Dance, baby!

***

Утро следующего дня. 12:00 Комната была погружена в полумрак — плотные шторы не пропускали ни луча дневного света. Только призрачное сияние экрана телефона выхватывало из темноты осунувшееся лицо Феликса. Голова раскалывалась, пульсирующая боль в висках сливалась с огненным жжением в горле. Он прикрыл глаза, пытаясь заглушить тошноту, но в этот момент телефон дрогнул в его ладони. Неизвестный номер: Сегодня в 19:00. Зал. Не опаздывай. Феликс скривился, пытаясь сглотнуть противный ком в горле. Только один человек мог отправить это сообщение — и теперь, к его сожалению, у этого человека был его номер. Пальцы скользнули по экрану, набирая ответ с раздраженной резкостью. Феликс: Иди нахер. Не приду. Пауза. Затем — вибрация. Неизвестный номер: Это не просьба. Он фыркнул, закатив глаза, но резкое движение тут же отозвалось новой волной боли. Прежде чем он успел что-то ответить, на экране всплыло новое уведомление — на этот раз из чата с Минхо. Братмэн: Тебя нет на парах! Ты где? Братмэн: Тренировка в 19.00. Приду проверить. Феликс переключился на переписку с братом, медленно набирая одним пальцем, словно каждое движение давалось через силу. Мелкий монстр: Температура. Заболел. Умираю. Пришли супчик. Ответ пришел почти мгновенно. Братмэн: Серьезно? Вчера ты был здоров как бык! Феликс слабо хмыкнул. Конечно, Минхо не поверит просто так. С трудом приподняв телефон, он сделал селфи — на экране отразилось его бледное лицо с красным носом, воспаленными глазами и всклокоченными волосами. Он отправил фото без лишних слов. Мелкий монстр: Посмотри на это лицо и попробуй усомниться. На несколько секунд чат завис в раздумье, затем пришел ответ. Братмэн: Ладно, лечись. Феликс выключил экран и уткнулся лицом в подушку, чувствуя, как жар разливается по телу. Где-то за окном шумел дождь, а в голове гудело, будто там поселился рой разъяренных пчел. Он хотел только одного — чтобы этот день поскорее закончился. 20:17 Глухой стук в дверь вырвал Феликса из лихорадочного забытья. Он с трудом приоткрыл один глаз, но тут же зажмурился — свет из коридора резал, как нож. — Умри, Джисон... — прохрипел он, натягивая подушку на голову, надеясь, что незваный гость уйдет. Но дверь распахнулась с такой силой, что задрожали стены. — Вот где ты прячешься. Голос был низким, резким, и Феликс узнал его даже сквозь туман в голове. Он резко приподнялся — и тут же пожалел об этом. В висках застучало, а в глазах поплыли черные пятна. Когда зрение прояснилось, он увидел Хёнджина. Тот стоял в дверном проеме, сухой, но с каплями дождя, дрожащими на сложенном зонтике в его руке. Время от времени с его кончика падала тяжелая капля — «плюх» — растворяясь в луже у его ног. В одной руке он сжимал пластиковый пакет с аптечными коробками, в другой — контейнер, из-под крышки которого пробивался теплый пар. Он выглядел слегка уставшим, но собранным, будто дождь обошёл его стороной, а зонтик исправно выполнил свою работу. Вздохнув, он аккуратно стряхнул оставшиеся капли с зонта и шагнул вперёд, оставляя за собой лишь редкие мокрые следы. — Ты... как ты... — Феликс попытался сесть, но голова закружилась, и он снова плюхнулся на подушку. — Минхо дал ключ. Я думал ты солгал, чтобы не приходить. — Хёнджин бросил пакет с лекарствами на кровать так, что таблетки загремели внутри. — Лекарства. И суп. — Контейнер с супом он поставил на тумбочку с таким видом, будто это был ультиматум. Феликс медленно развязал пакет. Внутри действительно были таблетки — жаропонижающие, что-то от горла. А от контейнера с куриным супом шёл такой аппетитный аромат, что у него невольно свело желудок. — Я не просил... И где Минхо? — начал он, но голос сорвался в хрип. — Заткнись и ешь. У него внеплановая репетиция с третьекурсниками. — Хёнджин резким движением сбросил куртку на стул. — Выглядишь дерьмово. Феликс хотел огрызнуться, но новый приступ кашля сковал горло. Он согнулся, давясь, пока Хёнджин молча подошел к столу, взял стакан с водой и так же молча подал его Феликсу. Их пальцы ненадолго соприкоснулись. Кожа Хёнджина была холодной от дождя, но там, где он прикоснулся, будто остался ожог. Феликс резко отвел руку, чувствуя, как мурашки пробежали по спине. — Почему ты здесь? — прошептал он, делая глоток. Хёнджин не ответил сразу. Вместо этого он... сел на край кровати. Матрас прогнулся под его весом, и бедро Хёнджина прижалось к ноге Феликса через одеяло. Тепло от него было почти обжигающим. — Потому что ты мне еще нужен.— Его голос звучал тихо. — Я не позволю тебе умереть раньше времени. Феликс почувствовал, как сердце бешено заколотилось — и на этот раз точно не только из-за температуры. Хёнджин встал так же резко, как и сел. Его тень накрыла Феликса, когда он проходил мимо кровати. — Выздоравливай. — Его голос прозвучал спокойно, но в углу губ дрогнула едва заметная ухмылка. Он уже был в дверях, когда бросил через плечо: — Послезавтра снова тренировка. И, коварно подмигнув, скрылся за дверью, оставив после себя лишь тихий звон капли, упавшей с зонта на пол. — Мудак... — пробормотал Феликс, но дверь уже захлопнулась. Тишина. Только стук дождя за окном и собственное неровное дыхание. Он потянулся к контейнеру с супом. Уголки губ предательски дрогнули, затем неудержимо поползли вверх. Глупая, нелепая улыбка, которую он не мог сдержать, даже если бы попытался. — Черт возьми...— прошептал он в пустоту, но в голосе не было ни капли злости. Супа хватило ровно на пять больших глотков, прежде чем он провалился обратно в сон. На этот раз — без кошмаров.

***

Два дня спустя. 18:30 Тишину общежития нарушил скрип двери, впуская внутрь Джисона с маленьким чемоданом на колесиках. Он выглядел измотанным — тени под глазами, мятая рубашка, волосы, слегка растрепанные после долгой дороги. В комнате царил полумрак: шторы были задернуты, только узкая полоса света от коридора падала на пол, освещая разбросанные вещи. — Феликс? Ты живой? — устало спросил Джисон, толкая дверь ногой, чтобы она закрылась. Из груды одеял на кровати внезапно высунулось довольное лицо Феликса. Щеки уже не были такими бледными, как пару дней назад, а в глазах снова блестел знакомый озорной огонек. — Привет, предатель, — бодро проговорил он, ухмыляясь. — Температуры нет со вчерашнего дня. Суп Минхо и лекарства творят чудеса! Он приподнялся на локте, с любопытством разглядывая Джисона. — Ну что, как прошла свадьба сестры? Джисон швырнул чемодан в угол так, что тот грохнулся о стену, и плюхнулся на свою кровать, тяжело вздохнув. — Скучнее, чем твоя болезнь. — Он провел рукой по лицу, затем будто вспомнив, потянулся обратно к чемодану, копошась внутри. — Но я привез тебе подарочек. Из глубины багажа появились две бутылки виски. Джисон протянул их Феликсу с ухмылкой. — Ты вообще как? Феликс схватил бутылки, глаза его загорелись. Он повертел их в руках, разглядывая этикетки, и рассмеялся — звонко, без тени недавней хрипоты. — О, спасибо, бро, теперь просто прекрасно! — воскликнул он, явно довольный неожиданным презентом. Но затем