гнетущем страхе, состредоточившись даже не на своих желаниях. Новое удовольствие растекалось по телу, перемешиваясь с ноющей болью. Лучше встать. Колени, наверное, еле разогнутся. Принцесса Домино вытерла рот тыльной стороной ладони и, оттолкнувшись от ног, действительно еле поднялась, отмечая, что повторит такое только на кровати или хотя бы чем-то мягком. Уверенность в повторении сулила слабая улыбка на расслабленном и чуть вспотевшем лице Айси. Ведьма схватилась за запястье и, приняв более прямое положение, потянула Блум на себя, оставляя на губах мягкий поцелуй с еле уловимым привкусом крови. Замечательно. Сдерживалась до последнего. — Если честно, я очень хочу лечь, — чуть ли не проныла фея, массируя раскрасневшиеся колени. — Пойдем. Чуть зашипев от ощущения деревянных конечностей, принцесса Домино наклонилась и, оставив на бледных ногах снятую одежду, двинула в сторону постели. Ползти за майкой было уже слишком. Айси зашуршала сзади и опередила в дверях, чуть врезаясь в косяк. Феи хватило на несколько шагов перед тем, как упасть на кровать. Приятный триумф, но будто пробежала марафон. Матрас скоро промялся рядом. Нет, оно точно того стоило. Принцесса Домино перевернулась на спину и глянула на ведьму. Она, подложив руку под голову, лежала на боку, забыв об одеяле, что могло бы прикрыть оголенное бедро. Тоже обленилась, оставив шорты на стуле, как и всю независимость. Блум расплылась на простыне. Блаженство. Даже не подумаешь, что рядом лежит такая же довольная и ещё немного пьяная одна из главных заноз в заднице. Фея протяжно зевнула и повернулась лицом к Айси. — Если ты хочешь, чтобы это продолжилось, — хрипловато начала ведьма. — Оставь при себе только эстетическое удовольствие. Мне не нужно что-то серьезнее. Фея сщурилась, останавливая случайное касание рук. Вот как. Удачно. Вряд ли им хватит времени, чтобы перейти к этому серьезному. Да и зачем? Серьезностей в жизни хватило. Закончились далеко не так приятно, как выходило сейчас. Ведьма приподнялась, будто возвращаясь к реальности окончательно. — Поверь, мне меньше всего на свете хочется связывать себе руки этими мучениями, — Айси удовлетворенно кивнула и уже села, как Блум зацепилась за рукав. — Да останься. Это ничего не значит. — Потом, — отрезала ведьма. — Ты знаешь, что потом может не случиться, — Блум довольно проводила взглядом поддавшуюся правде ведьму, что легла обратно. — А на твёрдом диване ещё успеешь отоспаться. Айси повернулась на спину. Приложила ладонь ко лбу, покомкала ногами одеяло. Медленно опустила веки, проваливаясь в мягкую подушку. Казалось, должна же быть полностью расслаблена, но нет: фея давно научилась считывать скрытое напряжение ведьмы по одному выражению лица. — Знаю. И знаю, что просто так от меня не избавишься. Как и от тебя, — Айси говорила чётко и холодно, но на упоминании Блум мелькнуло поддельное раздражение, — Думай, что хочешь, но я в Магикс вернусь. И тем более не позволю каким-то выскочкам расправиться с тобой, — ведьма резко отвернулась. — Это моя прерогатива.