Исповедь взаперти

— Это точно удобно? — Ты же хотела заработать. Работай, — она обернулась. — Успокойся уже, даже я бы тебя не узнала. Айси сдавленно выдохнула, но телефона не отложила. Ведьма ещё несколько минут рассматривала себя через фронтальную камеру. Дарси права: наверное, узнать в нынешнем облике когда-то лидера Трикс, невозможно. Длинные, отдающие снегом волосы превратились в каштановые кудри по плечо. Глубокая синева холодных глаз сменилась зелеными пятнами. Черты лица приобрели большую мягкость, которую прикрыли самые простые очки округлой формы. И при таком преображении Айси, сидя на пыльной бочке за барной стойкой, ещё продолжала переживать, сканируя каждый обращенный на неё взгляд. Дарси, недовольно хмыкнув, вырвала свой телефон из рук сестры и одним кивком указала, что делать. Сестра, изменившая в истинном облике лишь цвет волос на близкий к пшеничному, умотала вглубь зала, оставив после себя полный использованной посуды поднос. Что же, ладно, вот и докатилась одна из гениальнейших ведьм до работы уборщицей за пьяницами. Пора приступать, и так неделю собиралась с мыслями, чтобы свободно выйти в общество. Ближайшая раковина как раз располагалась рядом. Айси ухватилась за край подноса и, не ожидая столь тяжёлого веса, еле удержала посуду. Обернулась на захудалый бар, понаблюдав за бегающей между столов сестрой, и открыла кран. Шум воды смешивался с гоготом маргинального класса и безумно противной музыкой. Склизкая, мерзко пахнущая губка еле выпускала нужное количество пены для очередной пивной кружки. Даже хорошо, что не успела ногти отрастить. Всё равно пришлось бы срезать, чтобы лишний раз не переживать: кто знает, что может остаться под ними после такой работы, даже если тщательно помыть руки несколько раз. Дарси успевала сменить пустой поднос на полный, мелькнув перед глазами надписью "Аврора". Айси не стала спрашивать, почему именно это имя. Сама не могла придумать своё. Постоянно отнекивалась, отдаляя однозначный переход в совершенно новую жизнь. Внешность – это одно, и так не раз менялась по разнообразным причинам, но имя... Совсем другая судьба. Другая личность, на построение котором сил не было, пускай, сестры упрямо помогали. Ещё и периодически отдающее в виски тепло не отпускало. Блум. Больше некому. Предупреждала же, что можно чувствовать эмоции. Неужели, она скучала? Бред какой-то. Ей просто нечем заняться. Конечно, у принцессы Домино и любимицы Магикса много свободного времени между конференциями и интервью. Как приятно, что его она тратила на мысли о ведьме. Айси сморщилась, пытаясь проигнорировать приятное ощущение. В процессе вечера ведьма кое-что поняла. Её на работу посудомойки никто не брал. Ближе к одиннадцати часам вечера из помещения для персонала вышел коренастный мужчина и, столкнувшись с Дарси в дверях, ткнул в сторону Айси уже оттуда звенящими ключами. Сестра просто пожала плечами и что-то активно залепетала, сложив ладони подобно ученице которая просила преподавателя дать ещё один дополнительный вопрос. Видимо, хозяин бара просто махнул рукой, что-то пробасил, указав за спину, и вышел, хлопнув тяжелой деревянной дверью. Айси резко отвернулась, чтобы не столкнуться взглядом с Дарси. Вот как. То есть, сестра собралась выдавать зарплату из своего кармана? Просто замечательно. Пока Айси тайком наслаждалась знакомым теплом, Дарси устраивала спектакль, жертвуя собственным местом ради того, чтобы близкая подруга постепенно привыкала к спокойной жизни. Или хотя бы приняла небольшую сумму, за которую, наконец, могла бы купить простенький телефон. Просто так Айси денег не брала – Дарси уже пыталась. Ведьма утерла лоб тыльной стороной ладони, оставляя на левой брови грязную пену, и, уперевшись предплечьями в раковину, устало опустила голову. Черт. Как же стыдно. Айси должна это делать. Айси всегда вела сестер за собой, решала проблемы и находила выходы. Была настоящим сердцем Трикс, которое теперь трепыхалось из-за одной мысли о хранительнице огня Дракона. Позор. Годами гоняться за Блум, наживая, хорошо если, просто неприятности, испортить благодаря этому жизнь не только себе, но и самым близких людям, и пропасть на четыре месяца, вернувшись с совершенно иным мнением, разбивая одним взглядом всё то, к чему стремилась ранее. Похоже, на ведьму всё-таки влияла пыльца фей. Или тепло одной. Оно, будучи совсем слабым, всё равно ярко ощущалось, протекая по каждой артерии от головы до кончиков пальцев, расслабляя тело и обволакивая разум. Приносило за собой покадровые воспоминания. Черт, такие глупые. Пена. Другая пена, мягкая и белая, которую Блум игриво оставляла на мокрых волосах ведьмы и звонко смеялась. Дьявол попутал согласиться на идиотское предложение о совместном душе, не иначе. Айси глубоко вдохнула, звякнула липким стаканом и вырвалась из манящей ностальгии. Отголоски фейского тепла как раз остыли. Время за монотонной работой тянулось крайне медленно. Ведьма даже попыталась пританцовывать фоновой музыке, чтобы хотя бы как-то разнообразить череду одинаковых действий. Поговорить с той же Дарси не удавалось: сестра постоянно крутилась по залу и подходила только с новым подносом. Неудивительно, что она приходила такая уставшая, раз сейчас Айси выполняла часть её работы. Совесть прошептала что-то колкое на возвращение к идее ограбить валютообменник. Дарси могла сделать это и раньше. Не стала рисковать. Выбрала другой путь и, кажется, чувствовала себя куда лучше, возвращаясь со смены домой, а не попадая в очередной карцер после неудачного дела. Дарси просто жила. Да, далеко не по достоинству собственных навыков, но она жила. Не выживала, как преставляла Айси всё это время. Хотелось бросить губку и разбить каждую кружку о свою пустую голову. Айси не могла вспомнить, когда последний раз именно Дарси и Сторми начинали разговор о новом плане по захвату Магикса. Их всегда начинала она. Только она, а сёстры... Похоже, сёстры давно потеряли юношеский запал и страсть к истинному злу на пару с могуществом. Просто шли рядом с Айси, соглашаясь с каждым её, иногда, стоит признаться, и идиотским решением. Потому что они – семья. Айси даже не сразу заметила, что посуда закончилась. Тяжелый маятник отсчитал три часа ночи. Ещё несколько часов и можно будет перестать дышать затхлым воздухом с примесью дешевого алкоголя. Посетителей можно пересчитать по пальцам – уже легче. Айси обошла барную стойку и, оглянувшись, села на один из мягких стульев, довольно потянувшись. После долгого отпуска от подобных нагрузок, спина просто изнывала, чего говорить о постоянно напряженных коленях, что нервно продолжали постукивать друг о друга. Дарси незаметно подошла к кассе, постукивая парой купюр по ладони. За ней уже плёлся один из особых любителей выпить. Еле переставлял ноги и чуть не свалился, в последний момент поймав спинку стула, стоящего рядом с сидящей ведьмой. Она вздрогнула, инстинктивно приняв защитную позу, когда сестра просто едко ухмыльнулась и громко покашляла: — Дорогой наш, а чаевые? Дарси опустила локти на барную стойку, наклоняясь вперёд, и протянула раскрытую ладонь с несколькими монетами. Айси сморщилась: зачем докасаться до этого мерзкого типа? Можно же просто высыпать сдачу на столешницу, а он уже соберет, если ему нужны оставшиеся гроши. Мужчина проворчал что-то невнятное и накрыл ладонь сестры. Дарси не шелохнулась, продолжая смотреть прямо в мыльные глаза. Пьяница медленно убрал руку, достал кошелёк и вытрес на барную стойку. Молча развернувшись, вышел из заведения так, будто и не был жутко пьян мгновение назад. Сестра только довольно сгребла мелочь, сминая купюры, и посмотрела на Айси. — Ты серьёзно думала, что я тут строго за зарплату пашу? — она улыбнулась и, быстро отсчитав половину, протянула сестре, а остальное ловко уронила в передний карман фартука. — Айси, теряешь бдительность, сегодня уже третий. Ведьма поджала губы и недовольно мыкнула, но купюры аккуратно расправила и сунула в карман. Кажется, этого пока должно хватить. Айси потёрла переносицу, прикрыв глаза. Чёрт, наверное, расценки давно изменились. Когда она последний раз была в магазине? Лет пять назад? Ладно, спокойно. Мыть посуду не сложно. Тем более, Дарси не отказалась от любимого гипноза. Некие нотки гордости за сестру подняли уголки губ. Молодец, выкручивалась прежними хитрыми уловками, просто более аккуратно. Наверное, так и должно быть? Совсем скоро Дарси скинула форму официантки, предварительно ссыпав полученные незаконным путём наличные в простенькую тканевую сумку. Тяжело зевнула, остановила взгляд на Айси и, не выдав даже микроэмоции, поправила ей очки. Ведьма нервно схватилась за дужки, сделав шаг назад, и фыркнула. Конечно, она их неправильно надела, ещё и привычка потирать переносицу постоянно сдвигала аксессуар. Дарси, видимо, почувствовав новый прилив сил, порхнула к столу, на котором лежал белый конверт и, не открывая, протянула сестре. А, так это официальная выручка за смену? Айси сщурилась, пытаясь предположить, сколько на самом деле получила бы, работая посудомойкой. Явно меньше. Ведьма слабо улыбнулась, не сказав ни слова, но Дарси этого было достаточно. Она просто невесомо провела по плечу, ухватилась за рукав когда-то своей кофты и потянула сестру за собой. На выход. Утреннее солнце больно ударило по глазам. Смутило не это. Люди. Слишком много людей. Кто-то бежал, будто опаздывал на работу, кто-то медленно шел, почти засыпая на ходу, но Айси казалось, что каждый смотрит именно на неё. Видит, кто только что вышел из углового бара. Не молодая девушка с милыми темными кудрями и снова скошенными на бок очками, а одна из самых опасных преступниц волшебного измерения. Вот-вот один из прохожих закричит и укажет прямо в грудь, подзывая удачно мимо проходящий патруль. Узкие, подавляющие магию наручники, которые тут же порежут запястья, жесткий удар в плечи, портал и тёмная влажная камера.

Спокойно. Всем плевать.