его выражение сменилось на лукавое. — Кстати, знаешь, кто приходил ко мне с этим самым супом? — Он сделал паузу для драматизма. — Хёнджин, новый любимчик моего брата и по совместительству, как оказалось, тот самый парень из клуба. — ЧТО?! Джисон как раз подносил банку колы ко рту, но завис на полпути, будто его ударили током. Сначала его брови взлетели в вверх, глаза стали круглыми, как блюдца, а губы беззвучно шевельнулись, словно он пытался что-то сказать, но слова застряли где-то между шоком и непониманием. Феликс слабо ухмыльнулся, явно наслаждаясь эффектом. — Ага. Самолично. Минхо, видишь ли, был занят тренировкой у третьекурсников, поэтому доверил эту важную миссию ему. — Феликс покачал головой, изображая фальшивое возмущение. — Он в универе меньше недели, а Минхо уже его боготворит. Джисон медленно поставил банку на стол. — Ты… Ты издеваешься?! — голос его дрогнул. — Тот самый Хёнджин, парень, про которого Минхо трещит в общем чате, восхваляя его «невероятные навыки» и «природный талант», и есть тот парень из клуба?! Феликс кивнул, улыбка его становилась все шире. — Ага. И, по решению моего драгоценного братца, он теперь мой «наставник». Который уже успел меня полапать на тренировке при Минхо — хорошо, хоть он не заметил. — Феликс скривился, изображая отвращение, но в глазах читалось что-то другое — азарт, может, даже вызов. Джисон схватился за голову. — А ты не мог мне об этом сразу написать?! — он почти закричал. — А не кидать это непонятное: «Мудак! Чё ему в Европе не сиделось?! Как же бесит!» Я думал, ты злишься, потому что все внимание теперь на него! Феликс наблюдал за этой бурей эмоций, как довольный кот, который только что опрокинул вазу и теперь с интересом следит, как хозяин бегает со шваброй. Его глаза блестели от восторга, а губы дрожали от сдерживаемого смеха. — Меня не было всего три дня! — Не унимался Джисон. — Я забыл ещё упомянуть, что схватил его за задницу после тренировки, потому что он меня выбесил, и этот момент застал Минхо. Лицо Джисона прошло через целую гамму чувств — от шока до неверия. Он застыл, словно его мозг отказывался обрабатывать информацию. — Ты… Ты… — голос его срывался, переходя от хриплого шепота к почти визгливому возмущению. — Ты схватил его за задницу?! ПРИ МИНХО?! — Он сделал глубокий вдох, зажмурился, потом резко выдохнул. — Так... Я... Я сначала в душ... — Джисон говорил, словно в трансе. — А потом ты расскажешь мне всё. С самого начала. Каждую деталь. Феликс закатил глаза, но ухмылка не сходила с его лица. Он явно наслаждался этим хаосом, как зритель в первом ряду на самом захватывающем спектакле. — Ладно, ладно, не кипятись. — Феликс махнул рукой, но его глаза все еще смеялись. — После душа я тебе всё расскажу. С поправкой на то, что ты, возможно, будешь слишком пьян, чтобы запомнить. — Феликс подмигнул и открутил крышку виски. — Неделька выдалась та ещё, и мне срочно нужно выпить. Он подмигнул и сделал один глоток, явно наслаждаясь тем, как Джисон, бормоча что-то невнятное, хватает полотенце и исчезает в ванной, хлопнув дверью. Феликс откинулся на подушки, закинув руки за голову, и самодовольно ухмыльнулся в потолок. 