Мелодичный голос сестры прозвучал за барабанными перепонками. Следом ведьма ощутила мягкое касание, которое сообщало об изменении направления. Дом же находился в совершенно другой стороне. Айси подняла одну бровь, но пошла вслед за Дарси. Она точно не сделала бы ничего, что могло бы обернуться неприятностями. Но сестра вела вглубь недавно проснувшегося города, хорошо ориентируясь в узеньких улочках окраины. Минуя увеличивающуюся толпу, Дарси свернула в последний раз и остановилась, довольно взмахнув руками. Айси аккуратно оглянулась, не особо узнав местность. Маленький сквер. Заметно, что сделанный недавно – плитка не успела загрязниться, а тем более поддаться силе природы. Дарси опустилась на однозначно заведомо выбранную лавочку и, закинув ногу на ногу, посмотрела на сестру, закрывая один глаз из-за ярких лучей солнца. — Ты такое не любишь, но просто сядь и расслабься, — ведьма немного съехала по лавке, принимая более комфортную позу, и закинула голову за спинку. — Позже пойдём и, наконец, купим тебе телефон. Надоела уже таскать мой. Черт. Этого не хватало. Безумно. Айси подвинулась ближе и аккуратно положила голову на будто подставленное плечо. Спокойно улыбнулась, закрывая уставшие глаза, и вдохнула тяжелый, почти выветрившийся парфюм. Дарси знала её лучше, чем она сама. Может, и сейчас понимала, что многое изменилось, и просто молчала? Вряд ли. Айси слишком старалась не подать виду. Частенько контролировала буквально каждое слово и мимическую мышцу, когда разговор заходил о Блум. Благо эта тема поднималась не так часто. Раза два за первую неделю после возвращения. Айси на автомате выдала фейское приукрашивание событий, добавив парочку подробностей. Угрозу неминуемой смерти, из-за которой и пришлось терпеть капризную принцессу Домино, например. Или более детальное описание измерения, как постоянно меняющегося пространства с огромным количеством опасных ловушек, и, конечно, ведьма была вынуждена вытаскивать Блум из каждой, игнорируя рвотный позыв от случайного прикосновения. Пока Дарси пыталась перевести тему, Сторми в такие моменты заливалась смехом и каталась по скрипящему дивану, хватаясь за живот. Иногда вставляла особо острые комментарии, которые Айси приходилось поддерживать уже через силу. Лгать и нелестно высказываться самой – это одно, а вот слышать это из уст близкого человека по отношению ко второму близкому... С каких пор Блум стала близкой? Вынужденно поделили квартиру, пару раз помогли друг другу, чуть больше раз перепихнулись и уже близкие? Бред. Даже фея точно бы так не подумала. Отдыхает там сейчас в слащавом кругу Алфеи, где каждая ученица готова в ноги кланяться, лишь бы сфотографироваться с хранительницей Огня Дракона, и только иногда вспоминает о ведьме, с которой особенно весело провела пару десятков часов. Явно если и вспоминала, то именно это, пока Айси могла потратить добрую половину вечера на попытки воспроизвести перед глазами рисунок Блум с максимальной точностью. Ведьма не сразу заметила, что водила указательным по собственной кисти строго по давно смывшимся контурам. Настолько глупо, что жутко. Сторми и Дарси страдали от ожидания сестры каждый день, думая, что её жизни угрожает опасность, как минимум, от рук Блум. Блум, опасность которой нынче заключалась не в Огне Дракона, а простом взгляде исподлобья с лёгкой улыбкой. В бликующих энергией глазах, которые Айси привыкла постоянно видеть перед собой и страдала от недельного отсутствия пушистых волос перед носом. Это предательство. Однозначное предательство всех существующих принципов Трикс, созданных именно Айси. И с этим нужно было непременно что-то делать, раз раньше ведьма добровольно шагнула в порочный круг, не включив головы. Тогда было плевать. Тогда была только Блум, которая, похоже, совсем не стыдилась аморальных поступков. Иногда Айси еле сдерживалась, чтобы не посмотреть отрывки любительской съемки первых слов принцессы Домино после возвращения. Боялась оставить лишние улики для сообразительной Дарси, что, увидев в истории поиска или просмотренных что-то связанное с Блум, точно попробует задать пару вопросов. И далеко не факт, что Айси удастся ответить на каждый честно, а Дарси, как никто другой, заслуживала правды. Но Айси ещё хватало терпения и история поиска на телефоне сестры была чиста, поэтому Дарси просто аккуратно двинула плечом, сигнализируя о конце отдыха. Ведьма даже обрадовалась: дополнительные полчаса бездействия могли бы стать для неё роковыми. Ей уже показалось, что она не уследила за потоком душераздирающих мыслей и обозначилась в рыжей голове. В любом случае, никакой ответной реакции не последовало, а Дарси сонно разлепила веки, встала и мотнула головой в нужную сторону. Идти было недалеко: эту дорогу Айси уже знала. Помнила, как ещё на первом году обучения в Облачной башне часто проводила свободное время в этом районе вместе с сёстрами. Потом, правда, в одной из потасовок с феями Сторми задела здание особо сильной молнией. Трещина на фасаде так и осталась. Уже несколько раз закрашенная, но всё также привлекающая внимание, особенно, знающих обстоятельства. Хотя, вряд ли в Магиксе остались жители, которые не знают о проделках Трикс. Одна история с Красным фонтаном чего только стоит. Автоматические стеклянные двери раздвинулись перед ведьмами, которые примкнули к небольшому потоку посетилей. Айси с непривычки тормозила и смотрела по сторонам, как маленький ребёнок, замечая на себе спокойно ждущий взгляд сестры. Изучив вывески ближайших магазинов, ведьма поняла, что нужный им где-то дальше, поэтому вопросительно кивнула на Дарси. Та только поправила тканевую сумку и двинула по правому коридору, про себя отсчитывая павильоны. Первый, третий, седьмой. Восьмой был нужным. Особо разгуляться возможности не было, поэтому Айси даже не стала оборачиваться на ярко подсвеченные стеллажи с последними новинками. Скорее всего, с одним из таким чудом техники бегала Блум. Казна Домино же резиновая. Ведьма недовольно фыркнула и откликнулась на короткий мык сестры. Она стрельнула глазками в сторону одного из смартфонов средней ценовой категории. Спустя несколько секунд Айси поняла, что у Дарси был такой же, а после скосила взгляд на ценник. Чуть больше официальной зарплаты за смену официанткой. Ведьма было нахмурилась, подумав, что стоило бы выбрать что-то попроще и потратить оставшееся на одежду, но сестра уже подозвала консультанта, цокнув по витрине ногтём глубокого коричневого цвета, и выставила открытую ладонь в сторону Айси. Ей не осталось ничего, кроме как положить на неё недавно полученный конверт. Математические способности ума не подводили, поэтому ведьма уже потянулась в карман брюк за недостающей суммой, как ощутила в руке жуткую тяжесть. Следом, веки опустились будто чужой силой и только напряжение в уставших ногах осталось неизменным. Совсем скоро Айси услышала тихий щелчок прямо около уха и чуть ли не подпрыгнула. Еле сдержала лёгкий порыв гнева, недовольно прошипев: — Когда ты перестанешь использовать свои фокусы на мне? — Иногда с тобой по-другому нельзя, — Дарси улыбнулась и, показав коробку с новеньким смартфоном, убрала её на дно тканевой сумки. — Если так хочется, купи на эти деньги мороженое. — Тебе. — Хорошо, мне. Сестра зевнула, быстро прикрыв рот ладонью, и плавно дошла до продуктового магазина. В его центре остановилась. Тут уже включилась Айси: что-что, а найти местоположение любимого лакомства никогда не было сложным. Казалось, ведьма успела запомнить все самые распространённые расстановки стеллажей, поэтому достаточно быстро остановилась у нужной морозильной камеры. Она довольно улыбнулась и, припоминая любимый вкус Дарси, достала два вафельных шоколадных стаканчика. Не ведро, конечно, но тоже неплохо. Может, через какое-то время удастся найти более прибыльный заработок. В целом, Айси успела наесться мороженым взаперти. Да и не только им. Уже на кассе внимание привлекла одна из стоящих в очереди фей. Точно, фея. Эти пастельно-розовые цвета одежды, короткая юбочка и несколько заколок у обоих висков выдавали классовую принадлежность девушки с потрохами. Но не поведение. Её ловкие руки спрятали уже несколько шоколадных батончиков по карманам. — Ты же тоже это видишь? — едва слышно шепнула Дарси. Айси медленно кивнула, делая шаг вперёд: юная воровка вышла из очереди и спокойным темпом скрылась из поля зрения. Удивительно, что больше никто этого не заметил. Но, с другой стороны, кто бы уличил в воровстве фею, будучи в здравом уме? Никто. Никто, кроме Айси, которая, кажется, начала смекать, в чём дело. Если это то, о чём она думала, можно было смело начинать паниковать. Но пока рано. Мало ли, может, это весьма сообразительная ведьма сократила расход средств на бесполезные лакомства, с чего бы Айси с удовольствием взяла пример. Правда, сейчас хотелось поступить честно. Оплатить мороженое заработанными деньгами и насладиться довольным выражением лица уставшей Дарси по дороге домой. Приходилось идти пешком: поддержание смены внешности и так тратило слишком много сил, ещё не хватало случайно засветить узнаваемые платиновые волосы чуть ли не в центре Магикса, о поиске которых явно трубил каждый новостной канал. Сторми ждала с готовым завтраком, наполняя тишину громким эхом от очередного зевка. Бедная, только проснулась и даже не пыталась пригладить торчащие в разные стороны волосы, растирая сонные глаза кулаками. Айси резко отвернулась к холодильнику за специально оставленной бутылкой воды: Сторми напомнила Блум. Это продлилось недолго. Как только Дарси положила на стол коробку от телефона, ведьма гроз подскочила со стула, забывая о тянущей в теплую постель сонливости, и зашуршала плёнкой. Айси спокойно встала рядом, стараясь не поперхнуться ледяной водой, что заставляла дёсна приятно поднывать. Дарси не успела взять вилки, а Сторми уже вовсю клацала по экрану, что-то настраивая. Айси не злилась: всё равно пришлось бы просить именно её. Так бы ведьма, конечно, разобралась, но на это потребовалось чуть больше времени. Она просто, наконец, скинула искусственный облик, оставив после него лишь позаимствованную у Дарси одежду. — Прикиньте! — визгнула Сторми, чуть не сбивая даже не начатую чашку кофе. — Гляньте, что выложили. Вот и сплетни на завтрак. Айси аккуратно заглянула в экран собственного телефона, уже предполагая, чему так обрадовалась сестрёнка. Точно. Яркая обложка видео говорила сама за себя. Даже над графикой запарились, смоделировав почти идеальное изображение дракона, которого редко, но метко принцесса Домино выпускала во время боя. "Блум о своей пропаже и ошеломительном возвращении. Официальный комментарий". Айси посмотрела на сестёр: Дарси спокойно устроилась на стуле, устало разделяя яичницу вилкой, а Сторми увлеченно выбирала лучшую подставку для телефона между салфетницей и пустым стаканом. Что же, значит, придётся терпеть пятнадцать минут жаркого ада. Сторми выжала кнопку громкости до максимума и кликнула по экрану в последний раз. Айси быстро узнала главный двор Алфеи. Ничего не поменялось, совсем. Те же лавочки и до идеала вылизанные клумбы. Кажется, ведьма даже различала виды цветов на заднем плане и вспоминала названия телеканалов по логотипам на попавших в кадр микрофонах. Пыталась обратить внимание на всё, лишь бы не сосредоточить взгляд на Блум. Почти вышло. Буквально через минуту совсем не интересной и расплывчатой речи о тяжелом времяпровождении в другом измерении на фею шквалом посыпались вопросы такой силы, что исходник пришлось хорошо нарезать, чтобы привести в смотрибельный вид. Блум выглядела уставшей, даже, в каком-то смысле раздраженной. Айси, кажется, узнала собственную ухмылку на ни чем не подведенных губах. Не сдержала легкой улыбки, когда услышала едва различимую заминку феи на слове "сотрудничество". Видимо, так переживала за ложь, что забыла сообщить об опасности оказавшейся на свободе ведьмы. Айси же уже бежала и падала навстречу новым злодеяниям. Вот, например, сегодня со скуки напугала птицу. Достаточно опасно? Ведьма фыркнула, уводя взгляд за экран, и попыталась вбить себе в голову, что несуществующий узор на салфетнице куда интереснее лица Блум. Даже накраситься не удосужилась. — Сестрица, а чего она твою безвозмездную помощь сотрудничеством называет? — завелась Сторми, не успев нормально прожевать. — Может, устроить над Алфеей тайфун вне прогноза погоды? — Мне хватает мозгов, чтобы понять почему Блум не стала бы освещать мои, — Айси показала кавычки пальцами. — Хорошие черты. — Да я ненавижу, когда так откровенно брешут! — ведьма гроз резко отпустила вилку, ударившись собственным током. — Сама бы пошла и сдалась, чтобы рассказать, как было на самом деле. — Ага, рассказать ты всегда сможешь, но выложат ли это, уже вопрос. Риторический, — вклинилась в разговор Дарси, закончив с яичницей. — Главное, что мы знаем правду. Тебе этого недостаточно? Сторми шикнула и отмотала видео на пару минут. Айси еле сдержала руки, которые так и наровились закрыть лицо. Бесстыжая идиотка. Откровенно лгала здесь только она. Какую правду она открыла сёстрам? Может, то, как провела эти четыре месяца в обычной квартире? Не испытывала ничего страшнее фантомной боли? Или, может, рассказала о каком именно сотрудничестве говорила Блум? Хотя бы намекнула, что больше не испытывает к фее прежней ненависти? Нет. Единственное, где Айси не солгала самым близким людям – это помощь. И то, ведьма всего раз зашила Блум рану, а уже после принцесса Домино изо дня в день спасала её нескончаемым, иногда раздражающим позитивом, всем своим глупым видом показывая, как сильно она верила в любое слово Айси, даже если сама ведьма не была в нём уверена. Абсолютно невзвешенными и, порой, детскими поступками упрощала жизнь, наполняя ежедневную рутину чём-то ярким и теплым, пока ведьма только ворчала и редко, но искренне улыбалась, потому что Блум этого заслуживала. — Фигня, — выставила непрошенную оценку Сторми. — Я думала дожмут, и она в кадре поплачет хотя бы. — Из-за чего? — Айси неосознанно выдала совершенно не подходящую реакцию к ныне отыгрываемой ненависти. — Так её сладкий выбрал блондиночку, — едко хихикнула ведьма гроз, начиная качаться на стуле. — Уже как месяц официально и в горе, и в радости. Об этом весь Магикс трезвонит и никак успокоиться не может. Айси сжала зубы до скрипа. Мудак. Как это подло. Динамить Блум после предложения на протяжении целого года и быстренько расписаться с другой, как только названная невеста пропала? Верх низости. Пока Сторми продолжала фоново прыскать колкостями, Айси надеялась лишь на одно: Блум не должно быть слишком больно. Что же, наверное, это – лучшее, что могла сделать для неё ведьма. Подарить чуть больше месяца общения с особо страстными привилегиями, чтобы теперь принцесса спокойно дышала, в очередной раз слушая о предательстве бывшего молодого человека. Не зная, стать лекарством для Блум? Неплохо. Только вот бы кто нашёл лекарство от жуткого чувства вины перед сёстрами. Ведьма протяжно выдохнула, сталкиваясь взглядом с Дарси. Не стоило ей когда-то советовать учиться пустому выражению лица. Ничего, кроме синяков под глазами, Айси увидеть не смогла. Оставалось надеяться на усталость сестры, из-за которой она не успела заметить странное помутнение. И следовало бы исправиться. Только как. Язык еле поворачивался на отрицательное слово о Блум. Мысли кружились неразличимым роем, позволяя распознать единичные и совсем не подходящие слова. Тепло, милая, принцесса – как составить из них что-то унижающее? — Думаю, на первый раз её просто пожалели, — стальным голосом бросила Айси и, забрав телефон, двинула в сторону своей комнаты, так и не прикоснувшись к завтраку. Она, аккуратно закрыв дверь, упала на кровать и, вжав лицо в подушку, закричала. Острая боль резанула по связкам. Немного легче. Айси рывком перевернулась на спину и попыталась успокоить дыхание. Рваный ритм сбивал пульс, заставляя теряться в спектре физических ощущений. Но это не беспокоило. В данный момент ведьму интересовало одно – насколько больно будет Блум. Айси снова перевернулась на живот, не сразу разблокировав телефон. Интуитивно нашла официальный аккаунт феи, которая успела выложить новую фотографию, подписав простым "снова с вами". От количества милоты в нескольких словах свело скулы, но вкладку Айси не закрыла. Наоборот, перешла в комментарии, быстро перескакивая со строки на строку, с каждой новой убеждаясь, что всё будет хорошо. Любимое принцессой Домино общество было на её стороне. Потратив несколько минут, ведьмы не увидела ни одного намёка на отрицательную реакцию. Скай упоминался только в положительном для Блум контексте. Айси выдохнула и, отложив телефон, закрыла глаза. Черт, чем она занимается? Читает комментарии под публикацией любимой феечки, иногда поглядывая на саму фотографию, на которой, кстати, Блум вышла отлично, вместо того, чтобы избавляться от изматывающей влюбленности. Этого не должно было быть и не будет. Сёстры столько мучались и доверяли жизнь Айси не ради последующего сказочного союза ведьмы и феи. И точно не заслужили ежедневную ложь. Айси пустила пальцы в распущенные волосы, быстро дёрнув руки назад. Здесь тоже Блум. Ей нравилось, когда ведьма не собирала хвост. Ведьма же уже была готова застонать от бессилия. Почти издала звук, как ощутила знакомую волну тепла, а следом услышала нейтральный голос феи.