21:00 Комната была погружена в мягкий полумрак, освещённый только тусклым светом настольной лампы, которая отбрасывала тёплые блики на стены. Воздух был густым от запаха дешёвого парфюма и алкоголя. Где-то за стеной приглушённо играла музыка, а в коридоре изредка раздавался смех — но здесь, в этой маленькой вселенной, царила своя атмосфера, слегка размытая выпивкой. Джисон плюхнулся на кровать, с трудом удерживая равновесие, и развалился на спине, бездумно крутя в пальцах пустую банку из-под колы. Алкоголь делал его движения чуть медленнее, чуть неуклюжее, но в голове всё ещё горел азарт вечера. Он лениво перевёл взгляд на Феликса, который устроился на полу, растянувшись, как довольный кот, слегка подвыпивший, но всё ещё сохраняющий кошачью грацию. — Так, стоп… — Джисон с усилием приподнялся на локте, прищурившись, чтобы лучше сфокусироваться. Его слова слегка заплетались, но мысль казалась ему гениальной. — Если ты целовался с парнями из нашего универа… как так вышло, что никто не проболтался? — Он сделал паузу, тяжело моргнув. — Это… это были какие-то левые чуваки, да? Не из нашего круга? Феликс лениво потянулся, его пальцы скользнули по линолеуму, а губы растянулись в довольной ухмылке. — Ну, один был с нашего факультета, — начал он, голос звучал расслабленно, почти мечтательно. — Но он через пару недель выпустился и свалил. Ему бы чё болтать-то? Джисон кивнул, но потом его глаза вдруг округлились, будто он только что осознал нестыковку. — А… а второй? Феликс хихикнул, явно наслаждаясь моментом. Его щёки были слегка розовыми от алкоголя, а взгляд блестел с ещё большим озорством. — Тоже с нашего универа. Сейчас на третьем курсе. — Он нарочно медленно подмигнул. — Ты его наверняка знаешь. Джисон так резко сел, что матрас жалобно заскрипел. — ЧТО?! Ктооо?! — Он аж подпрыгнул на месте, голос сорвался на высокой ноте. Феликс залился смехом, качая головой, будто перед ним было самое забавное зрелище в мире. — Не-а, не скажу. — Как это «не скажу»?! — Джисон развёл руками, чуть не задев стену. — Ты ж только что намекнул, что я его знаю! — Ну да, — Феликс поднял палец, изображая серьёзность, но его губы дёргались от смеха. — Но я не трепло, чтобы называть имена, тем более я обещал. Джисон скрестил руки, но из-за лёгкого головокружения это вышло не так эффектно, как он планировал. — И как он, чёрт возьми, умудрился не проболтаться? —лёгкая пауза, Джисон прищуривается. — Ты же не какой-то случайный чувак — все знают, кто ты, знают твоего брата… Это же было бы самой обсуждаемой темой! Феликс усмехнулся, и в его глазах вспыхнул тот самый хищный блеск, который Джисон уже начал узнавать. — Я умею… убеждать. Джисон фыркнул. — Ты чё, пригрозил, что расскажешь всем, что у него… ммм… маленький член? Феликс рассмеялся, откинув голову назад, его смех заполнил комнату, звонкий и немного бесстыдный. — Мог бы конечно, но он бы просто… показал всем, и я бы выглядел идиотом. — Он заговорщицки понизил голос. — Да и откуда мне знать, а? Дальше поцелуев не зашло. А если б слухи поползли, мне бы пришлось… оправдываться. А это не в моём стиле. Джисон покраснел, закатив глаза. — Ну и… и как тогда? Шантаж фотками? Феликс медленно покачал головой, его ухмылка стала ещё шире. — Кое-что… поинтереснее. Он приподнялся, приблизившись к Джисону, и понизил голос до шёпота, будто делился государственной тайной. — Если слухи где-то всплывут, я расскажу всем, что он в постеле любит, когда его… шлёпают… и умолял позволить называть меня «папочкой». Джисон застыл. Его рот открылся, но звука не последовало. Казалось, его пьяный мозг на секунду полностью отключился. — Ты… ты… — Он попытался что-то сказать, но слова застряли. Феликс лишь рассмеялся, довольный эффектом. — Что? Работает же. Джисон медленно покачал головой, смотря на Феликса с новой смесью уважения и ужаса. — Ты… страшный человек. Феликс