До сих пор не увидела тебя в сводке. Хорошо держишься.

Что тебе нужно?

Ответ последовал незамедлительно. Неужели, Айси, всё-таки, не уследила за собственным потоком эмоций, и Блум что-то почувствовала? Хотелось надеяться, что это – просто совпадение. Принцесса и так не первый раз использовала подобный способ завести разговор. Сейчас он звучал особенно противно. Ведьма драила посуду за мерзкими пьяницами всю ночь. Действительно, идеально держится, когда могла бы влавствовать над всем измерением, если бы не одна особа.

Просто хотела поговорить.

Тебе пяти сладеньких подружек не хватает? Надоели за недельку?

Блум всё также звучала нейтрально, когда Айси не особо-то собиралась контролировать редкие нотки едкой интонации. Хороший момент, чтобы расквитаться с феей. Чем меньше контакта, тем проще избавиться от чувств, а значит, тем меньше лжи сёстрам. Совесть уже не давала покоя, вынуждая то и дело дергаться, сомневаясь в каждом слове. Как самой принцессе не стыдно? Она точно не поделилась с Винкс настоящими подробностями.

Путаешься. С такой логикой ты должна была мне надоесть ещё в первый месяц.

Зато ты мне надоела. Как тогда, так и сейчас.

Это было ещё сложнее, чем очередная ложь для Дарси или Сторми. Блум совершенно не надоедала. Ещё там иногда ведьма ловила себя на мысли, что скучает по фее, пока та просто спит. Чего говорить о нынешней разлуке в неделю. Айси привязалась к фее, страшно сказать, но так сильно, что могла бы уже поставить её на один уровень с сёстрами. Поэтому нужно было резать. Срочно. И плевать, если по живому.

Я же не сказала ничего плохого, почему ты злишься?

Потому что ты меня достала, Блум. Я просила тебя связываться только по делу. Для большего ты мне не нужна.

Виски заметно остыли. Айси уже чуть ли не всхлипнула. Может, резкие и всегда не подкрепленные поводом попытки Блум выйти на контакт раздражали, но и они же радовали. Потому что ведьма могла ощутить одно из некогда полюбившихся чувств – тепло. Жар Огня Дракона, который подобно наркотику заставлял сердце чаще сокращаться и волшебным образом снимал всё напряжение. Только, вот, он же и был проблемой нынешнего.

А поиск Ваших Б.? Разве не ты предложила? Тогда бы не давала лишнего повода для ненужного тебе общения.

Айси задумалась. А Блум молодец. Ловко подловила ведьму на импульсивном порыве. В какой-то момент она об этом даже забыла. Искать тех, кто блокировал силу Огня Дракона с желанием отомстить – чистой воды самоубийство, на которое, как ни странно, обе волшебницы легко подписались. Личные счёты могут заставить и не такое сделать. Вины за предложение Айси не чувствовала. Прекрасно понимала, что Блум не удержится сама. Её сказки о перекладывании ответственности на Совет Магикса останутся сказками. Ваши Б. не просто угроза для волшебного мира. Теперь у них особые личные счёты с выдающимися личностями измерения, каждая из которых точно не успокоится. Но это вторичное. Нужно было решать другую проблему. Вот он, шанс отвязаться от легкого общения с Блум раз и навсегда. Сделать больно, чтобы после не мучиться совсем. Как ей, так и себе. Айси неосознанно прикрыла рот. Фраза созрела. Ведьма поняла, что уже не смогла бы произнести это вслух, если бы смотрела прямо в ярко-голубые глаза, которые всегда заманчиво искрили. Всего лишь раз решиться. Потом немного пострадать, зато искупить хотя бы часть греха перед сёстрами, которые подарили Айси шанс вдохнуть полной грудью. Их нельзя предавать после всего, что случилось, ради невзаимных чувств без возможности на продолжение. Ведьма быстро выдохнула, резко встала и по слогам проговорила, стараясь не вложить эмоцию не то, что в слово, а в букву.

Я предложила только потому, что не хочу рисковать жизнью Сторми или Дарси. На тебя мне плевать.

Тепло резко исчезло окончательно, будто от тела в момент оторвали какую-то важную часть. Айси глупо улыбнулась, стараясь сдержать случайную слезу. Чёрт, а чего больно-то так сильно? Ведьма даже не могла представить, что так бывает: грудную клетку будто наживую вскрыли и водили по хаотично бьющемуся сердцу чем-то шершавым и одновременно острым. Ладно. Этого Айси и хотела. Блум отвязалась. Эффектно и жестоко, как в самых лучших традициях. И плевать, что, пытаясь остановить поток лжи сёстрам, она в очередной раз солгала Блум. Причем, также мерзко, как той же Сторми или Дарси. Ведьма успела попереживать за фею, когда та в силу детской обиды решила самостоятельно снять швы. Айси аккуратно отворила дверь и вышла в общий зал. Хотелось схватить первую попавшуюся книгу, чтобы быстренько отвлечься. Телефон тут точно не друг: ведьма понимала, что в первую же секунду внесёт в поисковую строку имя феи и начнёт смотреть всё с ней связанное. Гаджет вообще лучше всего отложить на неопределённый срок. Ради просмотра материалов с Блум его и хотела. Идиотка. Только сейчас Айси заметила, что Дарси не дошла до своей комнаты. Она, видимо, решив немного почитать, уснула на диване, плавно опустившись на подлокотник. Пускай, сестра отрубилась, всё равно продолжала держать свешенной рукой открытую книгу. Айси тихонечко, на одних носочках подошла к дивану и аккуратно вытянула том по азам темной психологии из цепкой хватки. После, быстро просканировав комнату на наличие пледа, нашла тот на подоконнике и укрыла сестру, тщательно проверяя, везде ли хватило мягкого и согревающего флиса. Аккуратно села у ног. Не сразу решилась, но начала поглаживать Дарси по недвижимой спине. Раньше это всегда пугало: во сне сестра будто не дышала. Ведьма не могла свести с неё глаз. Она крутилась по Магиксу, изнашивая организм до предела, пока Айси бесстыдно развлекалась с феей, которая не раз подвергала жизни сестер смертельной опасности. Дарси буквально примерила на себя всегда ненавистную роль лидера, потому что Айси в очередной раз приспичило сразиться с Блум четыре с небольшим месяца назад. Главное – ведьма шла на ту встречу, прекрасно понимая, что фея победит. А, значит, Айси оказалась бы за решеткой и также бросила сестёр. Что хуже, она не понимала. Просто, столкнувшись взглядом со Сторми, которая старалась, как можно тише пройти мимо, понимала, что нарочно сделать больно Блум и пережить от этого собственные мучения ещё и на фоне безумно сильной влюблённости будет лучшим решением, потому что сёстры страдали больше. Страдали именно из-за неё.