улыбнулся ещё шире. — Спасибо. — Ладно, а если он всё-таки проболтается? — Джисон выдохнул, потирая виски. — Ты же не сможешь доказать, что это правда. — А зачем доказывать? — Феликс пожал плечами. — Достаточно просто сказать. Поверь, никто не захочет проверять. Джисон молчал несколько секунд, потом медленно опустился на кровать, уставившись в потолок, будто ища там ответы на вселенские вопросы. — Боже… Я теперь боюсь тебя. Феликс, полулёжа на полу и балансируя стаканом на животе, засмеялся. — Слушай, а вот серьёзно,— икнул Джисон, — как ты вообще понял, что парни тебе тоже нравятся?   — Ну… Это сложно описать. Просто…— Он замялся, подбирая слова. — С девушками всё понятно — мягкость, запах, всё такое. А с парнями… Это другое. Более… резкое. Более…   — Грубо?— предположил Джисон.    — Нет! Ну, не всегда. Просто…— Феликс провёл рукой по волосам. — Это как сравнивать вино и виски. Одно — лёгкое, приятное. Другое — обжигает, но от этого только сильнее хочется. Джисон задумался, потом невинно спросил:    — А целоваться с парнем… чем это отличается?   — Ты серьёзно? — фыркнул Феликс.   — А что? Я любопытный!— Джисон развёл руками. — Может, мне тоже понравится, кто знает?   Феликс рассмеялся, но потом, поймав его взгляд, хищно ухмыльнулся.   — Ну, если тебе так интересно… Могу показать. Чисто в образовательных целях.   Он сказал это шутя, ожидая, что Джисон засмеётся или швырнёт в него подушкой. Но Джисон не засмеялся. Вместо этого он приподнялся на кровати, его глаза блеснули азартом.  — А чё, давай. Всё равно трезвым я бы на такое не решился.   Феликс замер.   — …Ты серьёзно?   — А что, струсил? — пьяно улыбнулся Джисон.    — Я? Струсил?— Феликс фальшиво фыркнул, но внутри что-то ёкнуло.    Они смотрели друг на друга секунду, два, три…    Феликс приподнялся, сел на кровать Джисона, не сводя с него взгляда, всё ещё думаю, что друг шутит, но тот сидел в ожидании пьяно улыбаясь. Потом Феликс медленно наклонился. Джисон не отстранился.  Их губы коснулись — сначала осторожно, почти нерешительно.    Феликс почувствовал, как Джисон слегка напрягся, но не отодвинулся. Наоборот — его пальцы впились в матрас, будто ища опору. Первый поцелуй получился неловким — сухие губы, запах алкоголя, смешанный с мятной жвачкой.   — Ну... не противно. Но и не понятно, в чём кайф. — отстранившись произнес Джисон.   — Тогда попробуем по-другому, — в глазах Феликса вспыхнул опасный огонёк азарта. Один резкий рывок — и он вцепился в воротник Джисона, притягивая к себе. Их губы столкнулись вновь, теперь без всякой нежности. Язык Феликса скользнул между его губ, рука вцепилась в волосы. Джисон ахнул, но вместо того чтобы оттолкнуть, вцепился в плечи Феликса, принимая правила этой внезапной игры. Они рухнули на кровать, сбив подушку на пол. Джисон фыркнул сквозь зубы, пытаясь сохранить остатки бравады, но Феликс внезапно сжал его нижнюю губу зубами — резко, с легким болезненным нажимом, заставив вздрогнуть всем телом. — М-м!.. — сдавленный стон, смесь боли и неожиданного возбуждения, вырвался из груди Джисона в тот самый момент, когда дверь с грохотом распахнулась. — Феликс, почему до тебя не дозвон... — голос Минхо оборвался на полуслове. Время замерло. Феликс отпрянул так резко, что чуть не свалился с кровати. Джисон застыл, полулёжа, с распухшей от поцелуев губой и широкими глазами. В дверях застыли Минхо и Хёнджин. Первый с открытым ртом, второй — с лицом, на котором медленно расцветала буря. Тишина, густая как смола, окутала всё вокруг.