***

Не нужна? Плевать? Ей плевать? Блум сидела за письменным столом и прожигала взглядом открытый скетчбук. Даже не моргала, пытаясь осознать, что только что услышала. Пальцы крепко сжимали карандаш, начинали давить на бумагу, от чего грифель громко трескался в нависшей тишине. С уголков раздраженных напряжением глаз упало две слезы. На рисунок. Очередной рисунок, с которого на фею смотрели пронзительно холодные глаза. Соленая влага впиталась в бумагу. Принцесса Домино поспешно начала растирать слезу указательным пальцем, ещё сильнее размазывая аккуратные, недавно нанесенные штрихи. Резко остановилась, не понимая, зачем пытается спасти портрет ведьмы. Не нужна. Блум ей не нужна. — Да пошла ты! — закричала фея, резко подскакивая и сметая на пол всё, чем был завален рабочий стол, одним движением. Грохот ударил по ушам. Шелест рвущихся страниц сменился собственным всхлипом. Блум оттолкнула ногой стул, выскочила на центр комнаты и раскинула руки в стороны, не зная, что сделать. Воздух немного нагрелся, колко опаляя щёки. Фея инстинктивно схватилась за горловину футболки, с которой почти выветрилась магия льда. Зачем она продолжала её носить? Принцесса Домино сжала веки, замычала, будто от нестерпимой боли, и рывком сняла футболку, откинув в дальний угол комнаты. Распахнула дверцы шкафа, повиснув на обеих: дыхание было настолько быстрым, что не позволяло выполнять желаемые действия без пауз. Фея утёрла новые слёзы грубым касанием и нацепила первую попавшуюся майку, нервно путаясь в лямках. Хлопнула дверцами, развернулась и скатилась по ним на пол, натыкаясь спиной на острую ручку. Прямо по недавно полученному шраму. Недавно ли? Казалось, это было вчера. Длинное вчера, за которое скопилось больше воспоминаний, чем за всю жизнь. Блум подтянула колени к груди и стукнулась в них лбом, начиная тереться головой о мягкую ткань пижамных штанов. Не нужна? После всего, что произошло, у ведьмы не осталось хотя бы маленькой ниточки, которая тянула к жутко тоскующей фее? Тогда зачем нужно было всё это... Зачем сближаться и соглашаться, сверкать искренним желанием в глазах и раздувать пламя, оставляя вечный след. Часами сидеть напротив, подставив локоть под голову, и слушать бессмысленные рассказы. Разделять быт без единой ссоры, понимая друг друга без слов. Редко, но так чувственно обнимать в особо нужные моменты. И после этого говорить, что на Блум ей плевать. Плевать на появившуюся связь, которую, похоже, ощущала только фея. Плевать на её жизнь и так спокойно об этом говорить. Принцесса Домино обхватила колени так сильно, что несколько суставов хрустнуло, и закачалась, ударяясь скрюченной спиной о шкаф. За что так больно? Блум просто хотела поговорить. — У тебя всё... — входная дверь быстро распахнулась, позволяя лучше услышать замявшуюся подругу. — Не хорошо. Принцесса Домино подняла голову, наклонив в сторону, хотя легко узнала гостью по одной интонации. Стелла застыла в дверном проёме, осматривая устроенный за секунды хаос. Признаться, в комнате Блум всегда не было убрано, но идеально чистый стол, как и усыпанный книгами, листами и прочей канцелярией пол, однозначно выбивались из привычной картины творческого или же ленивого беспорядка. Стелла заметно сглотнула и куда тише спросила: — Я могу как-то помочь или тебя лучше совсем не трогать? Блум было мотнула головой, понимая, что вряд ли готова поговорить со Стеллой на прямую. Она даже не представляла, как среагирует подруга, если узнает настоящую причину столь неожиданной и яркой истерики. Да принцесса Домино сама бы не поверила, скажи ей кто полгода назад, что она будет чуть ли не биться в конвульсиях от болезненных судорог, причиной которых стала парочка особо холодных фраз от ведьмы. Не просто ведьмы, Айси. Айси, что всё время преследовала Блум, подобно смерти наступая на пятки из схватки в схватку. Фея горько усмехнулась, напугав Стеллу: действительно, а чего она хотела от беспощадно холодной противницы. Влюбленная дурочка. Уже умудрилась получить невозможное и вкусить воистину запретный плод. Точно. Блум размазала влагу по лицу ватными ладонями и, еле сдерживая губы от грустной улыбки, пробормотала: — Ты можешь достать выпить? — фея отвела взгляд, уткнувшись подбородком в собственное плечо. — Не пиво. — Блум, я, конечно, найду, но... — начала Стелла, постукивая новым маникюром по косяку. — Завтра забитый день. Фарагонда мне голову откусит, если я снова распущу учениц. — Да я одна прекрасно справлюсь! — Принцесса Домино импульсивно хлопнула ладонью по полу, в момент взяла себя в руки и куда спокойнее добавила. — Прошу тебя, просто принеси. Стелла помялась с ноги на ногу и, видимо, не выдержав умоляющего взгляда сквозь слёзы, застучала каблуками в коридоре. Достаточно быстро вернулась с закупоренной бутылкой, напоминающей виски, и уже смелее прошла в комнату, на этот раз закрыв дверь. Стекло характерно отозвалось на соприкосновение со столешницей. Принцесса Солярии покрутилась на месте, теряясь в нескольких квадратных метрах, и вернула взгляд к Блум, что толком не сдвинулась. — Давай я хотя бы убрать помогу. — Нет, — холодно отрезала фея и медленно поднялась, отталкиваясь ладонями от скрипящих под весом дверц. — Сама всё сделаю. Принцесса Домино и не поняла, как оказалась прижата к груди Стеллы. Похожая разница в росте. Блум неосознанно вцепилась в кружевные рюши на блузке подруги, пытаясь отогнать ассоциацию. Глубоко вдохнула, заполоняя рецепторы легким и сладким ароматом, что напоминал вкус одного из лучших десертов в жизни. Совсем не Айси. Не мятная свежесть или не прохладные руки. Стелла аккуратно прочёсывала спутанные хаотичными движениями волосы, стараясь таким образом облегчить неизвестные страдания подруги. Точно не похоже на Айси. Стелле она нужна. Принцесса Солярии в очередной раз это доказала, оставив лёгкий поцелуй на макушке. Разорвала тёплые объятия и, подмигнув, аккуратно смахнула с щеки не успевшую впитаться в воздушную блузку слезу. — Только потом мы обязательно поговорим, — подруга по-свойски потрясла Блум за плечо и уже в дверях выдавила что-то похожее на шуточную интонацию. — Смотри особо не налегай! Вдруг сегодня Совет объявится. Фея хмыкнула, падая на стул. Легче, честно говоря, не стало. Мысли упрямо продолжали крутиться у двух тем: Айси и алкоголь. Взгляд скосился на второй. Громоздкая пробка и позолоченная этикетка намекали на хорошее качество. Ну, по крайней мере, убиваться получится со вкусом. Достойна ли такого ведьма, которая вряд ли пробовала что-то похожее? Однозначно. Хотелось закричать так громко, чтобы Айси услышала, как больно сделала своей феечке, где бы сейчас не находилась. И что бы случилось? Ведьма точно донесла мысль. Ей плевать. Бутылка быстро оказалась в руках. Блум зажала пробку в ладони и дёрнула. Жжение от трения отозвалось почти в каждом пальце, но фея не отступила. Сжала ту покрепче и потянула ещё раз. Ничего. Недолго посмеялась: совсем хватку растеряла. Оно и не удивительно. Последний похожий запой был после измены Ская. Та причина казалась более уважительной. А сейчас что? Ведьма, с которой принцессу Домино связывали даже не отношения, а не поймёшь что, просто сказала правду. Каким будет следующий повод напиться, Блум? Фея стукнула стеклом по столу. Нет, это неправильно. От обесценивания боли легче никогда не становится. Уже хватило самообмана. Принцесса Домино же действительно поверила в мизерный шанс на взаимность, по нескольку раз за скучный день вспоминая, как её поцеловала Айси в момент своеобразного прощания. Правда, будто она на самом деле прощалась с феей, мягко и аккуратно дотрагиваясь до теплых губ. А потом сказала, что ей плевать. Что же, Айси, твои эмоциональные всплески имеют слишком болезненные последствия. Ничего. Это не страшнее измены. Наверное. Главное, что открыть бутылку не стало проблемой. Блум щёлкнула, создавая между пальцев слабый огонёк и аккуратно нагрела горлышко. Пробка медленно поползла вверх, и фея, наконец, её вытащила, мигом вдыхая терпкий аромат, в котором практически не чувствовалось ноток спирта. Знала бы она, что может так открывать алкоголь на Земле, цены бы ей не было. Вопросов от сверстников, конечно, стало бы в разы больше, но... Какая уже разница. Блум коснулась губами ещё не остывшего горлышка и сделала первый глоток. Покалывающее тепло и горький привкус заставили сморщиться. Вот теперь немного, но лучше. Или это опять самообман? Плевать. Раз Айси плевать, то и Блум будет. Только позже. Сейчас стоило переключиться на уборку. Хотя бы одно новое занятие за последнюю неделю. Фея и не думала, что подруги её обманули насчёт приказа Совета, но, признаться, могла надеяться. Фарагонда быстро подтвердила появившиеся неудобства. Ну, это она так обозвала сложившуюся ситуацию. Для Блум всё выглядело, как настоящий домашний арест. Разве что трекера местоположения не повесили. Использовали кое-что получше: чувство вины перед Винкс, которых обязали следить за собственным лидером, и пропали с радаров. Директриса обрадовала другой новостью. Блум могла приступить к преподавательской работе только со следующего семестра, так как её часы успели вынести из расписания. Принцесса Домино даже не могла поприсутствовать на паре у той же Флоры: любое её появление срывало всю и так шаткую дисциплину. Вот и приходилось целыми днями гулять по надоевшим коридорам, иногда выходить во двор, но быстро возвращаться в комнату из-за часто подходящих учениц с иногда раздражающими вопросами. Блум на всё ответила не только в интервью, но и в электронном сообщении, которое слёзно умоляло дать одно из главных новостных СМИ. Неужели не ясно, что большего она не скажет? Вечерами, конечно, удавалось провести время в кругу Винкс. Обычно девчонки собирались в общем зале отдыха преподавательского крыла, который давно не использовался ни Паладиумом, ни, тем более, Гризельдой. И то, иногда Блум чувствовала себя лишней, будучи не в состоянии поддержать обычный диалог: чаще всего подруги обсуждали проведённые пары, а точнее – учениц и их успеваемость, так как близились зачётные недели. Лейла выступала против поблажек, поэтому начинался бессмысленный спор, в котором принцесса Домино уже точно не могла поучаствовать, даже если хотела бы. Поэтому большую часть свободного времени она буквально сгнивала в комнате, уткнувшись в яркий экран. Впервые читала все новости, установила несколько сюжетных игр, на которые всё не хватало минутки, но, как оказалось, на их прохождение потребовалось не так много часов. Они уже закончились. Блум беспросветно шерстила по интернету волшебного измерения, растрачивая время на бессмысленное пролистывание ленты в той или иной социальной сети. Одно радовало: реакция общества на её возвращение. Всё-таки, от роли главной спасительницы Магикса были плюсы. Блум часто натыкалась на видео, наполненные теплом, любовью и искренним восхищением, на которые не могла не реагировать. Последние дни только это вызывало улыбку, поэтому принцесса Домино старалась не оставить не замеченной ни одну фанатскую публикацию. Ей было совсем не сложно пару раз клацнуть по экрану. Разобрав больше половины устроенного беспорядка, Блум, пошатнувшись, не сразу подняла скетчбук. Резко захлопнула и кинула в выдвигающийся ящик, но толку от этого было мало. Фея помнила каждый созданный за последние дни набросок. Первые разы она старалась рисовать что-то отвлеченное или уже улучшать имеющиеся навыки. Всё-таки, успела дать себе взаперти обещание вернуться к любимому увлечению. Сложные геометрические построения и детально проработанные натюрморты остались на первых страницах. Больше принцесса Домино не выдержала. Рука сама выводила едва завивающиеся бесцветные локоны, заостряла линию подбородка и предельно точно распределяла тени на знакомом лице. Блум никогда не рисовала Айси в привычном облике. Даже не собиралась повторять строгие контуры высокого хвоста или темного макияжа. Только свободный пучок с хаотично выпавшими прядями и смягченные отсутствием косметики черты лица. Если совесть побеждала, прорисовывала даже мятую ткань футболки, вспоминая каждую, иногда совсем не различимую надпись, которая, в основном, располагалась на левой стороне груди. Для бессовестного варианта предназначались последние страницы. Редко, но метко Блум хлопала бумагой влево и, высунув кончик языка, максимально близко наклонялась ко столу. Эти рисунки Блум никогда не доводила до конца. Как только очертания поцелуя становились узнаваемыми, она перелистывала страницу, начиная что-то новое. Пускай с фантазией проблем не было, подобное фея рисовала нарочито медленно. Смаковала каждую чёрточку, в которой видела тот или иной изгиб ведьминского тела. В какой-то момент ловила себя с горящими щеками, захлопывала скетчбук и прятала в ящик, как что-то постыдное. Наверное, таким оно и было. Представить страшно, что случилось бы, если, например, Муза по чистой случайности решила бы поинтересоваться прогрессом подруги в рисовании и наткнулась не на лесной пейзаж или архитектуру Алфеи, а горячий ведьминский укус на фейской шее. На проработку лиц Блум времени никогда не жалела. Принцесса Домино задвинула ящик до стука и села чуть ли не мимо кровати. Опустошенная на половину бутылка делала своё дело. Свет фонарей за окном приятно расплывался в замыленных алкоголем глазах. Каждое движение казалось жутко ватным, будто Блум прорезала рукой не воздух, а пух. Немного перебрала. Фея монотонно мяла и прикусывала губы, устремляя взгляд в стену. Почти не моргала, пытаясь понять, как проглядела момент, когда опьянела настолько, что рот онемел. Хотелось сделать ещё глоток. Она было встала, как услышала за дверью странный для вечера шум. — Дай мне пройти. — Тебя только не хватало. Уходи. Я серьёзно. А вот это точно говорила Стелла. Первого голоса Блум не разобрала, кажется, мужской. Фея подскочила с постели: алкоголь в крови подогревал интерес к неожиданным событиям. Она не сразу накрыла ручку ладонью и, навалившись, толкнула дверь, которая отозвалась глухим стуком о чьё-то плечо. Да, Стелла. Стояла, сосредоточив вес на правом бедре, и дёргала за рукав джинсовой куртки. Знакомая куртка. Блум подняла взгляд повыше. Не усмехнуться было невозможно. — О, мой принц! — едко визгнула принцесса Домино. — Явился, наконец. — Блум, мне нужно объясниться, — Скай вырвал руку из хватки неунимающейся Стеллы. — Ты что, пьяна? — Отругаешь непослушную невесту? — улыбнулась Блум, но после быстро вернула более спокойное выражение лица. — Ну, я ещё в своём уме, так что тебе повезло. Проходи. Стелла было открыла рот, как принцесса Домино перевела на неё взгляд и жалобно свела брови. Подруга растерянно отступила назад, пока специалист медленно прошёл в комнату. Руки коснулись теплые пальцы: Стелла всё никак не могла отпустить Блум. Одни только янтарные глаза испускали огромную волну испуга. Принцесса Домино медленно моргнула, пытаясь заверить подругу, что всё будет хорошо, и, неосознанно пожав плечами, закрыла дверь. Скай успел расположиться на стуле, широко расставив колени. Одна из его ног тряслась. Смешно. Чего он боялся? У Блум даже не ёкнуло. Это, наверное, хорошо. Фея, уделяя все силы на контроль походки, уселась напротив, вальяжно откинувшись, и немного проскользила ладонями по простыне. Позволила себе посмотреть на специалиста дольше секунды. Совсем не изменился. Всё то же забритое лицо с едва заметным раздражением. Может, только волосы немного отросли, но, кажется, он недавно стригся. А, точно. Свадьба же была. Как же король Эраклиона мог позволить себе появиться на таком мероприятии не при параде. Блум фыркнула и посмотрела в голубые глаза. Ничего. Пустота, как в радужке напротив, так и внутри. Даже удивительно, что от таких сильных чувств может ничего не остаться. Хотя, их явно вытеснило чем-то более сильным. — Так что ты хотел? — Блум сдула мешающую прядь. — Этот диалог должна начинать явно не я. — Ты права, — быстро отозвался специалист и пару раз кивнул головой. — Наверное, мне нужно извиниться. Я не подумал, что случится с тобой, когда ты вернешься. Ну... Журналюги, там, личная боль... — Ой, не заливай, Скай, — Блум глубоко вдохнула. — Всё намного проще. Журналисты оказались не такими и скотскими, а мне плевать. Специалист резко поднял взгляд. Почесал затылок, всматриваясь в фею, от чего той стало немного не по себе. Она же максимально точно выразила свои чувства. Также, как и Айси. Твою мать, ну почему, почему Блум сказала именно так? Колющая боль поднялась с центра груди к горлу. Голосовые связки свело, а по щеке прокатилась новая слеза. Выражения лица бывшего молодого человека в момент изменилось. Фея хотела взвыть. Он же подумает, что это из-за него. — Но ты пьешь, — Скай мотнул головой в сторону виски, оценивая оставшееся количество. — И плачешь. — Великолепные наблюдения! — воскликнула Блум и хлопнула ладонями по коленям. — Мир не крутится вокруг... Я уже давно тебя не люблю. Как и ты меня. Нужно было ещё раньше порвать. — Ты меня извини, но не я всё тянул... — Даже не начинай, Скай, — фея резко перебила его, наклоняясь вперёд. — Если это всё, то желаю удачи и зла не держу. У меня есть незаконченное дело. Специалист отряхнул джинсы и, хмыкнув, встал. Шагов Блум не увидела. Он продолжал стоять на месте, украдкой посматривая на фею. Это начинало раздражать. Что ещё ему нужно? За своеобразное чувство вины фея, конечно, была признательна, но точно не хотела продолжать говорить со специалистом. Были другие планы. Взять виски, устроиться с ним на постели, может, случайно облиться и в полузабытье уснуть, чтобы на следующее утро проснуться с пустой бутылкой в руке и отягчающем головную боль чувством стыда. Собственно, дел было действительно много, страшно не успеть всё закончить. По ведьме Блум ещё никогда не убивалась. — Может, я могу тебе как-то помочь? — тихо произнёс Скай, опускаясь на постель рядом. — Не первый год знакомы, как-никак. Принцесса Домино глупо подняла уголок губ. Что за подачки? Она выглядела настолько жалко, что даже у этого специалиста расстаяло остывшее сердце? Оно-то во время отношений практически не включалось, когда Блум на самом деле требовалась поддержка. А сейчас... Даже не выплеснешь накопившееся. Ни по-свойски усевшемуся Скаю, ни Флоре. Вторую особенно сильно не хотелось трогать. Фея успела сказать, что Айси – хорошая. Как же невовремя она решила солгать. Хотя, скорее, допустить очередную ошибку. Но уже плевать. — Принесешь вторую бутылку? — фыркнула Блум из под растрепавшихся волос. — Нет, просто... — он замялся, отводя взгляд к двери. — Был один способ. Мужская ладонь легла на колено. Быстро пошла выше, ощутимо сминая мягкие мышцы, и двинула ногу в сторону. Потрескавшиеся от сухости губы прикоснулись к шее. Так себе ощущение. Зато теперь понятно, что за способ вспомнил Скай. Блум даже не понимала от чего было противнее: воспоминания о его измене или факта его недавней свадьбы. И не понимала, как реагировать. Айси плевать, так зачем пытаться хранить верность ледяной стене. Да и о какой верности можно думать: с ведьмой не было отношений. Только договор, который, в итоге, довёл до ручки. Может, правда, попробовать отвлечься? Нынешняя измена Ская уже точно не была её заботой. Блум ничего не сделала. Просто продолжала сидеть, толком не двигаясь. Действия специалиста не вызывали яркого чувства внутри. Наоборот, становилось куда неприятнее. Она плавно отворачивалась от его попыток поцеловать, подставляя колючим губам щеку или край подбородка, держала в напряжении ноги, из-за чего его руке приходилось с большим усилием подбираться к абсолютно не возбужденному центру. Пальцы грубо надавили через два слоя одежды. Фея по привычке закрыла глаза. Почувствовала нечто приятное, но совсем не от промахивающихся пальцев. Она вспомнила. Вдохнула свежий, смешанный с нотками общего шампуня аромат вместо резкого запаха тяжелого одеколона и пота. Увидела среди темноты яркие искорки в холодных глазах. Услышала томное дыхание, которое иногда прерывалось на односложный комментарий особо мягким голосом. Ощутила нежные, но уверенные руки, что всегда властно проходились по телу, закрывая его неудачные места. Почувствовала, как сильно тогда билось сердце от одной только мысли, что будет дальше. Чуть ли не простонала её имя и как можно резче открыла глаза. — Нет, — отрезала Блум, толкая специалиста в грудь, и подскочила с места, на инерции врезаясь в стул. — Не трогай меня. Больше никогда. Скай молча поднялся и совсем скоро хлопнул дверью. Только после этого звука фея развернулась лицом к выходу. Три раза глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Руки поднялись к шее, начиная нервно расчёсывать кожу. Блум поджала губы. Твою мать, это просто невозможно. Айси заполонила разум настолько сильно, что даже будучи пьяной фея не была способна оступиться. Поддаться уже вдоль и поперёк изученному соблазну. Замечательно. Теперь предельно ясно одно – принцессе Домино точно не плевать. Толку от этого никакого. Руки стянули волосы на затылке. Хотелось сделать себе запредельно больно. Забыть всё, что только что произошло. Его мерзкий позыв насладиться телом бывшей невесты при наличии уже законной жены. Постепенно приходило осознание. Скай не хотел помочь. Он хотел воспользоваться подавленной девушкой, ловко ударяя по нужным точкам. Впервые в рыжей голове появился вопрос: "А действительно ли он любил меня?". Блум отпустила волосы и ударила ладонями по спинке стула. Плевать. Это прошло и началось другое, из которого выпутаться уже невозможно. Даже после столь жестоких слов перед Айси было стыдно. Фея не могла посмотреть в зеркало. От одного вида покрасневшего от слез лица становилось противно. Ведьме всё равно, пускай, но принцесса Домино предала свои чувства, позволяя Скаю дотронуться до себя. Упала до самого аморального, чего раньше не могла представить. Стала мерзкой. Липкой. Грязной. Дверь в ванную молниеносно открылась. Блум, двигаясь на чистом импульсе, сорвала с себя одежду и встала под выкрученный на полную напор воды. Схватила мочалку и, забывая о геле, принялась на сухую натирать кожу до болезненной красноты. Ноги, шею, бёдра – всё, до чего успела дотронуться нежеланная рука. Фея глотала слёзы вперемешку с проточной водой, чуть ли не вслух ругая себя за выходящие наружу чувства. Если ещё понимала, что на самом деле чувствовала, хотя алкоголь быстро терял своё действие под ледяным душем. Белоснежное полотенце неприятно коснулось раздраженной кожи. Блум не стала вытирать или выжимать волос. Только сбросила с плеч махровую ткань и по привычке вытерла пол ногой. Накинула первый попавшийся в шкафу халат. Села на постель, потерянно осматриваясь. Неровное дыхание подсказывало, что борьба бесполезна. Она, мыкнув от бессилия, с первой попытки угадала угол и аккуратно отряхнула светлую футболку. Вытянув ногу, умудрилась открыть ящик с бельем пяткой. Ещё раз тяжело вдохнула и, скомкав одеяло, прижала к себе. По-настоящему пообещала себе выкинуть оставшийся алкоголь. Стоило начать учиться с этим жить. Точно не последняя невзаимная влюблённость, жизнь впереди длинная. Только, скотина, такая сильная. Может, позже станет лучше. Время же лечит. Кто придумал это выражение, точно полный идиот. Тянущиеся под одинаковым гнётом дни постепенно превращались в недели, а легче так и не стало. Блум всё чаще закрывала входную дверь на щеколду, чтобы те же Стелла и Флора не могли зайти лишний раз и невзаначай принести что-то сладкое. Подруги по очереди последнюю неделю приносили фее в комнату её любимые блюда. Сначала принцесса Домино думала, что везло с расписанием столовой. Потом заглянула в обеденный перерыв и не увидела на столах любимого жареного картофеля, который без особого удовольствия прожевала час назад. Заключение от Совета Магикса превратилось в настоящий ад. Ни одной весточки за целый месяц. Как бы Флора не старалась, ускоряя рост лозы у окон кабинета Фарагонды по ночам, ничего не узнала. Блум её не могла винить. Что можно было сделать, когда сама директриса избегала зрительного контакта с хранительницей Огня Дракона, а если и сталкивалась взглядом, то не могла выдать отличной от сожаления эмоции. Блум ничего не могла сделать. Ни развеяться в Магиксе или хотя бы чертовом лесу, ни отправиться на простецкие задания, которые раньше терпеть не могла, ни встретиться с родителями. Пришлось написать письмо, что передала Стелла, возвращая фее приятные объятия. С биологическими родителями увидеться удалось мельком. Орител и Марион заскочили в Алфею проездом где-то на второй неделе после её возвращения. Буквально на полчаса, но и этой встрече Блум была рада. Они оправдали Дафну, что переняла обязанности младшей сестры в полной мере и с головой окунулась в управление королевством. Родители были также заняты: Домино терпело некоторый кризис после разрыва отношений с Эраклионом и до сих пор приспосабливалось к новому положению дел. Принцессе осталось только пожелать удачи. Настроение и уставшие лица, конечно, совсем не поднимали настрой, но факт того, что Блум, похоже, избавилась от одной ноши, несомненно вызывал слабый позыв улыбнуться. Поводов на улыбку было маловато. Фея сходила с ума от одиночества и статичной картинки, одновременно продолжая сидеть в четырех стенах, практически не подпуская подруг близко к сердцу. Стелла успела обозначить границы раньше, поэтому терпеливо ждала инициативы от Блум. Флора пару раз попыталась аккуратно начать разговор, но принцесса Домино ловко соскочила на другую тему, не желая произносить ни одного связанного с Айси слова вслух. Их и внутри было достаточно. Как только фея закрывала дверь, начинался адский круг, который она успела выучить наизусть. Ложилась на кровать, иногда включала тихую музыку и закрывала глаза, начиная представлять ту квартиру. Исцарапанные ножом стены, серый и мягкий диван, кухонную столешницу, на которой Блум обожала сидеть, наблюдая за готовкой ведьмы. Вспоминала, как Айси редко, но рассказывала что-то о Дарси и Сторми, а после этого гадала о нынешней жизни Трикс. Совершенно ни к чему не приходила, так как до сих пор не увидела ни одной новости, которая хотя бы намекала на знакомый почерк. Фея по нескольку часов в день варилась в смеси теплых воспоминаний и сказочных фантазий. И это не надоедало. Разве что, тело затекало от несменяемой позы, поэтому Блум усаживалась за письменный стол и возвращалась к рисованию. Уже не стесняясь, завершала каждый набросок, каким бы откровенным его содержание не было. Да и таких сюжетов становилось всё меньше. Последнее время принцесса Домино ударялась в что-то более интимное, совсем не типичное для оставшихся воспоминаний. Аккуратные касания и поглаживания пальцами, нежные поцелуи в щёку или плечо, редкие, но ярко осевшие в подсознании объятия. И Блум не останавливала себя, раз за разом прокручивая самые приятные моменты, которые заканчивались оглушительной фразой, что подводила всё под четкую, нестираемую черту. Ей плевать. Некоторыми вечерами принцесса Домино возвращалась к реальности. В основном, это был конец учебной недели, когда Винкс собирались в общем зале. Не вчера появившуюся традицию Блум проигнорировать не могла – тогда бы точно появились вопросы, которые ни одна из девчонок уже не сможет держать внутри. Сегодняший вечер был четвертым, ненавязчиво намекая об окончании месяца. Фея толком и не заметила наступление Нового года, совсем не обращая внимания на календарь. Всё прошедшее время казалось одним безумно длинным днём, который вот-вот должен был закончиться, по уходу забирая всю пережитую Блум тоску и боль. Но он никак не заканчивался. Стелла сидела рядом и, как обычно, хихикала, тыкая пальцем на широкий телевизор. Кажется, очередная реклама новой коллекции одежды. Кажется, подруга приняла в её создании непосредственное участие. Принцесса Домино выдавила вполне естественную улыбку и расслабила шею, позволяя себе опустить голову на давно подставленное плечо. Текна практически не поднимала глаз, отдавая всё внимание планшету, иногда проговаривая про себя "Ну конечно!". Похоже, новый проект имел успехи. Муза с Лейлой сидели на пушистом ковре, делили наушники и переговаривались, в основном, о своём. Флора появилась в просторной комнате, как раз под начало новостей: бегала набирать лейку и уже не ворчала, понимая, что никого, кроме неё состояние здешних растений не волнует. — Прямой репортаж с места событий! — громкий голос заставил Блум вернуться из полусна и вздрогнуть. — Прямо сейчас мы находимся на главной площади Магикса, где только что произошла массовая драка с применением волшебства. По словам очевидцев, конфликт начался с подачи фей и остановился только благодаря силам специалистов. Городской ущерб ещё подсчитывается экспертами. Следственный комитет прибыл... Принцесса Домино несколько раз моргнула, проверяя зрение. Кадры разрушений быстро мелькали на яркой плазме. От двух несущих стен ничего не осталось, внушительные трещины располосовали большую часть площади... Фея нервно сглотнула, пытаясь вспомнить, когда в последний раз такое случалось без её участия. Не припомнила. — Вот это да, — протянула Муза, вытаскивая наушник. — Что творится... Надеюсь, опять что-то не поделили с ведьмами и нам не придётся в этом участвовать. Я не пларировала откладывать музыку на ещё один год. Девочки вокруг мгновенно поддержали разговор, одна за одной в красках выражая своё мнение и уже начиная спорить, но Блум их не слышала. Еле сдерживалась, чтобы не сжать кулаки и раскрыть всё в момент появившееся напряжение. Перенаправляла всю энергию в недавно освоенный способ успокоения – заплетала маленькую косичку из прядок у лица. Это не просто конфликт. Принцесса Домино не могла не узнать последствия и атмосферу того, чему не так давно подчинялась сама. Гнев на Совет Магикса сжимал сердце со всех сторон. Почему нельзя было её дослушать? Блум уже предполагала, что подобное начнёт происходить, примерно знала, за счёт чего, и могла бы попробовать найти решение. Также бы закрыли, просто не в своей комнате в Алфее, а каком-нибудь архиве или старой библиотеке, чтобы фея хотя бы постаралась найти что-либо связанное с похитителями. Нет же. Они лучше знали, что делать. Как всегда, очень заметно. Принцесса Домино снова вздрогнула. Вдохнула-выдохнула в попытке быстренько успокоиться, как почувствовала что-то похожее на легкий сквозняк, взяться которому было неоткуда.

Ещё долго будешь делать вид, что ничего не происходит, или последние новости входят в план твоей любимой могучей кучки?

Айси. Она вышла на контакт. Пульс тут же подскочил так сильно, что заложило уши. Блум попыталась схватиться за мягкую обивку дивана, но руки предательски скользили, заставляя фею переживать захватывающее дух чувство падения. Она будто взаправду резко спрыгнула с тридцатиэтажного здания и летела к земле, напрочь забыв о крыльях за спиной. Легкий холодок вновь коснулся затылка.

Озеро. Через два часа. Имей в виду, это последний шанс нормально отомстить и оправдать свою тупость, фея.

Блум отвечать не стала. Не раздумывая, в первое же мгновение решила, что придет. И знала, что Айси немного, но будет ждать. Она никогда не бросала слов на ветер. Тем более, объявилась впервые за три недели. Значит, это по-настоящему важно. И, наконец, реально. Действовать нужно незамедлительно. Принцесса Домино резко мотнула голову в сторону досматривающей новости Стеллы и прошептала: — Когда последний раз Совет проверял меня? — На днях Фарагонда спрашивала, — на зевке протянула подруга. — Но это так, для галочки. Блум положила едва трясущуюся руку на колено Стеллы и заглянула в глаза. Это шанс. Есть возможность выйти, им правда всё равно, по крайней мере сегодня. Придётся тупо солгать, но фея не могла поступить иначе. Ситуация сама располагала, тем более, это важно для волшебного измерения. — Прикроешь меня на пару часов? — Стелла свела брови в полном непонимании неожиданного подъёма пассивной подруги. — Я всё ждала момента, когда смогу попробовать прогуляться. — Ну пойдём... — Нет, — резко перебила Блум. — Пожалуйста, дай мне побыть одной... Свободной. Прошу, просто пойми меня, Стелла. Принцесса Солярии посмотрела по сторонам, видимо, в поиске решения и беззвучно хлопнула губами, в последний момент не решившись что-то сказать. Она слабо наклонила голову, пытаясь вглядеться в однозначно посветлевшие глаза подруги. Увидев её, полный сопереживания взгляд, Блум на мгновение решила отказаться от всей этой авантюры, но Стелла кивнула: — Иди одевайся, — она наклонилась к самому уху. — Для остальных ты легла спать. Фея тут же чмокнула подругу в щёку и постаралась как можно спокойнее дойти до своей комнаты. На коридор её уже не хватило: принцесса Домино участила шаг, быстро переходя на бег, и с громким хлопком оказалась перед шкафом. Стоило подобрать одежду получше. Удивительно, но Блум не наряжалась. Придётся идти пешком и совсем не использовать магии, иначе вся спецоперация под названием "незаконная прогулка" пойдёт насмарку. Подставить Стеллу хотелось меньше всего на свете. Да и красоваться перед Айси было бессмысленно. Блум подтянула черные спортивные штаны, зашнуровала кроссовки на высокой подошве и нацепила лёгкий темно-голубой свитер. Не покрутиться перед зеркалом не смогла. В целом, неплохо. Не забыла собрать в низкий пучок кричащие при любом свете огненные волосы и окончательно закрыть макушку, кажется, единственной в гардеробе кепкой. Фея растерянно остановилась в центре комнаты. Она забыла что-то ещё. Точно. Бросила телефон на стол, закрепляя на левом запястье миниатюрные электронные часы. По смартфону явно могли мониторить местоположение, да и вряд ли он понадобится Блум в таком диалоге. Что же, кажется, теперь точно всё. Фея опустилась на стул, стараясь немного успокоиться. Это просто встреча. Весьма деловая и не обязывающая ни к чему, кроме начала поиска Ваших Б.. За последние три недели принцесса Домино возненавидела их ещё больше. Дверь открылась медленно, наверное, только поэтому Блум от испуга не подлетела к потолку. Ничего, это просто Стелла. Крутила в руках что-то мелкое и переминалась с ноги на ногу. Фея же шептала про себя мантру. Лишь бы она не передумала, лишь бы не попросила подождать себя. Блум просто не сможет сказать правды, а, тем более, взять Стеллу с собой. Такой номер точно не закончится ни чем хорошим. — Давно хотела отдать, — подруга подошла ближе и аккуратно оттянула ткань свитера с левой стороны груди. — Пусть эта брошь напоминает обо мне. Принцесса Домино еле сдержала облегченный выдох. Твою мать, Стелла, напугала до чертиков своей брошкой. Блум повернулась к зеркалу, стараясь проявить искренний интерес к новому аксессуару. В целом, притворяться не пришлось. Минималистичные языки пламени очень органично смотрелись на фоне тёмного оттенка свитера. Вероятно, делали на заказ, а если так, то по эскизу Стеллы. Блум, поджимая губы, улыбнулась и притянула подругу в легкие объятия. — Спасибо, модница ты моя. Думаю, любители ночных прогулок заценят, — фея игриво толкнула светлую голову своей и, поправив кепку, серьёзно добавила. — В полночь буду. Проверяй. — Ловлю на слове, — улыбнулась Стелла, смахивая пару выпавших волос со свитера. — Лучше через задний вход. Там фонарь разбили вчера. Ночная свежесть ударила по учащенному дыханию. Фея старалась идти как можно быстрее. В какой-то момент показалось, что она зря надела именно свитер: от физической нагрузки становилось жарковато. Она натыкалась на кочки, обивая чистые носы кроссовок, оступалась на камнях, подворачивая ноги, но упрямо сохраняла быстрый темп, глотая воздух через рот. В правом боку закололо. Пришлось немного замедлиться, прижав ладонь к больному месту, а после и вовсе остановиться. Блум только сейчас осознала, куда именно бежала. К кому. К ведьме, которая обрубила всё возможное общение до безумно формального и то, на которое фея и не надеялась. Айси упала, как снег на голову, привычно выставив новые условия, а принцесса Домино, не задумываясь, согласилась. Зачем? Блум продавила бок пальцами и перешла на обычный шаг. Желание встречи угасало. Смысла в ней именно для принцессы Домино не было. Ради чего она так бежала? Очередной оплеухи, которую будет прокручивать в голове следующие две, а, может, и четыре недели до нового щелчка ведьминских пальцев. Большего Айси дать не могла, хотя фее уже и не было нужно так много. Блум была бы рада обычной улыбке. Приветствия, хотя бы слабого кивка, какой-то ответной реакции, что станет редким проблеском в нынешней до безобразия серой жизни. Принцесса Домино вновь остановилась, подняв взгляд к небу. Даже звёзды толком не мерцали. И им плевать на Блум, которая снова наскочила на упавшие ветки. Скорее всего, ведьма не станет падать до вежливости. Выскажет, что думает, касательно Ваших Б. и начнёт уже вслух уличать Блум в тупости и лени. Рассказать ей о решении Совета по началу казалось хорошим решением, но... А стоит ли это всё начинать? С каждым шагом фея понимала, что будет делать себе только хуже, если продолжит контактировать с Айси ради мести. Она и сейчас-то ничего предпринять не могла, а от сотрудничества с главным лицом на страницах розыска ситуация явно не улучшится. Наверное, они просто потратят время и ничего не добьются. Делать себе больно совсем не хотелось. Ну, что же, решение есть. Раз Айси поставила точку на обычном общении, Блум завершит неначавшееся сотрудничество. Как раз вернётся даже раньше полуночи, и Стелла спокойно ляжет спать, не переживая за подругу и собственную шкуру. Луна, всё-таки, вышла из-за напоминающих густой дым облаков и приглушённым светом отражалась по всей глади озера. Блум всматривалась в заросший рогозом берег, не решаясь взглянуть вперёд. Сердце уже забилось чаще, будто фея взаправду почувствовала знакомую ауру. Стоило взять себя в руки: ведьма не станет церемониться. Принцесса Домино должна быть готова. Она сняла кепку, провела ладонью от лба до затылка, поправляя выбившиеся волосы, и перестала смотреть на озеро. Айси. Она правда здесь. Сидела на упавшем явно не по естественной причине стволе дерева, перебирая в ладонях кристаллы льда. Светло-голубая горка под её ногами намекала на продолжительное ожидание и скуку. В ноги разрядом ударил импульс подбежать, но Блум только вдавила пятки в мягкую землю. Нельзя. Начав поддаваться истинным желаниям, фея не сможет подвести окончательную черту, а это было необходимо. Принцесса Домино медленно подошла ближе, сохранив дистанцию в пару метров, и прочистила горло. Ведьма быстро подняла голову, уничтожая весь лёд в мелкую труху одним хлопком. — Пешком, да ещё и в гражданском, — она ухмыльнулась, бросая взгляд сверху вниз. — От папарацци прячешься? — Я на твоём месте тоже не стала бы светить магией. Айси фыркнула, закатив глаза, и остановила взгляд на глазах Блум. Фея же не могла сосредоточить свой, пытаясь еле дышать. Она изменилась. Да, всё то же превращение и яркий макияж, но, кажется, глаза казались ещё холоднее. Нет, уставшими. Ведьма была уставшей. Скулы проступали куда сильнее без заслуги правильно положенных косметических продуктов, а под глазами появились еле заметные синяки. Похудела. Устала. Замоталась. Веки принцессы Домино дрогнули, и она отвела взгляд под напряженный вдох. Даже при всех изменениях Айси выглядела слишком притягательно. К рукам вернулся взволнованный тремор. Блум завела их за спину, схватившись за запястье. Напрягла каждый мускул лица, постаравшись сохранить невозмутимый вид. В установившейся тишине сделать это было особенно сложно. Кажется, Айси читала мысли. Объяснить иначе её резкую реплику было невозможно. — Совету известно, кто они? — Не знаю. — Есть какой-то план? Блум пожала плечами, стараясь смотреть на верхушку строгого хвоста. — Ты что-либо нашла? — Нет. — А искала? Айси наклонила голову, поставив подбородок на расправленную ладонь, касаясь щеки подушечками пальцев. Почему она оставила эту длину ногтей? На них даже не было лака. Хотелось верить, что подобное изменение внешнего вида сугубо из-за феи. Блум неровно вдохнула и столкнулась с прожигающим взглядом. Твою мать, Айси же задала новый вопрос. Какой? Левая бровь ведьмы еле заметно дёрнулась. Она начинала злиться. Уже. Принцесса Домино виновато смяла губы, в мгновение одёрнула себя и резко развернулась, делая пару шагов вперёд. Смотреть на озеро куда легче. И проще вспоминать то, о чём думала всю дорогу. Точно. Зачем Блум вообще начала отвечать на эти вопросы, если собиралась отказаться? Наивная дурочка. Неосознанно тянула время. Ну, хотя бы могла признать, только тянуть уже некуда. Всё, это – точка невозврата. Больше фея не продержится. Организм и так работал наизнос, сдерживая любое проявление чувств, которые принцесса Домино перестала распознавать. Гормоны прыснуло в кровь в таком количестве, что Блум не могла отличить злость от радости и не понимала, как может одновременно хотеть рассмеяться и разрыдаться, при этом продолжая смотреть на Айси. В последнем, благо, была уверена. Может, ещё докоснуться или просто подойти немного ближе, чтобы приклеить к собственной одежде чуть больше исходящей от ведьмы холодной магии. И никогда после её не надевать. — Я не хочу это начинать. Совет в состоянии разобраться сам, — сквозь ком в горле достаточно громко проговорила Блум, не шелохнувшись. — Делай, что хочешь. У меня же нет желания тратить время на подобные встречи. Вот и всё. Фея обессиленно коснулась подбородком грудины, выдохнув через влажный нос. Закрыла глаза, которые неожиданно сильно зажгло от мягкого лунного света. Кулаки сжались до ощущения прорезающих ладони ногтей. Лучше, если слеза упадёт от физической боли. Но она не падала, совсем. Кажется, Блум успела выплакать всё, что было внутри, пускай, прямо сейчас за грудной клеткой поднималась буря эмоций, которая случайно выстреливала по позвоночнику до висков, заставляя вздрагивать. Слишком много. Больно. Фее не хватало сил ни на шаг, ни на поднятие век. Какая разница. Айси явно взмахнула плащом и исчезла. Плечи продолжали дрожать. Блум будто знобило, и остановить это она не пыталась. Понимала, что не сможет. Казалось, что больше не сможет ничего. Что-то коснулось внешней стороны предплечья. Невесомо скользнуло до запястья и поднялось на плечо полукругом в четыре линии. Фея распахнула глаза. Касание стало более ощутимым. Повторилось на второй руке, от чего Блум уже замерла. Это не похоже на галлюцинацию, да и принцесса Домино вроде не была близка к потере рассудка. Где-то за спиной послышался длинный выдох. Затылок обдало лёгким потоком прохлады. Айси. Она не ушла. Фея еле сглотнула.

Какого чёрта ты меня трогаешь?

Голосовые связки сковало настолько сильно, что Блум было больно просто их напрячь. Но ничего не сказать она не могла. Разум давал сбой. Она совершенно ничего не понимала. Сначала Айси нарочито точно разбила все возможные и невозможные надежды на развитие взаимоотношений или хотя бы их поддержание, потом резко объявилась, пускай и не беспричинно, а теперь, получив похожее предложение без права на оспаривание, решила... Дотронуться. По левому предплечью всё также аккуратно прошлась уже целая ладонь. Фея затряслась ещё сильнее, на этот раз стараясь не реагировать более ярко на столь желанное касание, о котором могла только мечтать весь месяц. — Тратить время... Смело, Блум, — тихо и заметно низко протянула Айси. — Одного понять не могу, почему мой разум стал меньше гореть, как только я сделала так. Блум не могла подумать. Даже взять паузу, потому что вторая рука ведьмы мягко провела по плечу и скользнула двумя пальцами по кисти. Болезненная волна тепла свела судорогой. Кепка упала на землю. Фея ухватилась за холодные пальцы, но вспотевшая ладонь предательски позволила Айси избежать касания. Принцесса Домино, подобно питомцу, бежавшему за лакомством, крутанулась на пятках. Это последнее, что она сделала прежде, чем потерять оставшееся самообладание. Айси оказалась слишком близко. Блум чуть ли не дотронулась до неё грудью, когда ватно качнулась от инерции. Дышать было больно: фея буквально задыхалась в рваном ритме, который не поддавался контролю. Она только двинула головой вверх и посмотрела в глаза ведьмы, что продолжала держаться, скорее, не за предплечье, а свитер. Искра. Та самая. Предполагать, показалось ли, не было времени и желания. Блум сдалась, понимая, что сейчас желала лишь одного. Того, о чём грезила целый месяц. Фея схватилась за начало синего плаща, ударяясь костяшками в бледные ключицы, и грубо дёрнула на себя. Они не просто столкнулись: Айси, кажется, сама потянулась навстречу, поэтому губы скользнули друг по другу, а зубы больно стукнулись. Холодная рука повернула голову. Большой палец надавил на подбородок, раскрывая рот ещё сильнее. Блум будто опьянило. Она снова потянула за плащ, а сама прогнула поясницу так, что практически полностью припечаталась к телу ведьмы. Та и не была против, только углубляя столь резкий и агрессивный поцелуй. Выходило настолько ритмично, что Блум покачивалась от каждого смыкания губ. Полностью подчиненная движению, отрывно мычала в рот ведьмы, забывая дышать, от чего диафрагму сковывал жуткий спазм, который фея терпела до конца. Талия одновременно отзывалась болью от крепкой хватки и горела быстро стихающей прохладой. Принцесса Домино даже не поняла, когда Айси залезла под свитер. Она вновь сжала бока со всей силы, из-за чего Блум уже оторвалась от мокрых губ, шумно выдыхая. Еле открыла глаза, но замыленный взгляд не позволял увидеть что-то четче цветных пятен. Фея только слышала и чувствовала, как ведьма также тяжело дышала. Дрожащее тело резко обдало ночным холодом: Айси задёрнула свитер и рванула бельевой топ вверх. — Ты знала... — хрипло произнесла Блум, глотая слова рваными вдохами. — Лес, он видит, что... — Тебя это заводит? — Айси промурчала уже в шею и дождалась отрицательного кивка. — Повернись. Не увидит. Ведьма крутанула расслабленную фею за локоть и поймала второй рукой, сдавливая шею. Блум только мыкнула, потеряв равновесие. Дальше вело одно – неудержимая похоть, которая стирала каждое недавно принятое решение под чистую. Их остатки Айси сметала руками, что хаотично проминали рёбра, живот и остановились на груди, зажимая вставшие соски между пальцами. Язык прошёлся по шее с таким давлением, что сведенные голосовые связки избавились от напряжения, вероятно, оглушая ведьму. Блум затряслась сильнее, пытаясь схватиться за одну из рук на себе, но Айси ловко и быстро их перемещала, не позволяя остановиться даже на мгновение. Глаза намокли, когда резинка неразношенных спортивных штанов впилась в поясницу. Помутнённый разум отключался сильнее, а в иногда открытых глазах становилось темнее от каждого движения мягких пальцев ведьмы. Блум заскулила, чувствуя, как шея параллельно осыпается мокрыми поцелуями. Она терялась в череде ярких ощущений по всему телу на пару с кричащим подсознанием. Неправильно? Слабо? Как же плевать. Неправильным могло быть только одно – не прийти сюда раньше. Это напряжение, оно было взаимным. Не могла Айси наиграть такое же тяжелое дыхание, сквозь которое помыкивала сама, раз за разом перебиваясь поцелуем и слабым укусом. А может, Блум уже чудилось – она не понимала. Виски гудели от переизбытка эмоций, по щекам текли слёзы и увлажняли пересохшие губы, пока всё ниже живота горело под безумно быстрыми и точными движениями Айси, которые она, кажется, специально разрывала маленькими паузами, заставляя фею со всхлипом хныкать. И хныкать было не стыдно. Блум, наконец, получала то, что так сильно хотела. За это не может быть стыдно по определению. — Был бы выбор, — томный шёпот Айси прорвался сквозь шумный хаос дыхания и стона. — Выбрала бы это? — Да, — фея чуть ли не крикнула, откидывая голову. — Только это. Ведьма двинулась в бок и, поймав подбородок, примкнула к горящим губам. Блум пыталась отвечать на поцелуй нормально, но совсем скоро отдалась проходящей по телу судороге и обрывисто застонала, скользя по смешавшейся слюне. Желанный импульс прокатился до головы, следом ещё один, простреливая темноту перед глазами яркими вспышками и, наконец, сбрасывая всю дрожь. Ноги будто отнялись, но Айси не позволила упасть, подхватывая обеими руками. После и вовсе развернула к себе лицом и заставила открыть глаза, хлопнув по мокрой щеке. Взгляд не сразу, но сфокусировался. Казалось, ведьма была чем-то обеспокоена. Подумала, что фее стало плохо? Блум расплылась в довольной улыбке, плавно закатывая глаза. Плохо действительно было и, скорее всего, ещё будет, но сейчас – только хорошо. Слишком хорошо. Айси тихо цокнула и отвела взгляд, позволяя упасть подбородком на своё плечо, что принцесса Домино с удовольствием сделала, стараясь цепляться за каждое касание, как за последнее, пока окончательно не пришла в себя. Почувствовала руки, что подтянули резинку штанов до талии, поднялись выше и аккуратно вернули топ на место. Поправили свитер, приводя внешний вид феи практически в прежнее состояние. Ну, с взъерошенными волосами и раскрасневшимся лицом Айси вряд ли могла что-то сделать. — Сядь, — холодно сказала она, убирая недавно подставленное плечо. Блум захватило дух, но не надолго: ведьма подхватила за локоть, останавливая ватное падение, и потянула к произвольной лавке. Фея принялась волочить ещё не послушные ноги к, кажется, знакомому дереву. А, плевать, они все одинаковые, если одного вида. Айси села первая, провожая пристальным взглядом Блум на место рядом, и только после этого выдохнула так громко, будто последние несколько минут не дышала вовсе. Они просто молчали. Ничего больше. Айси практически не двигалась, разве что иногда глухо цокала каблуками по узору коры. Блум тоже не спешила. Сначала приблизила темп дыхания к нормальному, потом пересобрала волосы, поискала глазами кепку, быстро понимая, что вставать за ней пока не будет. Постепенно разум брал главенство над разбушевавшимся телом. Голова неприятно, но терпимо поднывала. Пару раз фея почувствовала что-то похожее на приступ лёгкой тошноты, прикладывая к губам тыльную сторону ладони. Она медленно, украдкой посмотрела на Айси, стараясь резко не шевелиться. Это действительно произошло снова? После всего, что ведьма наговорила? Блум уткнула локоть в колено и прислонилась лбом к влажной ладони. Твою мать. Фею не пугала собственная слабость и, вероятная, эмоциональная перегрузка, она не вспоминала изначальной темы встречи и предполагаемого характера общения, нет. Блум сковывал ужас от единственного, стоящего за душой вопроса: что теперь будет дальше? Где-то в глубине подсознания назревал второй, но принцесса Домино была слишком морально истощена для серьёзного размышления, тем более, после такой встряски. — А я говорила, что он тебя не ждёт, — отвлеченно бросила Айси, не переводя взгляд с озера. — Ты-то откуда знаешь? — Я живу куда лучше, чем ты себе представляешь, — ведьма фыркнула, взмахнув руками. — Интернет есть не только у законопослушных. — И что вычитала? — А то ты сама не читала. Ну, одно радует, определился, наконец-то. — Не очень он определился. Блум осознала, что сказала, только после того, как услышала собственный голос. Идиотка. Обида обидой, конечно, но выдать подобное с однозначным намёком на особо близкий контакт следом за точно таким же... Верх детской тупости. Ещё и учитывая тот факт, что на самом деле толком ничего не случилось. Да, инициатива была, но только с одной стороны, и продолжения не получила. Блум совсем недавно отпустила этот пьяный... инцидент, а Айси, наконец, посмотрела на неё с на вид подозрительным прищуром. Нужно срочно исправить ситуацию. — В смысле по-разному пишут, — принцесса Домино поёрзала по бревну, цепляясь штанами практически за каждую неровность. — Я не знаю. Ведьма подняла одну бровь, продолжая смотреть прямо в глаза. Блум не выдержала и буквально на мгновение отвела взгляд чуть в сторону. Это хватило на то, чтобы чистый синий цвет радужки помутнел. Она поняла. И поняла не правильно. Стыд подкатил спереди, где-то позади шептал просыпающийся интерес, но больше всего давило раздражение сверху. Оно возникало и из-за собственного чувства вины, по сути, ни за что, так ещё и перед человеком, которому абсолютно плевать, и из-за этого же человека, молчаливая реакция которого абсолютно не совпадала с выше названным безразличием. Айси едва сморщила нос, вновь надела ледяную маску и потухше проговорила: — Тебе самой не противно? Почему-то противно стало именно от этой фразы. Блум устала. Очень сильно устала не только за последний месяц. Этот вечный самоконтроль и постоянно двигающиеся границы, очередные указания от ведьмы, как надо и как не надо, то грубые, больно бьющие по самому нутру слова, то милые и безумно чувственнные мелочи, которые заставляют забыть всё сказанное. А теперь. Теперь Айси специально завела около опасную тему разговора, поверила в глупость и... решила учить жизни? Кровь закипела, отдаваясь закладывающим пульсом в ушах. Блум подскочила с бревна. — А тебе? — фея глубоко вдохнула, переходя на тон выше. — Кто ты вообще такая, чтобы меня оценивать? Айси встала за принцессой Домино, сдавленно хрипнула что-то неразборчивое, в секунду собрала ледяную сферу и с односложным криком бросила в сторону. — Да мне не нужно быть кем-то, чтобы сказать, что ты ведешь себя, как... — Ну, как кто? — перебила Блум и шагнула вперёд, ощутив прилив адреналина. — Давай! Скажи, кем ты меня считаешь после того, как вляпалась сама. Ведьма взмахнула рукой, оставляя перед собой ряд полупрозрачных кристаллов высотой примерно по собственное колено. Принцесса Домино жадно глотнула воздух, сжимая кулаки. Контроль над собой терялся, если Блум вообще обращала на него внимание. Подобие ледяной стены начало стремительно таять. — Ты... ты... — Айси задыхалась в своём порыве гнева, заставляя фею открывать глаза всё шире,— Как законченная идиотка ведешь себя, — выдохнула ведьма, сглотнув мешкание и вернув привычную манеру разговора. — Вместо того, чтобы сделать что-то полезное, прочистить мозги Совету или хотя бы поискать информацию самой, ты ноги раздвигаешь перед этим мудаком, пока я мучаюсь. — Мучаешься? — принцесса Домино не сдержала смех, который быстро перешёл на что-то истерическое. — В смысле придумываешь новый способ поиздеваться надо мной? Блум шагнула, расплёскивая остатки от созданной ведьмой преграды, и замерла. Айси покраснела. Кажется, впервые за всё время она покраснела не от физической нагрузки, а испытываемых эмоций, которые, иногда казалось, ей не присущи. Ведьма вновь махнула руками, восстанавливая ледяной забор, что снова начал плавиться от одной ауры хранительницы Огня Дракона. — Ты сама над собой издеваешься, трахаясь с тем, кто выбрал не тебя. Фея скрипнула зубами, окончательно забывая о Совете. Она выставила обе ладони вперёд и ударной волной разрушила лёд, что острыми кусками разлетелся в стороны, оставляя лёгкие порезы как на принцессе Домино, так и на ведьме, но ни одна волшебница даже не опустила взгляда, не почувствовав и капли боли. — Ничего не было! — Блум крикнула так громко, что голосовые связки больно дёрнуло, а по ночному лесу прокатилось эхо. — На черта ты спрашиваешь, если потом веришь, что я могла после всего... Она замерла, замечая, как опускаются руки Айси, а её взгляд смягчается прозрачной влагой. Да ладно. Осознание пронзило разум, как ножом, заставляя пережить ощутимую волну мурашек по всему телу. Фея наклонила голову в бок, не сдерживая лёгкой улыбки. Удивительно, принцесса Домино даже представить не могла, не то что поверить, поэтому заметно тише озвучила неожиданно пришедшую мысль: — Ты ревнуешь? — Мне плевать, — ответ через зубы и сжатые кулаки последовал незамедлительно. — Пошутить решила? Смешно. — Мы действительно виделись, три недели назад. Как раз, когда ты сказала, что тебе плевать, — Блум едко смаковала каждое слово, одновременно переживая тот день заново, от чего ресницы ощутимо намокли, — Он пришёл поговорить, увидел меня не в настроении и предложил помочь, — продолжала фея, подходя ближе и не обращая внимания на подрагивающий голос, — Я была пьяна, а он полапал меня и попытался уломать, но, — взгляд опустился на вспыхнувшие ярко-голубым кулаки и быстро вернулся к налившимся гневом глазам. — Ничего. Ничего не было. — Классная история, — зло отозвалась ведьма, как только принцесса Домино замолчала. — Но мне всё ещё всё равно. Блум резко закрыла лицо руками, смазывая первые слёзы. Это невозможно терпеть. Она либо случайно сожжёт добрую половину леса, либо, наконец, выплеснет на Айси всё, что так долго копилось внутри. И на её реакцию уже действительно было всё равно. Она точно ревновала, но почему-то не могла признать. Это добивало и так держащееся на последней ниточке терпение принцессы Домино. Фея глубоко вдохнула и мысленно ответила на недавно заданный вопрос. Теперь будет только хуже. — А мне не плевать, представляешь? — Блум смело подняла голову, открывая взору ведьмы продолжающиеся слёзы. — Я устала играть по твоим правилам и молчать... Айси быстро подняла руку. Фее этот жест уже был знаком. Не в этот раз. Принцесса Домино ватно уклонилась от бледной ладони, но ведьма не сдалась, доводя гнев до предела. Блум схватилась за оба запястья, остановив движение прямо у лица, не контролируя силы, и закричала, надрывая голос: — Не смей затыкать мне рот! Ведьма вскрикнула, вырывая руки. Принцесса Домино слабо вдохнула, чувствуя странный запах, и опустила взгляд. Трава вокруг неё подпалилась. Слабые огоньки в особо сухих местах ещё светили ярким оранжевым в полумраке ночи. Блум, жалобно мыкнув, посмотрела на Айси: её перчатки были обуглены до кожи, а внутри чёрных краёв ткани виднелось два сильных бордово-красных ожога. Фея громко всхлипнула, отдаваясь власти истерики, и импульсивно замотала головой: — Я не хотела... Просто, просто ты меня уже достала, Айси, — Блум давилась слезами, не пытаясь подойти ближе. — Я ничего не понимаю. — Ты выставляешь условие "не чувствовать", а теперь ревнуешь. Мучаешься от кошмаров, прижимаясь ко мне во сне, а потом не даёшь себя просто поцеловать или, ещё лучше, целуешь сама и тут же обесцениваешь. Ты сама обвиняла меня в играх и манипуляциях, хотя, на самом деле всё время это делаешь ты, — протараторила фея чуть ли не на одном дыхании, поставив одну точку, и тут же на всхлипе продолжая. — Ты хотя бы представляешь, как мне тяжело слышать твои "плевать" или, того хуже, "скажи, что любишь меня", когда я не сделала ничего плохого? Принцесса Домино подняла голову и провела рукой по забитому влагой носу, стараясь хотя бы немного помочь себе задышать. Щёки уже жгло от натёкшей соли, как и внешние уголки глаз, которые Блум нервно растирала, безнадёжно посматривая на луну. А Айси молчала, что сильно напрягало. Фея надеялась на хотя бы какую-то издёвку, чтобы окончательно понять, с кем на самом деле она связалась, но не слышала ничего, кроме частого дыхания. Стоп. Блум аккуратно скосилась на ведьму. Она уже не стояла, а сидела прямо на земле и, выставив обожженые руки подальше от себя, смотрела прямо на фею. Принцесса Домино сделала маленький шаг ближе, наклоняясь вперёд. Заглядывая в стеклянные глаза, что ведьма тут же закрыла ладонью, едва слышно мыкнув. Но Блум успела увидеть несколько слёз. — Так это не проверка была? — не веря себе, прошептала принцесса Домино. И Айси ничего не ответила. Только подвинула колени ближе к груди и окончательно скрыла лицо, коснувшись ног лбом. Твою мать. Блум ватно пошла по маленькому кругу, не выдерживая статичности. К тому же, сердце билось настолько часто, что не двигаться было просто невозможно. Фея подняла руки к пучку, нервно растрёпывая волосы, натягивая пряди руками, будто проверяя, действительно ли она прямо сейчас стоит напротив плачущей ведьмы, которой, как оказалось, далеко не плевать. — Какая же я дура, — вслух произнесла Блум сквозь нервный смешок и опустилась на колени рядом с Айси. Ткань спортивных штанов быстро пропиталась последствиями столкновения огня со льдом, заставляя поморщиться. Так, спокойнее. Правда, спокойнее точно не получалось. Фея посмотрела на собственные ладони, замечая вернувшуюся тряску, но на этот раз улыбнулась. Вытерла руки о свитер и аккуратно провела одними подушечками пальцев по здоровой части ведьминского предплечья. Айси едва подняла голову. Её обычно отдающие голубым белки глаз покрылись красной сеточкой напряжения, которая уже другими пятнами распространилась на верхнюю часть щёк и переносицу. Блум, еле касаясь, накрыла левый ожог снизу и сверху, прикрывая глаза. Постаралась унять мешающую дрожь и пустила исцеляющую магию на израненную огнём кожу. Ведьма, кажется, слегка расслабилась. С виду неохотно протянула вторую руку, которую принцесса Домино также излечила через несколько минут. Блум провела кончиком указательного по едва розовой коже на месте прожженой синей ткани. Айси выдернула руки, нервно снимая испорченные рукава, но не отстранилась. Просто всё также молча сидела, не поднимая взгляда на фею, которая не знала, с чего продолжить или, вернее, заново начать. Она сщурилась, покрутив в руках обугленную ткань, отмечая исполненную хотелку потрогать костюм ведьмы, и задумчиво повторила видоизмененный вопрос, только теперь вслух: — Что теперь будем делать? Айси, наконец, посмотрела Блум в глаза, не скрывая эмоции полного непонимания и растерянности. Её брови мило изогнулись домиком, а губы слегка дрогнули. Фея закатила глаза, ненавязчиво роняя кисть на бледную ладонь. Понимая, что ведьма не двинулась, медленно, едва ощутимо погладила её пальцы, поднимая собственные плечи к щекам. — В смысле делать, Блум? — интонация Айси окончательно потеряла привычную сталь. — В прямом. Нечего делать что ли? — принцесса Домино глупо улыбнулась, замечая, как ведьма заторможенно пожимает плечами, — Ну... Ты там хотела, чтобы я что-то сказала. Скажу. Я влюблена, — взгляд смущенно скатился ниже синих глаз. — В тебя. Варианты действия стали понятнее? Айси с усилием сжала веки. Ещё раз. Блум поджала губы, не понимая реакции. Наверное, она ждала чего-то поярче, но быстро себя успокоила: это же Айси. С ней, как выяснилось, нужно пройти все круги ада, чтобы понять что-то настоящее. Главное, что фея поняла и теперь точно не упустит. Ведьма напрягла пальцы, обхватывая кисть Блум. Сильно, даже больновато. Пару суставов неприятно хрустнуло. Резко участившееся дыхание оглушило принцессу Домино. Блум свела брови, повнимательнее всматриваясь в ведьму. Она смотрела в пустоту, но будто видела что-то безумно страшное. Фея выпуталась из крепкой хватки и инстинктивно начала поглаживать скованные тремором бледные руки. Айси всхлипнула. Совсем рвано, теряясь как в пространстве, так и в до предела учащенном дыхании. Что-то похожее Блум уже видела. Точно. Принцесса Домино быстро соориентировалась и мягко положила ладони на скулы ведьмы, поворачивая строго к себе: — Айси, смотри на меня, — она, как назло попыталась вырваться, но фея аккуратно развернула её обратно, поглаживая щёки большими пальцами. — Нет, на меня. Всё хорошо, слышишь? Я здесь. Блум смотрела в полные слёз глаза и узнавала состояние ведьмы. Примерно также она выглядела в последний раз, когда Ваши Б. наложили на неё заклинание. Сначала фея жутко злилась: на этих психопатов, которые безумно искусно поиздевались над обеими волшебницами, и на Айси, что тогда умудрилась наговорить слишком много лишнего. Лишнего на тот момент. Сейчас же в рыжей голове постепенно начала складываться настоящая картинка. Блум нежно вытерла редкие слёзы с раздраженных солью щёк и как можно аккуратнее сказала: — Ты этого не помнишь, но... — фея поджала губы, понимая, что начала не совсем удачно. — Ты думаешь, что людям не нравится к тебе что-то чувствовать. Но мне нравится, правда. И неважно, что иногда ты реально творишь не поймёшь что. С этим мы разберемся потом. Принцесса Домино слабо кивнула, как бы уточняя, что ведьма действительно её услышала. Айси обхватила предплечья феи и с последним слезливым выдохом прикоснулась лбом. Невесомо провела кончиком носа по носу Блум, заставляя ту в который раз вздрогнуть. Айси уже так делала. И достаточно давно, когда фея даже представить толком не могла, что будет вот так сидеть с ведьмой в грязи посреди леса глубокой ночью. Она просто закрыла глаза и снова погладила ту по щекам. Блум еле дышала, стараясь ощутить каждый мягкий выдох ведьмы. Она до сих пор не верила, что безвыходные страдания окончены. Да, уже завтра Айси могла снова закрыться, встать в позу и продолжить избегать фею. Даже если и нет, от нынешнего положения дел тянулось достаточно внешних проблем, но принцессе Домино было всё равно. Она пообещала себе, наконец, начать делать то, что на самом деле хочет. И, узнав, что Айси тоже неровно дышит, Блум перешагнула самый сложный рубеж. Теперь было понятно, что дальше. Фея потёрлась носом в ответ, оставляя лёгкий поцелуй под прикрытым глазом. Сумасшедшая, но безумно и неожиданно приятная ночь. Точно не зря рискнула. — Твою мать, — Блум резко отпрянула, почувствовав, как внутри всё упало. — Мне конец. — Чего? — совсем сонным голосом отозвалась Айси, стараясь проморгаться. — Почему? Фея быстро поднялась, забывая отряхнуться, и посмотрела на часы. Почти три часа ночи. Всё. Мало того, что она просрочила срок, так ещё и пару раз вспыхнула, как маячок для ожидающих промаха коршунов. Блум замычала от ощущения чугунной головы и крутанула шеей, замечая ведьму, что успела поравняться и продолжала ждать ответа. — Я под арестом, Айс, — принцесса Домино попыталась улыбнуться, использовав любимую форму имени ведьмы, но вышло так себе. — Мне нельзя покидать Алфею. Уговорила Стеллу прикрыть, но я должна была вернуться ещё три часа назад. — То есть, ты нарушила приказ Совета, чтобы сказать мне... — Да, — отрезала Блум, нервно кивая головой. — Просто всё вышло чуть-чуть иначе. Фея поджала губы и, не долго думая, трансформировалась. Уже плевать на магический след, успела наследить до. Так хотя бы быстрее сможет вернуться. Может, всё-таки, обойдётся? Не должна же судьба бесконечно издеваться над и так потрёпанной душой, которая только-только искренне обрадовалась. Блум посмотрела в сторону Алфеи. Положила ладонь на плечо ведьмы, медленно провела до кисти и игриво нажала пальцами на центр ладони, повторяя жест, который уже совсем давно не делала. — Прости, мне пора на ковёр, — она улыбнулась и первый раз взмахнула крыльями. — Но мы же связаны, помнишь?

***

Айси проводила взглядом шелестящую в ночной тиши крыльями Блум и, не успевая вдохнуть, переместилась на крыльцо дома благодаря одному хлопку в ладони. Или сейчас, или никогда. Выбирать уже не выйдет. Ведьма уже попробовала принять решение. Чем оно закончилось? Полным смещением приоритетов к прежнему, чему Айси не могла противостоять. Она решилась, окончательно и бесповоротно. Грязные каблуки постучали по дереву. Ведьма медленно прошла по коридору, быстро разобравшись с магическим замком, который на днях наколдовала Дарси. Тишина. Неужели обе спят? Айси вздрогнула, шмыгнув носом. Что за невезение. Она не в состоянии молчать до следующего дня. Не в этой ситуации. Кажется, ведьма прямо сейчас была готова одновременно подписаться на жуткую авантюру и принять одно из лучших решений в своей жизни. Но для этого нужно было кое-что исправить. Иначе проще уже повеситься на оставшемся запале. Из гостиной послышался глухой шум. Айси нервно зацокала на звук, попадая тонкими каблуками в щели между досками. Сестра показалась из-за приоткрытой двери первой. Дарси. Она протяжно зевнула и почесала спину, закинув руку через плечо. После пригляделась и резко двинула головой назад. — Ты почему вся грязная... — протянула сестра осиплым от сна голосом. — Что-то случилось? Айси её толком не слушала, а только пыталась прислушаться к остальным звукам в доме, чтобы найти Сторми. Разом быстрее. Не так страшно. Если выйдет ужасно, будет больно только один раз. Ведьма вздрогнула от ещё размытой картинки возможного кошмара. Нет, они поймут, они обязательно поймут. Дарси шагнула ближе, всматриваясь в сестру. Очков ей сейчас точно не хватало. — Я не знаю, где Сторми шляется, — ведьма иллюзий нахмурилась и глубоко вдохнула через нос, — И где шлялась ты? — она сделала шаг ближе, не скрывая недоверчивого выражения лица. — Ещё и не одна. Надеюсь, ты... — Прости, — перебила Айси, с надрывом в осипшем от недавнего разговора голосе. — Я была с Блум. — Это и без слов понятно, но мне нужно больше, раз ты решила вскрыться. — Откуда... — Ой, Айси, ну ты серьёзно? — Дарси прислонилась к стене спиной и потянулась, подняв обе руки вверх, — Сторми ты надуришь, но твоё враньё я лет с десяти, как орешки щёлкаю, — посмеялась ведьма, однозначно вспоминая одну из глупых ситуаций. — Выкладывай, только тезисно, пожалуйста. Ведьма еле удержалась на ногах. То есть, Дарси серьёзно молчала весь месяц и ждала, пока Айси проймёт совесть? На душе стало ещё темнее. Ведьма вряд ли бы созналась, если бы не напористость Блум, которая удивила настолько сильно, что Айси успокоится, разве что, к следующему дню. В лучшем случае. Она совсем не понимала, что будет дальше, и толком не переваривала полученную информацию. Айси просто услышала, как Блум опровергла её, оказывается, озвученный кошмар. Пока этого было достаточно. Дарси же этого явно будет недостаточно. Ведьма утонула во лжи по горло, поэтому даже не представляла, с чего стоило бы началась. Теряясь в урагане мыслей похлеще способностей младшей сестрёнки, Айси простояла с минуту точно. Из некого транса вывел второй зевок Дарси, который она произнесла ненавязчиво громче, поправив волосы. Ну, конечно. Есть наиболее верное решение. Айси шагнула ближе, наклонилась и упёрлась головой в грудину сестры. Поняла, что развезла грязь на весь коридор, который придется завтра отмывать самой, поэтому взмахнула рукой и приняла обычный облик: осталась в простенькой футболке и растянутых шортах по колено, которые без спроса стащила у Сторми. Решено. Не доверять Дарси казалось ещё большим предательством, тем более, после такого-то. Раз сестра хотела знать больше – хорошо. Да и вряд ли она полезет слишком глубоко. — Давай сама, я не знаю, как это сказать побыстрее, — Айси наощупь нашла бархатную руку сестры и положила на свой затылок. — Смотри, что хочешь. Дарси поколебалась пару мгновений. Неудивительно: Айси впервые разрешила проникнуть в свой разум. Ведьма услышала пару вдохов, тихий щелчок и резко провалилась в темноту. Вынырнула, чуть ли не упав назад от отдачи. Казалось, будто её долго примагничивали и в последний момент резко перевернули полюса. Голова и так неприятно ныла от пережитого за последние несколько часов. К этому добавилось странное ощущение пустоты в некоторых областях и чрезмерной наполненности. Ничего, пройдет. Сестра точно бы не причинила вреда, да и сейчас это было не так важно. Айси, наконец, выпрямилась и не с первого раза посмотрела перед собой. Дарси ошарашенно моргала с поднятыми бровями и подвешенными в воздухе руками. Лицо лишилось сонного выражения, но скрывать легкой ухмылки не стало. Сестра снова сщурилась и, выдохнув сквозь зубы со слабым свистом, потрепала Айси за плечо. — Тезисы, я смотрю, у тебя с огоньком, — она вытянула губы в трубочку, но после резко прокашлялась, переходя на более серьёзный тон. — Признаю, удивила. Ложись спать, а то прямо на пороге вырубишься. Кажется, всё хорошо. Айси глубоко вдохнула, собираясь что-то сказать, но язык совсем не поворачивался. Она не знала, что, а вот Дарси как раз уже не нуждалась в лишних словах. Ведьма сдержанно кивнула и развернулась, касаясь ладонью стены. Медленно пошла по коридору, пугаясь каждого движения ноги, будто от того, куда она поставит стопу, зависел следующий день. — И расстрою, но Блум была права, — Айси обернулась. — Я не посылала никаких рун.